Чувствуй

      …- Я знаю, кто ты. Я знаю, где ты живёшь. Давно за тобой наблюдаю, мой красивый мальчик, — глухим шёпотом повторял мужчина, а у подростка уже глаза слезились от того смрада, что вырывался из его рта.       Или это слезы страха и отчаяния?       — Как ты попкой своей крутишь, когда катаешься — ммм!.. — шелестел голос; мерзкий мокрый язык то и дело проскальзывал по мочке уха. — Ты учти это, малыш. Учти, что я могу прийти в твой дом, когда вся твоя семья будет мирно спать, и вспороть им горло — каждому, по очереди. Хочешь этого?       — Н-не надо, я прошу… — слова с трудом проскакивали через выбивающие частую дробь зубы. — Я сделаю всё, что скажете… Только не трогайте…       Незнакомец внезапно вцепился ладонью в его рот, пальцами, ногтями до боли впиваясь в покрытые нежным ещё, подростковым пушком щёки. Парнишка от неожиданности прикусил язык, во рту к тошнотворному привкусу страха добавился солёный вкус крови.       — Заткнись, маленький говнюк! — яростно зашипел мужчина. — Скажешь еще хоть слово — и можешь попрощаться со своей коротенькой жизнью. Хоть один звук, который привлечет ненужное внимание… Ты слышишь? А если расскажешь кому-либо, что произошло, твоим мамочке и папочке уже никто не поможет. Понимаешь меня?       Подросток кивнул. Он уже едва мог стоять на трясущихся ногах, перед глазами всё расплывалось из-за пелены слез. Он слышал только шумное вонючее дыхание мучителя, чувствовал только липкие губы на своей шее, только упирающийся в спину ком, что своим жаром уже, кажется, выжег на коже клеймо позора…       Даже теперь, спустя десять дней после ночного происшествия, Дин недоумевал, что вообще его толкнуло на этот странный поступок. Он ведь, на самом деле, небольшой любитель поплескаться в воде. Нет, пляжи Дин очень любит. Ему нравится демонстрировать девушкам своё красивое загорелое тело; нравится любоваться гладкими, с аппетитными округлостями женскими фигурками. Нравится украдкой поглядывать на мускулистые стройные…       Хм! Нет.       Об этом Дин предпочитал не задумываться.       Короче говоря, мягкий и горячий рассыпчатый песок молодой человек предпочитает прохладным и солёным, немного пугающим своей неукротимой мощью океанским волнам, и забредает в воду только чтобы покататься на скутере или катере. Но почему тогда ему вздумалось поплавать, причём обязательно тайком лезть в дельфинарий вместо того, чтобы просто пойти на вечеринку к любому из сокурсников, в чьём доме имеется бассейн?.. Загадка века!       И ответ на неё вряд ли найдётся.       Таким размышлениям предавался Дин, поставив музыку в айфоне на паузу и сняв наушники, замерший сейчас в воротах дельфинария, и улавливая краем глаза в отдалении серебристо-голубые отблески воды в том самом злополучном бассейне, окружённом незамкнутым кольцом трибун. Первое представление здесь начиналось в полдень, а сейчас было только десять утра, так что на территории дельфинария царила приятная тишина, нарушаемая лишь нежным плеском воды в бассейне.       Потоптавшись и осознав, что работа всё-таки неизбежна, Дин двинулся по направлению к административному корпусу. Внезапный шум, донёсшийся со стороны бассейна, привлёк внимание молодого человека, и он увидел, как серебряной влагой сверкнули в воде глянцево-серые спины двух дельфинов. Следом появился какой-то мужчина в шортах и майке с парой небольших ведёрок в руках. Скорее всего, это был дрессировщик, а в ведрах у него — рыба.       Да здесь вообще всё провоняло рыбой! Дин поморщился.       Засмотревшись на игру солнечных бликов на гладких спинах дельфинов, вслушиваясь в их удивительные, мелодичные голосовые переливы, парень споткнулся и едва не повалился на выложенную фигурной белой плиткой дорожку, однако ему удалось сохранить равновесие.       — От любопытства кошка сдохла, — услышал Дин ворчливый, явно много лет сдабриваемый алкоголем и табаком голос.       В дверях административного корпуса стоял одетый в клетчатую рубашку пожилой, довольно грузный мужчина со слегка неряшливой седеющей бородой и усами и недовольно сведёнными на переносице широкими бровями, едва видными из-под засаленного, обтрёпанного козырька старой кепки. Очень колоритный тип!       — Ээ… — замялся Дин.       — Ты Винчестер, надо полагать? Тот самый балбес с недержанием? Памперсы надеть не забыл? — поддел его мужчина.       — Не смешно! — буркнул молодой человек.       — А по-моему, очень, — ухмыльнулся бородач в кепке и протянул Дину широкую крепкую ладонь. — Роберт Сингер. Я владелец этого славного заведения.       — Я Дин. Вы меня извините, что я…ну…       — Ладно, чего уж там, — махнул рукой Сингер и хлопнул парня по плечу. — Молодо — зелено. Мы хотели не трогать бассейн до твоего к нам откомандирования, чтобы ты его сам после себя вычистил. Но отменить представления мы не можем себе позволить. Наш дельфинарий далеко не самый крупный в городе, так что потеря зрителей для нас губительна. Так что, бассейн мои работники почистили сами.       — Что я тут должен буду делать? — спросил Дин, оглядывая окрестности. — Я собираюсь работать по четыре часа и без выходных и управиться за двадцать пять дней.       Сингер хмыкнул, осмотрел самоуверенного мальчишку с ног до головы и хмыкнул снова.       — Поглядим, насколько тебя в таком режиме хватит, — насмешливо произнёс он.       — Я похож на дрыща? — вспыхнул Винчестер.       — Нет. Парень ты вроде крепкий. Даже очень. Спортом занимаешься?       — Я капитан сборной по футболу в университете!       — Мм. Понятненько, — покивал головой Сингер.       Судя по всему, он не особо впечатлился достижениями студента.       — Я справлюсь, — мрачно пробормотал Дин. — Только скажите, что делать.       — Нуу, сынок, ты рано пришёл.       — Как это рано?       — Вся твоя работа начнётся вечером, — объяснил Сингер. — После семи.       — То есть как?! — возмущённо вскрикнул Дин. — Я что, должен буду пожертвовать своими вечерами ради этого? — он обвел рукой окрестности, уже готовый всё здесь возненавидеть. — У меня каникулы, между прочим!       — А кто заставлял тебя лезть сюда и доставать своего малыша из штанов там, где это делать не положено? — повысил на него голос Сингер. — Натворил делов, балбес, будь добр за них ответить! Будешь приходить к семи, убирать трибуны, мыть смотровое окно аквариума внизу, вылавливать сор из бассейна, чтобы фильтры не забивал…       — И что? Мне топать сейчас домой, а вечером опять сюда? — уныло спросил Дин.       — Нет, пожалуй. Сегодня и так сойдёт. Дам тебе денёк переварить информацию, осознать свой новый статус, — сказал мужчина и вдруг совершенно по-отечески улыбнулся ему. — Можешь прогуляться здесь, посмотреть, что и как. С людьми познакомиться. А потом вали домой, балбес. Я отмечу у себя, что первые четыре часа ты уже отмотал. Завтра жду тебя в семь часов вечера.       Рыбами Дин никогда не интересовался. Нет, он знал, что дельфины — это млекопитающие. Но всё равно не интересовался.       Спустившись вниз, на смотровую площадку к гигантскому окну аквариума, молодой человек со скучающим видом понаблюдал за жизнью искусственного подводного морского мира через толстенное стекло. Будучи довольно активным молодым человеком, Дин не мог долго стоять или сидеть без дела, так что созерцание размеренно помахивающих плавниками проплывающих мимо пестрых рыб считал напрасной тратой времени.       Постучав по стеклу и не получив хоть какой-то реакции, Дин показал флегматичным рыбёшкам средние пальцы обеих рук и удалился.       Больше всего его привлекал бассейн для представлений из-за резвившихся там дельфинов. Туда Дин и отправился.       Всё тот же дрессировщик сидел на самом краю бассейна, опустив ноги в воду. Со спины трудно было сказать наверняка, но Дин готов был поспорить, что это совсем ещё молодой мужчина с подтянутой, спортивной фигурой. Оба дельфина описывали небольшие круги рядом с человеком, время от времени подплывая вплотную, высовывали свои глянцевые симпатичные остроносые мордочки и тихо, тоненько посвистывали. Как будто даже улыбались.       Дрессировщик болтал ногами в прозрачно-голубой воде, мягко посмеивался и кивал в ответ на их болтовню, словно понимал этот свист на грани ультразвука. Осторожно поглаживал мокрые, явно довольные мордочки животных.       Здесь царила такая гармония, что Дин даже ступал осторожно, дабы не нарушить это умиротворение.       — Здорово! — брякнул он, приблизившись, чтобы начать разговор.       Дрессировщик от неожиданности ахнул, дернулся и едва не соскользнул в бассейн. Дельфины испуганно заверещали и мигом умчались на противоположный край водоема. Дин буквально видел настороженное выражение на их мордочках.       Не менее настороженно глядел на Винчестера и дрессировщик. К немалому удивлению Дина, это оказался совсем уж молоденький парень — наверное, даже младше его самого. Почти одного с Дином роста, темноволосый и красивый. Правда, из-за надвинутой на самые глаза кепки как следует его рассмотреть Винчестер не мог, однако правильность и некоторое приятное, не слащавое изящество черт лица парня вся равно было очевидным.       На самом деле Дин нередко ловил себя на том, что оценивает внешность парней в университете, но предпочитал делать вид, что ничего такого не происходит. К тому же, на его взгляд, красавцев вокруг него маловато — таких, чтобы прямо хотелось смотреть и смотреть, а не бежать дальше по своим делам.       Неужели таких молодых парней берут в дрессировщики? Он же просто вчерашний школьник!       — Я Дин, — улыбнулся Винчестер, делая шаг к нему и одновременно протягивая руку.       Но тут произошло неожиданное. Паренёк внезапно побледнел и в буквальном смысле отскочил, отшатнулся назад, весь как-то сжавшись.       — Эм… Я тебя напугал, что ли? — растерялся Дин. — Ну, прости, чувак… В чём дело? Я только поздороваться хотел.       Он снова протянул руку, а парень вновь отступил. Дельфины в бассейне нарезали беспокойные круги и нервно свистели, срываясь в режущий слух писк.       Да что происходит?!       — Ну, не хочешь знакомиться — так и не надо! — возмущённо буркнул Винчестер. — Вот так вот и старайся быть вежливым, когда от тебя шарахаются, как от маньяка. Тебе ведь все равно придётся видеть моё лицо здесь каждый день.       Парень боязливо косился на него, хлопая большущими глазами, но теперь не отскакивал.       — Я Дин, в общем. Тот, кто в этот ваш бассейн…эм… Короче, по приговору суда я должен вам отработать порчу имущества.       Это раздражало — вести односторонний диалог, будто сам с собой беседуешь. Дин даже начал подозревать, что мальчишка этот просто-напросто презирает его из-за проступка Винчестера. Может, Дин и заслужил осуждение, но не до такой же степени, чтобы даже не здороваться с ним!       — Ладно, счастливо оставаться со своими рыбами, раз с людьми общаться не хочешь, — бросил Дин.       Перемещая наушники с шеи на голову, он тем самым подчеркнул, что неудавшийся разговор окончен. Старый добрый рок всегда успокаивал и заставлял забыть обо всём.       Винчестер преспокойно отправился домой, но не удержался, и через несколько шагов обернулся. Чудаковатый парень присел на корточки перед бассейном и что-то говорил дельфинам. Ничего интересного Дин для себя не обнаружил, только плечами пожал.