Малахитовый браслет

Драко любил мэнор. С самого детства любимым его занятием было бродить по светлым коридорам дома, открывая для себя все новые и новые секреты поместья. Дом словно бы жил своей жизнью — старые половицы скрипели под ногами, двери открывались и закрывались от сквозняков, гобелены меняли цвета под мерцающим светом факелов. Портреты — движущиеся и совсем старые, замершие, смотрели на проходящих мимо людей и перешептывались вслед, картины с изображением пейзажей дышали, и, если прислушаться как следует, можно было разобрать шум волн или колыхание травы, исходящие из старинных рам. Эльфы старались поддерживать чистоту, но замок был слишком большой, так что в некоторых неиспользуемых комнатах лежали тонкие слои пыли, а в углах разрасталась пыльная паутина. Драко, в отличие от Нарциссы, не брезговал этой грязью, с удовольствием копаясь в старинных сундуках и шкафах, и находя, порой, весьма занимательные вещицы. Так однажды в ветхом трюмо он нашёл завёрнутый в полуистлевшую бумагу холст, явно маггловской работы. Изображённая на нем молодая девушка с длинными до пояса светлыми волосами и изумительно зелеными глазами, была обнажена, она лежала на расстеленной на полу ткани и прикрывалась ничего не скрывающим тюлем. Картина была наполнена какой-то необъяснимой чувственностью, грацией, так что Драко забрал холст себе и, вставив в раму, повесил в своей комнате. Как потом неохотно рассказала Нарцисса, девушка на картине приходилась ей дальней родственницей в каком-то там колене, на родовом древе её имя было выжжено, потому что едва Ассиль — если верить подписи на портрете, её звали именно так, — исполнилось семнадцать лет, как она сбежала с художником-магглом, и с тех пор не поддерживала никаких контактов с семьёй. История Ассиль почему-то сильно заинтересовала Драко, но он не нашёл больше никаких упоминаний о ней, кроме записей о рождении и получении волшебной палочки в девять лет в родовой книге. Ему оставалось только усмехнуться тогда, в лавке Оливандера, когда его выбрала палочка из боярышника с волосом единорога — точно такая же, как у Ассиль, только на два дюйма короче. Теперь, вернувшись из Хогвартса в первый день каникул, Драко сидел, одетый в строгую чёрную мантию, перед портретом и в который раз задумчиво разглядывал девушку, стараясь отвлечься от мыслей, крутящихся в его голове словно волчок. Он сошёл с Хогвартс-экспресса всего час назад. Поездка обратно вышла куда более мрачной, чем обычно. Несмотря на то, что он сидел в купе с Гарри, Роном, Гермионой и Тори, едва ли за всю поездку он произнёс хотя бы пару слов. Он не знал что ждёт его дома, да и не сильно хотел знать, но внутри был напряжен, словно струна, готовая вот-вот лопнуть под натяжением. На вокзале его встретил эльф Добби, низко поклонившийся молодому хозяину и мгновенно отправивший его вещи в мэнор. Для Драко был приготовлен портключ, настроенный на его прикосновение — он перенёс слизеринца в его комнату, а появившийся секундой позже домовик сообщил, что в честь его возращения ужин устроили пораньше, так что через час ему нужно будет спуститься в Северную гостиную. — Мастер Малфой велел передать, что юному хозяину необходимо одеться подобающе, так как его представят важному гостю. — Ясно. Сгинь. Драко нахмурился. Сердце его ухало, отдаваясь неприятной пульсацией в животе, но внешне он оставался спокойным. На удивление, он не испытывал страха — скорее любопытство и волнение. Обогнув не разобранный чемодан, парень выудил из шкафа свою лучшую выходную мантию и переоделся. Времени оставалось слишком много, так что быстро перебрав появившуюся за день корреспонденцию, Драко принялся раскладывать вещи из чемодана — обычно это поручалось эльфам, но ему было просто необходимо чем-то заняться. Решив попрактиковаться в хозяйственных заклинаниях, блондин махнул палочкой, невербально произнося заклинание порядка и ожидая, что вещи, как обычно, упадут на пол не долетев до своих мест, но, на удивление, содержимое чемодана послушно разлетелось по комнате, устраиваясь на положенные места. Драко довольно присвистнул, но тут же огорчённо подумал, что время до ужина теперь совсем нечем занять. Опустившись в кресло перед столом, парень попытался сосредоточиться на книге, которую оставил на столе ещё в прошлом августе, но смысл прочтённого ускользал от него, так что скоро Драко сдался и принялся рассматривать портрет. Ассиль была красавицей. Интересно, сколько она прожила? Где похоронена? Пользовалась ли магией? Была ли счастлива с бродячим художником? Были ли у них дети? Жалела ли она, что ушла из семьи? Столько вопросов — и ни на один не найти ответа. Как и в жизни. Без семи минут пять Драко поднялся и, нервно разгладив складки на мантии, направился к гостиной. За обеденным столом сидели четверо. Во главе стола сидел, откинувшись на спинку стула, высокий мужчина в свободной мантии, за его спиной горел камин, поэтому лица Драко разобрать не мог. Слева от него расположилась тетя Белла, справа — Люциус и Нарцисса. Заметив в дверях сына, Малфой старший встал и приблизился. Юноша вздрогнул, увидев почти сошедшую царапину на его лице, но лишь молча склонился в приветствии. — Мой Лорд, — обратился Люциус к гостю, — Позвольте представить Вам моего сына, Драко. Повинуясь жесту отца, парень приблизился к столу и поклонился. — Добрый вечер, сэр. Боковым зрением Драко увидел, как дёрнулась Нарцисса, но не повернулся к ней. Очевидно, он нарушил какое-то неписаное правило, но ему было плевать. Теперь, когда камин находился сбоку, он мог разглядеть черты лица Темного лорда. По рассказам Гарри он имел представление о том, как выглядит теперь Волдеморт, но сейчас, видя его перед собой, блондин едва смог сдержать дрожь отвращения. Лицо Темного мага до того походило на маску, что не верилось, что это живой человек. — Здравствуй, Драко. Ты так вырос. Когда я в последний раз тебя видел, ты ещё только делал свои первые шаги. Вижу, твои родители хорошо тебя воспитали. Садись. Блондин усилием воли сдержал усмешку — ощущение, будто перед ним сейчас дальний родственник, а не самый известный темный волшебник со времён Гриндевальда. Поцеловав матери руку и с лёгким поклоном улыбнувшись тёте, он опустился на своё место рядом с Нарциссой. Домовой эльф тут же наполнил его тарелку вареными крабами, источавшими аппетитный аромат, но есть юноша не решился — нетронутые блюда перед остальными давали понять, что происходящее здесь — вовсе не дружеский ужин. Взяв в руки бокал вина, Драко аккуратно повертел его в руках. — Как ты добрался, Драко? — голос Нарциссы в наступившей тишине прозвучал слегка нервно. — Спасибо, мам, хорошо. — Как школа? Драко кинул быстрый взгляд на Волдеморта, задумчиво разглядывавшего на свет содержимое своего кубка. Ощущение нереальности происходящего переполняло его. Они что, пытаются сделать вид, что все происходящее — нормально? — Эээ… Хорошо. — Как твои учебные успехи, Драко? — дружелюбно поинтересовался Волдеморт, переводя взгляд змеиных глаз на парня. От его заботливого тона юношу пробрала дрожь. Разговаривать с самым опасным тёмным волшебником современности об уроках было… Интригующе. К тому же, Драко так и не понял как ему следует обращаться к нему — он не входил в круг Пожирателей смерти, и значит обращение «мой Лорд» вряд ли было уместно, но не Томом же его называть. — Неплохо, сэр. К сожалению, экзаменов в этом году не было, так что оценку своих знаний я Вам дать не смогу. — К сожалению? — тихо переспросил Волдеморт, в его глазах на мгновение вспыхнул интерес, — Похвальная тяга к знаниям. Даже я в твоём возрасте радовался отмене экзаменов. Это освобождало время для более полезных занятий. Драко, не зная что ответить, молча улыбнулся. Не меняя интонации, Темный лорд поинтересовался: — Как тебе Турнир? Драко застыл. Что, прямо вот так с места в карьер? Видимо, Волдеморт тоже считал глупыми игры в «добрососедский ужин». Внутренне подобравшись, юноша заставил себя расслабленно откинуться назад и улыбнуться, глядя Реддлу прямо в глаза: — О, весьма захватывающе. Особенно третье испытание. Тихий смех мужчины Драко мог бы даже назвать очаровательным — если бы закрыл глаза и забыл как выглядит теперь его собеседник. — Рад, что ты оценил. Говорят, твой лучший друг победил? У Драко было достаточно времени, чтобы продумать тактику. Как Волдеморт отреагировал на известие об их с Гарри дружбе? Разозлился? Решил использовать это в своих интересах? Как бы то ни было, общение с гриффиндорцем явно не сулит ему ничего хорошего, а значит он должен убедить Лорда, что слухи об их близости несколько преувеличены. Ещё в Хогвартс-экспрессе он решил, что самым лучшим будет на вопрос, который Волдеморт рано или поздно задаст, ответить, что они с Гарри поругались и больше не поддерживают отношений, но теперь, глядя мужчине в глаза, он понял, что все его планы летят насмарку. Реддл не был глупым, и это чувствовалось во всем — в его жестах, словах. Его не обманешь. — Победителями сочли двоих Чемпионов. Волдеморт прищурился: — Диггори… Красивый мальчик. И, видимо, умный, раз добрался до кубка даже раньше идиота Поттера, которого вел мой слуга. Он перевёл взгляд на бокал, Драко едва заметно сжал руку в кулак под столом. Как можно так спокойно рассуждать о том, кого убил практически собственными руками?! — Но я, конечно, говорил не о нем, — продолжил Лорд, его красные глаза теперь неотрывно смотрели Драко прямо в душу, — Говорят, вы близкие друзья с Гарри Поттером? Ответить слизеринец не успел. С огромным ужасом он почувствовал, как Реддл, даже не используя палочку, вторгается в его разум. Он не был к этому готов, и теперь, пока яркие картинки воспоминаний мелькали перед глазами, отчаянно пытался выстроить защитную стену, как учил крёстный, но все его попытки разбивались о невероятную силу заклинания Темного лорда. Впервые за этот вечер Драко испытал страх, ужас, сравнимый только с тем, который он почувствовал, увидев Гарри, лежащего в обнимку с мертвым телом Седрика посреди поля для квиддича. Как можно было быть таким самонадеянным и глупым, надеясь обмануть его, скрыть… Что-либо. Если хоть часть того, что писали и говорили о Лорде, правда, то сейчас он, Драко, доживает последние мгновения своей короткой бессмысленной жизни. Спустя несколько долгих секунд воспоминания перестали проноситься внутри его головы, и он смог увидеть лицо тёти, счастливо улыбающейся ему через стол. Дыша, словно после марафона, он откинулся на спинку стула и перевел взгляд на мужчину. Боковым зрением он видел, что родители испуганно смотрят на него, но не мог отвести глаз от тонких кошачьих зрачков на бледном лице темного волшебника. Он понимал, что Лорд видел всё — всё их с Гарри общение, все его, Драко, мысли и чувства, всё. И единственное, о чем он сейчас мечтал — это вернуться на два дня назад и последовать совету Поттера, сбежать, спрятаться, лишь бы никогда снова не оказаться вот так лицом к лицу с человеком, для которого убийство — обычное ежедневное занятие. Казалось, прошло несколько минут, наполненных звенящей тишиной, когда Лорд снова заговорил: — Даже так… — голос его звучал не громче шепота, но вряд-ли кто-то мог его не расслышать, — Понятно. Он отвернулся с таким видом, словно потерял весь интерес к сидящим за столом, и встал из-за стола. Остановив жестом приподнявшуюся Беллатрису, он, не оборачиваясь, вышел из гостиной. Драко с трудом подавил в себе желание немедленно сползти со стула на пол. Сердце билось так быстро, что дышать становилось больно. Неужели Темный лорд ничего ему не сделает? По крайней мере сегодня? — Драко? — он почувствовал прикосновение нежной руки матери к своему запястью, — Эй? — Я в порядке, мам. Я пойду к себе. — А ужин? — Я не голоден. Нервное потрясение этого вечера напрочь лишило его чувства голода. Драко даже казалось, что навсегда. ** Возвращаясь домой из школы, Драко ещё толком не знал, кто такой Волдеморт. Нет, конечно, он знал его биографию, и даже чуть больше, благодаря своей дружбе с Гарри, он знал о дневнике Реддла, знал, о попытках получить Философский камень, об убийствах людей, встающих на пути к цели. Однако знать — это одно, а видеть — другое. Ожидая в первый вечер дома знакомства с Лордом, юноша чувствовал волнение, любопытство, беспокойство, но не страх. Теперь же паника ледяными волнами захватывала его, стоило ему только подумать о воспоминаниях, которые волшебник видел в его голове. Заклинание «Авада Кедавра» перестало казаться ему просто одним из проклятий, упомянутых на ЗОТИ, теперь оно виделось вполне вероятной перспективой на будущее. Он понимал, чувствовал, что Лорд — сумасшедший, убить — нет, на самом деле убить! — Драко для него было не сложнее, чем, ну например, призвать книгу. Масла в огонь подлил Люциус — после ужина в тот же день он поднялся в спальню к сыну. Узнав, что Темный лорд смог разглядеть в сознании сына, он произнёс, присаживаясь рядом с парнем на кровать: — Драко, пойми. Здесь все так же, как и в любом другом случае. За наши достижения будем награждены все мы. Но и за каждую ошибку расплачиваться так же будет весь наш род. Ты напуган, но не стоит бояться. Темный лорд милостив — он щедро благодарит своих сторонников. Нам оказана великая честь принимать его у себя в поместье. Драко молча кивал в ответ, но в его не затуманенном обожанием мозгу все же роились вопросы, которые он бы никогда не рискнул задать. Да, Темный лорд был умён, но неужели отец не видел, что он сумасшедший? С каких пор убийство чистокровного студента считалось «печальной необходимостью»? Какого Мерлина он, Лорд, мог запросто проникнуть в чужие воспоминания так, словно это нормально? Как, зачем, почему отец следовал за этим… Человеком? Темный лорд велик, силён и, видимо, бессмертен, но неужели нет вероятности что завтра он с легкостью убьет всю их семью просто потому что они помешают ему в каком-то из его сумасшедших планов, как Седрик? ** К счастью Драко, жизнь в поместье не сильно изменилась с появлением гостя. После памятного ужина он почти не встречался с Лордом, да и сам маг ничем не выдавал своего присутствия, если не считать почти ежедневных встреч с Пожирателями в Северной гостиной. Появляясь на эти собрания, старые друзья семьи брали с собой детей, так что Драко редко оставался один — через день компанию ему составляли Панси с младшим братом Энтони, реже — Гойл и Блез, пару раз за два месяца каникул появлялся Кребб. Самым разительным отличием от прошлого лета являлось отсутствие возможности связаться с Гарри. Драко не знал отслеживаются ли письма, а рисковать — боялся, да и не был уверен — стоит ли. Последний разговор оставил открытым вопрос об их отношениях теперь, а страх и смятение после «разговора» с Лордом оставили неприятный след в его душе, так что теперь он совсем не знал как ему следует поступить. Ему удавалось избегать общения с Волдемортом почти все каникулы, пока однажды, за пару недель до возвращения в Хогвартс, перед ним не появился домовой эльф с приглашением пройти в библиотеку по просьбе гостя. С трудом справившись с желанием притвориться мертвым, Драко спустился на первый этаж. Реддл сидел в высоком кресле в читальной части библиотеки. Кивнув вошедшему юноше на соседнее кресло, он улыбнулся: — Добрый вечер, Драко. — Добрый вечер, сэр, — вежливо произнес блондин, опускаясь на мягкое сидение. Его ладони вспотели, и он постарался незаметно вытереть их о мантию, — Вы хотели меня видеть? — Да. Я хотел задать тебе вопрос, — тонкие щели зрачков впивались в серые глаза собеседника изучающим взглядом, — Ты ещё очень юн, Драко, тебе всего пятнадцать. Но я помню себя в твоём возрасте, в пятнадцать лет я уже был способен на действительно выдающиеся свершения. Ты умён и талантлив, в тебе скрыт огромный потенциал. Вопрос в том — сможешь ли ты распорядиться им как следует? Он замолчал. Драко сглотнул, молча ожидая продолжения. — Я могу помочь тебе. Уверен, стоит лишь указать тебе верное направление, и ты сможешь в будущем стать сильным волшебником, моей правой рукой. Ты хотел бы присоединиться ко мне вслед за своим отцом? Страх захлестнул юношу с головой. Постаравшись придать голосу твердость, он произнёс: — Если Вы сочтете, что я достоин… — Я уже счёл. Конечно, я не смогу принять тебя в круг прежде, чем ты получишь образование, но есть задание, которое ты мог бы выполнить уже сейчас, чтобы подтвердить свою лояльность. Конечно, ты будешь щедро вознаграждён. — О чем Вы? — Я видел твои мысли, Драко. Я знаю что ты чувствуешь. Ты хочешь Поттера. Но — увы, он слишком туп, чтобы оценить по достоинству твоё внимание. Но выход есть. Доставь мальчишку ко мне, и ты получишь его в своё распоряжение на столько, сколько потребуется. Тишина, наступившая после этих слов, звенела куда громче. Кровь, прилившая к голове, била Драко по вискам. Волдеморт решил, что его чувства к Поттеру — лишь похоть? Поэтому он так спокойно это воспринял? Самый страшный ночной кошмар этого лета сбывался наяву. Драко поднял голову и ответил Лорду прямым взглядом. — Я попробую выполнить это, мой Лорд. Но Поттер не пойдёт со мной. Он не так глуп. — А ты постарайся, — в голосе волшебника звучала сталь, — Иди. Я хочу, чтобы Поттер оказался здесь не позднее следующего лета. Уже у двери Драко, похолодев, услышал раздавшееся в след: — Помни — не стоит лгать Тёмному лорду, Драко. *** Первого сентября Драко прибыл на Кинг-Кросс в десять часов. Не дожидаясь никого, он пересёк полупустую платформу и зашёл в поезд. Сидя в купе в одиночестве, он смотрел, как за стеклом начиналась суета и толчея. Будучи пунктуальным, он никак не мог взять в толк что сложного в том, чтобы выйти из дома заранее и приехать на вокзал раньше, чем за пять минут до отправления. Откинувшись на спинку сидения, юноша мог оставаться незаметным, в то же время наблюдая за прибывающими студентами. С лёгкой улыбкой он отмечал совсем маленьких первокурсников, боязливо разглядывавших поезд, и мог с легкостью определить статус крови каждого из них по поведению. Светловолосая девчушка в тёмной мантии, испуганно жавшаяся к похожей на неё взрослой волшебнице – полукровка, причём отец, скорее всего, правду о жене узнал только после совы из школы: девочка волшебного мира в глаза почти не видела, а одета уже не в магловское, значит, прибыла либо через камин, либо через портал. А высокий русый мальчик, испуганный, но независимый, рядом с худой женщиной в серой мантии работника соцслужб, явно вырос в сиротском приюте. Взгляд его выхватил из толпы огненно-рыжую копну волос. Джинни, радостно обнимается с Полоумной Лавгуд. А значит где-то рядом... И действительно, проследив взглядом за протискивающимися сквозь толпу девушками, он увидел Гарри, целующего на прощание толстую рыжеволосую женщину. Драко жадно вглядывался в изнуренные черты лица друга. Видимо, лето выдалось тяжелым – где он его провёл, на Тисовой улице? У Уизли? Поттер сильно вытянулся, рукава свитера не доставали даже до запястий. Внутри у блондина что-то ёкнуло. За лето он ни разу не написал Гарри, и один только Мерлин знал, чего ему это стоило. Настолько привычного общения так не хватало, но риск был слишком велик. Драко понимал, что ответственность, лежащая теперь на его плечах, была слишком велика для одного пятнадцатилетнего подростка, но помощи ждать было не откуда – даже простой разговор по душам с кем-либо мог навлечь беду на всю его семью. Так или иначе, действовать приходилось по ситуации – чёткого плана у него не было, и идей, как не подставить родных и спасти Поттера – тоже. Поезд дал первый гудок, и Гарри, махнув стоявшей неподалёку Гермионе, зашёл в вагон, и Драко уткнулся в лежавший перед ним «Исторический сборник». Спустя пять минут дверь купе порывисто открылась. Драко вздрогнул и поднял глаза – на пороге стояла Панси, раздраженная и серьезная. - Привет, Панс. Ты чего? - Ничего. Девушка зашла в купе, хлопнув дверью, и села напротив, скрестив руки на груди. Слизеринец удивлённо приподнял бровь. - А Грег где? Паркинсон совсем не по-девчачьи выругалась, аллегорично объясняя где именно сейчас находится Гойл и куда ему следует отправиться в будущем. Малфой хмыкнул – последнее время пара часто ссорилась и, по его личному мнению, получала от этого немалое удовольствие. Мирить их было себе дороже, поэтому ему оставалось только выслушивать друзей и согласно кивать. Но не успел он спросить что же стало причиной размолвки на этот раз, как дверь купе снова отъехала в сторону. Сердце Драко сделало кульбит – в проеме стоял, улыбаясь, Поттер, из-за его плеча выглядывала взволнованная Гермиона. - Привет! – Гарри опустился рядом с Драко и похлопал его по плечу. - Привет. Гермиона кивнула Панси, но та, вдруг поджав губы, молча встала и вышла в коридор. Малфой проводил её удивлённым взглядом – конечно, слизеринка всегда недолюбливала его друзей, но чтоб вот так, напрямую... Это было необычно. Решив, что подумает над этими странностями позже, парень перевел взгляд на прибывших. - Гермиона, привет. Он чувствовал неловкость. После их с Гарри последнего серьёзного разговора прошло много времени, и теперь он не знал к каким выводам пришёл Поттер. Несколько секунд Гермиона переводила взгляд с одного на другого и, наконец, вышла в коридор, бросив на ходу: - Пойду найду Рона. - Гарри, я... – начал было Драко, едва за девушкой закрылась дверь, но друг его перебил. - Нет, дай я скажу сначала. Я все лето думал о тебе и ситуации, в которой мы оказались. И решил, что со своей стороны я тебе полностью доверяю, но не хочу подвергать тебя опасности. Ты – мой лучший друг, и я хочу общаться с тобой как прежде, но выбор все же за тобой. Если ты считаешь, что нам не стоит дружить – я тебя пойму и приму это. Он выпалил это все на одном дыхании, словно давно отрепетированную речь. С минуту Драко молчал, ковыряя пальцем шов на обивке скамейки. Как быстро Гарри вылетит отсюда, если узнает о задании Темного лорда? Парень так явственно представлял себе отвращение в глазах друга, что еле сдерживал горькую усмешку. - Я всегда буду твоим другом, Гарри. И никакие Лорды мне в этом не помеха. Поттер облегченно рассмеялся. - Ну слава Мерлину. Я уже столько всего себе напридумал. Как ты вообще? Как лето? – и, посерьезнев, добавил, - Ты его видел? - Нет. Я не знаю где он сейчас, мне никто ничего не говорит, а я и не спрашиваю. - Почему ты мне не писал? - Я... Просто как-то не до того было. Ты мне, кстати, тоже не писал. - А я ждал твоего письма. Ты не поверишь что было этим летом. Драко молча слушал как Гарри рассказывает ему о событиях последних месяцев, чувствуя, как отчаяние заполняет его. Конечно, ему было интересно чем жил друг эти два месяца, но он понимал, что любая информация, которую он узнает, сможет запросто попасть в руки Темного лорда. Но не заткнешь же в самом деле уши, стараясь не вслушиваться в веселый рассказ Поттера. Когда гриффиндорец, абсолютно не задумываясь, назвал ему адрес штаб квартиры, Драко мысленно застонал. Как можно быть таким доверчивым идиотом?! Зачем болтать направо и налево о таких вещах? Да, год ему предстоял тяжёлый. ** Вечером, после сытного ужина, он спускался в подземелья едва переставляя ноги. Рядом с ним шёл Грег, бубня под нос оскорбительные комментарии, касающиеся манеры поведения и стиля одежды одной конкретной их однокурсницы. Настроение у блондина было неоднозначным – с одной стороны, он был рад вернуться в замок, где, наконец, смог спокойно вздохнуть после двух месяцев в одном доме с кошмаром всей магической Британии, но с другой – проблем явно поприбавилось: странное поведение Панси, которая за ужином села на другой конец стола и о чем-то шепталась с Ноттом, встревоженно поглядывая на Драко, эта Амбридж с её приторно-сладкими речами, да и надо было думать как умудриться при следующей встрече с лучшим легилиментом Англии скрыть от него сведения об ордене, которыми так опрометчиво разбрасывался Поттер. Первая проблема проявила себя уже спустя пять минут. Зайдя в гостиную Дома, Драко сразу почувствовал насколько накалена обстановка. Все пятикурсники сидели на мягких диванах, поглядывая в сторону входа, и мгновенно замолкли, стоило им с Гойлом протиснуться сквозь проем. - Драко, Грег, - окликнула их Блез. Её голос звучал как-то странно. Кинув грустный взгляд в сторону спален, Драко повернул к ним. Общий сбор, как ни как, значит, на повестке дня что-то важное. - Я понимаю, что вы все соскучились друг по другу за лето, но неужели нельзя перенести восторги приветствий на завтра? – недовольно пробормотал он, усаживаясь на свободное место, - Или я один устал как собака? Неужели, вы не наболтались в поезде? - Вопрос в том, с кем болтал в поезде ты, Драко, - протянул Нотт, небрежно откинувшись на кресле. - Что ты имеешь в виду? - Панси говорит, ты по прежнему общаешься с Поттером? Драко устало размял затёкшую шею. О слизеринцах он как-то не подумал. Первые молоточки подступающей головной боли застучали в висках. - Во-первых, тебя это не касается. Никого из вас, - он обвёл взглядом собравшихся, - не касается. Но я отвечу. Да, я по прежнему общаюсь с Поттером. И с Грейнджер, и, к моему великому сожалению, с Уизли. Кого-то из вас это не устраивает? - Всех нас, - едва слышно произнесла Панси. Под взглядом Драко она опустила глаза, но, когда продолжила, голос её звучал увереннее, - Мы молчали раньше, но теперь... Теперь, когда Темный лорд вернулся, дружба с Поттером ставит под сомнение твою верность Лорду. Малфой прищурился, оглядывая однокурсников. Панси смотрела вниз, упрямо поджав губы, Блез нашла что-то очень интересное в камине, Гойл рядом с ним был явно растерян, Булстроуд с Гринграсс одинаково скрестили на груди руки, сурово поглядывая на Драко, Нотт расслабленно улыбался, крутя в руках палочку, Кребб задумчиво следил за движением его рук. Понятно, значит, слизеринцы решили установить свои правила – ну что сказать, верная родительским идеалам смена Пожирателям растёт. Один вопрос – это их инициатива или надоумил кто? - Я вижу, к разговору вы подготовились, - тихо начал он, - Я бы счёл нужным развеять ваши сомнения, если бы требования не были так похожи на ультиматум. Теперь же я вынужден повторить – мои отношения с Поттером или кем-либо ещё вас не касаются. - Что думает Темный лорд о ваших «отношениях»? – растягивая слова, поинтересовался Тео. - А почему бы тебе не спросить его самого, Нотт? Или что, твои родители не сочли хорошей идеей представить тебя ему? Это странно, уверен, он бы оценил твоё рвение в поиске неверных. Напомни мне при случае, я вас познакомлю. Тео дернулся, видимо, блондин наступил ему на больную мозоль. Драко поднялся и направился в сторону спальни. Он терпеть не мог оправдываться, и тем более не собирался делать этого перед шайкой идиотов, возомнивших себя последователями Лорда. Все, что хотел сказать, он сказал, а дальше пусть решают сами. - Откажись от Поттера, Малфой. Драко медленно обернулся и впился взглядом в тёмные глаза Нотта. - Пораскинь мозгами, Тео. Если я целое лето провёл в одном доме с Лордом, а теперь, вернувшись в школу, снова общаюсь с Поттером – может, это что-то значит? Он не собирался посвящать слизеринцев в подробности своего задания, но испытывать на себе знаменитый слизеринский игнор хотелось ещё меньше. Пусть лучше однокурсники думают, что он общается с Поттером по приказу Волдеморта, чем посылают ему проклятия в спину. Не дождавшись ответа на свой вопрос, юноша развернулся и вышел из гостиной.