Не зарекайся

Ночь выдалась бессонной. В голову постоянно лезли совершенно ненужные мысли, связанные с человеком, мирно спящем в соседней комнате. Поднявшись со звонком будильника, я поставил перед собой задачу закончить работу, запланированную ещё на вчера, и за этим даже не заметил, как стрелки часов подобрались к полудню. При этом, Каулитц до сих пор не подавал признаков жизни, из его комнаты за всё утро не донеслось ни единого звука. - Ненормальный, - констатировал я, закрывая крышку ноутбука. Его болезненная замкнутость дико раздражала, поэтому я некоторое время собирался с мыслями, прежде чем войти к нему в комнату и при этом не сорваться во время очередного приступа самобичевания, сводящегося к простой формулировке: «Жизнь кончена, оставьте меня в покое». Постучав несколько раз, я нисколько не удивился тому, что мне не ответили. Ухмыльнувшись человеческому идиотизму, с силой толкнул дверь, бесцеремонно проходя в комнату. Билл стоял у окна, скрестив руки на груди, даже не взглянув в мою сторону. - Ты разве не слышал, что я стучал? - Это твой дом, тебе совсем необязательно стучать, чтобы войти, - бросила равнодушно эта язва, слегка передёрнув плечами. Окончательно потеряв надежду на нормальное сосуществование, я с нервным смешком плюхнулся на кровать. - Собирайся, сейчас позавтракаем и поедем в город, - я решил проигнорировать последнюю фразу. Наконец, это чудо повернулось ко мне, несколько секунд внимательно вглядываясь в лицо и пытаясь понять серьезность моих намерений. - Зачем мне куда-то ехать? – судя по тону, парень был явно не в восторге от предложения. - Билл, а ты в курсе, что у тебя нет сменной одежды, личных вещей? - Том, ты издеваешься? - В смысле? - Всё то время, что мы знакомы, ты терпеть меня не мог, а сейчас заботишься о том, что мне не во что переодеться! С чего вдруг такие перемены? - Твою мать, Каулитц, перестань выносить мозг! Просто прими тот факт, что тебе хотят помочь, и не ищи несуществующих подтекстов, хорошо? - Не хочу я никуда ехать, как ты не понимаешь? – от злости он так по-детски стукнул себя кулаком по колену, что я невольно рассмеялся, - Тебе смешно, да? – А вот это уже грозило серьёзными последствиями, потому, как голос Каулитца задрожал, а глаза подозрительно заблестели. - Нет, Билл, только давай без слёз! – поднявшись с постели, я в плотную подошёл к успевшему отвернуться парню, и повторил его позу, скрещивая руки на груди, - Ты думаешь, я не представляю, каково тебе сейчас?! Но сидеть вот так, закрывшись от внешнего мира – это ненормально, ты просто позволяешь неуравновешенному ублюдку лишить тебя нормальной жизни. - Меня её уже лишили. - Знаешь, в первый же твой рабочий день мне показалось, что ты уверенный в себе парень с сильным характером, знающий себе цену, поэтому сейчас удивительно видеть твоё совершенно сломленное состояние. - А я думал, тебе показалось, что я размалёванный педик, с которым противно находиться в одном помещении, Том, - Билл зло сверкнул глазами в мою сторону. Что ж, способности язъвить он не утратил, что не могло не радовать. - Размалёванный педик тоже может иметь характер. - Такого ответа Каулитц явно не ожидал, наверняка полагая, что с моей стороны последуют оправдания и опровержения его выводов, - Послушай, сейчас речь не идёт о внешнем виде или ориентации – это твоё личное дело, перестань искать поводы для споров! И вообще, этот разговор пора заканчивать, кофе уже сварилось, жду тебя на кухне. На кухне я несколько раз с силой ударил кулаком в стену, выплёскивая напряжение последних дней. Любые попытки пойти на контакт заканчиваются фиаско, а предел моего терпения наступит в самое ближайшее время. Я мечтал о том, чтобы Рейнольдс как можно скорее вернулся из Америки и мои мучения закончились, но, как я понял из утреннего видеозвонка, боссу ещё предстоят долгие переговоры, связанные с открытием филиала в Нью-Йорке, поэтому не стоит ждать его возвращения в ближайшее время. Когда я разливал кофе по чашкам, на входе появился Каулитц: - Том, у тебя нет лишней зубной щётки? – не поднимая глаз, спросил он. - В шкафчике над раковиной несколько штук, выбирай любую, - Билл кивнул и удалился, а я поймал себя на мысли, что есть что-то трепетное в его внешности, когда он вот так, смущаясь, опускает глаза. Всё-таки, это, наверное, самый неординарный персонаж, который когда-либо появлялся в моей жизни и играл в ней хоть сколько-нибудь значимую роль. Уже за завтраком я решил предпринять вторую попытку и всё же попытаться вытащить Каулитца из дома, хотя, исходя из утреннего диалога, абсолютно не был уверен в успехе. - Билл, послушай, тебе совершенно нечего опасаться, я постоянно буду рядом. К тому же, в первой половине буднего дня в магазинах немноголюдно, чего ты боишься? – парень пожал плечами, - Если почувствуешь себя уж совсем некомфортно, мы сразу уедем, обещаю. И ещё, мне понадобится твоя помощь в одном вопросе. Думаю, ты в этом разбираешься. - В каком вопросе? – на его лице читался интерес, что я видел впервые со дня нападения. - Ничего важного, просто нужно посоветоваться. Так мы едем? - Ты ведь не отстанешь? – Я с самодовольной улыбкой отрицательно покачал головой, - Хорошо, только прошу, Том, никаких сюрпризов, - в его глазах мелькнул неподдельный страх, было видно, что такое решение далось Каулитцу непросто. - Всё будет хорошо, обещаю, - залпом допив свой кофе, я поднялся из-за стола. Теперь и в моей голове зародился страх – реакцию Билла на окружающих предугадать было невозможно, оставалось надеяться на лучшее. - Ты готов? – крикнул я вглубь квартиры, стоя собранным у входной двери. Наконец, в поле зрения появилась тощая фигурка Каулитца, лицо которого выражало вселенскую скорбь, будто вели его не в магазины, а на эшафот. - Идём. Я был несказанно рад тому факту, что ни в лифте, ни на подземной стоянке, мы не встретили ни единой души. На протяжении всего пути до определённого мною торгового центра, в салоне стояла давящая тишина. Казалось, необходимо что-то сказать, дабы развеять напряжённую атмосферу, но ничего уместного на ум не приходило. Периодически наблюдая за Каулитцем боковым зрением, я отмечал, что парень ушёл в себя. Его пальцы нервно постукивали по панели боковой двери, а невидящий взгляд был устремлён в пол – происходящее вокруг он не желал видеть даже через тонированное стекло автомобиля. Наконец, я припарковал машину рядом с внушительных размеров зданием, фасад которого был обрамлён всевозможными рекламными баннерами популярных фирм, оповещающих посетителей о разнообразии бутиков, расположенных в этом торговом центре. Уже приоткрыв дверцу автомобиля, Билл чертыхнулся: - Том, я забыл про очки! - Ты предлагаешь мне вернуться за ними? – С сарказмом поинтересовался я. - Я не пойду без очков, - дверца с его стороны снова захлопнулась. - Билл, не выводи меня! – Я и сам не ожидал, что прозвучит настолько угрожающе, - Нужно было раньше вспоминать об этом, а сейчас, будь добр, вытащи свою задницу из машины, - его заскоки настолько осточертели, что я уже не пытался сдерживаться в эмоциях. - Что? - Послушай, мы первым делом купим очки, только не надо очередных скандалов, хорошо? Билл, ты вообще осознаёшь, какой бред несёшь? Конец света произойдёт, если на тебе очков не будет? - Не ори на меня! – На шее Каулитца играли желваки, говоря о предельной взвинченности. Вовремя вспомнив, что из нас двоих я единственный в настоящее время относительно адекватен, пришлось идти на попятную. - Извини. Я не должен был так срываться, но пойми, что мне тоже непросто, - Билл молча вышел из машины, и я, вздохнув с облегчением, последовал его примеру: на этот раз всё обошлось. Каулитц шёл настолько близко, что мы соприкасались плечами. Я чувствовал себя телохранителем, который несёт полную ответственность за жизнь и здоровье охраняемой персоны. Такое сравнение забавляло, но в то же время было невероятно приятно осознавать, что уязвимый сейчас человек доверяет тебе и ищет в твоём лице защиту. Войдя в здание, мы направились в сторону интересующих нас отделов, но я остановился, вспомнив: - Отдел с очками в другой стороне, - я, было, собрался развернуться и направиться в противоположную сторону, но реплика Билла остановила меня: - Не нужно. Давай быстро всё купим и уберёмся отсюда. - Минуту назад мы разругались из-за этого в машине, а теперь оказалось, что всё не так важно?! Где твоя логика, Каулитц? – Парень притих и молча плёлся за мной до нужного отдела. Первым делом мы наведались в любимый мною бутик, ассортимент которого предполагал и наличие одежды, предпочитаемой Биллом. Парень был явно не настроен на полноценный шопинг, поэтому выбрав несколько попавшихся под руку джинсов и футболок нужного размера, быстро удалился в примерочную, перед этим убедившись, что я нахожусь поблизости. Казалось, он провёл там вечность, но я даже не пытался его торопить, стойко перенося роль сопровождающего. Наконец, это чудо соизволило выйти: - Всё подошло, берём, - мы уже подошли к кассе, как Каулитц передумал, - хотя постой, я ещё хочу взять толстовку с капюшоном. - Давай мне одежду, иди выбирай. Рассматривая оказавшиеся в руках вещи, я совершенно не обращал внимания на парня, который рядом мерил понравившуюся толстовку. - Молодой человек, у вас сзади капюшон подвернулся, - голос девушки-консультанта заставил меня поднять взгляд и стать свидетелем, как она протягивает руку к шее Билла, чтобы устранить возникшие проблемы с одеждой. В следующий момент эта самая девушка ошарашено отпрыгнула, испуганно распахнув глаза и находясь в абсолютной растерянности. Видимо, Билл не ожидал прикосновения, поэтому грубо скинув с себя руку консультанта, подлетел ко мне и крепко стиснул ладонь. Кроме нас, в отделе находилось ещё несколько посетителей, которые также стали свидетелями развернувшегося спектакля. Сказать, что я хотел провалиться под землю – это ничего не сказать, так стыдно мне ещё никогда не было. Нужно было как-то выходить из сложившейся ситуации, и в первую очередь объясниться перед девушкой, в адрес которой Каулитц успел ещё и нецензурно выругаться. Мелисса, как я прочитал на бейджике, пребывала в лёгком шоке. - Извините нас, Мелисса, у моего друга есть некоторые фобии, - в отместку я сжал ладонь Каулитца настолько сильно, что парень шикнул, пытаясь выбраться из хватки, но в мои планы это не входило, - он не хотел вас обидеть, правда, Билл? – И уже повернувшись в его сторону, сквозь зубы прошептал, - Извинись, псих. Каулитц вяло промямлил извинения, а девушка натянула на лицо некое подобие улыбки, одобрительно закивав. Всё же я здесь являлся постоянным клиентом, прекрасно был знаком Мелиссе, которая не стала поднимать шумиху из-за инцидента, за что я был ей бесконечно благодарен. Правда, после сегодняшнего случая, ноги моей в этом отделе больше не будет. - Мы всё это берём, оформите, пожалуйста, - буквально силой потащив за собой Билла в сторону кассы, я тысячу раз пожалел, что затеял эту вылазку. - С вас девятьсот восемьдесят фунтов, - немного пришедшая в себя девушка протянула нам фирменный пакет. - Сейчас. - Том, что ты делаешь? – Занятый извлечением кредитной карты из карманов брюк, я абсолютно не понял смысла вопроса Каулитца. - Вообще-то, пытаюсь расплатиться. - Убери её, я и сам в состоянии оплатить это, - на стол перед кассиром легла кредитка Билла, неизвестно откуда появившаяся. Поблагодарив персонал магазина, мы, наконец, покинули злополучный отдел. Передо мной стояла дилемма: либо наплевать на выпады Каулитца и постараться подобрать смокинг, либо отправиться домой. - Билл, откуда кредитка? - Она была у меня в кармане в тот вечер, а ещё телефон и наличность. Персонал больницы отдал мне все эти вещи, как только я пришёл в себя, - произнёс он это вполне спокойно, поэтому я решил повременить с возвращением домой. Желание отчитать парня за неуравновешенное поведение в магазине иссякло, я видел, что он действительно старается держать себя в руках, но контролировать эмоции получается не всегда. И это отнюдь не его вина. - Помнишь, я говорил, что мне нужна помощь? - Да. - Понадобится твой совет при выборе смокинга. - Что? Ты шутишь, зачем тебе смокинг? - Я бы тоже хотел, чтобы всё это оказалось шуткой. Но, к несчастью, больная фантазия моего друга решила, что на его свадьбе шафер непременно должен быть в классическом смокинге. А ты, как я понял, следишь за модой и всё такое… - Том, я никогда не носил смокинги и тем более, не разбираюсь в их фасонах! – Я не верил своим глазам, но Каулитц улыбался, а с его улыбкой и моё настроение понемногу улучшилось, и конфуз в магазине перестал казаться таким идиотским. - Тогда я просто буду мерить, а ты оценивать. Что больше понравится, то и возьмём. - Ну, хорошо, - легко согласился Билл. Мы быстро прошлись по нескольким отделам, покупая бельё, кепки и различные необходимые в быту мелочи, а затем отправились в запримеченный мною ранее бутик, предлагающий костюмы и смокинги для торжественных мероприятий. - Билл, выбери мне что-нибудь сам, пожалуйста, я даже смотреть на них не могу. Парень неторопливо передвигался между манекенами, внимательно разглядывая каждую модель, в то время как для меня всё представленное здесь казалось практически идентичным. Но зато теперь я внимательно следил за консультантами, которые учтиво предложили свою помощь, но я вежливо отказался, наученный горьким опытом. После десяти минут тщательного исследования моделей, Каулитц определился. - Этот, он непременно тебе пойдёт, - быстро окинув взглядом выбранный смокинг, я лишь пожал плечами и попросил работников заведения принести мне нужный размер. Перестраховавшись, я назвал размер чуть больший, чем полагался, тесные вещи, будь то даже смокинг, меня раздражали. Подобрав также белоснежную рубашку и запонки, я, в сопровождении консультанта, отправился в примерочную, где долгое время мучился, натягивая на себя все составляющие комплекта, но, к огромному удивлению, остался вполне доволен, взглянув в зеркало. - По-моему, неплохо, - распахнув занавес, я обратился к Каулитцу, который всё это время не отходил от примерочной. - Том, ты похож на пингвина, - совершенно серьёзно произнёс он, окидывая меня оценивающим взглядом. - Ну, спасибо. Я, конечно, подозревал, что мне не пойдёт смокинг, но не до такой же степени. - Дело не в этом, просто нужен комплект на два размера меньше, этот на тебе болтается, - он небрежно одёрнул рукав, который оказался немного велик. Вняв всем советам, я приобрёл ненавистный смокинг, надев который, вызвал у Каулитца неподдельный восторг. В самом бутике Билл, скованный присутствием посторонних людей, молчал, но как только мы вышли и направились к выходу, мне было сказано немало комплиментов и опровержений моих собственных слов о том, что в смокинге я выгляжу как полный мудак. Обратный путь снова проходил в тишине, но она уже не была столь давящей. Уже поднимаясь с подземной стоянки на лифте, я решил начать разговор: - Сегодня созванивался с мистером Рейнольдсом, он волнуется, думаю, тебе лучше перезвонить ему или, хотя бы, включить телефон. Да и вообще, неплохо было бы связаться с друзьями, родственниками. - Я думал об этом. Просто…я не знаю, что им сказать. Очень не хочется врать и выкручиваться, а правду сказать я не смогу. - Билл, ты же понимаешь, что это не может продолжаться вечно. Пора брать себя в руки. - Знаю, - лифт поднялся на нужный этаж и мы, наконец, оказались дома. - Кстати, ты же в курсе, что я работаю над проектом дома, и заказчик не кто-нибудь, а Audi. Так вот, мне бы не помешала твоя помощь, слишком масштабный проект для меня одного, - Каулитц громко засмеялся, вызывая полное недоумение, смех был каким-то нездоровым, похожим на истерический, - Билл, с тобой всё в порядке? - Со мной? О, нет, Том! Со мной давно всё не в порядке. А я ведь поверил, действительно поверил, что небезразличен кому-то, что мне действительно хотят помочь! - Успокойся, ты вообще о чём, Билл? - А ты не понимаешь, да? Ублюдок, ненавижу тебя! – Этот хилый на вид паренёк с размаху ударил кулаком мне в челюсть, причём сделал это с такой силой, что я на мгновение потерял связь с реальностью. - Не смей меня бить, - перехватив его руки, готовящиеся для последующих ударов, я припечатал Каулитца к стенке, - я не заслуживаю к себе такого обращения, будь ты хоть сто раз униженный и оскорблённый, - внутри колыхала непередаваемая ярость, я из последних сил сдерживался, дабы не прибить его. - Тебе всего-навсего нужен был помощник для этого грёбаного проекта! - Обречённо начал он, - А ты неплохо вжился в роль заботливого друга… Услышать подобные слова было до боли обидно. Я действительно пытался помочь человеку, абсолютно не преследуя корыстных целей, даже не допуская самой мысли об этом, а он истолковал всё в неправильном ключе. Оправдываться не было никакого желания, да я и не обязан был этого делать – в таком поистине взбешённом состоянии, он бы всё воспринял в штыки. Я так и стоял, не двигаясь, какое-то время, глядя в презирающие глаза Билла, в которых было столько боли и ненависти, что я уже и сам считал себя без вины виноватым. Буря взыгравших внутри чувств, когда ты не можешь объясниться словами, вылилась в единый порыв, и я грубо впился в губы Каулитца своими, заведомо понимая, что этот поступок разделит мою жизнь на «до» и «после». Билл брыкался и всячески пытался выбраться из моей хватки, но я был не готов разорвать этот поцелуй. Слишком страшно становилось от одной лишь мысли о том, что же я всё-таки натворил и во что это выльется в дальнейшем. Наконец, Каулитц притих, он не отвечал, но полностью расслабился в моих руках, осознав, что сопротивление бесполезно. Чёрт возьми, даже отгоняя от себя все мысли о том, что Билл подозрительно часто вызывает отнюдь не дружеские эмоции, где-то глубоко на подсознательном уровне я понимал, к чему это может привести. Этот парень что-то перевернул внутри меня, сломал невидимые барьеры и заставил поступиться своими стереотипами. Я так ненавидел его за это, за то, что он внёс раскол в мою устоявшуюся жизнь, но при этом целовал сейчас, теряя голову от податливости мягких губ. А Билл не отвечал… Разорвав поцелуй, я выпустил неподвижное тело из своих рук. Каулитц никак не реагировал, он молча стоял с прикрытыми глазами, лишь грудная клетка вздымалась от учащённого дыхания. - Прости, - сорвалось с моих губ прежде, чем я удалился в свой кабинет, разрываемый изнутри на части от незаконченности и неопределённости. Всё в жизни шло наперекосяк.