Не твоя роль (интерлюдия)

      Утром я долго пыталась вспомнить, что мне снилось. Тени сна витали где-то близко, но не подпускали к себе, раз за разом ускользая от моего внимания. Может, мне снился дом? Нет, не то.       Дом, милый дом. Я с тоской вспомнила любимую прикроватную тумбочку, заваленную регулярно нужными мелочами. На нее удобно было класть телефон, снимать часы и резинки. Увы, в Таниной комнате был только стол справа от окна. А кровать - слева. Не дотянешься.       Удивительно, какие мелочи меня занимают. Впрочем, это отражение главного разочарования утра - я все еще не в своем теле. Стоит признаться самой себе, что в глубине меня жила надежда, что именно этим утром все вернется на свои места. А самое ужасное - таких надежд было еще много. По одной на каждое следующее утро.       Не желая зацикливаться на тоскливых мыслях, я, как была в пижаме, пошла на кухню искать завтрак героев, англичан и язвенников. Овсянку.       В этом доме она была не в почете. Старая пачка, за ненадобностью задвинутая в дальний угол одного из шкафов, была хоть и не просрочена, но изъедена пищевой молью. Пришлось выкинуть ее и достать из холодильника йогурт. Неспешно черпая ложкой холодную сладкую массу, я размышляла, что делать, когда кончится и эта скудная еда. В кошельке Тани нашлось немного карманных денег, на овсянку и молоко хватит, а вот на большее - уже вряд ли. Еще в кошельке лежала банковская карточка, но я не знала пин-кода к ней. Возможно, он хранится где-то в квартире, но поиски лучше отложить до вечера. Пока же я, выкинув банку из-под йогурта, пошла чистить обувь. Черные закрытые туфли на невысоком каблуке вчера пережили не самый легкий день в своей жизни и выглядела уныло: и пара свежих царапин, и пыль на всех боках. Я полезла в ящик комода в надежде отыскать там щетку. Нашла, да не одну. А еще клубок шнурков, пять банок с кремом разной степени просроченности, связки старых ключей и гору откровенного хлама. Удивительно, как внешняя чистота в квартире сочеталась с бардаком в шкафах и ящиках. Пообещав себе обязательно навести порядок, но позже, я потянулась за щеткой и замерла. На смятой бумажке, лежавшей рядом, угадывалось "Танюше". Я расправила бумагу. Почерк был неровный, мужской.       "Милая, я уехал на пару дней. Мне нужно разобраться с кое-какими проблемами, а делать это лучше в одиночестве. Не волнуйся и не ищи меня. Деньги я тебе переведу на карту.       Не скучай, позови подруг с ночевкой.       Люблю тебя, папа".       Это что за нафиг? Я почувствовала, как в душе поднимается волна, нет, цунами гнева. Что это за отец такой, который бросает дочь одну со словами "мне лучше в одиночестве"?! Подростки и так вечно страдают от того, что никому не нужны, а здесь прямым текстом послали. А я удивляюсь, чего Таня вены резала. Ну попадись ты мне только! Да я ради тебя карате выучу, чтобы отметелить по почкам. Вот тогда у тебя будут проблемы! Теперь мне уже не было весело. Теперь я ощущала настоящее беспокойство за бедную девчушку, одолеваемую комплексами, которую сначала бросил отец, а после еще и зашвырнуло незнамо куда. Но, как и раньше, я ничем не могла ей помочь… Только попытаться наладить ей жизнь, чтобы, когда она вернется, ей было легче. Поэтому, когда гнев схлынул и ко мне вернулась способность здраво рассуждать, я запомнила новый факт Таниной биографии и занялась текущими делами. Дочистила обувь, оделась, собрала сумку и отправилась в школу.       На улице во мне проснулось любопытство. Разум зацепился за идею отпуска и приключения, и я с интересом разглядывала окрестности. Вчера я выяснила, что сменила не только тело, но и город, так почему бы не сходить на экскурсию? Мысли, что надо искать путь домой, паническими волнами одолевавшие меня порой, я активно подавляла, отвлекаясь на все подряд. На фонари с шестигранными плафонами и витым столбом. На кусты вдоль дороги, усыпанные крупными белыми ягодами. Город казался небольшим и провинциальным, невысокие серые дома выглядывали из-за желто-бурой листвы, и их серость не смотрелась уныло в обрамлении ярко-синего неба и осенних деревьев. Скорее это был цвет каменной породы в разводах окон и лоджий.       Впрочем, хорошее настроение было мимолетным. Оказавшись в школе, среди галдящих детей и подростков, я вновь смешалась и почувствовала бредовость происходящего. Приходилось контролировать каждый шаг, встряхиваться, внимательно за всеми наблюдать. Я была ниже травы, тише воды, и это естественно вызвало вопросы у Наташки. Пришлось опять отговариваться плохим самочувствием.       А потом ко мне подошла незнакомая одноклассница, в таком радостном предвкушении, что это не сулило ничего хорошего.       - Ты принесла? - с ходу спросила она.       - А должна была? - не задумываясь, ответила я. Долбанные рефлексы! Захотелось побиться головой о стол. Конечно, должна, если она спрашивает!       И без того длинное лицо девушки вытянулось от удивления и легкой обиды.       - Мы же договаривались!       Боясь опять сболтнуть что-то не то, я решила молчать. Стратегия оказалась неудачной - от меня явно ждали ответа. Пришлось осторожно спросить:       - О чем?       - Как это о чем? А кто меня позавчера слезно упрашивал купить у нее бусы?       - Ах да! - я изобразила раскаяние склерозника. Точно, валялись на столе какие-то камни, но как я могла догадаться, что их надо взять в школу? - Я завтра их обязательно принесу.       - Завтра?! - не на шутку рассердилась девушка. - Ты что, их забыла? Блин, Тань, как так можно? Полдня убеждать, как тебе нужно их продать, а потом просто ЗАБЫТЬ.       Кажется, на нас уже оглядываются.       - Прости, я очень плохо сплю в последние дни, голова как в тумане.       Она не стала, как Мишина, предполагать романтическую подоплеку моей бессонницы. Она просто перешла от гнева к ледяному спокойствию. Хотя внутри вся клокотала, и я это прекрасно видела.       - Не нужно, - ровно сказала она.       - Что?       - Ничего не нужно приносить. Если тебе это не важно, то мне тем более нафиг не сдался стариковский хлам.       Судя по искренней обиде в голосе, я только что поссорилась с Таниной подругой. Отлично я облегчаю ей жизнь, ничего не скажешь. Молчать нужно, молчать. Пусть буду тормознутой, так хоть ссориться со всеми подряд не придется. Не скажи я самую первую фразу, может все и обошлось бы. Но, хотя мне хотелось быть сосредоточенной и внимательной, я понимала, что это не реально. Я и так на взводе, волнение только ухудшит ситуацию.       Как же неудобно что ни у кого нельзя спросить, кто она такая. Почему Таня слезно уговаривала купить бусы, судя по комментарию одноклассницы, доставшиеся ей в наследство, догадаться можно, хотя догадка меня и не радует. Проблемы с деньгами. Ну не будем горевать о несостоявшейся сделке, в крайнем случае снесу в ломбард. Ага, если он есть в этом городе и там принимают ценности от несовершеннолетних…       Одолеваемая невеселыми мыслями о грядущих финансовых проблемах, я краем уха слушала учительницу географии, ту самую, на чей урок я опоздала вчера. Насколько я могла понять, проходили политическую карту мира.       - А ответит нам... Кудрявцева Таня.       Не ответит, ее здесь нет. Бедняга, интересно, она пытается разобраться в работе типографии и сможет ли?       - Кудрявцева, тебе теперь всегда два приглашения требуются? - сказала учительница, смотря, что самое противное, на меня. В классе раздались смешки. Только тут до меня дошло, что я подсознательно жду 'Алексееву', а не Кудрявцеву.       Я встала.       - Да?       - Что, тебе и вопрос повторить?       И улыбается так добренько, язва, а в классе уже смеются в голос. Я мотнула головой.       - Современные формы правления, - озвучила я тему. Так, что я помню? В новостях об этом постоянно говорят, и я принялась перечислять: - Монархия, парламентская и конституционная. Республика, парламентская и президентская.       - Все?       Я подумала и кивнула.       - Ну тогда назови нам пример парламентской монархии.       - Англия.       Это был очень простой вопрос, и я с удивлением смотрела на вновь засмеявшихся одноклассников.       - У тебя устаревшая информация, Кудрявцева, - с деланным сочувствием сообщила учительница. - В Англии не монархия, а…       Она замолчала, ожидая ответа, но я его не знала. В Англии монархия. В Англии всегда была монархия!       Сдавшись, учительница повернулась к классу.       - Ну, кто ответит?       - Парламентская республика, - раздался голос.       Я в ступоре смотрела на учительницу. Так и хотелось спросить, что за дурная шутка, но я молчала. Учительница тоже, хотя явно приготовила еще что-то язвительное, но ограничилась вздохом.       - Садись, Кудрявцева. Ну, кто еще попробует назвать мне страны, где формой государственного правления является парламентская монархия? Может ты, Бровкин?       Я села. Знакомая фамилия кольнула слух. Я отрешенно смотрела на высокого статного парня с короткой стрижкой светлых волос и немного грубоватыми, но в целом приятными чертами лица. В Англии республика. В этом мире в Англии республика. Почему-то я ни на секунду не усомнилась в словах учительницы. С грохотом рушилась еще одна иллюзия, еще одна надежда, убитая внезапным свидетельством, что это не просто не мой мир, это другой мир. Параллельная реальность, где в Англии не сохранилась монархия и не рождалась Алексеева Кристина.       А я ведь сразу пришла к выводу, что это переселение душ. Но, хотя тело было не мое, все выглядело так знакомо. Обычная школа без всяких гендальфов. Стандартные коробки многоэтажек. Никакой фантастики в мобильном. Теперь же факт другого мира словно укрепил стену между мной и прошлой жизнью в несколько раз. Я не смогу вернуться. Никогда.       В прострации я отсидела остальные уроки. Я удивлялась своей реакцией, но удивление чувствовалось приглушенным, далеким. Меня не трогали, попробовали было подколоть, но я не реагировала, и они отстали.       По дороге домой меня отпустило. То ли разум все же справился, то ли движение благотворно повлияло на меня, но я пришла в себя и вспомнила, что дома почти нет еды. Так что я зашла в магазин и, обрадовавшись низким ценам, купила овсянки и молока для завтраков, яблок и овощей. Яблоки я планировала запечь, а овощи потушить. Насколько я помню, тушеные овощи слабый желудок должен воспринять нормально.       Приготовив легкого супа на обед и овощи на ужин, я поела и опять полезла в интернет. Да, был тот же год и календарь, государства носили те же названия, и основные исторические события совпадали. Но в Англии и правда не сохранилась монархия. Были и другие расхождения. В датах, названиях, людях. Что ж, если это другой мир, то значит мое тело еще живо и существует. И то, что я не смогла с ним связаться - это нормально. Это немного, но утешало, все же я беспокоилась за него.       Через пару часов мой мозг оказался переполнен уймой фактов и различий между мирами, к сожалению, совершенно для меня бесполезных. Отлипнув от компьютера, я принялась за генеральную уборку, она же - шмон. Надо было найти какие-нибудь документы и пин-код от банковской карты и симки. Обидно будет, если телефон выключится, а включить не смогу. После продолжительного поиска пин-коды нашлись в коробке в глубине Таниного шкафа, а документы - в отцовской комнате. Отцовский старый военный билет и свидетельство о браке между Алексеем Петровичем и Надеждой Евгеньевной, свидетельство о рождении Тани, и свидетельство о смерти Надежды Евгеньевны Кудрявцевой. По датам выходило, что Тане на момент смерти матери было 7 лет. Ну хоть это прояснилось.       Заодно я выполнила утреннее обещание и убралась в комоде в прихожей. За окном давно стемнело, когда я вспомнила про ужин. Как же неудобно, когда организм не просит еды сам. Только поужинав, я вернулась к компьютеру и урокам. Часов в десять вечера в углу экрана всплыло сообщение от Наташки:       "Привет. Ты как там?"       "Нормально".       А что еще ответить? Кстати, логи аськи я не проверяла, может там что интересное. Переписка оказалась длинной - подружки любили пофлудить. Лениво проматывая лог, я односложно отвечала на вопросы, и мое терпение было вознаграждено.       "Батя на пару дней уехал. Приходи сегодня вечером".       Отправлено месяц назад. После о нем - ни слова. Резко проснувшись, я полезла в другие логи, но больше никого Таня в гости не звала. Получается, либо Алексей Петрович уезжал два раза, один раз месяц назад, второй раз - на днях, либо отца Тани нет уже 4 недели. И я склонялась ко второму варианту. По какой-то причине он уехал из дома месяц назад, оставив небольшую сумму Тане на пропитание, и пропал. Или не пропал? Я схватила телефон и стала листать книгу контактов. А вот и "папа".       "Аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети".       Значит, пропал. Интересно, обращалась ли девушка в полицию? Мне-то точно не с руки, я его даже описать не смогу, да и не в курсе их жизни. Но одно наверняка: девушка страшно переживала, но не сказала об этом никому в школе, иначе Стрельцова не спрашивала бы про командировку. И в полицию не заявляла, иначе учителя были бы в курсе. Наверняка ждала его каждый вечер, как я по утрам жду, что проснусь в своей постели. А когда оставленные деньги стали кончаться, попыталась толкнуть подруге драгоценности. И, видимо, это стало для нее последней каплей.       Что это значит для меня? Мне не угрожает разоблачение со стороны Алексея Петровича, зато придется маскировать его отсутствие. Нужно найти источник денег, иначе, чтобы не помереть с голоду, придется "сдаваться" в приют. Только этого мне и не хватало…