Любопытство

На лице Лианы появилась улыбка уже до полного пробуждения, когда она уловила запах самца, исходящий от Де‘аро. И хоть это казалось примитивным, но ощущение прикосновения шкур к обнажённому телу было истинным блаженством, особенно если его сильные руки обнимали её. Потягиваясь, девушка зевнула, чувствуя себя отдохнувшей. Её глаза раскрылись, увидев в комнате свет, и поняла, что сейчас день. Де‘аро уже проснулся, и когда девушка взглянула на него, её поприветствовали эти прекрасные янтарные глаза. Хоть его жвала и острые зубы казались жуткими, как в фильме ужасов, особенно находясь так близко к лицу, но Лиана повернулась и поцеловала их. Де‘аро издал довольное ворчание и ещё крепче прижал её к себе. Лиане хотелось целовать его снова и снова, пробовать на вкус, но она понимала, что если начнёт вести себя так рано, то будет так делать весь день. Девушка отвернулась от него, инстинктивно протягивая руки к тумбочке. Чувствуя себя небезопасно, она убрала руку. Игуана сидела на тумбочке, вылупив на неё глаза, но не это беспокоило Лиану. Ведь каждое утро, сразу после пробуждения, она принимала противозачаточные таблетки. Она не смогла взять с собой так много необходимых вещей, и противозачаточные таблетки были в их числе. Одна только мысль о детях вызывала у неё отвращение. Девушка презрительно вздохнула и села обратно в его объятия, думая, как начать говорить с ним на эту тему. - Проголодалась? – спросил Де‘аро. Не было возможности начать разговор деликатно. - Мне нужны противозачаточные средства, - выпалила Лиана. - На завтрак? Девушка захихикала: - Нет, я хочу сказать... – начала она, но охотник легонько провёл жвалами по её губе и не дал договорить. - Я знаю, что ты имеешь в виду. Наручное устройство проинформировало меня о смене гормонов. Самка яутжа может иметь тринадцать детёнышей примерно в одно и то же время, а на протяжении жизни ещё больше. Ты же не хочешь их вообще. – Он отвернулся от неё и встал с кровати. – Ты ещё не моя самка, и вся эта жизнь для тебя в новинку. Пока что я добуду тебе противозачаточные средства. По его голосу можно было понять, что позже этот разговор будет долгим, но Лиана благодарила бога, что ей не пришлось выслушивать всё это сейчас. Пока он одевался, девушка встала с кровати, обмотавшись шкурой, и стала искать одежду. Она поглядывала на охотника, выдвигая ящики из стены, и начала искать другие панели. Пока она так продолжала открывать и закрывать всё в комнате, Де‘аро наконец нажал на нужную панель, и выдвинулся ящик, где находилась вся одежда Лианы, в том числе и халат. Всё было сложено и выглядело чистым. Глаза охотника загорелись, когда она надела стринги, которые он для неё выбрал, но потом заворчал, когда она надела сверху шорты. На пути к двери она заметила, что Де‘аро свернул шкуру и понёс с собой. - А это зачем? – спросила Лиана. - Чтобы сидеть, - ответил он и повёл её завтракать. Они пришли в огромную столовую, потолок в которой был усеян черепами, к стенам прикреплено оружие, а через всё помещение тянулся огромный стол. Сначала девушку удивило, что здесь было мало яутов, но потом она вспомнила, как нечасто они ели. Учитывая тот факт, что они ели по разным дням и в разное время, столовая, скорее всего, никогда не будет забита. Де‘аро подошёл к середине стола, и Лиана подумала, что он выдвинет для неё стул, но вместо этого он убрал стул и расстелил на полу шкуру. Лиана уставилась на неё, пока Де‘аро сел на сидение рядом. - Садись, - скомандовал он, будто она была собакой. В этот момент Лиана еле сдержалась, чтобы не взять стул и не заехать им ему по голове, но всё же смогла держать себя под контролем. - Я не стану сидеть на полу и есть, и уж тем более не стану нагибаться и есть из миски, если ты на это намекаешь! - Зверушки не сидят за столом. Это счастье, что я вообще привёл тебя сюда. - Счастье?! Послушай, Де‘аро, ты можешь звать меня как хочешь, можешь называть собственностью, но я тебе не зверушка! - Ты будешь сидеть! – прорычал он, стараясь делать это как можно тише, чтобы не беспокоить сидящих за столом. - Нет! Ей следовало это предвидеть, поскольку он всегда пытался силой принудить её к чему-либо, но его руки застали девушку врасплох. Де‘аро моментально прижал её к полу руками. Потом он стал снова садиться на стул, крепко придерживая её на полу ногами. Вскоре подошёл кто-то вроде официанта и обратился к Де‘аро, после чего вернулся с большим подносом с едой для него и миской для неё. - Ешь, - сказал он, поставив миску на грудь Лианы. - Нет, - стояла на своём Лиана, задвинув миску под стол, не расплескав содержимое. Это побудило его начать кормить её насильно. Де‘аро схватил кусок мяса, одной рукой раскрыв ей рот, и второй рукой запихал еду ей в рот. Лиана пыталась бороться с ним, царапая его ноги, дёргаясь и извиваясь под ним. Чем больше она двигалась, тем сильнее он надавливал ногами ей на живот, причиняя боль и затрудняя дыхание. И когда он второй раз запихал ей в глотку мясо, некоторые куски стали попадать не в то горло. Лиана стала кашлять, и только тогда он позволил ей подняться. Она вскочила, держась за горло и кашляя, пока еда сама не вышла наружу. Тогда она злобно взглянула на Де‘аро. - Да что с тобой такое, чёрт тебя дери?! – вскричала она. Когда он не ответил, девушка отошла от него и стала идти к выходу. – Идиот! Ты так мог меня убить! Последняя фраза привлекла внимание сидящего за столом яута-самца, и перед тем, как встать перед девушкой, он со всего маху ударил кулаком по деревянному столу. Лиана запаниковала на минуту, отходя назад, но потом попыталась исправить ситуацию и поклонилась ему, даже не посмотрев на символ на его дредах, и ждала, когда он поздоровается. Но вместо этого услышала металлический лязг выдвигающихся лезвий. Сердце Лианы чуть не остановилось, и она взглянула на пару зазубренных лезвий, отражающих свет, перед тем, как он смог вонзить их в неё. Девушка сразу поняла, что Де‘аро находился слишком далеко, чтобы успеть спасти её. Зато она смогла увидеть, насколько жестокими могут быть их самки. Только что её жизнь висела на волоске от смерти, а через минуту сильные руки обхватили её талию, подняв в воздух и прижав к мускулистому телу. Самка яутжа схватила руку противника, не дав ему вонзить лезвия в тело Лианы, и резко вывернула ему руку, пока не раздался хруст костей. Одной рукой она придерживала Лиану, а второй – самца-обидчика. В отличии от других драк, когда все вокруг только стояли и смотрели, сейчас все яуты, находящиеся вокруг, стали отступать назад. Самка наносила ему удары, ловко блокируя его попытки драться, и всё это она делала, не отпуская Лиану. Кровь хлынула из его рта, но он не прекращал бороться. Сильный удар ногой со стороны самки повалил его на пол, и тогда со всей силой врезала ногой ему по рёбрам, несомненно, сломав некоторые из них. Из груди самки доносился глубокий, угрожающий рык, и тогда она стала отходить от тела самца. Её голос был довольно нежным, приятным и женственным, но она произнесла слова, от которых у Лианы по спине пробежали мурашки: - Только попробуй ещё раз напасть на эту уманку, и я вырву твой позвоночник и украшу им свою шею! Все, кроме Де‘аро и поверженного самца, покинули помещение. Лиана чувствовала себя чертовски неловко, когда её, взрослую женщину, несла в своих руках огромная наудка-амазонка, и обрадовалась, когда та поставила её на ноги перед Де‘аро. Однако самка ещё не закончила защищать Лиану. Она подошла к Де‘аро, растопырив жвала, и стала кричать на него. Впервые за всё время Лиана увидела, как Де‘аро съёжился, опустив голову и взгляд, и даже не пытался защищаться, если самка вдруг решит напасть. Он всё это время урчал, и звук был таким сильным, что девушка стала от него уставать, но на наудку это никак не подействовало. Когда она замолкла, Де‘аро перестал урчать и посмотрел на Лиану. - Меня только что отругали за то, что я плохо защищал тебя. Она права. Прости меня, Лиана. Лиана не знала, что сказать, но наудка повернулась к ней и спросила: - Ты прощаешь его? - Да, - ответила девушка. - Хорошо. Теперь сядь на колени на шкуре, держа спину прямо, - скомандовала самка. Судя по голосу самки, с ней лучше не спорить, поэтому девушка послушалась. Взяв миску из-под стола, она стала есть. Даже не посмотрев, что было в миске, Лиана просто начала прожёвывать пищу и проглатывать. Она слышала, как кто-то сел рядом на стул, и краем глаза увидела, что это был Де‘аро. Наудка села с другой стороны, что заставило Лиану нервничать. Яут, который пытался убить Лиану, молча ушёл. Завтрак прошёл без лишних вопросов, и когда все поели, самка яутжа и Де‘аро начали разговаривать. И когда Де‘аро встал, Лиана, как бы глупо это не казалось, взглянула на самку, будто спрашивая разрешения встать. - Ты можешь встать, - дала она согласие. Лиана встала, но Де‘аро провёл пальцами сквозь волосы девушки и сказал: - Сейчас ты пойдёшь с ней. Меня ждут дела, я тебя потом заберу. Смотря вслед Де‘аро, Лиана боялась жаловаться на что-либо, но она застыла на месте, не желая поворачиваться лицом к самке. Она спасла Лиане жизнь, но в ней было что-то такое, что заставляло девушку насторожиться. Ну вот кто может справиться с вооружённым самцом, при этом держа кого-то в руке? Очевидно, на такое способны только самки, ведь защита детей для них была обычным делом. Несмотря ни на что, голос самки был дружелюбным, и она сказала: - Меня зовут Ак‘кора. У него такая работа, что сопровождение не разрешается, но я могу показать тебе, чем занимаюсь я. - Хорошо, - согласилась девушка. Лиана развернулась и последовала за Ак‘корой в коридор, не спуская с неё взгляда. Самка была ростом чуть ниже девяти футов, имела формы, но в то же время была стройной и мускулистой. На ногах виднелись несколько полос красноватого цвета, но всё тело покрыто пятнами, словно кожа рептилии. Лиана боялась, что день снова начнётся с правил и процедур, и если иметь дело с этой самкой, то ей придётся подчиниться. Но самка повела девушку в детскую. Как и все дома и корабли, комната была разукрашена, и стены покрыты орнаментами. Это не было просто искусство ради искусства, а больше напоминало искусство викингов, где всё красиво, но должно быть функциональным. Резные статуи инопланетных существ поддерживали люльки, в которых спали детёныши яутжа. На стенах были вырезаны двухмерные существа, но выглядели они будто квадратными и напоминали своим видом древнеегипетские иероглифы. Лиана не стала бы так украшать стены в детской, но всё это казалось ей интересным. Из всех мест, куда могла бы её отвести самка, выбор, конечно же, пал на детскую, и начинала открываться более нежная сторона натуры яутжа. Лиана смотрела, как самка осторожно взяла на руки детёныша и прижала к груди. - Их не нужно часто кормить, и матери вернутся, чтобы покормить их. Так лучше формируются узы. Однако, пока их нет рядом, за детёнышами следует присматривать. Ты можешь взять одного, но будь нежной с ним. Лиана старалась не состроить гримасу отвращения и подошла к одной из кроваток. Она посмотрела на малыша, который был таким пухлым и непохожим на любого из яутов. Она почти предположила, что эти дети появляются на свет уже с клыками и мускулами. Однако у этого малыша ещё не выросли зубы, а кончики жвал только начинали заостряться. У него даже ещё не было дредов на голове. Его глаза были закрыты, и он выглядел почти что милым. Девушка тихонько протянула руку, чтобы коснуться его щеки, как малыш повернулся и прижался лбом к её ладони. Ак‘кора подошла ближе и, увидев это, пояснила: - Ему нравится твоё тепло. - Но я даже ещё толком не прикоснулась к нему... - Все представители нашего рода имеют на коже теплочувствительные места. Он чувствует твоё тепло. У нас больше чувств, чем ваши примитивные пять. Ну же, возьми его. Лиана не знала, как надо держать ребёнка, и от этого нервничала, но пыталась подложить руку под его спину, держа голову, и осторожно прижала к груди. Через минуту его глаза открылись, девушка стала качать его, молясь, чтобы он не стал кричать. Но малыш оставался спокойным, и она восхищалась его пронизывающими зелёными глазами. Посмотрев на Ак‘кору, которая наблюдала за всем, Лиана сказала: - Какой же он тяжёлый. Сколько он весит? Двадцать фунтов? - Близко к этому, и он, к тому же, новорождённый. Ему только день отроду. - Они рождаются такими большими? - Да, - пояснила Ак‘кора. Малыш на руках Лианы с каждой минутой всё больше просыпался и начал тянуть за блестящие пряди её волос. – Когда Де‘аро обретёт достаточно высокий статус, он заявит права на тебя как на свою самку. Ты по-настоящему станешь частью клана, когда родишь ему дитя. Лиана осторожно положила малыша обратно в кроватку, разглядывая его странную внешность. - А такое вообще возможно? Смогу ли я это сделать? - В прошлом уже создавались гибриды. Я не в курсе о самых последних данных, но на уманах проводились репродуктивные опыты, чтобы указать на разные уровни восприимчивости к разным видам пришельцев, помимо яутжа. - Это что-то вроде группы крови О, универсальной для спаривания с пришельцами? – поинтересовалась Лиана. - Да. Немногие пришельцы могут похвастаться одинаковым количеством партнёров, не имея бесплодных отпрысков... Но всё же, думаю, что будут осложнения. По сравнению с уманами, у нас длинный онтогенез, и я не знаю, как это будет сочетаться в твоём теле. Онтогенез означал длительность беременности и младенчества. Самки яутжа вынашивают потомство больше девяти месяцев, и Лиана боялась спросить, сколько именно. И чем больше времени проводится в стадии младенчества, тем больше плача, испражнений и рвоты. Но эти малыши ничего подобного не делали. Ак‘кора положила малыша в кроватку и взяла другого, просто чтобы вытереть слюну с его жвал. Лиана также заметила, что на них не было подгузников, и задумалась, что их носят в ванную так редко, что и подгузники не нужны. И всё же это не убедило Лиану, чтобы у неё появилось желание иметь детей. Тут Ак‘кора сказала: - Я буду молиться Пайе, чтобы твоё тело смогло выносить дитя. Лиана подошла к другой кроватке и стала поигрывать с ножками малыша, но тут же скрестила руки. Она собиралась признаться, что не хочет детей, но спросила: - А что означает “пайя”? - Мы верим в двух богов, и один из них Пайя. Де‘аро тебе о них не рассказывал? Сдаётся мне, это только твой второй день здесь... - Ак‘кора взяла другого малыша и продолжила: - Все мы знаем, что это миф, но древние говорили, что существуют два огромных драконоподобных создания, которые проплывают меж звёзд. Одно из них женского пола, и её имя – Пайя. Второго звали Кетану, он мужского пола. У обоих был особый дар – один мог дарить жизнь, а второй – забирать её. Они полюбили друг друга, но лишились рассудка, когда узнали, что не могут иметь детей. Пока малыш в руках Ак‘коры стал подпрыгивать и игриво извиваться, она продолжала историю: - Кетану мог дарить лишь смерть, но он соединил куски камня в космосе и выровнял планеты, чтобы создать некое подобие питомника. Пайя дала планете жизнь, и существа стали расти и развиваться, чтобы стать её детьми – нашим родом. И по сей день мы благодарим Пайю и Кетану, хоть и понятия не имеем, какую форму они имеют, не знаем наверняка, как появились жизнь и смерть, и как это работает. Мы молимся обоим. Но для Кетану мы демонстрируем смерть посредством охоты, а для Пайи – жизнь посредством милосердия. - Вы молитесь богу смерти? – спросила Лиана, будто Ак‘кора сказала, что поклоняется Дьяволу. - Не существует жизни без смерти. Во время охоты каждый молится Кетану, чтобы убийство было достойным. Можно также преподносить ему дары, дабы умиротворить его, чтобы он не забрал слишком рано того, кого ты любишь. Лиана подумала о крови и внутренностях, но всё равно спросила: - А что надо преподносить в качестве дара? - То, чего он создать не может – жизнь. Это означало убиение чего-то или кого-то. - А как это делается? - Существует множество способов. Можно посвятить ему какую-нибудь жизненную форму, например, новорождённого с именем Кетану. Можно посадить семя, чтобы оно росло для него, можно пощадить чью-то жизнь во имя него. Также можно заниматься сексом, думая о нём, так как секс создаёт жизнь. Это было полной противоположностью тому, чего ожидала Лиана. Подгоняемая любопытством, она спросила: - Тогда Пайе вы преподносите смерть? - Да. Большую часть дня Лиана провела с Ак‘корой, играя с малышами. Хоть она и не смогла проникнуться к ним любовью, но была вынуждена признать, что они не раздражали её, как некоторые земные младенцы. Но она не позволит себя сломать, так как было подозрение, что когда эти малыши проголодаются, то станут неугомонными и громкими, как и любой другой ребёнок. А когда они станут достаточно подросшими, чтобы ходить, что тогда? Они будут носиться по всему дому. Даже упитанная игуана со странными насекомоподобными глазами, которую она держала у себя, казалась Лиане намного привлекательнее.