Полицейская (основная история)

      Говорят, что, впервые познав радости взаимной любви, человек какое-то время отчаянно не верит в последующее предательство. Пытаясь объяснить мотивы другого всеми доступными своей фантазии идеями, лишь бы не принимать очевидное. Что, признаться, познав эту "радость" уже во второй раз, отчаянно начала делать в тот вечер и я, до боли прикусывая нижнюю губку и убеждая себя в том, что у Кассандры, наверное, множество срочных дел. Что она попросту не успела вернуться ко мне домой, как вчера, к окончанию моего рабочего дня. Твердя, что я, в отличие от былого, вернулась домой чуточку раньше, а она не спешила, потому что устала ждать меня накануне. Старалась утешить себя, подогревая еду уже в третий раз и раскладывая вновь по тарелкам. Упорно отказываясь признавать, что Кассандра, кажется, получила от меня вчера вечером всё, что хотела. Все сведения, что искала. И, поэтому, больше не придёт. Я отказывалась понимать то, что умелая обольстительница могла просто использовать меня вчера. Как явно использовала убитого недавно мужчину, с которым флиртовала весь вечер, но с которым отказалась пройти в номер. Так же, как и использовала меня саму, когда допросила с помощью своей наркоты. Как и отказывалась принимать это, ведь отчаянно хотела верить Кесси. Той девочке из моего прошлого, что любила меня настолько сильно, что предложила мне провести с нею ночь даже после того, что я сделала. И что ей самой пришлось перенести из-за моего выбора. Я не хотела сдаваться. Не хотела думать, что неправа, вытирая слёзы и доедая приготовленный на двоих ужин в одиночестве. Даже ложась в холодную сегодня постель и вспоминая, как же тут было хорошо вчера. — Кассандра не предала меня! — крикнула я в пустоту ночи, кажется, слишком уж громко и истерично. Давя собственные рыдания в подушке и лёжа в своей постели без сна уже четвёртый час. Стараясь не вспоминать, но всё равно вспоминая о том, что было. Что могло быть и чего так и не случилось. И только громкий дверной звонок прервал моё полубредовое состояние. — Кесси! — я крикнула это, быстро кинувшись в коридор и по пути натягивая халат. Совершенно забыв про свои слёзы, что ещё не засохли на щеках, оставившие солёные струйки. Не попытавшись даже расчесать бесконечно спутавшиеся от ночных метаний короткие волосы. Я бросилась открывать, уже почти представляя, как кинусь в объятия опоздавшей на целые полночи Кесси. Как не буду больше так сильно тупить и возьму, наконец-то, у неё номер телефона, чтобы в любой момент позвонить ей и услышать любимый голос. Выяснить, что всё в полном порядке. Что она просто задержалась, а вовсе не соврала мне. Я ждала только Кесси, ни секунды не сомневаясь, что это пришла она, и поэтому совершенно беспечно открыла двери, даже не посмотрев в глазок. Открыла и так же застыла на пороге, как вечером, неожиданно замерев, так как на лестничной площадке снова никого не было. А проклятый свет по-прежнему почти не горел. — Кесси, ты здесь? — уже совсем робко спросила я в темноту. Невольно кутаясь в полы халата — неожиданно стало холодно. Точно в подъезде был ветер или нечто иное, ещё более чёрное, что ворвалось в квартиру, когда я распахнула дверь. Точно возвращая меня в сегодняшнее утро, когда я спиной чувствовала на себе чей-то ледяной взгляд... — Хватит! — прошептала я себе одними губами, стараясь отринуть надвигающуюся паранойю. Решив, что у меня в жизни и без того слишком уж много страхов и слишком много печалей, кроме неясных домыслов о страшном монстре. Появившемся в моём сознании из-за бессонной ночи, а также дурацкого и, наверняка, пьяного шутника. В наличии которого я не сомневалась совсем, так как трель звонка совсем не могла мне присниться. После чего, попытавшись списать произошедшее на дурацкий розыгрыш, я уже собиралась захлопнуть дверь, когда глаза выхватили в темноте пола небольшой четырёхугольный предмет. Который при внимательном рассмотрении оказался простой коробкой, в которую обычно складывают подарки на День благодарения или на какой-нибудь другой праздник. И который мне вполне могла оставить фокусница Кассандра, даже несмотря на то, что её тайный "приход" к моей двери посреди ночи казался полным бредом. Я взяла посылку. И, поставив её на уже убранный столик в кухне, вернулась в прихожую, чтобы на всякий случай ещё раз проверить, точно ли заперты все замки. Второй раз за сегодняшний длинный день почувствовав бежащий по спине холодок от мысли, что таинственный преследователь мне, всё же, не показался. И только убедившись, что заперлась надёжно, и в квартиру больше никто не сможет проникнуть, направилась к странной посылке, которую, скорее всего, оставили не для меня. По дороге смачно зевнув и понимая, что я, однако, устала и нужно скорее ложиться, если вообще хочу отдохнуть. После чего, взяв в руки небольшой нож, как можно аккуратнее начала вскрывать завёрнутую в бумагу "посылку", думая лишь о том, что чем сильнее поврежу обёрточную упаковку, тем сильней придётся извиняться перед её истинным получателем. И, через пару минут медленно и уже довольно лениво от наваливающегося сна, открыла крышку. И громко вскрикнула, тут же уронив маленький ящик на пол. Уже внизу, пытаясь придти в себя от увиденного, разглядывая пузатых белых червей, что, извиваясь, вываливались из картонки наружу. Точно освобождая для глаз яркую и явно вырезанную из какого-то журнала надпись: "Любимая". *** Говорят, что получив нежданный "подарок" от незнакомца, да и, к тому же, вовсе не тот, на который ты мог рассчитывать, человек в первую минуту ощущает растерянность. Ещё томя себя сладкой надеждой на то, что прислали это вовсе не ему самому, а кому-то совсем другому. И принёсший коробку просто банально ошибся дверью. Чему, если признаться, в первые минуты с лихвою предавалась и я, начав лихорадочно вспоминать, был ли у соседки по площадке, довольно милой и молодой шатенки, очень обиженный на неё бывший парень. Который, к тому же, настолько приколист по жизни, чтобы проделать такой гнилой фокус. Ибо от самой мысли, что кто-то ходил и собирал этих червей по округе, а значит, и прикасался к ним, мне делалось дурно. Вот только "любимая"... Такое простое слово говорило мне слишком уж много. Так как любимой всю жизнь была для меня Кассандра. Так как я провела с нею ночь. И, сколько бы не обманывала себя в далёком прошлом, не смогла её заменить никем. "Я люблю тебя, Лейна"... Так как любимой, возможно, являлась для неё и сама я. Хотя веры в это было всё меньше и меньше. Вот только, кто-то другой, кто-то третий и посторонний узнал об этом... Я присела на стул, обнимая себя руками и не в силах отвести взгляд от гадких расползающихся червей. Только в этот момент мне стало впервые по-настоящему страшно. Не только за мою прекрасную Кесси, а за себя. Ибо ещё ясно помнила ощущения ледяного взгляда позади себя. Нервный трепет от неясного ощущения, что за мной следили. И шаги позади прошлым вечером. Во что я упорно отказывалась верить во все эти сумасшедшие дни. И во что со всей дрожью поверила в этот момент. Только сейчас полностью осознав, что все оное может не быть виной моих расшатанных нервов. Что мой преследователь существует в реальности. И сейчас он сделал свой первый ход. В неясном приступе я сползла на холодный пол, и, подогнув по себя колени, застыла в таком положении, не зная как защитить себя от этой пока ещё невидимой угрозы. Лишь сейчас отдавая себе полный отчёт в том, насколько сильно могла проколоться, пуская в свою квартиру любимую Кесси. Даже чётко зная, что кровожадный маньяк сдирает кожу с её любовников без разбора. Я знала, что должна встать с пола и выключить свет в квартире, стараясь показать неведомому врагу, что я спокойна. Что я пошла спать, так и не проглотив его умелой наживки. Так же зная, что сейчас я, как никогда, должна встать и ещё раз проверить замки на двери, чтобы теперь убедиться, что ни один из них не был повреждён. Я знала обо всём этом, но всё равно продолжала сидеть на полу подобно истукану, думая лишь о том, что не соблюла ни одной осторожности в своих отношениях с Кассандрой. И теперь могу стать такой же безымянной жертвой, как и все другие.