Милость победителей

      Тони подошёл к Локи и осторожно коснулся его плеча. Трикстер устало посмотрел на Старка: — Я не сделаю тебе ничего дурного, нужно просто раздеть и перевязать тебя, — предложил Старк, пристально глядя Локи в глаза, — ты только не сопротивляйся. - Локи не ответил, от боли он впал в прострацию, собственная судьба больше не заботила его. — Давай его обезболим? — предложил Роджерс. — А мы его не убьем? — с сомнением ответил Старк. А хоть бы и так, отстранённо подумал Локи, это лучше чем терпеть такую боль. — Эй, Локи, ты слышишь меня? — раздался над ухом голос Стива. Трикстер кивнул. — Сожми кулак, это анестетик, правда, очень лёгкий, но это лучше чем никакой, — говорил Роджерс, делая укол в вену трикстеру. Локи почувствовал, как по его руке потекло что-то прохладное, и вскоре спина и ягодицы стали болеть чуть меньше. Старк начал снимать окровавленную рубашку с Локи. Ткань присохла, и оторвать её было никак нельзя. Промаявшись полчаса, Старк и Роджерс решили оставить осмотр до Брюса. Боги, похоже, решили наконец-то помиловать Локи, сознание его начало уплывать. То ли лекарство подействовало, то ли та дрянь, которой опоил его Тор, прекращала своё действие. Спина и ноги всё ещё болели, но хотя бы прошло сорванное горло. Последняя связная мысль, которая промелькнула в голове Локи, была о том, что если он и выживет, то уже вряд ли сможет говорить. — Ну и что нам теперь с ним делать? — недоумённо спросил Старк. — Перевяжем его поверх рубашки, — предложил Стив, — кровь почти остановилась, но всё-таки при таких ранах лучше перестраховаться. — Он просто удивительная личность, — невольно восхищаясь, сказал простодушный Стив, — то он язвит и хамит, а сейчас молчит. Хотя я бы на его месте уже давно бы выл от боли. — Мой друг, — вздохнул Старк, — ты бы видел его лицо. Поверь ему очень больно, но орать он не будет ещё долго. Скорее всего, он просто сорвал голос. Брюс всё-таки добрался намного раньше, чем предполагал. Пробки вещь непредсказуемая, как только он смог объехать аварию, шоссе стало свободным. — Что у вас случилось? Кому так досталось? — мягким голосом поинтересовался Беннер. — Локи у нас, и ему не хорошо, — не стал тянуть резину Старк. - Беннер ничего не сказал, он только стиснул зубы до хруста. Доктор вспомнил разрушенный Нью-Йорк. Мускулатура его стала стремительно расти, одежда затрещала по швам, и Халк ломанулся разыскивать трикстера. — Брюс! Опомнись! Ему и так досталось! — пытался достучаться до Беннера Роджерс. Халк нетерпеливо махнул рукой, и Капитан отлетел к противоположной стене. Беннер вышиб рукой дверь в лазарет и с диким рыком устремился внутрь. Тони кинулся за ним, забыв про костюм и костеря себя на все корки за поспешность. Всё-таки надо было Брюса как-то подготовить. Халк несся по башне, движимый желанием убить негодяя, он вышиб дверь и протиснулся с трудом в палату. На койке лежала тонкая фигура, он подошёл к ней, чтобы встряхнуть, как следует, но даже Халк был способен к милосердию. Гнев его испарился в тот момент, когда он увидел спину Локи. Как откуда-то издалека он слышал голос Старка, но, находясь всё ещё в состоянии Халка, ухитрился осторожно взять Локи на руки и переложил его на каталку. — Везите его в операционную, — густо прогудел Халк, — я сейчас подойду. - Старк выдохнул с облегчением и спросил: - Наша помощь будет нужна? — Да, — ответил Брюс, гнев его истаял, и он стремительно возвращался в свою форму, — приходите оба.       Один только что вернулся из Йотунхейма, войны удалось избежать. Мир с великанами был подписан, и даже удалось убедить их не требовать голову Локи. Он не любил Локи как родного, но всё-таки вырастил его, а зная жестокость великанов, он не сомневался, что они не убьют сына Лафея. Быстро во всяком случае. Жаль, что он не знал, на какую жестокость способен его родной сын. — Всеотец, вас просит Хеймдаль, он хочет сообщить вам нечто важное! — сообщил слуга и удалился.       Брюс никогда не задавал лишних вопросов. Он ухитрился отмочить остатки рубашки от тела Локи при помощи хлоргегксидина и не вызвать дополнительного кровотечения. Теперь все могли видеть раны во всей красе: — Что делать будем? — спросил Старк у Брюса. Роджерс молчал, он всё никак не мог поверить, что такое сделали по приказу Тора, и, судя по тому, что успел рассказать ему Старк, случилось это как раз в тот день, когда они сидели в кафе все вместе и ели пиццу. — А что тут можно сделать, его как будто освежевали, я санирую все раны, засыплю стрептоцидом и закрою повязками. Это всё, что я могу, а дальше только остается надеяться, но я не думаю, что он выкарабкается, — сказал Брюс. — А какие у него шансы? — поинтересовался Тони. — Ну, человек после такого не выживает. Рекорд был в семнадцатом веке. Парню нанесли три тысячи ударов, он скончался в муках через три дня. Учитывая феноменальную регенерацию Локи, прибавлю ему шансов. Процентов пять, что он выживет, — заключил Брюс. — Может, будем держать его во сне, под наркозом? — робко поинтересовался Роджерс. — Попробую, — ответил Брюс, — он может умереть в любую минуту, так что я останусь рядом с ним. Нужно организовать круглосуточное дежурство.       Тор проснулся утром. Дико болела голова, он не помнил события трёх последних дней. Последняя чёткая мысль была о том, что с Локи поступили слишком мягко, но вскоре Тор перестал забивать себе голову подобными мыслями. Надо было наводить порядок в других мирах. Громовержец зашёл в зал. Обнаружив Сиф и Фандрала за столом, он подошёл к ним. — Ваше Высочество, — вежливо и отстраненно поприветствовал его Фандрал. — Ты что? — удивился Тор, — мы же друзья! Ты всегда называл меня по имени. С чего такая перемена? — А Локи? — робко поинтересовалась Сиф. — Да причём тут Локи? — взвился Тор. — Ещё раз верно, ваше высочество. Локи не причём, — ответил Фандрал, — нам пора, нужно новичков потренировать. - Фандрал подхватил Сиф под руку и повлёк её прочь. Последнее, что услышал изумлённый Тор, был яростный шепот Фандрала: — С ума сошла? Ты зачем его провоцируешь? Он его не пожалел, значит, и тебя не милует, если что! Мой тебе совет: держись от него подальше! Тор не понял ровным счётом ничего и пошёл разыскивать Вольштагга и Огуна.