Декорации

Наверное, пары секунд мне бы хватило на осознание того, что я сделал. Если бы они у меня были. Но их нет. В голове туман, а в крови бушует такой ядреный адреналин, что даже представить страшно. Кира, тяжело дыша, поднимает на меня глаза, и я вижу яркий красный отпечаток своей ладони у нее на левой щеке. Да, кстати, я правша. - Вставай!!! – хватаю ее за локоть и поднимаю на ноги, - ты поняла, что ты должна сделать?! - Пошел на хер! – Кира сверкает глазами и пытается вырвать руку, - пусти! - Куда собралась?! - Пусти, сволочь!!! - Оставь мою жену в покое! - А ты ударь еще раз!!!! Не уверен, что это было руководством к действию, но почему-то я ударяю. Еще одна звонкая пощечина, и Кира остается стоять на ногах, только потому, что я крепко держу ее руку. Наверное, от этого ей тоже больно, и, если честно, я не понимаю, почему все это до сих пор не остановило меня. - Очухалась?! – беру ее за подбородок и разворачиваю к себе ее лицо. По красным, воспаленным от ударов щекам, текут слезы. - Пусти меня! – Кира с силой выдергивает руку, замахивается и бьет меня в ответ, - твоя Светка дура! Человек дерьмо и актриса бездарная! - Что?! – хватаю ее за скрученную в растрепанный пучок, копну немного влажных волос, - что ты сказала?! - Ты слышал! Я снова бью ее по лицу, и она падает. Поднимаю и бью еще раз, еще раз. Это какой-то полный бред, но, черт, я не могу остановиться. Почему-то мне отчаянно кажется, что выбить из нее всю дурь, можно только в самом прямом смысле слова «выбить». Какой-то бред. Делаю еще шаг, в очередной раз, засветив ей очередную пощечину, и Кира падает на кровать, (спасибо советским планировкам, от коридора до постели тут совсем близко!). По-моему, я снова хватаю ее за руку, пытаясь поднять на ноги. Хочется верить, что я делаю это, чтобы помочь ей, но я почему-то уверен, что совсем не для этого. Она колотит меня по плечам, кричит что-то, вроде, даже пытается плюнуть. Первое, что делает попытку вернуть меня в чувства – это какой-то странный инородный звук, словно что-то с грохотом рассыпается, где-то совсем рядом. Но звук исчезает, а вместе с ним и мое больное сознание благополучно возвращается в небытие. Следующее, что заставляет усомниться, все ли вообще в порядке, звон, очень похожий на пряжку моего расстегивающегося ремня. Но, это, ведь, не может быть он, правда? Снова какие-то удары, хлопки, вроде как, я даю ей еще одну пощечину, и она снова чуть ни отлетает в сторону. Комнату режет дикий, истошный крик, и мое сознание вдруг возвращается. То первое, что намекало мне о том, в какой реальности я нахожусь, выли эти гребанные пуговицы от ее кофты, которые с грохотом разлетелись по полу, второе, реально, был мой ремень, и теперь уже сложно так сразу определить, от чего сейчас кричала Кира, от боли, или от удовольствия. Черт. Это ненормально. Я не насильник! Замираю на мгновение, стараясь всмотреться в ее заплаканные глаза. - Мне прекратить..? - Не вздумай!!!! Я целую ее, и кусаю, и снова бью, и пытаюсь душить, и дергаю за волосы, и это все напоминает мне сцену из какого-то дурацкого низкопробного фильма, который, действительно, больше тянет на румынскую короткометражку, чем на реальную жизнь. И я ненавижу девушку, которая сейчас подо мной, но, кажется, еще ни разу в жизни мне не было так хорошо. Под дулом пистолета не сосчитал бы, сколько проходит времени, но почему-то мне кажется, что очень много. Я с трудом опускаюсь на постель рядом с Кирой, и жмурюсь, стараясь прогнать это наваждение. - Это было круто… - наконец, чахло подает голос Кира, и я даже не нахожу в себе сил, чтобы посмотреть на нее, - но Светку в роли никто все равно не восстановит. - Ты охерела? – неожиданно силы появляются, я поднимаюсь на локте и злобно смотрю на нее, - какого ты вообще прицепилась к ней?! - Терпеть не могу таких людей. - Каких таких?! - Дерьмовых!!! Еще один звонкий удар, и я сам не понимаю, как все начинается заново. И продолжается долго, долго, долго… Когда я просыпаюсь, Кира сидит на маленьком диванчике, напротив кровати и сосредоточено пялится в ноутбук. - Сколько времени? – сажусь на постели и сонно смотрю на нее. - Половина десятого. - Чего??? – по ходу, у меня начались слуховые галлюцинации, - так темно же… - Так вечер же! - Как вечер? - Ау, - Кира с легкой усмешкой смотрит на меня, - вечер субботы. Если еще точнее, то 21:38. Мы уснули только утром. - А, ну да… помню что, вроде, было светло. Черт… Черт. Черт – не то слово. Я переспал с Кирой. Судя по всему, эта новость еще не окончательно дошла до моего, очевидно, весьма воспаленного мозга, потому что пока приступ паники не наступил. Как, блин, так?! Я ехал совсем не за этим. Я приехал совсем не за этим. И на хера я это сделал, вообще непонятно! У меня не было ни одной причины. Она мне даже не нравится. - Ден? – Кира отрывается от своего ноутбука и резко оборачивается ко мне, - Ден, иди сюда! - Что? - Ну, иди сюда. Посмотри. Неохотно понимаюсь с кровати и подхожу к ней. Она сидит в моей рубашке, и почему-то мне это нравится. Светка никогда после секса не надевает мои вещи. Никогда не надевала. Я даже не знаю, почему. Наверное, они не гармонируют с ее трусами. Или с цветом кожи. А, может, еще с чем-то. Не гармонируют. В ее мире все должно друг с другом гармонировать. Не передать словами, какой шум начнется, если я надену с фиолетовой рубашкой драные потертые голубые джинсы, а не классические черные. Может, мне нравится так? Но так нельзя. Потому что все должны видеть, какой я у нее шикарный. Типа, мужчина – это отражение женщины. Нет, я не против, чтобы она во мне хорошо отражалась. Я не ношу грязные вещи. Или рваные. Я всегда нормально одет, я не складирую носки, не надеваю два раза одну футболку, я вполне вменяемый человек, но, блин… но блин! - Что? – подхожу к Кире и опускаюсь на пол, рядом с диванчиком, на котором она сидит, - написала извинительную речь? Она удивленно косится на меня и разворачивает ноутбук так, чтобы мне было лучше видно экран. - Посмотри. Вот, что примерно я хочу сделать. Хмурюсь, глядя на яркие и очень красочные картинки, очевидно, сделанные каким-то очень талантливым веб-дизайнером. Ну, во всяком случае, насколько я могу судить. - И, что это? - Декорации. Для «Отелло». - Это вода? - Верно. Земля… ну, с землей понятно, по ней мы ходим, вода будет оформлением, у тебя огонь, Машку поднимем в воздух. «Отелло. Трагедия стихий». Как тебе? - Круто. Сейчас это правда. То, что она говорит, звучит, реально, круто. То, что я вижу, выглядит очень неправдоподобно. Правильнее даже будет сказать, невыполнимо. - Ты понимаешь, сколько всего придется построить, чтобы оформить сцену водой? - Не так много, - Кира беззаботно пожимает плечами. Мля. Такое ощущение, что мы покупку батона сырокопченой колбасы обсуждаем. А не дороговато ли?! - Все оформление нам сделают бесплатно. Один мой знакомый. Это, кстати, он придумал. А всю техническую часть… ну, да, за это придется заплатить. Но это довольно мало. - У нас нисколько нет. - Будет, - она ласково смотрит на меня, - я договорюсь. - С кем? - С бывшим мужем Алисы. - Так же, как со мной сейчас? - Не оскорбляй меня. Не оскорблять. И, правда. Она-то хоть никого не предавала. Это я изменил своей жене. Да. Мудак в нашей паре идентифицировался мгновенно .И, вопреки ожиданиям, это не Кира. - Мне нужно домой, - поднимаюсь на ноги, беру с пола свои джинсы и начинаю сонно озираться вокруг, - ты в моей рубашке. - Да. - Ну, так отдай. - Бери… - Кира медленно подходит ко мне и смотрит снизу вверх огромными щенячьими глазами. Рубашка застегнута всего на пару несчастных, чудом уцелевших пуговиц. Судя по всему, ночью она ее с меня тоже сдирала. Ночью. Черт. Медленно расстегиваю на ней свою рубашку, и в голове снова становится темно и пусто. Это неправильно. Так не должно быть. Я не изменяю. Не изменяю. Не изменяю. Черт! Я уже изменил!!! - Тебе нужна какая-нибудь мазь, - изо всех сил стараюсь взять себя в руки, - у тебя все тело в синяках. - Это ничего, - Кира спокойно смотрит на меня, и я замечаю маленькую свежую ранку у нее на губе, - они напоминают о том, кто сделал это со мной. Черт!!!!!!