Малахитовый браслет

Холодно, так холодно, что он уже не чувствует пальцев. Он пытается достать палочку, но руки не слушаются, и она падает куда-то вниз, в мерзкий белесый туман, где её уже не найти. Драко опускается на колени, шаря по земле онемевшими ладонями, кожу режет и жжёт, будто он опустил руки в куст пустынной колючки. Он вздрагивает от внезапно разорвавшего тишину крика и подрывается, бежит, чувствуя острую боль в голых ступнях, тающих в тумане. Драко бежит на звук, запинается, падает, встает, снова бежит и снова падает. — Нет, — это звучит как мольба, и только спустя мгновение Драко понимает, что это его собственный голос, — Нет, не смей. Он шепчет — или кричит? — сам не зная о чем, продолжая бежать, искать. — Он тебе не нужен, — он узнает этот голос, узнал бы из тысячи, — Не отвлекайся, Том. Ты знаешь, что должен сделать. Драко опять запинается и падает лицом прямо на землю, обдирая кожу, стирая руками выступающую кровь. Он должен встать, должен бежать, но не может, будто чья-то огромная ладонь придавливает его к земле. — Авада Кедавра! Драко распахнул глаза и обнаружил себя в своей спальне на площади Гриммо. Дыхание сбилось, а сердце колотилось где-то в боку, наверное, он кричал, и как же здорово, что вспомнил вечером окружить кровать чарами беззвучия, а то не миновать бы ему перепуганных Сириуса и Критчера. Опять кошмары… Кошмары, мучившие его всю зиму, и отступившие в апреле. Почему они вернулись? Почему сегодня? Не может же это быть предчувствием? Драко фыркнул, представив себя в нарядах Трелони, и повернулся на бок, пытаясь очистить сознание, чтобы снова заснуть, когда громкий звон колокольчика заставил его подскочить. Ни разу за все семь месяцев никто не приходил сюда так поздно. Сердце сжалось от нехороших подозрений. В секунду натянув джинсы к спальной футболке, блондин сунул в задний карман палочку и быстро спустился вниз. В гостиной, не смотря на позднее время — брошенный им на ходу tempus показал полночь, — стояли гости: напротив колдующего над какой-то побрякушкой Сириуса переминались с ноги на ногу Люпин и Билл Уизли. — Римус, Билл? — спросил Драко, приближаясь. Мужчины одновременно вздрогнули и обернулись на звук. Люпин окинул его коротким взглядом и ответил бесцветным голосом: — Темная метка, Драко. Над Хогвартсом. К собственному изумлению, слизеринец даже не удивился. Словно он всегда знал, что однажды над школой зажжется метка, и теперь этот момент настал. Он не чувствовал паники, не хотел завизжать, как девчонка. Его голос не дрожал: — Кто? — Мы не знаем, — ответил за Люпина Билл. Они с Драко никогда особо не ладили, но сейчас парень, видимо, понимал, что стоит отрешиться от личных отношений, — Не можем связаться ни с директором, ни с Макгонагалл, ни даже с Хагридом. Сириус готовит портал. — Я тоже пойду. — Нет, — вдруг резко обрубил Блэк, не сводя взгляда с мирно светящегося кубка, которому предстояло стать порталом. — Я пойду, Сириус. Я совершеннолетний, помнишь? — А я сказал — нет, никуда ты не пойдёшь. Не подходи к порталу, если не хочешь, чтоб я тебя оглушил — там может быть опасно. Драко закатил глаза, но промолчал, понимая, что спорить бесполезно, тем более, что кубок уже вспыхнул красным и погас — портал был готов. — Готово. Все взялись, быстро, сработает по моему сигналу. Драко… Драко сделал шаг назад, становясь за спиной оборотня и пожал плечами. Блэк с сомнением посмотрел ему в глаза и щелкнул палочкой по порталу. Малфой не отрывая взгляда смотрел, как кубок наливается светом и мысленно начал обратный отсчёт: три, два, один! В последнюю секунду он молниеносно дернулся вперёд, вцепляясь в руку Люпина и переплетая для надежности их пальцы. Римус удивлённо дернулся, стараясь высвободиться, но не смог, а спустя несколько секунд они упали одним сцепленным кулём посреди полянки перед главными воротами Хогвартса. — Ах ты, маленький паршивец! — восхищённо воскликнул Сириус за спиной блондина, — Хотя чего я мог ещё ожидать, тебя на слизерин определили явно по блату — ты чертов гриффиндорец до мозга костей. Драко хотел было ответить колкостью, но в этот момент поднялся с земли и тихо ахнул. Конечно, он знал, что раз над замком Метка, а он рядом со школой, то он безусловно эту метку увидит — ну это же логично — но… Холодок пробежал по спине, заставив парня неосознанно передернуться. Кто? — билось в его голове, — Кого? Он старательно запихнул поглубже маленького зверька, острым коготком царапнувшего его изнутри: Метка над Астрономической башней, а не над Гриффиндорской, Поттер, наверняка, мирно спит в своей постели и вообще не в курсе что происходит. Может, это вообще ошибка, и утром они дружно посмеются над этим. Сириус, Билл и Драко заворожённо наблюдали, как гигантская змея выползает из дымного черепа, пока Люпин колдовал, распечатывая ворота. На это ушло минут пять, и Драко невольно задумался, что те, кто Метку поставили, проникли в школу явно иначе. Мысль, пришедшая вдруг в голову, прошибла слизеринца, словно молния:, а кто там, собственно, внутри? Если там действительно Пожиратели — ну, а кто кроме Пожирателей будет ставить Метку? — то не встретит ли он там, например, дядю Рудольфуса? Или мистера Яксли и мистера Розье? Ведь его появление в компании Орденцев вполне можно принять за признание стороны, а на словах поддерживать Дамблдора и проклинать во имя Ордена друзей семьи — это разные вещи. Не друзья семьи — поправил себя Драко, когда ворота, наконец, распахнулись, и они бросились к замку. Не друзья. Просто люди, чья главная задача сейчас сводится к тому, чтобы Гарри был мертв. Чтобы Гермиона была мертва. Кто бы там ни был — его нужно остановить. Никогда ещё дорога до Хогвартса не занимала так мало времени — даже в запряженной фестралами карете они ехали медленнее. — К Хагриду! — услышал Драко тихий оклик Люпина. К домику он добежал первым. Темные окна хижины лесничего говорили либо о том, что он крепко спит, либо уже увидел Метку и ушёл в замок. Драко отчаянно заколотил кулаком в дверь, молясь про себя всем Богам, в которых не верил, чтобы Хагрид открыл. Дверь распахнулась спустя долгие тридцать секунд. — Драко? Римус, Билл, Сириус, что вы тут… — тут великан увидел развевающийся на ветру череп, — О, гриндиллоу меня раздери… — Хагрид, нам нужно попасть в замок, срочно, — позвал Сириус негромко. — Да, да, конечно, — лесничий замялся, но тут же взял себя в руки, — Сейчас, ключи возьму. Драко неуклюже переминался с ноги на ногу, едва не подпрыгивая от нетерпения. Хагрид вернулся через минуту, полностью одетый, с огромной связкой ключей в руке и весело прыгающим Клыком. Все вместе они бросились к главным дверям. Пока Хагрид открывал сложный замок, Сириус коснулся руки Драко. — Иди в гриффиндорскую башню, попади внутрь, чего бы тебе это не стоило, убедись, что Гарри и остальные в безопасности. Ждите нас там и не смейте — не смейте! — подниматься на башню, ты меня понял? — Ага, — автоматически кивнул слизеринец. Он почему-то не мог оторвать взгляд от тёмной точки в небе над Хогсмидом. Что-то в ней было не так. Драко тихо охнул, когда понял, что точка приближается, а когда она пролетела на территорию замка, лишь легко всколыхнув мощную защиту, его осенило, — Смотрите, это метла! Это действительно была метла, и она на максимальной скорости мчалась к Астрономической башне. Когда она вылетела в небо над полянкой, стало понятно, что мётлы две — они шли так плотно друг за другом, что сначала вторую было даже не видно. — Это Дамблдор! — воскликнул Билл с лёгким благоговением в голосе. Драко не понял почему Уизли сделал такой вывод — с земли фигур на мётлах было не разобрать, но спрашивать было некогда — за их спинами брякнул замок, и двери распахнулись. Малфой бросился было внутрь, но вдруг почувствовал, как чья-то тёплая ладонь удерживает его руку. Он удивлённо обернулся и вдруг оказался в мягких объятиях. — Береги себя, — тихо прошептал ему Сириус и тут же отстранился. Драко неловко хлопнул его по плечу и побежал. Коридоры школы были пусты и совершенно безмолвны. Мысли слизеринца прыгали с одной на другую: он любовался арками и сводами, старинными гобеленами и портретами на стенах, отчетливо осознавая, как скучал по Хогвартсу эти полгода. Ещё он со злостью вспоминал лифты министерства магии и размышлял почему нельзя было сделать в школе хотя бы один. Когда он, наконец, добежал до портрета на входе в гриффиндорскую гостиную, сердце его колотилось сильнее, чем когда-либо в жизни. Полная Дама мирно дремала, откинувшись на спинку стула. — Мадам, — тихо произнёс Драко, аккуратно погладив рамку портрета, — Мадам, извините за беспокойство… — А? — встрепенулась женщина, — Пароль? — Я не знаю его, мадам, — так же тихо произнес Драко, продолжая поглаживать рамку. Он как никто знал все точки, на которые нужно нажать, чтобы расположить к себе портрет. — Тогда мне очень жаль, молодой человек, — ответила Полная Дама, улыбаясь так томно, словно не отказывала ему сейчас. — Мадам, я вынужден настаивать, — ему хотелось закричать или проклясть портрет, но он понимал, что этот путь будет дольше, — Мои друзья в смертельной опасности. Я должен помочь им. Он провёл кончиком пальца по уголку портрета, с удовлетворением наблюдая, как сонная Полная Дама прикрывает глаза, и услышал тихий щелчок замка. Он легонько поклонился Даме и потянул портрет на себя. В гостиной — такой знакомой ему — было на удивление светло. — Драко?! — изумленно воскликнул Рон, вставая ему навстречу, — Ты что тут делаешь? Слизеринец в два шага подскочил к удивлённым друзьям: Рону, Гермионе и Джинни, которые, несмотря на поздний час, сидели на диванчиках. Гарри с ними не было, что наводило на определённые безрадостные мысли. Пока он переводил дух, Гермиона с Джинни подлетели к нему. — Драко! — Где Поттер? — наконец, спросил блондин, оперевшись на диван. — Он с Дамблдором. О нет. Нет нет нет. — Над Астрономической башней Темная метка. Джинни зажала рот рукой, Рон резко распрямился. — Сейчас! — воскликнул он, бегом поднимаясь по лестнице к мужским спальням. — Драко, метка?! — спросила бледная Гермиона. — Да, здесь Сириус, Люпин и Билл. Они пошли на башню, туда прилетели двое на метлах, Билл считает, что это был Дамблдор с..значит с Гарри. — Но ведь… Никто же не мог… Волдеморт же не мог?! — беспомощно пробормотала Джинни, и Драко с отдаленным удивлением отметил, что она не вздрогнула, произнося имя Темного Лорда. В эту секунду из мужской спальни выскочил Рон, на ходу разворачивая пергамент с картой мародёров, за ним бежал, натягивая мантию поверх пижамы, Невилл. Он был непривычно собран и серьёзен. — Драко, — кивнул он. — Невилл. — О, Мерлин… — охнул Рон, вглядываясь в карту. Драко заглянул ему через плечо и выдохнул: на площадке астрономической башни замерли подписанные фигурки Альбуса Дамблдора, Гарри Поттера, Амикуса и Алекто Кэрроу и Фенрира. Ниже, в коридоре перед башней, шёл ожесточенный бой между Яксли, Треверсом, Роули и Гиббоном и членами Ордена Феникса и преподавателями. Авроры явно превосходили Пожирателей количеством (помимо прилетевших с Драко там была ещё Тонкс и несколько точек с именами, которые парень видел впервые, но Пожиратели, видимо, не гнушались использовать темную магию, так что прорваться к директору союзники не могли. Драко на секунду застыл: на его глазах точка с именем Гиббона сжалась и вдруг пропала. Он не слишком хорошо знал Гиббона, но видел его не раз в гостях мэнора, и сердце его чуть дрогнуло. — Бежим, — прошептал он. Все вместе они выскочили в проход и побежали к башне астрономии. В коридоре в трех поворотах от площадки, на которой происходило сражение, они столкнулись со Снейпом. — Драко?! — Северус, ты её видел? — Конечно. Зачем ты тут? — А я мог не прийти? Снейп смотрел на него странным взглядом, словно сожалея о чем-то, но интерпретировать это времени не было. Драко хлопнул его по плечу и побежал за друзьями, слыша за спиной шаги крестного. Конечно, он понимал, что на площадке происходит бой, но, видимо, не был так к этому готов. Едва шагнув из коридора, он поскользнулся на чем-то красном и грохнулся на спину, видя, как над ним пролетают два луча: красный и зелёный. Дальше он действовал на автомате — спроси кто потом, он бы не смог объяснить что двигало им. Драко крутанулся, перекатываясь на живот, и поднялся, пытаясь сориентироваться. Пожиратели были в масках, и это очень помогло, он не мог разобрать в кого швырял замораживающие проклятия. Несколько человек в плащах перекрывали ход на башню, остальные рассредоточились в гуще битвы. Драко вдруг шагнул в бок, сам не зная почему, и почувствовал, как мимо него проскользнула очередная вспышка. Он увидел Гермиону, сражающуюся с высоким крупным мужчиной, который не мог быть никем, кроме Яксли, а со спины к ней подбирался другой Пожиратель. — Остолбеней! — заорал Драко не своим голосом, целясь ему в спину. Мужчина упал лицом вперёд, как подкошенный. Мимо Малфоя вдруг пронесся Снейп, подол его мантии шлепнул парня по ноге. Глядя, как союзники и пожиратели расступаются перед ним, Драко на секунду замер, а затем ринулся в бой. Его палочка, словно меч, взлетала и опускалась, с губ слетали магические формулы. В какой-то момент ещё один Пожиратель упал, сражённый его проклятием, а в следующую секунду кто-то с силой толкнул его в бок, и Драко упал, чувствуя, как вокруг него смыкается мягкая, как патока, темнота.