Миражи

Они шли по пустыне всего три дня, а Теуш уже решил, что наелся песка на всю жизнь вперед. Здесь дул вечный ветер, поднимавший пыль и тем самым заслонявший дорогу. Танар спокойно летел впереди, иногда притормаживая, и тогда перед ними проползал какой-нибудь местный ящер. Теуш каждый раз восхищенно провожал представителей пустынной фауны и ловил себя на мысли, как жаль, что поймать и перевести их в Каменные пустоши практически нереально. Дома песка не было… почти, но скалистые холмы и лавовые фонтаны делали их территорию непригодной для жизни любой другой расы, кроме демонов. Опять же, размышлял Теуш, ведь эти ящеры были порождением пески и земли, только в их венах не бежал чистый огонь. Иначе, пожалуй, пустыня могла бы превратиться в одно сплошное зеркало, в огромную линзу, отражающую солнечный свет. Он в очередной раз сплюнул попавший на язык песок и покосился на едущего чуть в стороне Кереби. Зависти не было, даже раздражение притихло, прибитое палящим солнцем. Теуш задумчиво смерил эльфа взглядом и снова задался вопросом, не слишком ли тому жарко. Сам Теуш чувствовал себя отлично. Порой он опускался на четыре конечности, почти прижимался брюхом к песку и передвигался так, как делали их звериные предки. Такой способ движения в чем-то был выгоднее. Солнце растекалось по загорелой спине и меньше грело макушку сквозь головной убор. И, между прочим, платки с водной магией пока оправдывали себя, хотя Танар предупреждал, что дальше будет намного жарче. Для Кереби начало пути вышло совершенно не таким, каким он себе его представил: возбуждение от предвкушения скорой победы над Теушем не желало проходить, потому одного взгляда на демона хватало, чтобы вновь приходилось прятать широкую улыбку. Кереби не хотелось открыто насмехаться над противником, поэтому он ехал чуть в стороне и держал язык за зубами. Наблюдал с интересом, но так, чтобы Теуш не заметил. Когда три дня назад Танар и Теуш нагнали его, Кереби с изумлением отметил, что демон расстался с волком, а теперь увидел потешный способ передвижения. Впрочем, наверное, строение демонов делало его более удобным или… Кажется, предположение Кереби, что его давний соперник любит страдания, оправдывалось. Занятно. И все-таки три дня — слишком много даже для Кереби! Легонько подтолкнув верблюда, он подъехал к Теушу и спросил: — Почему тебя бросил твой волк? Замолчал ненадолго, не сразу узнав свой голос, чуть улыбнулся этому факту, после чего добавил: — Не ужился с таким вспыльчивым хозяином? Теуш пошевелил ушами и задрал голову, щуря глаза. — Ваше высокоблагородие решило снизойти до разговора с простыми смертными? — ехидно осведомился он, но миролюбиво продолжил: — Волк ждет меня в городе. Какой смыл мучить зверя и тащить его по жаре, когда я могу унести все необходимое сам? На колкость Кереби ответил обычной своей улыбкой: ему не привыкать слышать подобное, а если распыляться по пустякам, на действительно интересное не останется времени. Значит, Теуш решил, что пешком сможет преодолеть пустыню. Подтверждало ли это его желание помучить себя (но не зверя, что Кереби отметил согласным кивком) или же его самонадеянность и глупость в бытовых вопросах? Все-таки начитанность и жизненный опыт — разные вещи. — А верблюды тебе не нравятся? — поинтересовался эльф, нежно потрепав своего скакуна по шее. — Им такие путешествия совершенно не в тягость. Кстати, он вполне в состоянии поднять еще одного путника. — Это ты так намекаешь, что можешь меня подвести? — Теуш недоверчиво вильнул хвостом. — Спасибо, не стоит. В подобных… — он проглотил слово «подачки», не чувствуя в замечании Кереби желания уязвить, и, на мгновение сбившись, все-таки закончил: — …предложениях не нуждаюсь. Моих сил хватит на эту пустыню. Тебе не жарко? Вопрос был задан скорее из вежливости, чтобы глотка попусту не забивалась песком. Теуш облизнул губы и тут же мысленно отвесил себе подзатыльник: на влажную кожу мгновенно налипли песчинки, словно ветер только и ждал, когда же тот ошибется. Танар, к счастью, то ли не обращал внимания на попытку разговора заказчиков, то ли делал вид, что ему безразлична их болтовня. Он летел чуть впереди, как обычно, но пока, похоже, не намеревался останавливаться. Каждый следующий ответ Теуша для Кереби оказывался все интереснее: по нему нельзя было точно сказать, что заставляет демона поступать так, а не иначе. Теперь он отказывался потому, что слишком гордый, или же все-таки ему хочется дискомфорта. Вскоре Кереби поймет это. Он посмотрел на обогнавшего их ифрита — значит, пока их ждет спокойная дорога. Кереби перевел взгляд на Теуша, окинул его почти полностью обнаженное тело оценивающим взглядом. — Мне хорошо, — сообщил он. — А в таком вот виде я не протянул бы и дня. Демоны никогда не жили в пустыне? Кажется, тебе здесь так же хорошо, как и моему верблюду. — Это ты меня с верблюдом сравниваешь? — вспыхнул Теуш и презрительно фыркнул. — Неужели ты позабыл все, чему мы учились в Академии? В частности, о моем народе. — Среди моих друзей не было демонов, — пожал плечами Кереби. — И ты единственный представительно своего народа, с которым мне приходится иметь дело. Вы живете обособленно и в сферу интересов принца Нерзийского не входите. О верблюдах я тоже мало знал, пока не потребовалось разыскать мудреца. Впрочем, через полгода вряд ли я о них буду что-то помнить. Теуш приглушенно рыкнул и стиснул кулаки так, что невольно выпущенные когти на руках до крови впились в ладони. На песок закапали искры, но он не обратил на это внимания, продолжая буравить эльфа взглядом, при этом не отставая ни на шаг. Нет, в чем-то Кереби был прав, Теуш не мог не признать. Они никогда не были друзьями, скорее просто знакомыми, которые шли наравне по всем предметам и оказались претендентами на одну и ту же должность. Просто Теушу казалось, что… ну, естественно узнавать о сопернике чуть больше, чем о каком-нибудь сокурснике, с которым перебрасываешься по утрам парой слов. Соперничество было своего рода дуэлью, где оружием выступали острый ум, опыт, знания и приобретенная мудрость. Но надо было понять раньше, что Кереби не гнушается… ничего. Теуш знал об этом, слышал, но почему-то, когда по-настоящему встретился с Кереби, не на занятиях, решил, что эта дуэль будет увлекательной и непременно честной. Как такое могло прийти в голову? Кажется, идиотизм юности — самая пагубная болезнь, и ведь не выветривается до конца, не исчезает. Теуш медленно выдохнул и остановился, чтобы зализать ладони. Вытянул пару водных нитей из платка и поспешно сжал их, омывая ранки. Еще не хватало подцепить что-нибудь в самом начале путешествия. Он не имеет права подвести семью. Он просто обязан вернуться. Кереби проследил за действиями демона, но тут же отвернулся и поехал чуть быстрее. К своему удивлению, он обнаружил, что разочарован такой реакцией Теуша. Тот будто полагал, что каждый в этом мире обязан знать о демонах все. Неужели он такой напыщенный дурак? Конечно, Кереби часто встречались высокомерные личности, искренне удивляющиеся, что кто-то посмел не интересоваться их великой жизнью, но с такими было смертельно скучно. По этой же причине, повзрослев, Кереби почти перестал общаться с отцом, считающим, как и большинство эльфов, что их раса — высшая и безупречная. Глупость! Отчего-то Кереби думал, что Теуш не из такой братии. Неужели он ошибся? Верблюд с легкостью набрал достаточную скорость, чтобы поравняться с ифритом. — Сих Танар, как по-вашему, сколько мы еще сможем наслаждаться мирной пустыней? — мягко поинтересовался Кереби. — Она похожа на ведьму, не так ли? Ту, что притворяется порядочной и милой девушкой, но стоит остаться с ней наедине, и она покажет когти и клыки. — Сих Кереби-альнен! — воскликнул тот, не ожидавший, что кто-то из путников заговорит с ним. — О, пожалуйста, — улыбнулся в ответ эльф, — вы можете называть меня не полным именем. — Хорошо, сих Кереби, — покладисто согласился Танар. — Пустыня скорее просто женщина, но со своим характером. Она любит проверять мужчин и не терпит наглецов и насмешников. Если не будете ее злить, вас ждет еще один мирный день. — Обижать женщину, с которой я еще практически не знаком? Нет, это не входит в мои правила. А скажите, сих Танар, всем ли легендам о ней стоит верить? Теуш тем временем догнал своих спутников и медленно брел за ними, пристроившись к Танару с правой стороны и навострив уши. — Смотря о какой легенде сих Кереби говорит, — отозвался Танар. — Не все, что рассказывают в городах, имеет отношение к пустыне. Не каждое слово вернувшихся вымысел. Что-то верно лишь на малую толику и украшено драгоценными фантазиями, как некоторые из великопоставленных жителей столицы. — В таком случае, к чему относится легенда про дворец Мёрем? — Что именно вы о нем слышали? Кереби кинул взгляд на идущего рядом с ними Теуша и улыбнулся. Знал ли демон эту легенду? — В давние времена один знатный муж — к какой расе он принадлежал, история умалчивает — решил, что ему может покориться любая женщина, в том числе и Великая пустыня. Сих Ахон-теп вышел за пределы Общего Круга и зашел глубоко в пустыню. Там он нашел колодец воды и построил замок, который так и назывался — замок Ахон-тепа. Говорили, что прекраснее него не было ни одного строения во всем мире. По крайней мере, даже дворцы известных тогда королей уступали ему по изысканности. Он был прекраснее любого оазиса, о котором мечтает каждый, кто провел более недели среди песков. Но просуществовал этот замок недолго. Однажды навестить Ахон-тепа отправился его брат, но замок так и не нашел, а на месте его осталась песчаная гора, теперь называемая барханом Мёрем — спящим барханом. Закончив рассказ, эльф снова бросил быстрый взгляд на Теуша. Тот не отвел глаз, только дернул ушами. Торопить рассказчика Теуш не собирался. — И что вы хотите узнать, сих Кереби? Существовал ли замок на самом деле? — поинтересовался Танар, довольно улыбаясь: ему нравилось, когда путники знали легенды о Пустыне. — Не совсем, — тихо рассмеялся Кереби. — Существовал он или нет, на том месте уже давно возвышается песчаная гора. Хотя, знаете, интересный момент: есть две версии разрушения замка Ахон-тепа, — он снова посмотрел на Теуша и продолжил говорить, будто обращался именно к нему: — Согласно первой, его разрушила Пустыня, не потерпевшая такого надругательства над собой. Кажется, это официальная версия легенды, созданная специально, чтобы никто не забывал о жестокости песков. Но мне больше нравится вторая версия: один из королей, чье имя, конечно, не называется, позавидовал красоте дворца Ахон-тепа и направил к нему свои войска, чтобы стереть его с лица земли. — О, так вы хотите узнать, какое окончание легенд правдиво! — воскликнул Танар, уже не улыбаясь. — Нет, совсем нет. Я слышал, как один вельможа хвастал, что намерен пойти к бархану Мёрем и провести там ночь. Его собеседницы — как вы догадываетесь, он бахвалился перед прекрасными юными особами — поразились его смелости, поскольку уверены, что внутри бархана живут призраки. Или, согласно другой легенде, сам Ахон-теп устраивает празднества, и до поверхности долетают звуки чарующей музыки. Так вот, я хотел узнать, действительно ли поет бархан Мёрем, или это все сказка? — А если это правда, вы бы хотели взглянуть, сих Кереби? — Пройти мимо подобного чуда? — удивленно переспросил эльф. — Только если сих Теуш испугается. Теуш удивленно вскинул брови. — Чего бояться? — полюбопытствовал он. — Призраков? Не стоит. Полагаю, раз сих Кереби-альнен заикнулся об этом, то знает, как изгнать неупокоенные души. А в остальном я склонен согласиться: пройти мимо подобного чуда было бы кощунственно. Или мы отклонимся с пути? — Это займет время, — согласился Танар, пристальным взглядом окидывая заказчиков. — Бархан Мёрем расположен в стороне от проверенной дороги, к тому же он перемещается. Медленно, но тем не менее. Вы уверены, что согласны потратить на это свое драгоценное время? Теуш открыл было рот, чтобы согласиться, но тут же поджал губы и вопросительно взглянул на Кереби. Тому пришлось хорошенько задуматься. Он уже говорил Теушу, что его дело не терпит отлагательств, но поющие пески казались настоящим чудом природы, и он себе не простит, если не услышит их только потому, что когда-то ограничил себя временными рамками. — Думаю, мой верблюд вполне способен развить скорость, чтобы если не восполнить потерянное время полностью, то хотя бы сократить отставание от запланированного графика. Что скажете, сих Танар? — Возможно, — неохотно признался тот, не горящий желанием откланяться от оговоренного маршрута без дополнительной оплаты. — Однако верблюд у вас, сих Кереби, у сиха Теуша верблюда нет. — Что ж, если сих Теуш не имеет возможности увеличить свою скорость и не склонен рассмотреть иные предложения на сей счет, мы можем сократить время на отдых, — продолжал настаивать Кереби. В данный момент он даже решил: если Теуш заупрямится и скажет, что ему нужно спешить, отправит его вместе с Танаром вперед, а сам уйдет на поиски бархана Мёрем. Неслыханная глупость, ведь без проводника он вряд ли его найдет, да и не имеет представления, как потом нагнать спутников, но все эти легенды о песни песков почти туманили разум. Некоторые вещи следует увидеть своими глазами (и услышать собственными ушами), одни рассказы не передадут даже малой части их очарования. Теуш издал смешок: его начал забавлять разговор. — Если вы полагаете, что я не угонюсь за верблюдом, то вынужден вас разочаровать, — фыркнул он, раздраженно дернув хвостом. — Раз мы идем к бархану Мёрем, полагаю, свернуть к нему стоит сейчас? Танар тяжело вздохнул. В своей работе он сталкивался с разными заказчиками. С некоторыми он не разговаривал вообще, с другими приходилось болтать без умолку, но за свою жизнь Танар повидал достаточно и мог поддержать практически любой разговор. Ему нравилась увлеченность эльфа, но вот отношения между заказчиками как будто ухудшались с каждым пройденным шагом, даже если они не контактировали. Это означало проблемы в будущем. Кроме того, отклонение от привычного маршрута — бесплатное отклонение! — не то чтобы сбивало график, но могло привести к непредсказуемым последствиям. Судя по последним изменениям, которые внес в карты Латтон (еще один проводник через пустыню, не упускающий шанса показать местные достопримечательности), бархан Мёрем двигался по непредсказуемой траектории. И ветер здесь был не при чем. — Хорошо, — наконец решился Танар, рассудив, что плата за этот поход в любом случае уже в кармане, а мертвецам неустойку не платят. — Но предупреждаю сразу: бархан поменял свое местоположение, поэтому я не могу предсказать, что или кого мы встретим на пути. — Он указал на юг. — До бархана два дня пути… было. Накинем еще день. Три дня до него, примерно три обратно к проложенной тропе. Сегодня пройдем еще немного по прямой, завтра после восхода отправимся к бархану. — Меня это устраивает, — бросил Теуш и поправил суму. — И меня, — кивнул Кереби, направляя верблюда в указанную сторону.

***

Теуш действительно не просто хвалился своими возможностями, он продолжал держать темп, хотя к бархану они не то чтобы спешили, но шли немного быстрее, чем прежде. Кереби наблюдал то за идущем, то за ползущим демоном, временами ничуть не отличающимся от пустынных ящеров, и в очередной раз задавался вопросом, зачем такому выносливому физически существу должность, не нуждающаяся в подобных достоинствах. Устроиться на работу, требующую совершенно противоположные твоим таланты, — это ему было сложно понять. Теуш ловил на себе взгляды Кереби и старался сдержаться, не обернуться, чтобы не прочитать взгляд. Пока они спешили за Танаром к бархану, Теуш выкинул из головы раздражение и подавил ненависть к эльфу. Он решил, что эти три дня будет просто наслаждаться песчаным океаном и палящим солнцем. Танар не врал: чем дальше они уходили, тем жарче становилось. Но огонь в его венах подпитывался от этой жары, восполняя силы Теуша, уходящие на дорогу. Он загребал когтями песок, то припадал к нему, почти прижимаясь обнаженной грудью, то просто быстро и широко шагал, оставаясь наравне с верблюдом. Так или иначе. Платки с водяной магией пока держались и охлаждали в нужной мере, спасая от возможного перегрева. Они останавливались ночью буквально на пару-тройку часов, но Теуш не позволял себе долго спать. Он проваливался в сон мгновенно и вставал раньше эльфа — скорее по привычке. Давно он не жил в таком ритме, со времени жизни в Академии, пожалуй, но сейчас на удивление легко вернулся к нему. Кое-что въедалось в кровь навсегда. Пока Кереби спал, Теуш… слушал. Он выбирался из палатки и слушал пустыню, слушал вечно дующий ветер, стараясь задерживать дыхание как можно дольше. Пустыня тихо пела, почти на грани слуха, но в шорохе песка слышалась странная нежность и ласка. Теуш вспоминал сестру при этой песне: ее голос был настолько же нежен, насколько силен при необходимости. Она научила его этим чувствам, она рассказала, что может быть и так. Где-то в глубине души Теуш не верил в подобное, гордость и честность были на первом плане, но когда-то в детстве, начитавшись историй о благородных рыцарях, спасающих своих принцесс или друзей, мечтал о подобном. Потом, правда, выяснил, что песчаные драконы если кого и похищают, то съедают незамедлительно, а остальная раса драконов и вовсе предпочитает жить в Высокогорье и не иметь дел с прямоходящими. Потом Теуш возвращался в палатку, но прежде успевал тихонько заглянуть к эльфу. Спящий Кереби был… другим. Желание немедленно удавить его на месте, и без того прибитое жарой и песком, почти вовсе исчезало, и Теуш просто с минуту смотрел на Кереби, вспоминая того честного эльфа, с которым они были соперниками. Спящий Кереби походил на него. Бодрствующий — нет, бодрствующий Кереби был тем, кто добился должности шантажом и обманом. И это скорее вгоняло в тупик, потому что по мнению Теуша Кереби стоило оставаться одинаковым. Иначе как ему осуществить свое желание? Спустя минуту Теуш осторожно отступал и уходил в свою палатку, где дремал до общей побудки. На третий день, как и обещал Танар, они достигли бархана Мёрем. Ифрит завис на одном из малых барханов и повернулся к Кереби. — Вы довольны, сих Кереби? Бархан Мёрем перед вами. Кереби не ответил: он просто дернул поводья, и верблюд подошел немного ближе к бархану. И тот действительно пел. Эльф не мог найти аналог этим звукам среди знакомых ему музыкальных инструментов, и потому, видимо, считалось, что это голоса призраков. Величественность и некая печаль песни Мёрема завораживала. Кереби, отдавшись ей, почувствовал, что бархан предупреждает о чем-то неминуемо плохом, разрушительным, будто поет над уже умершими. Он хотел объяснить себе, что это лишь глупое ощущение, но избавиться от него не получалось. Как завороженный, он повел верблюда вперед, желая приблизиться к источнику звуков. Прятались ли внутри бархана призраки или какое иное существо? Или же некто хитрый затаился под толщей песка, используя природные звуки как приманку? Плохое предчувствие нарастало, и Кереби был уже уверен, что Мёрем оплакивает именно его. Теуш настороженно следил за эльфом. Он слышал противный звук, больше похожий на грубую мелодию почти лопнувшей струны. Хотя, судя по вдохновенному лицу Кереби, у кого-то из них напрочь отсутствовал музыкальный вкус. Танар невозмутимо завис рядом, он не предпринял попыток остановить Кереби, когда тот внезапно дернул поводья и повел верблюда вверх. — Это нормально? — негромко осведомился Теуш у ифрита. Танар пожал плечами. — Сих Кереби получил желаемое. Вряд ли его порадует, если мы вмешаемся. — Но опасности нет? — настойчиво уточнил Теуш. Ифрит качнул головой. — Еще никто не пострадал… Никто из тех, кто умел думать, — добавил он. — Не вижу причин, чтобы отказывать сиху Кереби в этом умении. Теуш промолчал, продолжая следить за удаляющимся эльфом. Жаль будет, если такой чудесный верблюд погибнет. Кереби временно забыл про своих спутников. Требовалось разобраться, почему Мёрем пророчит смерть только ему, не остальным. Кереби довелось повидать много прорицателей и гадалок, и он отлично знал, что часть из них совершенно не видит будущее и говорит лишь то, что клиент хочет услышать, а потом тот сам создает напророченное. Особенно легко исполнялись дурные предсказания. Мог ли бархан, эта огромная туша, состоящая из одного песка, относиться к совершенно другой категории, или же, одураченный, Кереби сам подведет себя к смерти? Как вообще выходило, что он… Мысль оборвалась, когда на самой вершине Кереби увидел два золотых камня. Небольших, но маняще переливающих на солнце. Он нахмурился, останавливая верблюда. Мёрем продолжал петь, но его загадка уже не имела власти над эльфов. Резко развернув верблюда, он скомандовал: — Назад! Кереби полагал, что оба спутника дожидаются его там, где он их оставил, и с удивлением заметил Теуша рядом со мной. — Быстро! — крикнул он демону, положив правую руку на рукоять кинжала, левой же крепче сжимая вожжи. Он раздумывал, сможет ли Теуш убежать. Или, вернее, сможет ли он закинуть строптивого парня на верблюда, но прийти к выводу не успел — песок под копытами верблюда заходил ходуном. Теуш, почуявший движение песка раньше Кереби, инстинктивно бросился к нему. Спасти верблюда, естественно. То, что на верблюде сидел сам Кереби, Теуша волновало в последнюю очередь. Он припал к бархану, врываясь в песок, и прыгнул вперед, равняясь с верблюдом. Бархан Мёрем словно ожил, песок поднялся волной, образуя чашу и норовя накрыть их сверху. — Быстрее, — рявкнул Теуш, хлестанув хвостов бежавшего верблюда. — Давай же! Песок растекался, раскрывался перед ними, обнажая старинные камни. Звук нарастал: струна все-таки лопнула, и постепенно нарастал режущий слух визг. Теуш тряхнул головой, радуясь, что оставил суму с Танаром, и скакнул вперед в очередной раз, взрывая песок. В следующее мгновение бархан словно взорвался, земля треснула, и Теуш, нелепо взмахнув руками, вцепился в открывшийся камень, заслоняя глаза от песка. Он еще успел заметить скользящего по боку образовавшейся чаши верблюда, а потом бархан сомкнулся над его головой. Рука Кереби просвистела над пустотой, так и не успев схватить Теуша. Эльф выругался: будь тот одет, он наверняка ухватился бы за одежду, но нет, демоны предпочитали ходить голышом! Не раздумывая, Кереби соскользнул с верблюда и принялся разгребать руками песок. Вспомнилось, что так же он вылавливал из бурлящей реки его высочество и ведь выловил! Только река — это все-таки нечто другое, и ныряние в воду не сравнится с разгребанием песка, который осыпается обратно. Кереби принялся яростнее работать руками, передвинулся чуть вперед, и колени его заскользили. Засасываемый песком, Кереби-таки вспомнил, кого он пытался спасти. Неблагодарного демона-гордеца, любителя боли. Ну вот и зачем? ..

***

Когда Кереби открыл глаза, он сначала не сообразил, что пришел в себя: его окружала тьма, а вместо звуков — лишь приглушенный шум ветра где-то наверху и чье-то дыхание. Резко поднявшись на ноги, чтобы увеличить расстояние между собой и кем-то живым в темноте, он зашипел от боли, сильно приложившись затылком, и снова осел на пол, спиной прислоняясь к каким-то камням. Зато стало кое-что ясно: либо Кереби все-таки не погиб, либо загробный мир не избавлял от физической боли. Что ж, если окажется, что верен второй вариант, то за Теуша можно порадоваться — для него вряд ли было бы радостью существовать вечность без желанных ощущений. — Не дергайся, — посоветовал Теуш, присаживаясь напротив. Он пришел в себя немногим раньше и первым делом попытался понять, не сломал ли что. Только потом запоздало удивился, что до сих пор жив, вопреки всему. Немного приведя мысли в порядок, Теуш огляделся и изумленно замер, заметив лежащего Кереби. Он-то что тут делает? .. Впрочем, эльф лежал недолго. — Ну вот зачем полез? — Теуш аккуратно коснулся его лица, проверяя на ушибы, бесцеремонно огладил ребра, но переломов, похоже, не было. Повезло ли им? Он отстранился и огляделся. Впервые в жизни в темноте не получалось видеть так же, как днем. Здешняя тьма слепила, и Теуш видел очертания руин и Кереби не слишком четко, но пока этого хватало. Он снова повернулся к Кереби. — Ты хоть жив? Кереби молчал: сначала пытался сообразить, радоваться ли, что рядом не неведомая тварь, не дух из загробного мира, а все тот же Теуш, или рано делать поспешные выводы — многие существа могут перенимать голоса. Потому-то первым желанием, когда чьи-то руки потянулись к нему, было отпрянуть или вывернуть конечности наглецу, но тот действовал шустро и вскоре оставил Кереби в покое. Голова кружилась, а теперь еще заныло тело. Кажется, ногу он все-таки вывихнул. — Если и мертв, то это крайне неприятное состояние, — прошипел Кереби в ответ. — Впрочем, ничем не хуже многих других эпизодов в карьере помощника его высочества. Только ты от него отличаешься, — он тихо рассмеялся и замолчал, прикрыв глаза — все равно в темноте ничего не было видно, а так голова стала чуть меньше кружиться. Теуш нахмурился. Он почти не услышал ответа: раз Кереби вообще говорит, значит живой. Ругнувшись, Теуш зажег пламя и пристально уставился на эльфа. — Совсем плохо? Где болит? Кереби сидел, закрыв глаза и медленно дыша — было непривычно душно. Ему показалось, что стало светлее, но стоило приподнять веки, как яркий огонь резанул глаза, и голова ответила вспышкой боли. Кереби зажмурился и шумно выдохнул. — Голова, — выдавил он сквозь зубы. — И нога. Левая. Еще после ощупываний Теуша ныл левый бок и рука, но о них Кереби заикаться не стал, полагая, что там набухали синяки, которые демон ненароком потревожил, но не более того. Теуш тяжело вздохнул. Голова, значит? Очень хотелось сказать, что он и без того на голову ушибленный, и вряд ли падение могло что-то повредить, но это было бы ложью. — Верблюда надо было гнать быстрее, — раздраженно пробормотал он и погасил огонь. В темноте думалось лучше, к тому же у него было весомое преимущество. — Гнал, потому верблюд ушел, и с ним все в порядке, — хрипло рассмеялся Кереби. Он действительно надеялся, что зверь выжил, и Танар о нем позаботится. — А вот ты решил зарыться в песок. Или же это был твой план, которому я помешал? Кереби не смог остановить себя и приоткрыл глаз, чтобы глянуть на лицо Теуша в этот момент, но свет куда-то делся, и его снова окружала непроглядная темнота. Спасительная, но и губительная в то же время. У Теуша на мгновение мелькнула мысль, что вот он, такой желанный шанс избавиться от соперника и отомстить за давнее бесчестное поражение, но пришлось тряхнуть головой. Было бы логично бросить Кереби здесь: самому ему не выбраться, как ни крути. Другой вопрос, что и Теуш слабо представлял, есть ли здесь выход. Руины дворца Мёрем неясными очертаниями проступали из темноты. Естественно, единственный путь на свободу — идти наверх, но как туда забраться? — Ты знаешь, как был устроен дворец? — грубовато поинтересовался Теуш у Кереби. Эльф тем временем ощупывал себя, пытаясь понять, что из полезных вещей осталось при нем. Стилет обнаружился в правом сапоге, чему Кереби порадовался, кинжалы тоже были на месте. Амулет… «Легендарный амулет Королевы Исанби, почему ты не подействовал?» — мысленно обратился он к артефакту, нащупывая его под одеждой. Кажется, не пострадал, но если он не отвел морок и не помешал Кереби приблизиться к ловушке, зачем он, кроме того, чтобы украшать грудь владельца? Даже подумалось, что по возвращению вернет Танару кристалл, за который тот «арендовал» сильный амулет. Или то не было мороком, ловушкой? Может, с таким вот звуком песчинки терлись о колодец? Тот долгое время был сокрыт большим слоем наметенного песка, но копыта верблюда его потревожили, спрессованный песок разбился и потек в открытое пространство, затянув туда всех, кто оказался поблизости? Кажется, такое объяснение вполне логично. — Как замок, — наконец, ответил Кереби, не пряча тон, в котором звучало: «Оно и дураку понятно». — Так что нас ждет множество переходов, ложных коридоров и тайных комнат. Твои вещи с тобой или остались с проводником? Теуш раздраженно сдернул с головы платки, вытянул их в жгут и подвязал собранные в хвост волосы. — Остались с Танаром, — огрызнулся он. — Так знаешь устройство замка… или дворца… или нет? Если нет, можешь сидеть здесь дальше и язвить. — Значит, воды нет, — тихо заметил Кереби, а потом ответил Теушу несколько громче: — Я не видел планов и сомневаюсь, что они вообще существуют. Не поверишь, но большинство считало, что легенда про замок — сказка. А замок все-таки есть. — Он помолчал, пытаясь разглядеть фигуру собеседника, но зрение до сих пор не привыкло к темноте. — Думаешь пойти один? Если мы провалились вниз и находимся в руинах, велика вероятность, что выход где-то наверху, и лучше иметь напарника, который сможет тебя подсадить. — Кереби усмехнулся — в теперешнем состоянии он вряд ли подходил на эту роль. — В любом случае, полагаю, что следует идти туда, откуда дует свежий ветер. Теушу искренне захотелось его придушить. Он с хрустом размял пальцы и поднялся. — Понятно, считаешь меня идиотом. Мило. В таком случае, ты бесполезен, а с раненой ногой вовсе обуза. — Он задрал голову, вглядываясь в темноту. Если сюда не сыпался песок, значит, там где-то крыша. Другой вопрос, как до нее добраться… — Ты чуешь ветер? — Ты говоришь, что думаешь, я говорю, что думаю. Мне кажется, из нас вышла отличная команда, — хрипло рассмеялся Кереби и прикрыл глаза. Он не исключал вероятность того, что слова Теуша не разойдутся с делом, и в случае Кереби это означало верную смерть: только удачливый, блуждая в полной темноте в развалинах, да еще и без воды, сможет выбраться. На удачу он не спешил рассчитывать. — Полагаю, мы попали сюда не одни, — заметил Кереби после паузы. — Нам составила компанию тысяча желтых сестричек. Можешь их найти? — Кто? — не понял Теуш. Кереби медленно выдохнул и посмотрел в ту сторону, откуда доносился голос. — Песчинки, сих Теуш, — нарочито вежливо пояснил он, — песчинки. Нас завалило песком, вместе с которым мы свалились сюда. Это, между прочим, обеспечило нам почти мягкое приземление. Если вы везучи, сих Теуш, то где-то рядом будет песчаный холм приличных размеров, вполне достаточный, чтобы выбраться там же, где мы упали. — Будь это так, мы бы видели свет и слышали ветер, — отрезал Теуш. Он обернулся. Неподалеку возвышалась та самая стена песка, которую Кереби ошибочно считал холмом. — Я так понимаю, мы свалились сюда… скатились вниз по той стене песка. Она прямо напротив тебя, если что. Но это именно стена. Я не чую ни ветра, ни свежего запаха. Здесь пахнет только песком и старым камнем. Теуш замолчал, переступил с ноги на ногу и, цыкнув, подошел к стене. Нет, сплошной песок. Он попробовал уцепиться за него или вырыть хотя небольшой тоннель, но песок осыпался. Стоило хоть немного убрать его, как сверху падал новый. — Бесполезно, — разочарованно рыкнул Теуш. — Надо идти в замок. — Значит, удача не на нашей стороне, — отозвался Кереби и поднялся на ноги. Чуть не осел обратно — левая нога тут же заныла, но не взорвалась болью. Стиснув зубы, можно было идти. — Служанки по такому поводу говорят, что повезет в любви. Как считаете, сих Теуш? Кереби примерно помнил, где находится парень, но хотел убедиться. Ветра же пока не чувствовалось, что значило — идти придется долго. — Сколько выходов из этого помещения? Теуш озадаченно моргнул и, в очередной раз вздохнув, подошел к Кереби. — Вот зачем мне тебя спасать… зачем вытаскивать вас отсюда, сих Кереби-альнен? — Вы спасаете меня, сих Теуш? — даже в темноте, не ожидая, что собеседник его видит, Кереби удивленно изогнул бровь, дохромал до источника звука и взялся за его плечо. — Вы спасаете себя. А я так, подсказываю. Или вы не спрашивали меня, чувствую ли я ветер? Поведение Теуша снова казалось Кереби странным. Сначала вопрос, на который, похоже, тому не требовалось ответа, а затем и сохраняющаяся темнота, ведь Теуш вполне мог зажечь огонь и осветить помещение. Либо демоны все-таки хорошо видят в темноте, либо конкретно этот представитель загадочной расы решил устроить себе испытание, раз судьба подкинула случай. Теуш покосился на плечо, о которое оперся Кереби, и испытал странное чувство… нет, не раздражения, скорее пришел в замешательство. Правильнее всего было сбросить руку и уйти одному. Ответ Кереби звучал идиотски, в конце концов, Теуш и сам мог почуять ветер, но эльфам воздушная стихия была вроде как ближе. — Спрашивал, — проворчал он неохотно. — Только все равно не вижу причин вытаскивать и тебя. Впрочем… услуга за услугу. Я спасу тебя, а ты выполнишь после любое мое желание. Идет? И это тоже звучало по-идиотски, совершенно по-детски, но Теуш почувствовал, что улыбается. Почему бы, собственно, и нет? Учитывая, какую должность занимал Кереби, из этого можно извлечь выгоду. Хотя вспоминать об этом совершенно не хотелось, но придется использовать все возможности. Кереби улыбнулся. И этот парень хотел быть помощником его высочества? То есть по сути нянькой, хотя сам еще мальчишка. Так и подмывало заявить, что вытаскивать его не надо: Теуш пойдет искать выход, а Кереби последует за ним, прислушиваясь к шуму шагов. Единственный момент, когда, возможно, ему действительно потребуется помощь, так уже в самом конце, когда им придется лезть в дыру где-то под сводом руин. Но там и Теуш в одиночку не справится. Да, можно было это все озвучить, но вслух Кереби произнес совсем другое. — Договорились. Он отыскал на ощупь правую ладонь Теуша и пожал ее. Теуш стиснул зубы и пожал в руку в ответ. Затем почти отпихнул Кереби, тот от внезапного толчка чуть не упал, но все же удержал равновесие, скривившись от новой волны боли. Теуш тем временем присел, создавая пламя и осторожно опуская его на землю. Хватило беглого осмотра, чтобы понять: с ногой у эльфа плохо, но могло быть хуже. Скорее всего вывих или ушиб. В любом случае Теуш не взялся бы сейчас что-то утверждать, но было ясно, что самостоятельно Кереби далеко не уйдет, да и ковылять будет медленно. Он раздраженно хлестнул себя хвостом, отступил на шаг и опустился на все четыре конечности. — Забирайся на спину, — рыкнул он. — Так будет быстрее. В свете небольшого пламени Теуш выглядел … пугающе? Нет, не совсем так. В нем словно текла необузданная сила, заметить которую удалось лишь теперь. Кереби замер. У него не было мысли, что это существо, теперь не походившее на другие разумные расы, нападет на него, и все же… Он моргнул, и наваждение спало. Кереби вспомнил, что перед ним его бывший сокурсник, получавший в Академии высший бал и находившийся на лучшем счету у самого ректора. То есть не менее разумное существо, чем он сам. Которое предложило его… подвести? Это было более, чем странное предложение. Куда нелепее, чем предложение Кереби подвести Теуша на верблюде. Однако выбирать не приходилось. Все еще испытывая странное ощущение, будто он делает нечто-то ли унижающее, то ли унизительное — в любом случае, неприемлемое в цивилизованном обществе — Кереби молча взгромоздился на спину Теуша и попытался устроить ноги так, чтобы они не мешали. Взявшись за его плечи, Кереби осмотрелся. Его взгляд остановился на огне. — Держать путь тебе придется в темноте. Теуш повел плечами: странное ощущение. Он возил так сестру, когда достаточно подрос, или когда играл с соседскими детьми. Но они были демонами — все до одного. Возить представителей иной расы не то чтобы запрещалось, скорее было… не в почете, пожалуй. Это не унижало, но в любой другой ситуации Теуш ни за что бы не предложил подобного. Сейчас у них не было выбора. И нет, он не искал оправданий. Он снова повел плечами, проигнорировав реплику Кереби, хлопком погасил огонь и, оглядевшись, буркнул: — Главное, за рога не хватайся и не трогай хвост, иначе могу сбросить. Случайно, конечно. И сразу же, без перехода, прыгнул в единственную ведущую отсюда арку. — Я и не собирался тебя дергать за хвост, — возразил Кереби, сжав сильнее пальцы на плечах Теуша, чтобы удержаться, но тут же постарался ослабить хватку. — Это несколько интимный процесс, тебе не кажется? — он даже улыбнулся, произнося последние слова. — О прикосновении к рогам думаю так же. Не знаю, как ты, но я бы не позволил коснуться своих ушей кому бы то ни было. Предложение должно было закончиться «кроме» и уточнением, кто входит в круг избранных лиц, но его не последовало: у Кереби не имелось ни одного существа, ради которого он сделал бы исключение. — Ты хорошо видишь в темноте? — спросил он, прислушиваясь к потокам воздуха, но пока лишь слышал шум, созданный движением Теуша, и их дыхание. — Или достаточно? — Пока вижу, — выдохнул Теуш, цепляясь за полуразрушенную лестницу. Она началась сразу после арки, и в первое мгновение Теуш растерялся, но инстинктивно перескочил на следующие ступени. Приходилось помнить, что на спине Кереби. Забыть об этом было сложно, конечно, особенно когда его дыхание чувствовалось кожей. Что он там говорил насчет интимных прикосновений? Теуш прежде не задумывался об этом, да и сейчас не было времени отвлекаться, так что он отложил эти мысли на потом. Когда выберутся. Хотя, как ни крути, у Кереби была странно прохладная кожа, несмотря на то, что они путешествовали по пустыне. Теуш замер, когда лестница внезапно закончилась. Следующий пролет отсутствовал, а дальше виднелась полуобрушившаяся площадка. — Так, — он охрип от бега и дышал тяжелее, чем прежде, но пока не выбился из сил. — Прижмись… держись крепче, придется прыгнуть вверх. Впереди дыра в пропасть. Как будешь готов, скажи. Кереби выполнил требование и обхватил Теуша за шею. — Не придушу? — уточнил он, прижимая колени к бедрам парня. Теуш только мотнул головой. — Готов? Кереби помедлил с ответом — он прислушался, опасаясь, что слабый звук ему лишь показался. Нахмурившись, он решил пока промолчать. — Готов, — сообщил он, прижавшись сильнее к Теушу. Теуш склонил голову набок, коснувшись пальцев Кереби, пригнулся к лестнице и резко оттолкнулся, взрезав хвостом воздух. Где-то внизу раздался знакомый визг, но Теуш уже был на площадке. Позади осыпались камни, и он еще раз скакнул вперед подальше от края. На другом конце площадки виднелись очертания очередной лестнице, но они практически сразу обрывались, и Теуш недовольно заворчал. Здесь он мог попытаться прыгнуть в одиночку, но с Кереби добраться до следующего пролета было невозможно. Да и один он сильно рисковал — слишком большое расстояние, чтобы прыгать без страховки. — Живой? — хрипло поинтересовался Теуш и прижался лбом к камню, переводя дыхание. — Придется идти в обход. Здесь слишком большой пролом. Кереби уткнулся в шею Теушу и тяжело дышал: резкий прыжок закончился вспышкой головной боли, и ему составило большого труда сдержаться и не застонать. Почувствовав, что боль отступает, он ответил: — Да, все в порядке. Подожди. Он снова прислушался. Переводящий дух Теуш отвлекал, да и он сам вел себя недостаточно тихо, так что верить услышанному было трудно. И Кереби не представлял, как выглядит помещение, где они оказались. Были тут переходы или что еще? Где находился тот «обход», о котором заикнулся Теуш? Придется им прыгать обратно? («Нет, только не это…» — хотелось закричать, предчувствуя очередную головную боль.) — Что находится справа? — спросил он, наконец. — Арка, — безропотно ответил Теуш, скосив глаза. — За ней комната. Раньше явно висели двери… ну да неважно. Слева, если тебе интересно, обрыв. Лестница идет вдоль правой стороны куда-то наверх. Площадка небольшая, шагов… пятнадцать, наверное. Больше ничего, сплошная стена. С тобой я не полезу по ней. Один бы — еще может быть, но раз они договорились, то Теуш не собирался нарушать данное слово. Они выберутся отсюда вдвоем — или не выберутся вообще. Возможно. — Нам не надо налево, — возразил Кереби. — Справа проход доступен? Голос прозвучал уверенно, хотя на самом деле его кое-что смущало: кроме далекого звука, раздававшегося, судя по словам Теуша, за комнатой, занимающей не самый высокий этаж, Кереби слышал что-то еще. Почему-то внизу. Он понимал, что снизу искать выход бессмысленно, им нужно подниматься наверх, но и отделаться от ощущения, что в пропасти что-то есть, не мог. И все же говорить об этом Теушу не стал. Теуш недовольно дернул ушами. — Я же сказал: там комната и придется идти через нее. В обход. Впрочем, — его голос смягчился, — ты же ударился головой. Еще минуту, и идем дальше. Он не стал ждать ответа, просто прижался к прохладному полу, стараясь остудить разгоряченную кожу. От Кереби теперь тоже исходил жар, но он отличался от огня в крови, и Теуш устало улыбнулся. Видел бы их кто посторонний, что бы подумал? Впрочем, какая разница. Кереби тихо дышал ему почти в ухо, было щекотно, и Теуш невольно мотнул головой. — А я сказал, что нам не надо в обход, — едко прошептал Кереби, — нам нужно именно туда. Если тебе не нужна помощь в поиске выхода, я буду молчать. За помощь все равно расплачусь позже. Он сжал плечо Теуша и прикрыл глаза, ожидая, когда головная боль утихнет совсем. Торопить демона он не собирался. Теуш, не сдержавшись, встряхнулся, как после купания, скидывания Кереби на камень, и навис над ним, прижимая плечи. — Я это и сказал, — рыкнул он. — Будь добр, оставь ехидство при себе и не зли меня. По крайней мере, пока. А раз я сама доброта, то предупреждаю сразу: чем больше я устаю, тем быстрее раздражаюсь. И тем хуже будет тебе. Понятно? — Так и сказал? — прохрипел с пола Кереби. — Понятно, почему ректор тогда передумал. Угрозы Теуша сейчас не действовали: сделав выводы из его описаний, Кереби сомневался, что они с легкостью выберутся. И что сделает разъяренный демон? Оставит его здесь или искалечит? Любой из этих раскладов казался Кереби глупым, а с глупцами спорить бессмысленно. — Ну конечно, — издевательски фыркнул Теуш, перебарывая желание впиться зубами в эльфа и хорошенько его тряхнуть. — Из-за этого, безусловно, а не потому что ты пригрозил ему отцом, а потом наверняка с кем-нибудь переспал. Земля слухами полнится, эльфеныш. — Он сильнее вжал его в пол и угрожающе клацнул зубами. — Или я не прав? — О да, ты прав! — криво улыбнулся Кереби, прищуриваясь. — С ректором. И с отцом заодно, чтобы он пришел и заступился за меня. Но ректору так понравилось, что отцу не пришлось приходить. А еще пришлось-таки пройти проверку с его высочеством. Так что, как видишь, у тебя не было ни малейшего шанса. Он уже откровенно скалился, раздумывая, в каком невыгодном положении находится, пока прижат к полу. Увы, сейчас Кереби находился полностью во власти Теуша, но все равно оставался уверенным, что схватка еще не проиграна. Он ждал, когда тот нанесет удар, на мгновение оторвав одну из рук или изогнувшись, немного поменяв позу. Кереби не видел противника, но отлично чувствовал его мощное тело, и этого ему было достаточно. Загривок обожгло огнем, и Теуш не сдержался, вцепился в незащищенное горло, прикусывая кожу. В то же мгновение раздался знакомый визг — торжествующий, победный, и его как ужалило. Теуш испуганно вскинул голову, подскочил на месте, отпуская Кереби, и приземлился в стороне, приваливаясь к стене. В ушах шумело, но огонь в крови как будто погас, и Теуш задрожал. Он приглушенно зарычал, обхватил себя руками, когда визг стал настолько громким, что едва не лопнули барабанные перепонки. А в следующий момент все резко стихло. Укушенный Кереби не сразу почувствовал освобождение — шея горела, отчего все остальные ощущения притупились. Инстинктивно он потянулся к ране пальцами, а обнаружив, что рука достигла цели, тут же сообразил, что случилось. Схватившись за кинжал, он резко сел, пытаясь дышать как можно тише, чтобы различить местонахождение противника, но тут снова закружилась голова. Его резко замутило, так что Кереби едва успел извернуться, чтобы не замарать одежду. Его рвало с минуту, а когда спазмы прекратились, он ощутил странную легкость и пустоту в голове. Последние события всплывали в памяти, но диалоги звучали неестественно. С чего он вдруг начал язвить Теушу? И отчего Теуш так колко отреагировал на его слова? Будто кто-то, не очень хорошо знающий их двоих, решил написать сценку с их участием, прописав образ Кереби таким едким, как о нем говорили во дворце, а Теуша — злобным и недалеким. Кереби вымученно улыбнулся, представив в этой роли одного из их прошлых сокурсников. Имени его он не помнил, в памяти остался лишь образ трусливого и завистливого мальчишки, который средний балл набрал с трудом и все пытался подружиться то с Кереби, то с Теушем. Конечно, не вышло. Выпрямляясь, Кереби рассмеялся. Ко всему прочему он успел разувериться, что выход из руин существует. Что за глупый автор приписал ему такие мысли? Теуш даже не пошевелился, просто смотрел на Кереби, слушал его и пытался понять, что сейчас произошло. На языке остался вкус ткани и крови, в нос до сих пор бил запах Кереби, смешанный с камнем и песком. Это место… кажется, оно сводило с ума. Может, и правда призрак? Тот визг не мог принадлежать живому существу, тем более — разумному. Теуш усмехнулся. Следовало выбираться отсюда как можно быстрее, но эта вспышка выпила все силы, он даже хвостом пошевелить не мог, не то что тащить Кереби на себе. — Эй, — хрипло окликнул он смеющегося эльфа, — доберешься до меня? Иди на голос. Сюда. Прямо. Кереби медленно поднялся и, пошатываясь, дошел до Теуша. Опустился рядом с ним — нога не позволяла стоять без опоры, а парень все еще сидел на полу. — Там, справа, нет проломов? — осведомился он, нащупывая руку Теуша. Когда нашел, взвалил себе на плечо и попытался поднять, опираясь на правую ногу. — Нет, — Теуш перехватил его руку и осторожно потянул на себя. — Сиди. Нам придется отдохнуть, прежде чем пойдем дальше. Ты меня не унесешь, я тебя сейчас, к сожалению, тоже. — Мы можем доковылять, поддерживая друг друга, — возразил Кереби, но все-таки уселся рядом. — Внизу есть нечто, с кем встретиться мне не хотелось бы. А еще хочется пить, но пока не доберемся до моего верблюда, о воде остается только мечтать. Про Танара он не заикнулся, полагая, что хитрый ифрит мог решить, что самоуверенные глупцы-заказчики погибли, а значит, ничто его не удерживает в пустыне и можно возвращаться в столицу. Теуш облизнул губы и на мгновение задержал дыхание. Потом потянулся к платкам и распустил волосы, сжимая жгут в руке. Он осторожно вытянул несколько водных нитей, стиснул их в другой руке, превращая в воду, и медленно, чтобы не расплескать, поднес к губам Кереби. Мало, всего на глоток-полтора, но лучше, чем ничего. — Вода, — предупредил он, чтобы Кереби не отпрянул. — Но мало. Подобного тот никак не ожидал. — Не зря именно ты был моим соперником на должность, — с улыбкой отозвался эльф и сделал небольшой глоток. Смочить им дерущее после рвоты горло не удалось, но стало немного легче. — Там еще есть? Сам будешь? — поинтересовался он, облизывая губы. Теуш покосился на высохший платок. Оставалось еще три. — Есть, — он полуповернулся и, протянув руку, осторожно коснулся горло Кереби. Говорить было сложно, неловко, смущающе, но Теуш заставил себя произнести: — Извини за укус. — Это было на самом деле? — удивился Кереби и сам коснулся раны, задевая пальцы Теуша. — Похоже на дурной сон. Он поднес пальцы ко рту и облизал их — рана кровоточила, пускай и не сильно. Ее следовало обработать, но Кереби не представлял, каким запасом воды обладает Теуш. — Воды было мало в ладонях или мало вообще? — В ладонях. Хочешь еще? — Теуш привалился к его плечу и медленно моргнул. Усталость и истощившиеся силы брали свое, хотелось поспать, чтобы хоть немного восстановиться. — Все зависит от того, насколько глубокий колодец ты прячешь в кармане, — мягко улыбнулся Кереби, мысленно отмечая, что сидеть на полу очень даже хорошо. Голова перестала кружиться, и нога не ныла. — И как одному существу покоряются и жар, и влага? — спросил он, неосознанно протягивая руку к голове Теуша и чуть касаясь его волос. Одного этого прикосновения стало достаточно, чтобы Кереби резко выпрямился и стряхнул с себя Теуша. Этот парень шипел на него всю дорогу и не хотел ехать на его верблюде, а теперь решил уснуть на его плече? — Нам нужно идти, — скомандовал Кереби, нащупывая в темноте Теуша. Лицо, плечи, руки. Он снова попытался взвалить его на плечо и поднять. — И как можно быстрее. Теуш безропотно снес прикосновения, но не пошевелился. Только дернул Кереби обратно и бесцеремонно соскользнул вниз, к нему на бедро. — Спать, — пробормотал он. — Ровно час, и мы пойдем дальше, обещаю. Иначе я превращусь в ледяную статую, и ты меня точно не сдвинешь с места. Кереби по-прежнему пах камнем и песком, одежда пропиталась их общим потом, и Теуш довольно оскалился. Он постарался не потревожить его больную ногу еще сильнее и просто закрыл глаза. засыпая практически мгновенно. — И как ты проверишь, что прошел час? — попытался воззвать к его разуму Кереби, с трудом сопротивляясь желанию оставить все, как есть. Теуш, лежащий у него на ноге, такой тихий и совершенно неопасный, заставлял улыбаться. — А если ты превратишься в ледышку, я буду только рад — оближу тебя, утоляя свою жажду. Ожидаемой реакции на такие откровенные посягательства не последовало. Прислушавшись, Кереби понял, что Теуш уже спит. Он сам был не прочь вздремнуть, но нечто, гуляющее у основания руин, а может, уже поднявшееся выше, беспокоило сильнее. Кереби тряхнул Теуша за плечо: — Час прошел, ваше демонское сиятельство, пора. Тот недовольно открыл глаза и дернул плечом, сбрасывая руку. — Не прошел. Дай мне пять минут, Кереби, и мы поползем дальше. Кереби мысленно выругался. Ему не хотелось оставаться в полной темноте в одиночестве. Пока Теуш бодрствовал, эльф чувствовал себя уверенно, будто и сам видел во мраке. Признаться же в этом вслух ему хотелось меньше всего. — Ладно, пять минут, — нехотя согласился он. Прижавшись затылком к камню, Кереби постарался сосредоточиться на звуках в развалинах. Стук сердца, шумное дыхание — его и Теуша — сбивали. Кереби сглотнул и велел себе собраться: если здесь и правда есть кто-то еще, паника не поможет, а лишь приведет к гибели. Снова положив руку на плечо Теушу, Кереби правой сжал кинжал, готовый вытащить его в любой момент. Кинжал — короткое оружие, так что надеяться, что он сможет защищаться, не вскочив на ноги, было бы странно. Но и на ногах он — легкая мишень. Да, Кереби мог на слух определить, где противник, но где-то поблизости находился обвал, и, возможно, всего в паре шагов от них. Хорошо, конечно, что Теуш устроился именно на левой ноге, и все-таки эта необходимость вздремнуть… Почему он не смог подождать, пока они выберутся на безопасное пространство! И этот парень имел наглость потребовать исполнение желания за то, что вытащит Кереби отсюда. Крепче сомкнув пальцы на рукояти кинжала, Кереби пытался успокоиться и расслышать, где находится враг. Спустя ровно пять минут (ну, может, шесть или семь) Теуш открыл глаза. Естественно, он не чувствовал себя отдохнувшим. Естественно, спать хотелось еще больше. Естественно. Он тихо вздохнул и медленно сел, потянулся, зевая во весь рот. — Все тихо? — Тихо, — выдохнул в ответ эльф. Он с удивлением ощутил, что левое бедро ничто не придавливает, и аккуратно провел по нему рукой, пытаясь удостовериться, что это не сон. И все. Больше он ничего не мог сделать. За эти пять минут, обернувшиеся для него часом, Кереби впал в оцепенение, потому что только замерев, он не слышал собственного дыхания. Теперь он мог двигаться вновь и не прислушиваться к малейшему шороху, но тело словно забыло, как это делается. Кереби продолжал сидеть каменным изваянием, крепко сжимая кинжал и неглубоко, поверхностно вдыхая воздух. Теуш, цепляясь за стену, поднялся на ноги и легко сжал плечо эльфа. — Тогда идем, — заявил он. — Поднимайся. Или помочь? Кереби промолчал. Заставив себя отпустить кинжал, он нашел в темноте руку, сжимавшую его плечо, схватился за нее и встал. На это ушло больше времени, чем следовало — ноги не очень-то хотели слушаться, —, но все же он справился. — Идем, — хрипло отозвался он, когда понял, что вернул себе власть над собственным телом. Теуш сжал его руку и шагнул в комнату. Здесь давно все истлело, остались только руины. На полу валялись какие деревяшки… или то, что осталось от них, не съеденное временем. Чем эти вещи были раньше? Мебелью? Ценностями? Когда-то здесь жили, может, эльфы, может, ифриты. В мире было слишком много рас, чтобы угадать точно, и Теуш оставил это занятие. — Осторожней, здесь куча… чего-то, — предупредил он, обходя непонятное нагромождение. — Сейчас выйдем на место, где почище, и снова сядешь мне на спину. Так будет быстрее. Кереби, не отвечая, шел за Теушем — здесь он точно был обузой. Ногой он нащупал какой-то предмет, споткнулся, но надежная рука Теуша не позволила упасть — только перед глазами все заискрилось. Кереби замер, оглядываясь. Затем схватил Теуша за руки и закружил, обходя предметы. — Здесь танцевали, — сообщил он, глядя на залитую солнцем комнату. — Не бальный зал, просто комната. Ее. Дочери Ахон-тепа. Стены были обиты панелями из светлого дерева и нежно-бежевым бархатом, в углу стоял столик на резных ножках с зеркалом. Пуфик, обитый той же тканью, что и стены. Небольшой комод. Кресло. Кереби сделал шаг назад, отпуская Теуша. — На мне платье, — оглядел он себя. — У нее был ужасный вкус, — презрительно отметил он, проведя рукой по широкой юбке из яркого, но неприятного на ощупь материала, скрипевшего от каждого движения. — Это не спальня, комната для отдыха. А там — потайная дверь на башню, — он указал на шкаф, заваленный книгами, за которым и пряталась дверца. Заметив свою руку, он снова скривился: — Какие ужасные перчатки. А эти перстни! Кто носит огромные перстни поверх перчаток? Он попытался стащить с себя эту безвкусицу, от которой быстро вспотела и начала чесаться рука. В первое мгновение Теуш ошеломленно следовал за Кереби в танце и застыл, остановившись. В следующую минуту он серьезно забеспокоился за разум эльфа, особенно когда тот вцепился в собственную руку и потянул ее за пальцы, пытаясь снять какую-то несуществующую перчатку. — Прекрати! — Теуш схватил его за запястья. — Кажется, нам и правда не следовало останавливаться. — О, ты здесь! — с облегчением отозвался Кереби и опустил вторую руку на держащие его пальцы. — Я тебя по-прежнему не вижу, поэтому либо следуй за мной, либо не отпускай. Идем, — он потянул Теуша к книжному шкафу, обходя пуфик и невысокий столик. — Стоять, — Теуш вцепился в него, тормозя. — Там руины, и я не хочу в них соваться. Плохо пахнут. — Он на секунду прислушался, но знакомого визга не было. Значит, дело в другом, и этот мертвый замок действует на них по-разному. Он тяжело вздохнул, шагнул, оказываясь рядом с Кереби, и отпустил его, чтобы бесцеремонно ухватить за талию и закинуть к себе на плечо. — Пора выбираться отсюда. — Башня — там! — возмутился Кереби, чувствуя себя не просто ущемленно, а совершенно странно: он видел помещение, мебель и то, как висит в воздухе в странной позе. — То, что я в платье, не делает меня женщиной и не дает тебе права таскать меня! Выход за тем шкафом. Лесенка на башню. Башня — самая высокая часть замка. Уловил мысль? — Какой шкаф? — проворчал Теуш, но не сдвинулся с места, разглядывая истлевшие деревяшки, разбросанные на полу. — Здесь сплошные руины, раскрой глаза! Выход из комнаты в другой стороне. — Я тебе на него показал, идиот, — прорычал Кереби в ответ. — Я вижу только стену, — огрызнулся Теуш. — Я не умею ходить сквозь камень! — А она, думаешь, умела? — Наверное, — ядовито отозвался тот. — Впрочем, — Теуш поморщился от собственного решения, но опустил Кереби на пол, сжимая его запястье. — Показывай свою дверь, а я подумаю, смеяться над тобой бедовым или нет. Кереби поборол желание ударить Теуша. Никогда прежде ему так истово не хотелось съездить кому-либо по лицу. «Что за идиот! В его словаре явно отсутствует слово „потайная“», — кипел он от злости, быстрыми шагами пересекая комнату. Схватился за шкаф и одним движением опрокинул его, после чего оглянулся и победоносно посмотрел туда, где, как ему казалось, стоял Теуш. Вот она, эта дверца. Чтобы унизить тугодума-демона, Кереби даже постучал по ней кулаком. И замер. Что-то было не так. — Не дерево. Другой звук. Но своим ощущениям доверять не могу: пальцы все еще чувствуют ткань перчаток. — Потому что камень, — буркнул Теуш. Дико было наблюдать, как Кереби машет руками в воздухе, якобы касаясь чего-то. Замок был давным-давно мертв, и все, что некогда ценили его жители, обглодало время, оставив негниющие останки. А Кереби, похоже, все-таки что-то видел… или думал, что видел. Это почему-то пугало больше источника визга. Теуш шагнул вперед, оттеснил Кереби в сторону, и когтями впился в камень. Ничего. Он постучал, максимально напрягая слух, но собственное дыхание и биение сердец заглушало сейчас все вокруг. Теуш раздраженно ударил хвостом по стене, и камень обиженно взвизгнул. — Может, что-то еще видишь? — устало поинтересовался Теуш, оборачиваясь к Кереби. Он схватил его за руку и приложил его ладонь к стене. — Вот тут. — Именно здесь начиналась тайная лестница на башню, — сообщил тот. — Узкая, очень много ступенек. Пока она поднималась на самый верх, всегда уставала, и ей было приятно отдыхать там, оглядывая бесконечную пустыню… Кажется, проход завалило. Если мы не сможем разобрать камни, придется искать другой путь. — Подожди, — Теуш тряхнул головой. Перед ним по-прежнему оставалась каменная стена, и он даже представить не мог, о чем говорит Кереби. — Какой проход завалило? Повторяю: тут просто стена. Гладкая. За ней, возможно обвал, согласен. Не слышно пустоты. Кереби сполз вдоль стены на пол и обхватил голову. Что-то тянуло его туда, это что-то было готово содрать его ногти, лишь бы разворошить камни и выбраться на свободу именно этим путем. Он тяжело дышал и старался не думать о недоступном проходе, но взгляд сам возвращался к нему. — Меня сбивает то, что я вижу, — сообщил он Теушу. — Подожди минуту. Кереби закрыл глаза и сделал несколько глубоких вдохов. — Еще эта служанка, — прорычал он. — Играет на лире! Мелодия появилась тут же, как только он попытался отвязаться от видения, и звучала так, будто темнокожая девушка с длинными пальцами опустилась рядом с ним и играла специально для него. Красивая, но тоскливая мелодия. — Какая служанка? — не понял Теуш и прислушался. Нет, ничего, только где-то на грани сознания опять нарастал знакомый визг. — Теуш, за пределами комнаты я слышал потоки воздуха, — вместо ответа сипло произнес Кереби, затыкая уши. Он даже собственного голоса не слышал и боялся, что всего лишь думает, а не произносит вслух. — Если здесь завал, значит, воздух шел не отсюда. Но тут была еще одна дверь. Может, там есть какая-то щель… Выйдем через нее в другой коридор, там тоже есть лестница. Я его не могу услышать. Но он должен быть. — Кого ты услышать не можешь? — обреченно спросил Теуш, поводя ушами. Он еще раз вцепился в камень, но тот намеревался хранить свою тайну и дальше. Пришлось отступить и снова повернуться ко второму выходу из комнаты в противоположной стороне. Сумрак начинал действовать на нервы не хуже сходящего с ума Кереби. Визг продолжал назойливо мешаться на границе слуха, навалилась усталость. Понесла же нелегкая их в это проклятое место! — Идем, — буркнул Теуш и, схватив Кереби за руку, рывком поставил того на ноги и повел за собой. — Рассказывай, что видишь. «Может, хоть заглушишь визг», — тоскливо про себя закончил он. Кереби не сопротивлялся. Он не знал, ответил ли ему Теуш и что именно сказал, но надеялся, что тот ведет его к проему, откуда дул ветер: он наверняка слышал хорошо, не так превосходно, как эльфы, но лучше, чем представители других рас. Иначе зачем ему такие большие уши? Идти с закрытыми глазами было сложно, поэтому Кереби отважился снова посмотреть на комнату. Надеялся, что увидит прежнюю тьму, но нет, помещение купалось в солнечном свете. А там, куда вели его, плясало пламя. — Огонь, — сообщил он, борясь с искушением вырваться из невидимой хватки и снова побежать к проходу на башню. Этот страх был не его, но одного понимания не хватало, чтобы бороться с ним. — Нам туда, если огонь не настоящий, — еле выдавил из себя Кереби, хотя губы были готовы прошептать: «Нет, только не туда!» — Нет там огня, — откликнулся Теуш, уверенно приближаясь к арке. Раньше и тут были двери, от них остались ржавые петли, которые наверняка рассыплются в пыль от любого прикосновения. Они вышли в очередную комнату, и Теуш устало вздохнул, остановился, оглядываясь. Это помещение практически ничем не отличалось от прежнего: те же руины, те же остатки чего-то, что было необходимо жителям замка. Отсюда вели три прохода и трещина в стене. Теуш шумно втянул воздух: показалось, что подул ветер. Возможно ли? — Что ты видишь? — Ничего, — озадаченно заморгал Кереби. Теперь его ощущения не поддавались описанию. Он ожидал, что его тело вот-вот поглотит огонь, но ничего не произошло. Он был озадачен, потерян. Хотелось сесть возле стены и остаться там, пока… Пока — что? Он не знал. Снова не его ощущения. Те же, что тянули его к проходу на башню. Кереби прикусил губу и свободной рукой нащупал плечо Теуша, в которое буквально впился. Теплое, даже горячее. Живое. Настоящее. Теуш вздрогнул от этого прикосновения и покосился на него. Кереби прикрыл глаза, затем кивнул. — Ветер шел отсюда, правильно. Значит, мы на верном пути. Нам нужно идти левее. Слышишь? — Левее? — тот озадаченно уставился на противоположную стену. — Но щель справа. Или там есть еще что? — Кроме щели в этой комнате ничего нет? — уточнил Кереби, отпуская руку Теуша и подставляясь легкому, почти неощутимому потоку воздуха. — Три двери. Слева, по центру и немного правее. — Нам в левую, — решительно кивнул Кереби. — В смысле, проемы, — пробормотал Теуш и потянул Кереби за собой налево. Приблизившись, он вдохнул воздух: пахло немного по-другому. Ветер? Он мотнул головой и осторожно шагнул вперед. Перед ними оказалась еще одна лестница: куда более узкая — двоим не разминуться, но выглядела она надежнее и вроде казалось целой. Теуш отвел Кереби обратно в комнату и отпустил. — Там лестница, — пояснил он, опуская на четвереньки. — Залазь. На этот раз предложение Теуша не вызвало в Кереби никаких эмоций — он очень устал и хотел поскорее выбраться из темноты. Пусть там безжалостное солнце, а ветер сух, но сейчас они казались самыми прекрасными явлениями на свете. Поэтому он просто сел на спину Теуша и слегка сжал его плечи. — Готов, — сообщил он. И Теуш бросился вперед. По этой лестнице бежать было неудобно, она порой резко поворачивала, под руки попадались камни, и Теуш раздраженно бил хвостом по стенам. Но они шли наверх. И все больше пахло ветром. Внутренняя башня или ход на местный чердак? Теушу было без разницы, главное выбраться отсюда, а потом можно отоспаться. Желательно, подальше от бархана Мёрем. Он уже не помнил, сколько пролетов минул, когда в уши ворвался знакомый визг. Теуш вцепился в камень, едва не соскользнув вниз, и вжался в камень, чувствуя, как стремительно иссякают силы. Кем бы ни был визжащий, он высасывал огонь из его жил, почти лишая возможности действовать. — Будь ты проклят, — хрипло выдохнул Теуш, прижимаясь щекой к руке вцепившегося в плечо Кереби. Кереби не ответил, хотя и слышал проклятье — где-то отдаленно, будто его кинул не Теуш. Сейчас его занимало другое: нечто словно схватило его за внутренности и потянуло туда, навстречу выходу, но те слишком хорошо были связаны друг с другом и не порвались, лишь затрещали, заныли. Кереби снова стало дурно, но он постарался сдержать подступавшую тошноту. — На выход, быстрее, — сквозь зубы прошипел он. — Легко сказать, — огрызнулся Теуш, но пополз, из последних сил цепляясь за ступени. Визг нарастал, бил по ушам, кровь стучала в ушах, а сердце, казалось, билось все медленнее. Теуш сам не понял, когда добрался до площадки, крыша над которой уходила в высоту и терялась в темноте. Он едва не взвыл от разочарования: пахло ветром, но этот ветер казался недостижимым! — Куда? — почти простонал он, не в силах выносить визг. — Куда, Кереби? Эльф не выдержал: он скатился со спины Теуша и замер на четвереньках. Его снова рвало, но поскольку желудок был пуст, выходила желчь. Внутренности горели и рвались к горлу. Одежда, пропитанная потом, прилипла к спине. Нужно было определить, откуда дует злосчастный ветер, но Кереби с трудом стоял на коленях и вообще хоть что-то соображал. Доверять собственным ушам, в которых билась кровь, он уже не мог. Подняв трясущуюся руку, он попытался нащупать ветер. — Наверху… — выдохнул он. — Где-то вон там… — он подставил руку ласкающему порыву ветра. — Песок… Тут есть песок? Теуш почти на ощупь двинулся вперед и практически сразу почуял песок, прежде чем коснулся его. Новый порыв ветра принес запах звезд. Запах пустыни — той, что лежала мирным зверем наверху. Теуш задрал голову, смаргивая выступившие слезы. Ему показалось, что из глаз течет кровь, но пришлось отбросить эту мысль, потому что над ним возвышался выход. Не дотянутся, но допрыгнуть можно. Туда, на свободу! .. Не раздумывая, он присел и резко оттолкнулся, уцепился за край и… оказался на поверхности. Ветер тут же обнял его, игриво бросил песок, но Теуш не обратил на это никакого внимания: он замер, недоверчиво разглядывая звезды. И визг стих. А Кереби продолжал ждать ответа. Ему показалось, что он слышал шорох, но он все еще не доверял своему слуху. Теуш же молчал. — Эй? — слабо окликнул он спутника, опустившись на камни — сил стоять на коленях не осталось. Теуш вздрогнул, услышав то ли стон, то ли хрип. Он встряхнулся и резво повернулся к пролому, свесился вниз. — Выход, Кереби, мы добрались! Слышишь? Тебе нужно встать. Тебе нужно прыгнуть, и я подхвачу тебя. Кереби! — Прыгнуть, чтоб тебя, — выругался себе под нос Кереби. И все же он широко улыбался: как бы там ни было, они нашли выход. Медленно поднявшись на четвереньки, он снова ощутил подступ тошноты, посидел немного — похоже, отпустило. Осторожно поднялся. — Я все так же тебя не вижу, — чуть громче произнес Кереби, а мысленно добавил «ваше демонское сиятельство». Он бы сказал это вслух, если бы хватало сил. — Наверх смотри, — проворчал Теуш и свесился еще ниже, стараясь не соскользнуть обратно. Он громко хлопнул в ладоши. — Сюда, милый, сюда! И невольно хохотнул над своей дурацкой шуткой. Но свежий воздух сейчас пьянил, как никогда, и ощущение свободы толкало на безумные поступки. — Сюда! — он еще раз хлопнул в ладоши. Кереби было достаточно одного хлопка, чтобы определить направление, но состояние не позволило лихим порывом ветра помчаться на него. А еще этот шальной выкрик Теуша, от которого захотелось расхохотаться, да изо рта вылетел лишь хрип, а внутренности отозвались негодованием. — Я прекрасно тебя услышал, — негромко ответил он, доковыляв до Теуша и попытавшись нащупать ладони Теуша над головой, чтобы он не хлопнул в третий раз. — Ты готов? — Всегда готов, — хохотнул Теуш и покрепче уцепился за край. — Прыгай, я вижу тебя. — Если ты меня не поймаешь… и я сломаю ногу… никаких желаний! — похрипывая от смеха, предупредил Кереби. Он чуть присел и с силой оттолкнулся от пола, тут же застонав — прыгать с поврежденной ногой мог решиться только он. Ну, возможно, и этот безбашенный демон, что завис где-то наверху. Теуш сразу же ухватил Кереби под локти, толкнулся всем телом наверх, вытягивая того за собой, и через пару мгновений они едва не скатились на песок. Теуш успел зацепиться за край, прижимая Кереби к себе. Может, сейчас стояла ночь, и бархан не пел, но им еще предстояла сбежать с Мёрема и отыскать Танара, если тот не решил вернуться в город, посчитав своих заказчиков мертвыми. — Минута отдыха, — попросил Теуш и скривился, почувствовав на зубах песок. — Да хоть вечность, — отозвался Кереби, упав спиной на крышу и глядя на звездное небо. Какое же оно все-таки красивое! Тошнота, что терзала его внизу, отступила, хотя горло все так же и жгло, но ни оно, ни боль в ноге не могли испортить настроения. Теуш растянулся рядом с ним и расплылся в улыбке. Он вытянул руку, словно хотел схватить с неба звезду. — Отличное начало путешествия, не думаешь? — Испытание пустыни мы прошли, — подмигнул ему Кереби, — и если найдем моего верблюда, точно доберемся до мудрецов. Кстати, ты умеешь свистеть? — Не очень, — беззаботно откликнулся Теуш. — А надо? — Необходимо, — широко улыбаясь, заверил его Кереби. — Длинным свистом и дважды коротким. — Уверен, что хочешь рискнуть? — Теуш сел, глядя на него сверху вниз. — Это может оказаться… неприятно. — Боишься меня разочаровать? — рассмеялся Кереби, все так же лежа на песке. Теуш хотел ответить «да», но осекся. Разочаровать… Бояться разочаровать того, кто сам когда-то разочаровал? Нелепо. — Нет, — он усмехнулся и на пробу тихонько посвистел. Вышло не очень. Сколько сестра ни учила в детстве, так и не получалось толком. Ну, попробовать он мог. — Длинный свист и дважды короткий? — уточнил Теуш. — Верно, — подтвердил Кереби, закинув под голову руки и прикрыв глаза. — Только громче. Теуш глубоко вдохнул и засвистел, как требовалось. Раз, второй, третий… После пятого он замолчал и бросил на Кереби вопросительный взгляд. Тот размеренно дышал, и Теуш усмехнулся. Вот же, странный эльф, заснул. После такой пробежки неудивительно, конечно, но беззаботно спать с тем, кто вроде порывался убить поначалу, — это нормально? Хотя глупо. Теуш покачал головой. Если бы он и правда настолько жаждал убить Кереби, мог бы с самого начала бросить его и даже не пытаться договориться. Так ведь нет, и договор заключили, и выбрались вместе. А он спит. Весь издерганный какой-то, но не похожий, к счастью, на сломанную куклу в своих дурацких одеждах. Теуш усмехнулся и улегся обратно, свернулся рядом, прислонившись лбом к руке Кереби. И тоже уснул.

***

Верблюд ткнулся носом в бок хозяина, обнюхал второго и недовольно храпнул, а затем опустился рядом с ними и тоже закрыл глаза. Танар, наблюдавший за ним со стороны, покачал головой. — Вот почему не хотел отходить, да? Чуял, что хозяин жив? То ли не захотела их брать Великая пустыня, то ли слишком упрямые оказались. Он вздохнул: придется держать путь дальше. А коли они уже на первой неделе путешествия ввязались не пойми во что, оставшиеся месяцы будут не из легких. Плохо, что Гильдия не позволяет брать дополнительную плату с особо проблемных путешественников. Что их ждет в ближайшие три месяца?