Э-сен. Ангел собственного монстра

- Что такое биопсия? – услышала Сеня тихие перешёптывания. Она закуталась в покрывало, но оно нисколько не грело. Во всём теле чувствовалось какое-то болезненное возбуждение, мучительное и до дрожи сильное. Казалось, сейчас вот-вот что-то случится, но ничего так и не происходило. - Разрезают и вытаскивают, что хотят, - буркнул кто-то в ответ, - а если нужен образец костного мозга, то втыкают огромную иголку и выкачивают. - Фу, - подытожила девушка. Есения потихоньку начинала узнавать их голоса и соотносить с именами. Только азиатка Ма Ли почти всё время молчала, как и Леон – он пользовался у выживших непререкаемым авторитетом и одним словом мог прекратить любые разговоры. Первый приступ боли Сеня почувствовала, когда, надеясь избавиться от зудящего внутри волнения, начала мерить палату шагами. От неожиданности она взвизгнула и упала на колени. Боль была не такой уж сильной, но словно пронзила одновременно все кости. Есения тяжело задышала, упав на колени и схватившись руками за грудь. Боль прекратилась, но вместо неё пришла дикая слабость, и Сеня буквально рухнула на пол, с трудом перевернувшись на спину. Свет дежурных ламп в коридоре резал глаза, и девушка с силой зажмурилась. - Что с тобой? – остальные голоса стихли, и говорил только Леон. - Не знаю… не знаю, - простонала Сеня, - всё болит. Мужчина замолчал; видимо, не знал, что сказать. - Потерпи ещё чуть-чуть, Сень, - попросил снова возникший из воздуха Иван, - луна уже встаёт. - Луна? – на выдохе шепнула Есения, - какая ещё луна? При чём тут?.. Внезапный спазм заставил её прерваться на полуслове. Ванька вздохнул и присел на кровать. - Я думаю, пришёл тот самый момент, когда нам с тобой придётся сказать это слово. - Какое?.. – Сеня ахнула от боли в шее чуть ниже затылка. Казалось, костям неожиданно стало тесно в старом теле, и они отчаянно прорывались наружу. - Оборотень, котёнок. Ты теперь оборотень, - не став тянуть, ответил Иван. - Надеюсь… всё-таки больше, чем… котёнок, - прохрипела Есения, упираясь в пол костяшками пальцев. - За это я тебя и люблю, Сень, - улыбнулся призрак, - но сейчас, или очень скоро, ты перестанешь осознавать, кто ты и где находишься. А завтра, скорее всего, не будешь ничего из этого помнить. - Слава Богу, - выдохнула Есения, сжавшись в клубок так, что достала коленями до лба. - Нет. Ты не понимаешь. Тебе нужно отсюда убираться. Завтра, когда они увидят на камерах, что произошло, они испугаются и, скорее всего, решат от тебя избавиться. - Избавиться? Они меня убьют? – жалобно шепнула Сеня, раскачиваясь туда-сюда, чтобы хоть как-то отвлечься от боли. - Я не знаю. Или убьют, или сделают ещё что-то более мерзкое. Ты должна убежать. И помочь убежать остальным. - Вань? - Когда взойдёт луна, ты изменишься навсегда, котёнок, - Иван встал с кровати и присел на корточки, - но я всегда буду рядом. Есения протянула дрожащую руку. На миг ей показалось, что она вот-вот дотронется до его непривычно гладко выбритой щеки. Но как только её пальцы достигли того места, где было его лицо, Ваня грустно улыбнулся и растаял в воздухе. Сеня упёрлась руками в мягкий пол и закричала без слов. Кисти рук на глазах покрывались набухшими тёмными венами. Ногти заострились и удлинились. Что-то хрустнуло, и Есения упала на бок, потеряв сознание. … Она открыла глаза и настороженно огляделась. Свет бил в глаза, и она едва слышно зарычала, мягко перекатившись и вскочив на ноги. Острый непривычный запах ударил в нос, заставляя резко обернуться. Взгляд зацепил исцарапанный пол и разодранные стены, из которых, словно плоть из ран, торчал какой-то пушистый наполнитель. Она тронула стену, но вскоре переключилась на другой конец комнаты. Стекло тоже было покрыто сеткой царапин, но оставалось прочным. Впрочем, стекло ей было не нужно. Она мягким пружинистым шагом подошла к двери и упёрлась в неё обеими ладонями. Створка не поддавалась, и тогда она, издав недовольный рык, просто выбила её с такой силой, что дверь едва не сорвалась с петель и с громким звуком ударилась о стену. Она вышла, настороженно осматриваясь, и выбрала направление, углубившись в коридор со стеклянными стенами. - Это она, - послышался громкий женский шёпот, - она выбралась! - Эй, иди сюда! – вторил ей другой голос. Она уже собиралась отвернуться от назойливых голосов, мешающих прислушиваться, как из конца коридора раздался новый голос. - Э-сен! Она резко обернулась и мгновенно преодолела остаток коридора, остановившись у одной из стеклянных комнат. Молодая азиатка с надеждой смотрела ей в лицо. - Э-сен, - повторила она. - Сюда кто-то идёт! – взвизгнул пронзительный звонкий голос, - быстрее, помоги нам! Невдалеке, за поворотом, уже слышались громкие шаги и крики. Э-сен задумчиво осмотрелась и нашарила взглядом комнату, откуда до сих пор не слышалось ни одной просьбы о помощи. Она заглянула через стекло и окинула цепким взглядом лежавшего без движения мужчину. - Они накачали его снотворным, ты должна нас всех отсюда вытащить, Есения! – взмолился назойливый женским голос, и Э-сен раздражённо зарычала. Тем временем, из-за поворота показалось несколько людей в одинаковой военной форме. Мимо них торопливо протиснулся человек в белом халате и быстро начал что-то говорить. Э-сен отмахнулась от него, как от надоедливой мухи, и снова повернулась к стеклу, чтобы посмотреть на мужчину в комнате, но тут её слух потревожил звук снимаемых с предохранителей пистолетов. - Стреляйте только транквилизатором! – крикнул врач. Э-сен до хруста шейных позвонков дёрнула головой и втянула носом воздух. Пахло страхом – все эти вооружённые люди боялись её до такой степени, что никто не был готов первым открыть огонь и привлечь её внимание. - Это однозарядные пушки, - послышался шёпот из камеры справа, - я такие уже видел в армии. Перезаряжать несколько секунд, но они явно не привыкли с такими обращаться. Э-сен повела головой, принимая это к сведению, и снова с силой дёрнула шеей. Чуть согнув ноги в коленях, приготовившись к прыжку, она открыла рот и закричала. Стёкла по всему коридору мгновенно покрылись сеткой трещин, а лампы под потолком жалобно заскрипели. От неожиданности кто-то всё же решился выстрелил первым – или просто машинально слишком резко потянул спусковой крючок. Вслед за ним выстрелы послышались один за другим, но Э-сен двумя секундами раньше прыгнула, сходу зацепившись пальцами за одну из ламп под потолком. - Стреляйте вверх! – крикнул кто-то, но Э-сен только фыркнула; все дротики с транквилизатором благополучно проходили мимо – свет ламп слепил и не давал прицелиться. Она проползла по потолку и мгновением позже спрыгнула, нырнув в самую толпу военных. Сходу она схватила одного и с хрустом свернула шею. Несколько дротиков вонзились в уже мёртвое тело, и тут свет погас. По растерянным и напряжённым лицам, Э-сен понимала, что, в отличие от неё, для остальных коридор погрузился в беспросветную тьму. Видимо, кто-то всё же попал в цель – правда не в неё, а в лампу. Она огляделась, мимоходом сломав ещё несколько шей, и уловила звук перезаряжаемого пистолета. Видимо, время транквилизатора прошло. Э-сен прыгнула, сбив военного с ног, и с силой разбила его голову о мраморный пол. Схватив пистолет, она навскидку выстрелила, понимая, что в такой гуще народа промахнуться сложно. Судя по крикам и прозвучавшей тут же резкой команде отступать, пули достигли целей. - Заблокировать коридор! – послышался удаляющийся голос, - выпустить газ! Э-сен нахмурилась, и, осмотревшись, нашарила глазами военного, в которого попала одна из выпущенных ею пуль. Подойдя, она схватила его за ворот и поволокла по коридору по направлению к камерам. Приблизившись к комнате, где лежал без сознания заинтересовавший её мужчина, Э-сен без особого труда приподняла раненого солдата над землёй и швырнула в стеклянную стену. Послышался крик, а затем звон осыпающегося стекла. Военный приземлился, не переставая болезненно стонать, и обитатель камеры, просыпаясь, приоткрыл глаза. - Это ты? – не обращая особого внимания на стонущего от боли солдата, щурясь, спросил он, глядя на Э-сен. - Они собираются пустить газ. Я сломаю дверь, а ты заканчивай здесь побыстрее, - скомандовала она. - Что заканчивать? – недоумённо уточнил мужчина. - Жрать, - рычащим шёпотом ответила Э-сен и бегом направилась в сторону двери, за которой скрылись военные. - Эй, выпусти нас! – воскликнула какая-то девочка из ближайшей камеры. Э-сен прошла мимо, не удостоив её взглядом, и с разбегу врезалась плечом в дверь. Та жалобно застонала, но выдержала. - Леон, скажи ей! – не успокаивался визгливый женский голос, - Леон?! Что ты делаешь?!! Следом за этим послышался захлёбывающийся визг; принадлежал он той же женщине или же умирающему солдату, Э-сен не поняла. Она присела рядом с трупом одного из военных и сдёрнула с шеи цепочку с картой доступа. Эта дверь, разумеется, была уже заблокирована, но для других карта могла пригодиться. Сзади послышался звон стекла, и Э-сен раздражённо обернулась. - Лиза, иди сюда, ты должна это попробовать, - Леон с перепачканными в крови лицом и руками шагнул в одну из камер, и Э-сен с глухим рычанием кинулась за ним. Черноволосая девчонка-подросток с испуганным видом забилась в угол и плакала, спрятав лицо в руках. - Нет… нет… уйди… ты его съел… ты его съел… - Идём отсюда, я, что, про газ неясно сказала? – Э-сен нетерпеливо дёрнула его за плечо. - Нужно вытащить остальных. - Зачем? У нас нет времени. - Это неважно, - спокойно отозвался Леон, - потому что я без них не уйду. Э-сен недоумённо повела головой. - Как знаешь. Найди меня, если выживешь, - она пожала плечами и направилась к заблокированной двери. Чувство опасности резануло сознание, и Э-сен торопливо вскинула голову, отмечая несколько отверстий, через которые уже начинал потихоньку сочиться газ. Выругавшись, Э-сен обвела взглядом потолок и нашарила вентиляционную решётку. Прыгнув, она ухватилась ногами за ближайшую лампу, а руками сорвала решётку. Из вентиляции повеяло пылью и затхлостью, и Э-сен с омерзением чихнула, но всё же, ловко подтянувшись, протиснулась в узкое отверстие.