Letters // Письма

17 января 2012 года Дорогой Шерлок, Должен сказать, все стало немного лучше, начиная с августа. Той ночью, когда я в прошлый раз написал тебе, у меня был мой первый полноценный сон на протяжении всей ночи с тех пор, как ты умер. Я также был в состоянии без обжигающего чувства ностальгии, которое идет с самой мыслью о тебе, пройтись по некоторым из наших старых записей о делах. Элла настаивает, что это произошло, потому что я, наконец, нашел здравый способ направлять мои чувства. Независимо от этой причины, я думал, что должен написать тебе снова. Рождество и Новый Год были довольно скучными в этом году. Я провел большую часть той недели в квартире Гарри с ней и Кларой. Они дали их отношениям еще один шанс, и, честно говоря, я думаю, что это помогает Гарри. Мы делали привычные вещи, которые каждый делает в то время года; вещи, которые ты всегда находил бесполезными и скучными. Было весело, думаю, и приятно видеть Гарри после столь долго перерыва. Лестрейд также остановился парой дней спустя. Он хотел, чтобы я пошел и изучил место убийства, которое его и других загнало в тупик. Я сначала отказался, но затем подумал: почему бы и нет? В конце концов, я не провел больше пяти минут на том месте преступления. Я был бы в состоянии диагностировать причину смерти, но зацепиться было почти не за что. Что я мог сказать? Я не Шерлок Холмс. К несчастью Скотленд-Ярда, это заявление было правдиво практически для каждого. Я могу предвидеть много нераскрытых дел там теперь, когда ты не в курсе. Или, по крайней мере, дела раскрывались с меньшей эффективностью и с двойными затратами во времени. Говоря о Скотленд-Ярде, ты должен был видеть, что стряслось с Андерсеном. Бедный малый абсолютно вышел из ума из-за чувства вины. Он убежден, что ты все еще существуешь где-то. Я хотел был, чтобы он был прав. Черт возьми, был пункт, где, я думал, он был прав. Но он не был.Он никогда не будет прав. Кроме того, почему ты должен? Не будет никакого смысла в этом. Совершенно не было причин для этого. Ты просто решил, что двое из нас заскучали, поэтому ты решил подделать свою смерть и стать отшельником? Нет. Я не думаю, что ты бы даже опустился до такого уровня. Где-то в твоей голове ты знал, что нужен людям, даже если потребовалось бы дождаться, чтобы они тебе предоставили следующее убийство для решения. Но напрашивается следующий вопрос: почему ты сделал это? Почему ты прыгнул от всего? Если не сбежать от проворства общества, тогда зачем? Я не верю в то, что ты прыгнул из-за того, что другие люди говорили о тебе. Я всегда был выше того, чего кто-либо другой думал о тебе. Почему же ты сделал исключение? И был ли ты на самом деле фальшивкой? Нет. Нет, это не имеет какого-либо смысла. Я видел тебя и то, на что ты был похож. Манера, в которой ты «изливался» над книгами и документами, так посвящал себя целиком и всей душой своим делам, даже зайдя так далеко, что вкладывал тайну своего благополучия ради решения проблем других. Нет, даже, если кто-то ради признания обществом пойдет на что-то, вроде продажи твоей истории. Ты был собой, и ты был реальным. Но почему тогда? Я мог свести себя с ума, пытаясь найти ответ. Правда в том, что это действительно не имеет значения. Зная, почему не изменить исход, почему бы мне не позволить себе сойти с ума, пытаясь понять его? Что действительно нужно мне, чтобы отпустить это? Принять то, что случилось, и двигаться дальше. И, да, Элла была тем, кто дал мне тот совет в первую очередь, несмотря на то, что ты, кажется, думал о ней, я знаю, что она права насчет этого. Так или иначе, если ты прочитал бы это, ты, возможно, отругал бы меня за слишком много философии в письмах или что-то еще. Но я предполагаю, не имеет значения, за что из двух. Ты никогда не увидишь это, так что я думаю, что это одна из вещей, о который мне не придется беспокоиться. Твой друг, Джон Ватсон.