Keep love in your heart

      Сехун уже второй час находился в окружении белых стен клиники. Мысли в голове бегали рождественским хороводом, и здравый смысл шёл тем же кругом. Собственные чувства необъяснимо терзали, заставляя молодого альфу нервно ходить из одного угла коридора в другой. Разумом он пытался понять свои ощущения. Это было что-то из разряда нового и неизведанного для него.       Сехун пытался разъяснить себе то, что произошло на стоянке несколько часов назад. Жизнь молодого альфы была насыщенной, и за годы клубных тусовок он и не такое видел. Но сегодня, когда альфа увидел безжизненное лицо Лухана, его охватил необъяснимый страх, сковывая тело и сознание. Даже сейчас, вспоминая те ощущения, чувство тревоги заставляло ежиться сердце. Потребовались немалые усилия, чтобы справиться с нахлынувшей паникой. Лишь после он смог привезти бессознательного омегу в клинику, где работал Кенсу.       В очередной раз, мысленно принуждая самого себя успокоиться, он присаживается на кушетку и смотрит сквозь стеклянные стены, как в одной из ординаторских его брат разговаривает с пожилым доктором. Разговора он слышать не мог. Да и понять что ли бы было сложно, старший с озадаченным лицом разглядывал бумаги, Кенсу повторял за ним, задумывался, что-то говорил и кивал. Потом они вместе смотрели на табло. Снова разговор, позже Кенсу, что-то говорит, потом они смеются. Сехун спрашивает себя: неужели это может быть смешным? Лухан лежит без сознания в палате, он тут от беспокойства волосы готов себе рвать, а они смеются. И почему он вообще должен волноваться? И снова эти мысли. Нет, нет, нет. Это не то, совсем не то. Такое не могло случиться. Не с ним, и этим чертовым недоомегой. Те чувства, они ведь иначе. Правда? Или нет… Обречённый вздох, он вновь закрывает и открывает глаза. Надо же, за своими мыслями он не заметил, что Кенсу вышел и уже стоит перед ним, хитро щурясь:       — Влюбленность она такая, — ослепительно улыбается старший.       — Я что, сказал это вслух? — альфа хлопает себя ладонью по лбу. Докатились, теперь из-за этого мелкого он и себя контролировать не может.       — Нет, — омега устало присаживается рядом и по-отечески ерошит волосы брата, — просто ты мой младший брат и я знаю тебя с рождения.       — Лухан, — как можно равнодушнее произносит альфа, хотя понимает, что его раскусили, — он в порядке?       — Можешь поговорить с доктором Ли, он тебе все объяснит, — Кенсу устало откидывает голову назад и прикрывает глаза. Веки       — А ты?       — Я вообще-то акушер, а доктор Ли его лечащий врач, — игриво ворчит Су, но взглянув на опущенную голову брата решает не мучить того, — В общем, как я понял, ситуация такая, — он снова прикрывает глаза и трет уставшие веки, которые становятся тяжелыми, а до конца смены шестнадцать часов, и этот факт нисколечко не прибавляет чувства бодрости. Ночка выдалась бессонной, и ближайшая должна была стать такой же. Но сон это последнее о чем омега может думать, когда собственная жизнь и жизнь близких катится в тартарары. Он отчаянно хочет спасти жизнь единственного брата, — у него снова был всплеск гормонов, и организм вновь не смог справиться. Советую пока, гормональный фон Лулу не стабилен, использовать средства контрацепции. Омежьи гормоны скачут, он может забеременеть и без течек, а такая беременность непредсказуема. Хотя есть один плюс!       — Какой?       — Тогда его лечащим доктором стану я, — улыбнулся омега, видя ошарашенное лицо младшего.       — Что?! — скривился альфа, — между нами ничего не было! Я пальцем его не трогал.       — Ммм… Ну да, конечно, — улыбнулся брат, и тон омеги говорил, что он совсем ему не верит, — а в обморок он от касания свалился?       — Я откуда знаю?       — Ты его альфа, муж.       — Он на свадьбе тоже свалился! — альфа уже в ярости вскакивает с насиженного места и встает перед братом, — Я не знаю, просто решил забрать его после занятий, я взял его за руки и мы собирались идти домой. Хен, я, правда лишь взял его за руку!       — Что? — Кенсу слишком хорошо знал Се, чтобы не верить ему, — У вас, что действительно не было секса? — теперь пришла его очередь удивляться.       — Господи, дошло, наконец?! — альфа снова обреченно опускается на стул, — Боюсь, если мы это сделаем, он вообще коньки отбросит.       — Ладно, я понял, — омега задумчиво поднимается и направляется в сторону ординаторской, когда его окликает младший:       — Хен, — подбегает Сехун и немного мнется, — с ним все будет в порядке? — неловко спрашивает младший. На такое поведение брата омега лишь тепло улыбается.       — Ты меня озадачил, думаю, что это из-за вашей истинности, но все будет хорошо.       — Хен, мы не …       — Через пару дней его выпишут. А сейчас он спит, можешь пройти к нему в палату. — улыбается Кенсу.       — Я просто спросил, — бурчит альфа.       — Я так и понял, — улыбаясь, отвечает омега, — седьмая палата сектора Д, с графиком посещения больных можешь ознакомиться на первом этаже.