Магия умирает

      Кенна не нуждалась в очках, в отличие от Чузи, однако и идеальным свое зрение не назвала бы. Так что она добрую минуту щурилась, пытаясь понять, не чудится ли ей, пока не утвердилась в мнении, что не ошиблась. В другом конце зала за столом у окна сидели Аннар и Зора. Те самые люди, одолжившие, по их словам, но по факту — подарившие ей и Тейру свою одежду. Это была не слишком затруднительная услуга, и все же иначе, чем достойным поступком, Кенна назвать его не могла. Она размышляла, что будет более прилично: подойти поздороваться или же не нарушать уединения семейной пары.       Пока она думала над вариантами, Аннар сам заметил ее и, взяв жену за руку, подошел к столику Кенны, Хуана и Женевьевы.       — Удивительно, что мы встретились в Кюеке! — Воскликнула Зора. На ней был все тот же плащ, что и в их первую встречу, но из-под капюшона на грудь спускались чистые и блестящие черные пряди: девушка не пренебрегала ванной везде, где только могла ее получить.       Хуан представил Женевьеву Зоре и Аннару.       — Как жаль, что мы встретились именно здесь, — с искренним сожалением сказал Аннар. — Хотел бы я поговорить с вами подольше. Вы показались мне достойными и интересными людьми.       — Мы собиралсиь ехать в Риволь. — Сказала Кенна.       Аннар кивнул.       — Мы тоже. А теперь прошу меня извинить, у нас с Зорой есть дела.       Он с нежной улыбкой взял жену за руку и повел прочь. Но на полпути обернулся, бросая на Кенну и ее спутников печальный взгляд.       — Все-таки действительно жаль. — Покачал Аннар головой, обращаясь к жене.       — Кто знает, не к лучшему ли это.       — Ты как всегда, удивительно рассудительна, моя драгоценная. Ну а теперь за работу.       Они вышли из трактира на площадь. Аннар впереди, Зора за ним, не торопясь. На крыльце он подал ей локоть, потому что так предписывал этикет. Уж точно не из сомнений, что Зора будто бы не может спуститься вниз с четырех ступенек.       Дело было, конечно, и в том, что Зора должна была сделать кое-что для своего мужа. Они не обменивались услугами, конечно же. Все было по любви и взаимному согласию. О, у них была особенная связь.       Зора подошла к пересохшему фонтану и уперлась ногой в мраморный живот святой Аньеллы.       Когда статуя упала, голова ее отскочила и покатилась по мостовой, но воздетые в мольбе к небу мраморные руки зацепились за бортик фонтана. Аннар ступил на мраморную Аньеллу, как на мост, сделал несколько шагов туда и обратно, осторожничая: скульптор не поскупился на изгибы ткани и плоти, изображая святую.       — Сказал бы я, что это начало нового мира, — Аннар воздел руку, скорее размышляя, нежели проповедуя. — Но не хочу делить время на до и после. Может быть, уже назавтра мы все забудем, что когда-то было иначе.       Зора стояла на другом конце фонтана, расставив ноги, чтобы удержаться на узком бортике.       Люди на площади замерли, не понимая, что происходит. Но все вдруг почувствовали, что перед ними не безумец, но человек, облеченный властью. И властью выше королевской. Аннару повезло иметь звучный голос, который он умел возвышать, не срывая горло и не переходя на крик. Звук этого голоса был слышен по всей площади и даже проникал в ближайшие дома.       Тейр и Чузи на балконе гостиницы тоже слышали его. Даже Хуан, Кенна и Женевьева уловили какое-то волнение, рассеявшееся в воздухе, хоть и не могли разобрать слов. Кто-то что-то возвещал, пусть нельзя было разобрать слов, но тон человека уже приводил в тревогу.       Тейр вбежал в трапезный зал, таща упиравшуюся Чузи за собой. Через открытую дверь балкона в залу влетели отзвуки возбужденного гомона людей на площади. Первая минута шока прошла, и горожане возбужденно загалдели.       Кенна, Хуан и Женевьева вскочили из-за стола. Женевьева бросилась на балкон, с которого только что убежали Тейр с Чузи. Кенна, не уверенная, что это безопасно, попыталась удержать ту за руку, но не успела.       Тейр замер посреди залы, стискивая запястье Чузи, не желая, чтобы она покинула его. И ради ее блага, и ради его собственного, как он смутно ощущал.       Глядя на площадь из-за спины Женевьевы, не переступив порог балкона, Кенна видела, что новая спутница понимала в неудачах и том, как неблагосклонна бывает судьба, больше нее. Потому что там, внизу, уже были демоны. Впервые Кенна видела, как они появляются: воздух дрожит, как над костром, и, точно из воды, из пространства выныривают искаженные, синюшно-черные и по-мясному красные рыла.       Один, другой… третий. Демоны принюхивались, оглядывались, еще не вполне понимая, где оказались, выплыв из Иного. И посреди этого хаоса, на разрушенном фонтане, стояли Аннар и Зора. Кенна не видела, чтобы у кого-то из них что-то было в руках, но сразу догадалась, что открытая дверь для демонов — их заслуга.       Кенна жестко схватила Женевьеву за плечо и дернула ее назад, в столовую, закрыла дверь балкона и, не вполне понимая, зачем, задернула шторы. Вряд ли, учитывая, что дверь была стеклянной больше, чем наполовину, это могло чем-то помочь. Но решать, что будет безопаснее, следовало немедленно: оставаться в гостинице или пытаться ее покинуть.       — Здесь есть черный ход? — Спросила Кенна.       — Не уверен. — Ответил Хуан. — Кажется, нет. Через кухню был, но там дверь рассохлась и не открывается.       Женевьева прожгла его презрительным взглядом.       — Мы бежим? Я думала, ты охотник на демонов.       — Ну, я стал бы защищать наш отряд, если б на нас напали. Но хотелось бы, чтобы до такого не дошло.       Кенна кивнула Тейру и Чузи.       — Я попробую что-нибудь сделать. — Неуверенно протянул Тейр. — Что-то, что делал настоятель с одержимыми.       Чузи без слов подошла к Хуану и встала рядом с ним, глядя насмешливо и с вызовом.       — Эти люди мне не платили. — Попытался отбрыкаться Хуан в последний раз. Но он уже понял, что даже если у него есть путь к отступлению, его на него не пустят.       — Нужно ли было таскать за собой такой огромный меч, в таком случае, — горько произнесла Женевьева.       Кенна отвела занавеску и взглянула на площадь. Судя по крикам, ситуация становилась хуже с каждой секундой. Демоны все пребывали.       — Чем больше мы болтаем, тем ниже наши шансы.       Тейр отдал Кенне назад ее револьвер. Они вдвоем вышли на балкон, Тейр искал по карманам крохотный пухлый томик Законов Демиурга. Если тот оказался бы бесполезен против демонов, все же было бы недурно успеть помолиться перед смертью.       — Я тебя прикрою. — Решительно двинувшись к двери, Чузи бросила на Хуана взгляд через плечо. — Но не думай глупостей. Я жена Тейра и ею останусь.       — Больно надо. — Отозвался Хуан, тотчас спохватившись. — В смысле, жениться на тебе…       «Но ты уж прикрывай меня, пожалуйста» Хуан не добавил, но невысказанные слова повисли в воздухе, почти осязаемые. Чузи ответила смешком, значащим «так я и думала».       К своему изрядному изумлению, на площади Хуан оказался один. Точнее, исчезла Чузи. А вот демонов вокруг него был добрый десяток. И, наверное, Аннара следовало тоже причислить к противникам. Маг — а не оставалось сомнений, что этот человек на самом деле из себя представляет — не выглядел сильным, да и вообще уступал Хуану на добрых полголовы, но если у него достало сил открыть вход в Иное, и не один… Хуан не был уверен, что его туда попросту не зашвырнут, и меч ему в этом случае не поможет.       Первый демон рванулся к нему, рыча, и Хуан рубанул мечом наотмашь. Тварь взвыла: лезвие прошло между шеей и плечом. Такой удар перерубил бы человека пополам, но в плоти демона застрял, и Хуан оказался в ловушке. Отпихнуть демона ногой он бы не рискнул: чудовище не торопилось умирать и, хрипя, шевелило когтистыми лапами.       По крайней мере, другие твари охотились за кюекцами, не обращая внимания на Хуана. Он понимал, что временно.       — Коли или срубай головы. — Сказала Чузи.       Она прыгнула ногами на спину демону, будто бы из ниоткуда, и Хуан высвободил меч. Череп демона распался на половины, срезанный длинным изогнутым кинжалом — и где только ведьма его взяла? Юбку Чузи сбросила, оставшись в сорочке до колен. Теперь все поймут, что она колдунья, подумал Хуан, но какое это имело значение? Особенно для тех, кого терзали демоны.       По мостовой уже катилась чья-то оторванная голова: не демона, человека. Какая грязная, отупело подумал Хуан. Если бы Чузи не ткнула его в спину, он бы и не очнулся вовремя, быть может.       — А ты можешь пальнуть в них каким-нибудь огненным шаром? Или там молнией шарахнуть?       — Ты что, книжек ди Шарентона начитался?! Ведьмы так не колдуют!       А как они колдуют, хотел спросить Хуан, но тут на него наскочил демон. Хуан парировал своим оружием удар когтями, как оборонялся бы от меча, отбил одну лапу, другую и вонзил свой клинок демону в грудь, туда, где у человека было бы сердце. Демон завопил, но не умер. Рана разозлила его, точно Хуан проткнул всего лишь демонову руку или ногу.       — Не в грудь, в живот! — Крикнула Чузи. Она больше не помогала своим кинжалом, отбиваясь от наступавшего на нее саму синюшного чудовища.       Послышались выстрелы: Тейр и Кенна оборонялись на балконе. Молитв или экзорцистских литаний Хуан не слышал, потерявшись в звуках боя, но один демон рядом с ним замер, не атакуя, точно его на месте одолел крепкий сон, с которым тот едва мог бороться. Хуан вспорол живот твари, как сказала Чузи, и удар действительно оказался смертельным: монстр рухнул, тая на глазах. Хуан снес голову другому порождению кошмара, зарывшемуся головой меж вывороченных ребер какого-то невезучего кюекца. Сталь клинка прошла через демона и труп, который тот пожирал, царапнув о мостовую площади.       Хуан обернулся, ища следующую цель, и понял, что вдруг оказался прямо перед Аннаром. Маг стоял посреди учиненного им хаоса, оглядываясь, точно прогуливался по картинной галерее. Внешность этого человека не переменилась с дня их первой — и весьма недавней — встречи, но теперь Хуан не назвал бы этого мужчину непримечательным. Он все еще задавался вопросом, как такая красавица, как Зора, могла выйти замуж за подобного человека, правда, уже совсем по другой причине. Но Хуан больше не думал, что лицо Аннара легко забыть.       — Как неблагодарно вы себя ведете, — сказал маг.       — То, что ты дал свои обноски Тейру и Кенне, еще не значит, что я готов стать пищей для твоих ручных демонов…       Аннар махнул рукой, и Хуан закрыл рот, готовый быть тут же выкинутым в Иное. Но Аннар просто жестом отметал нелепые аргументы.       — Умирать не обязательно. Удивлен? Что ж, признаться, я не был уверен, что у вас действительно есть шансы. Но смотри-ка! Вы довольно юрки, даже жрец.       Хуан обернулся, чтобы взглянуть на балкон, и невовремя: сбоку к нему подскочил алчущий крови демон. Когти твари вспороли ткань брюк и царапнули бедро Хуана. Извернувшись, охотник чудом успел отразить вторую атаку твари и проткнуть той живот. Аннар меланхолически смотрел, как бурлит, плавясь, плоть его нечестивого подданного на плитах площади.       — Осторожнее, юноша. Демоны не трогают меня, но я ничего не сказал о Вас. — Произнес маг. — Тем не менее, я бы посоветовал вам бежать, нежели сражаться. Вы достаточно проворны для первого, но недостаточно для второго.       Хуан боялся взглянуть вниз, ожидая, что увидит висящие лоскутами куски кожи. Может, даже проглядывающую через мясо кость.       — Бежать?! — Хуан озирался, больше не глядя на Аннара. — А как же все эти люди?       — О, это жертвы. Необходимые. Спросите у своих друзей, хоть у юного жреца, хоть у генеральской дочки, они объяснят, насколько это необходимо. Ни в религии, ни в политике без жертв не обойтись.       То, что творилось вокруг, не походило ни на то, ни на другое, подумал Хуан. Только на кровавую баню. Никакой высшей благой цели, к которой вел бы подобный путь, он также не видел.       — Можете попытаться спастись. И даже, кто знает? Спасетесь. Следующая наша встреча может оказаться совсем иной. — Хуан вздрогнул, поняв, что Аннар оказался у него за спиной. — Ну же, верните меч в ножны, не заставляйте меня делать двойную работу.       — Зачем вы это делаете?!       — Из лучших побуждений, конечно же. Разве я похож на злодея вроде Гаго Праха? — Аннар, казалось, искренне удивился вопросу. — Ну, бегите. И тогда у меня будет время обстоятельно рассказать вам, каков мой план. Вы восхититесь.       Чузи снова появилась будто бы из ниоткуда. В тот момент Хуан подумал, что она применила какое-то колдовство, но потом решил, что просто не заметил ее в пылу схватки. Аннар тоже: Чузи повисла у него на шее, как обезьянка. Очень агрессивная, намеренная тебя убить обезьянка.       В ту же самую минуту Кенна на балконе вложила в револьвер новый патрон и прицелилась. Она достаточно натренировалась на демонах, чтобы поразиться своей меткости. Она попадала не каждый раз, но сейчас, без страха и паники — каждый второй. Демоны не пытались лезть на балкон, а Тейр замедлял их своими литаниями, Кенна палила, как в тире. Но даже в двигающихся демонов она стреляла так, что было не стыдно написать в рапорте.       О Демиург, я убью этого ублюдка, подумала Кенна, прищурившись и прицеливаясь в Аннара. Все должно было закончиться здесь и сейчас. В голову нельзя, подумала она, слишком велик шанс промахнуться и задеть Чузи. Но в грудь или в живот, как демону — и в худшем случае, у Чузи пострадает лодыжка…       Мир замер, заморозился и растворился, все исчезло, оставив только Кенну на балконе, револьвер в ее руке и Аннара на поверженной мраморной Аньелле. Даже Чузи на плечах мага поблекла.       Палец Кенны напрягся на спусковом крючке, и только чудом она успела дернуть револьвер вверх, когда над балконом на силе могучих крыл взмыл демон. Вот теперь твари заметили, что у гостиницы есть второй этаж, и на нем тоже найдется, кем попировать. Кенна толкнула Тейра внутрь, через порог балкона (жрец запнулся, но не упал), продолжая отстреливаться. С такого расстояния невозможно было промазать даже такому неопытному стрелку, как Кенна. Демоны почти могли ее достать, подлетая на расстояние вытянутой лапы. Но ближе никто не успевал.       Кенне казалось, что ее движения невероятно медленные, хотя она и не собиралась торопиться. От спешки обычно больше вреда, чем пользы.       Но для Женевьевы и сгрудившихся за ее спиной жильцов гостиницы Кенна была куда как быстра. Если бы она сказала им, как редко упражнялась в стрельбе в жандармерии, они бы не поверили.       Револьвер щелкнул впустую: кончились патроны. Демон, дугой взвившийся над балконом, спикировал на жертву.       Кенна спиной вкатилась через двери, рыская по карманам в поисках патрона. Один! Медленно и спокойно, скомандовала себе Кенна, понимая, что сейчас произойдет. Но лучше медленно вложить в револьвер свой последний патрон, чем поторопиться, выронить его и потерять.       Разбив стеклянные двери и всколыхнув портьеры, в трапезную залу ворвался рубиново-красный демон. Выстрел Кенны отбросил его назад, на балкон.       Кенна поднялась, не желая смотреть, как мертвый демон на балконе шипит, растворяясь. Она уже поняла, как это происходит.       — Ты прикончила его револьвером? — Пораженно выдохнула Женевьева. — Прикончила револьвером их всех.       Кенна пожала плечами, не понимая, в чем соль, но Женевьева очевидно была поражена и восхищена.       — Револьвер не такая уж редкая штука. Теперь. — Сказала Кенна, и брови Женевьевы, только что вскинутые на лоб, опустились.       — Да. Не такая уж.       А это интересно, подумала Кенна. Но сейчас у нее не было времени расспрашивать новую спутницу.       — Останьтесь здесь. Закройте дыру, — Кенна указала на разбитое стекло балконной двери, поискала глазами Тейра. Его литании худо-бедно помогали. Оружием их было не назвать, но кому-то это могло спасти жизнь.       Женевьева с готовностью бросилась толкать стол, чтобы перевернуть его и закрыть им пролом. Кенна приказала ей, как бойцу, и Женевьева послушалась, как боец.       Сама Кенна бросилась вниз по лестнице, продолжая хлопать себя по карманам в поисках патронов.       Когда Кенна выбежала на площадь, бой почти завершился. Патронов она не нашла и добила двух демонов мечом. На бортике фонтана, вытянув изодранную когтями демона ногу, сидел Хуан. Волосы закрывали ему лицо, плечи опустились — никогда еще он не выглядел так жалко. К нему подковыляла Чузи, грязная и полуголая, но не раненая — если не считать царапин.       — Не уверен, смогу ли встать, — простонал Хуан.       Чузи присела рядом с ним на корточки, глядя на использованное тварью из Иного бедро.       — Сможешь. Пойдем, найдем виски и промоем твои ссадины.       Он взглянул на нее озадаченно и оскорбленно, бледный скорее с перепугу, нежели от боли и потери крови. Чузи протянула ему руку, и Хуан навалился на нее, все еще уверенный, что не может идти.       Но уже у самых дверей гостиницы он понял, что может. Чузи права, его нога пострадала меньше, чем могла бы в стычке с бешеной собакой.       Кенна озиралась, ища Аннара и Зору, но те точно испарились. Или нырнули в Иное, этого Кенна тоже не могла отрицать.       Кенна села на землю, пытаясь отдохнуть, бой измотал ее. В висках стучала боль скорее после гнева, нежели от полученных ударов — или же пополам того и другого. Худший вид головной боли, но отчасти и успокаивающий. То же Кенна испытывала во время стычек на дежурствах при дворце, когда в сад пытались проникнуть «гагисты». Иная боль или вонь могут приносить успокоение, потому что их ты ощущала в лучшие времена. Времена, в которых тебе все остальное нравилось.       День клонился к закату, и Кенну поразило осознание, как много времени прошло: сколько часов они бились? Упершись рукой в землю, Кенна поднялась и направилась в гостиницу.       — Не знаю, разумно ли оставаться здесь на ночь, — сказала она, войдя в холл, где ее ждали остальные спутники. Никто не был ранен, не считая синяков и царапин, и Кенна готова была поблагодарить за это Демиурга.       Удивительно, но никто, даже Хуан, не стали возражать. Если выбирать между городом с демонами и холодным лесом с волками, все единогласно предпочитали волков.