Замерзшее сердце

      Ночью Мадара с трудом дождался, пока мерзнущий Нацумэ наконец заснет, обошел дом, принюхиваясь и прислушиваясь, и, не найдя следов посторонних, тихонько выскользнул за дверь. Он спешил к великолепному сакэ и закуси, ведь у духов Яцухары намечалась большая гулянка. Не мог Няко-сенсей пропустить такое, да и не хотел. А непутевый духовидец все равно спит. Что с ним сделается-то?       Лес Яцухары слыл среди местных странным местом, и люди здесь появлялись редко. Только монах из старого храма не боялся приходить на поляну, что облюбовали, духи. Но самих екаев отсутствие людей радовало, ведь они такие шумные! Для мирных и, в большинстве своем, слабых аякаши люди могли быть источником больших проблем. Но в последнее время все было тихо, и духи веселились, почти не таясь.       Укрытый снегом лес серебрился в лунном свете. Тут и там мелькали голубоватые лисьи огоньки. Это многочисленные екаи спешили на праздник, предвкушая веселую ночку. Некоторые из них несли угощение, в основном тихонько стащенное у людей, другие- музыкальные инструменты. Няко-сенсей присоединился к шествию, торопливо семеня за остальными на своих коротеньких лапках. Принимать свой истинный облик он опасался: гигантский белоснежный волк мог перепугать остальных. А толстый трехцветный кот вызывал лишь умиление.       На поляне уже собрались многие из старых друзей Мадары. Хиноэ как обычно курила длинную тонкую трубку, болтая о чем-то с Бенио. Усач Тебби пил с Мисудзу. Прибыли в этот раз и совсем уж давние знакомые. Лиса Итазуру Мадара не видел уже лет двести, за это время он успел получить восьмой хвост и был весьма горд этим. А пришедшую с ним длинноволосую аякаши в красном кимоно и вовсе никто здесь раньше не встречал.       — О, а вот и Мадара-сан, — заметила появление кота Хиноэ, — А где же Нацумэ? Я так хотела увидеть внука моей Реко…       — Мадара-сама, в этом облике вы такой миленький, — Бенио попыталась ухватить Няко-сенсея, но тот ловко отпрыгнул, уворачиваясь.       — Отстань, женщина! О, какими судьбами, Итазуру?       — Я тоже рад тебя видеть, старый друг, — лис довольно усмехнулся, — но что с тобой стало? Раньше ты выглядел куда величественнее.       — Это временная форма, — сердито фыркнул сенсей, — Моя сила все еще при мне.       Право, что плохого в том, что он выглядит как кот? Зато люди его видят и часто угощают чем-нибудь вкусненьким. Выгодно, как ни посмотри.       — Но что привело вас в наши края, — спросила любопытная Хиноэ.       — О, мы ищем хозяина тетради дружбы. — ответил Итазуру, — Много лет назад Рейка Нацумэ приезжала к нам в Токио. Тогда то мы и столкнулись с ней. Мы проиграли в сражении с ней и отдали свои имена. Век человеческий недолог, и мы решили, что ничего страшного не случиться. Да и Рейко была забавным человеком. Но оказалось, что она не из наших мест, и мы отправились на ее поиски. А когда нашли, то узнали, что она уже умерла. И мы вернулись домой ни с чем. А недавно до Токио дошли слухи о новом хозяине Тетради. Говорят он весьма благороден и возвращает духам их имена…       — Мы надеемся, что и нам он не откажет, — впервые заговорила пришедшая с ним аякаши. Голос ее был чистым и переливчатым, точно у соловья, и духи восторженно загомонили, уговаривая прекрасную незнакомку спеть им.       — Действительно, — покивал Мисудзу, — раз вы попали на наш праздник, веселитесь вместе с нами. А днем кто-нибудь отведет вас к Нацумэ-доно. А теперь выпьем же!       В воздух взметнулось множество рук и лап с чашечками сакэ или бутылками, и все екаи радостно поддержали огромного аякаши:       — Выпьем-выпьем!       Духи пели и танцевали радуясь снегу, чистому небу и полной луне. Радуясь миру и спокойствию. Сакэ текло рекой, а над поляной неслись бой барабанов, звон бубенчиков и мягкий перелив струн. В воздухе кружились огоньки, освещая веселящихся, потрескивали костры, выбрасывая в воздух снопы искр, и разливался дивный аромат еды.       — Хорошо у вас, — заметил Итазуру после очередного тоста, — спокойно. В Токио старые кланы чуть ли не на головах друг у друга сидят, а одиночки послабее разбрелись давно. Да и экзорцистов развелось не мало. Я и сам пожалуй, как имя верну, поищу местечко потише. Правда видел тут не давно юки-онну, ту что правит в Кори-но-кайден…       — Да что нам до нее? — пожала плечами Бенио, — Она, конечно, с причудами, но на большинство екаев, говорят, и не смотрит. Нападать не станет, и ками с ней.       — А как же то, что она людей похищает? — забеспокоился один из младших духов, — Экзорцисты прознают -- худо будет. Вам-то ничего, а нас от Матобы даже Нацумэ-сама не спасет.       — Не спасет, не спасет, — согласно покивали остальные.       — Мелюзга дело говорит, -заключил после некоторых раздумий Мадара. Да и зная привычки Нацумэ, глупый мальчишка непременно ввяжется во все это. А хранителю придется его спасать от сильнейшей юки-онны. С другой стороны, что тут можно предпринять сенсей не представлял. Выгнать эту аякаши, скорей всего, не получится, как и запретить развлекаться.       — А где вы ее видели то? — заинтересовалась Хиноэ.       — Так на дороге, недалеко от города, — отозвался лис, — Она за каким-то человеком следила. Наверное, нашла себе новую цель.       Младшие духи принялись перешептываться, обсуждая новость. Мадара и остальные молча обдумывали свои действия на случай проблем, но пока единственной идеей было ждать и надеяться, что беды обойдут их стороной.       — Ладно, авось пронесет, — заключил сенсей, поднимая чашечку с сакэ.       Но веселиться всем расхотелось. Разговор шел вяло, то и дело скатываясь на визит юки-онны. А вскоре и вовсе поднялась страшная метель, и екаям пришлось разойтись по своим убежищам. Сенсей тоже посеменил к дому, обеспокоенно ворча и надеясь, что запах алкоголя выветрится по дороге. А то человек опять будет недоволен. Или и вовсе драться полезет.       Предчуствуя нагоняй екай поскользнул в комнату, да так и замер в дверях. Постель была пуста, по всей комнате валялись разбросанные ветром книги и тетради, а в открытое окно намело уже порядочно снега.       Нацумэ пропал.