Волчий цветок будет цвести вечно

Осуществить задуманное, правда, удалось спустя два дня после последних событий. Сначала помешало отвлечение в лице нового пополнения их группы. Теперь вместе с ними общались ещё двое — Милления и Дракс — парочка галлифрейцев, также хотевшие по окончании Академии улететь с Галлифрея, но сконцентрированные на своих собственных интересах. Мало кому подобное нововведение понравилось, (больше всего возмущался, разумеется, Кощей), но всё-таки они остались вместе с ними. Во второй раз помешал подобный пустяк — Зедрик доказывал одному препротивному галлифрейцу, (по мнению большинства Деки), Ванселлу, что его собственные методы были куда лучше, чем классические. Надо ли говорить, что закончилось всё тем, что и этот кадр в конце-концов прибился к ним? И если до этого был недоволен Кощей, то сейчас пришла пора заявить о себе Ушас. Ну, не нравился ей этот уже сейчас самовлюблённый и хладнокровно действующий зазнайка. Хотя её, в общем-то можно было понять. Её характер оставлял желать лучшего и, возможно, именно поэтому, она так не переваривала его. Однако, стоило также взять во внимание, что Ушас вообще мало кто нравился в принципе. Эльдия подняла голову от книги и решительно отложила её в сторону. По её смутным ощущениям, которые нашёптывало ей само Время, девочка поняла, что было полседьмого утра, хотя Галлифрей и находился так сказать, вне времени. С Тетой и Кощеем они договорились встретиться в семь в парке, чтобы тихонько выскользнуть на простор лугов. Причесав свои уже успевшие отрасти золотые волосы, сие дитя Времени тихонько выскользнула из своей комнаты, получив кивок в лице Ушас. Сейчас самое главное было не попасться на глаза кому-нибудь из воспитателей, иначе проблем и разговоров потом не оберёшься, а в планы юной отступницы, собиравшейся впервые в жизни нарушить правила, не входило провести весь оставшийся день в библиотеке, стирая пыль с книг и то, это ещё в лучшем случае… Но, слава созвездию Кастерборус, никто не попался ей навстречу, поэтому выскользнув из здания Академии, Аркитиор юркнула в парк и была такова. Подходя к условленному месту, она заметила, что пока единственным, кто пришёл туда в такую несусветную рань (как выяснилось позже, студентка являлась далеко не жаворонком), был как это ни странно, именно Тета, да и то клюющий носом, сидя под деревом на ещё мокрой от росы алой траве. Улыбнувшись про себя, златовласая нарушительница закона подошла ближе и плюхнувшись на траву, толкнула друга плечом. — С добрым утром, — выпалила она, улыбаясь во всё лицо, аккуратно поправляя юбку. Почувствовав толчок, до этого, видимо, засыпающий Тета тряхнул головой и посмотрев на подругу, улыбнулся сонной, но явно тёплой улыбкой. — С добрым, — согласился он, разглядывая свою сверстницу и соображая, как она могла оказаться рядом и что самое интересное, каким же образом она подошла, что он её не заметил. Это было странно… — Ну, что, готова? — наконец спросил он, решив, что затянувшееся молчание необходимо всё-таки кончать, — Целый счастливый день без Борусы! Что может быть лучше? — А то! — улыбнулась своей зубастой «особенной» улыбкой Эльдия, — Лучше этого быть действительно ничего не может. Кстати, — галлифрейка огляделась по сторонам, — А где Кощей? — Я здесь, — из кустов вышел виновник разговора, как всегда в дурном расположении духа, но полностью сосредоточенный, также, можно ещё раз повториться, как и всегда, — Ну что мы так и будем стоять здесь и дожидаться, когда нас насильно на уроки погонят? Троица двинулась вперёд: тихо и осторожно, как кошки и спустя каких-то несколько мгновений уже были на свободе, со всех ног удирая вперёд от стен Академии в поля — к свободе. Отбежав на приличное расстояние, дети попадали в траву и рассмеялись. Эйфория от их побега так и рвалась наружу, словно птица, которой было тесно в клетке. Счастье било ключом и ничто не могло изменить это. — Как же всё это здорово! — первым нарушил молчание Тета, жуя алую травинку и восторженно разглядывая рыжее небо, которое постепенно становилось ярче — по мере того, как оба солнца Галлифрея всё выше и выше поднимались над горизонтом, — Ощущение свободы это здорово! — Полностью согласен с тобой, — согласился Кощей, уютно устроившийся в траве и положив руки под голову, — Если бы не сегодняшняя прогулка, я бы точно сошёл с ума. С этим нудным бурчанием «Если вы будете шуметь, вы должны писать высокий галлифрейский 4 раза», — передразнил он голос наставника, — Совсем достал! Повисло молчание. — А ты, Аркитиор? — спросил Тета, переворачиваясь на живот и смотря на свою подругу, — Что ты думаешь по этому поводу? Вопрос, видимо, был как раз кстати, потому что им заинтересовался даже Кощей. Почувствовав на себе взгляды друзей, девочка задумчиво села и, накручивая один из локонов на палец, пожала плечами. — Я рада, что мы сегодня вырвались на свободу, — просто сказала она, — Я выросла в Аркадии и мне очень интересен местный климат, здесь ещё жить почти два века, так что нужно знать всё. А что касается Лорда Борусы, то я с вами согласна. Хуже наставника не придумаешь. Куда пойдём дальше? — Давайте в горы, — почти одновременно произнесли Кощей и Тета, чему Эльдия лишь улыбнулась, — Там здорово! — Тогда пошли! — галлифрейка мгновенно вскочила на ноги, буквально фонтанируя энтузиазмом, который передался и остальным и вскоре три фигурки, одетые в алые одежды, переговариваясь шли по направлению к горам, чьи вершины уходили очень высоко. Для детей это было самым привлекательным местом. Не останавливала даже возможная перспектива сломать собственную шею. — О! — радостно воскликнула Эльдия, заприметив среди алой травы чудный цветок с красивыми лепестками, — Скленк Блоссум! В её голосе слышалось столько неподдельного восторга, что Тета даже невольно засмотрелся на неё, замерев на какое-то мгновение. Она была прекрасна! — Он так потрясающе пахнет! — златокудрая красавица осторожно сорвала цветок и вдохнула его аромат, счастливо улыбаясь, — Дома у нас совсем не росло их, зато постоянно стояли букеты с Аркитиор… Девочка улыбнулась, но быстро опомнилась и добавила. — Но это было давным-давно. Сейчас другое время. Хотелось бы на обратном пути набрать их целый букет… Подхватив юбки, Эльдия направилась вверх, не обращая более внимания на мальчиков. Тета же как стоял, так и остался стоять с открытым ртом, провожая её взглядом. Кощей смотрел-смотрел на всё это безобразие и подойдя к товарищу, ехидно заметил: — Оууууу, да… Тяжёлый случай, — в его глазах так и читалось неприкрытое озорство, и, может быть, немного назойливости и желания попортить нервы, — Кажется, у нас кто-то влюбился… — Не говори чушь! — уши Теты как-то странно покраснели, — Ничего не влюбился! Галлифреец поспешил следом, оставляя друга наедине со своими мыслями. Вскоре, однако, Кощей их с Аркитиор догнал и больше о сказанном не заикался. Всё утро, юные будущие повелители времени пролазили по горам, явно довольные собой и погодой. К обеду, однако, эта забава им наскучила и устроившись на одной из полянок, каким-то чудом затерявшихся в гористой местности, мирно разговаривали. Аркитиор, подобрав под себя ноги, плела венок из тех самых цветов с чудным названием Скленк Блоссум и слушала беседу Теты и Кощея, изредка вставляя свои комментарии. — А я тебе говорю, что легенда о Золотом цветке абсолютно реальна, — уже в который раз пытался доказать свою теорию Тета, смотря на друга, которого его терзания, видимо, только забавляли, — Об этом во всех книгах написано! — Ну, легенды, это всего лишь легенды, — хмыкнул безжалостно тот, — Чего только не говорят… Девочка решила, что самое время пришло ей вмешаться. Отложив венок в сторону, галлифрейка поправила волосы и скептически посмотрела на последнего. — Ну, насчёт этого, я не согласна, — резонно заметил она, — Я эту легенду тоже слышала. И считаю её абсолютно дееспособной. Ведь легенда о Другом или об Омеге считается правдоподобной, так почему бы легенду о девушке с песней вечности в сердцах не считать таковой? Всё абсолютно реально. Она вернулась обратно к своим делам и дальнейшее время они провели в уютном молчании с аппетитом поедая сладости, которые были больше внутри, чем снаружи. Всё было просто замечательно.

***

День близился к вечеру, а трое искателей приключений и не думали возвращаться в стены Академии. Наоборот, разговоры звучали только громче и жизнерадостнее. Раннее возвращение даже не планировалось. С восторгом была принята идея, подкинутая Кощеем, остаться смотреть закат, поэтому обоюдным количеством голосов было решено спуститься вниз и поваляться в алой траве. Спуск оказался не менее захватывающим. Эльдия, как и собиралась, нарвала целый букет Скленка Блоссума, так что аромат цветов распространялся на мили вокруг.Кощей шёл и разглагольствовал о том, какой шикарный день они провели, а Тета лишь рассеяно слушал его и всё смотрел в небо. Все эти разговоры о легенде чересчур остро задели его. Кощей его просто высмеял, а вот Аркитиор… Она, казалось, наоборот поддержала его, словно искренне верила в то, что она говорит. Она была какой-то не такой. Отличной от остальных учеников Академии. Даже не похожей на Ушас. Хотя, нет, вздор. Галлифреец фыркнул. На Ушас вообще никто не мог быть похожим в принципе, поскольку она была таким уникумом, какого Галлифрей давно уже не видел и не увидит, наверное, никогда. Аркитиор была просто Аркитиор. И этим было всё сказано. Наконец они выбрали самое подходящее, на их взгляд место и улёгшись в высокой траве, стали ждать заката. Говорить не хотелось и каждый просто наслаждался обществом друг-друга. Горизонт между тем становился всё ярче, в то время как всё вокруг темнело. Постепенно стали появляться звёзды, которые были видны здесь гораздо лучше, чем из окон спален, или им так казалось? Закат уже догорал, однако, никому не хотелось нарушать тишину, царящую вокруг. Но возвращаться в Академию было всё-таки надо, поэтому глубоко вздохнув, троица лениво поплелась обратно, вовсю глазея на небо, которое превзошло само себя — настолько оно было красиво. — Это было просто фантастически, — тихим шёпотом заметила Эльдия, ничем не выражая свою радость, кроме сияния глаз в свете звёзд. — Ну, тогда… Как насчёт того, чтобы повторить ещё раз, а? — хмыкнул Кощей. — Только за! — выдохнули оба. Однако, их настроение резко упало вниз, когда возле дверей Академии они повстречали своего наставника и поняли, что, если следующий раз будет, то это произойдёт очень нескоро…

***

Получив огромный выговор за то, что «целый день шатались незнамо где», бунтовщики были быстро разогнаны по своим комнатам. Оказавшись в своей, Аркитиор взяла в руки вазу и наполнив ее водой, поставила то, что осталось от букета на стол неподалеку от собственной кровати. Цветы очень вкусно пахли, что и вызвало столь открытый интерес к ним. Было уже поздно, поэтому ее появление не было никак прокомментировано, но оно и к лучшему. Взяв резной гребень, галлифрейка принялась распутывать свои волосы, в которые до этого были вплетены цветы. Внешний вид — было то самое, что ей как будущей Леди Времени нужно было блюсти, ведь всегда первое впечатление производит внешность, а второе, уже непосредственно интеллект.Но высокое нравственное развитие — это одно, а отдохнуть перед завтрашним днем все-таки следовало. Особенно, если учесть тот факт, что помимо стандартных уроков им теперь следовало отработать своё наказание. Однако, что самое интересное, нарушительница закона не то что не испытала никакого раскаяния, но и в который раз убедилась, что Боруса конкретно их компанию просто не выносил. Они, разумеется, платили тем же, и никто не собирался предпринимать меры для решения этого конфликта, да и зачем? Пусть себе наставник бесится, им-то какое дело? С этими мыслями, Аркитиор спокойно заснула, эгоистически задушив в себе малейшие намёки на угрызения совести. А время между тем продолжало свой отсчёт, медленно, но верно двигаясь вперёд…