VI. Второе испытание.
7 января 2016 г., 15:55
Над замком поднялось тёплое весеннее солнце. На улице во дворе школы уже чаще собирались студенты. Кто-то спокойно занимался на свежем воздухе, а кто-то просто дурачился. Ото всюду слышался звонкий заливистый смех. Казалось, все вокруг находилось в радостном настроении.
Совершенно иначе себя чувствовал директор Школы Чародейств и Волшебства Хогвартс. Он не походил на весёлого старичка, которым часто являлся Гарри Поттер. Альбус Дамблдор был крайне мрачен и задумчив. Приближался день второго испытания и каждый, кто знал, что злоумышленники сотворили с Кубком Огня, боялся этого дня.
Следующее испытание по изначальной задумке организаторов Турнира должно было пройти на Чёрном Озере. Теперь же, когда всё вышло из-под контроля, никто и представить себе не мог, чем может закончиться для чемпионов такое опасное приключение. Но сделать по-прежнему ничего не могли: ни отменить Турнир Трёх Волшебников, ни как-то обезопасить испытания.
Вдруг Дамблдор почувствовал чьё-то присутствие у своего кабинета. Не придав этому никакого значения, он просто махнул рукой, позволяя войти. Горгулья отъехала в сторону, и через минуту порог директорского кабинета перешагнул нежданный гость.
Это была стройная женщина лет сорока строгого вида. На ней был деловой магловский пиджак с приподнятыми плечами и коричневого цвета юбка-карандаш, скрывающая острые коленки, классические туфли на каблуке делали её ещё выше, чем она была. Длинные волосы были консервативно зачёсаны и убраны в пучок. На точённом гордо приподнятом носу держались очки, акцентируя внимания на нечеловечески яркие голубые глаза, под которыми уже начали появляться первые морщины.
− Полагаю, это Вы Альбус Дамблдор, − на удивление нежным голосом произнесла она. – Приветствую Вас, директор.
− Прошу прощения, мисс, − крайне вежливо начал старик. – Мне неизвестно Ваше имя.
− Меня зовут Вильгельмина, − с официозом магловских офисных директоров представилась женщина. – Я – Владычица Чёрного Озера.
Дамблдор едва заметно повёл головой, утвердительно кивнув. Он вовсе не казался удивлённым. Ещё едва незваная гостья вошла в комнату, волшебник почувствовал её мощную ауру. Царевна Русалок. Разумеется, преображённая в человеческий облик.
− Второе испытание Турнира Трёх Волшебников будет проходить в водах моего озера, − продолжала Вильгельмина. – Полагаю, нам нужно обсудить это событие как деловым людям.
− Я догадываюсь, что именно Вы хотите сказать, Ваше Величество, − вздохнув, невозмутимо отозвался Альбус Дамблдор. – И мой ответ «нет». Я не позволю.
− Мы оба знаем, что Вы уже не контролируете ситуацию, − рассмеялась Владычица Озера. – В то время как Кубок Огня связал руки Вам, он развязал их моему народу. Четыре чемпиона Турнира – мы должны предоставить четыре пленника. Любыми способами.
− Я не буду потакать убийствам на своей территории.
− Разве речь идёт об убийствах? – казалось, искренне удивилась русалка. – Мой народ обязуется следовать правилам. Один час для ваших чемпионов, чтобы спасти тех, кто им дорог. По истечению времени тех, кто выбыл или остался в плену, мы забираем. По-моему это честная сделка. Чёрному Озеру не приносили жертв вот уже сотни лет!
− На трибунах будут присутствовать множество волшебников, − сурово сказал директор. – Неужели Вы думаете, что кто-то из них допустит подобное?
− Я пришла не за Вашим разрешением, Дамблдор, а предупредила из акта вежливости, − остановившись в дверях, просто ответила Вильгельмина. – Я не хочу обречь свои владения на гнев волшебников. Я лишь доношу до Вашего сведения, что связана узами магического закона, коим в данном конкретном случае является Турнир Трёх Волшебников.
Распрощавшись, она вышла из кабинета и больше не появлялась. Настроение Дамблдора стало ещё мрачнее. Он, конечно, попросит деканов факультетов быть бдительными в отношении своих студентов, но понимал, что Владычица Озера права. Они действительно ничего не контролировали и могли только сидеть и наблюдать в надежде, что Турнир ни для кого не обернётся смертельным исходом.
***
− Подростки! – презрительно сплюнул профессор Зельеварения. Северус Снейп с раздражением шагал по территории вокруг замка, по обыкновению делая ночной обход. Он уже поймал, отправил спать и снял баллы с одного рэйвенкловца и целующейся парочки из Халффпаффа. Можно подумать, ему больше заняться было нечем, кроме как гоняться по всему замку за студентами-нарушителями, которые, видимо, совсем не думали своей кишащей подростковыми гормонами головой, что их могут утопить русалки. Снейп уже возвращался в замок, когда вдруг увидел у берегов Чёрного Озера какую-то студентку из Гриффиндора. Ворча себе под нос проклятия и в очередной раз помянув идиотизм одного конкретного факультета, декан Слизерина стремительно направился к очередному ученику, подвергшего себя самого опасности. Завидев его, гриффиндорка аж вздрогнула, но с места не сдвинулась, продолжая молча хлопать глазами. − Почему не в постели? – порядком разозлившись за эту ночь, потребовал Северус. – Студенты в это время уже должны спать. Правилами запрещено бродить по замку и за его пределами по ночам. Вы этого не знали, мисс? Только когда профессор подошёл поближе и смог в свете луны разглядеть её лицо, он вдруг понял, что не может вспомнить, что хоть когда-то видел эту студентку в Хогвартсе. Даже смутно. Гриффиндока неожиданно выхватила волшебную палочку и направила её на него: − Ступефай! Мгновенно среагировав, Северус Снейп увернулся от брошенного в него заклинания и в боевой готовности сжал свою палочку. Оскалившись, нападающая зашипела и вытянула разъярённую голову вперёд, угрожающе шевеля показавшимися из-под воротника жабрами. Русалка. «Сектумсемпра!» – наискось резко взмахнул волшебной палочкой бывший Пожиратель Смерти. Тут же послышался громкий режущий звук, словно от удара острого клинка. От бедра до шеи через всё тело русалки простилалась глубокая рваная рана, сводя её с ума от боли. Нападающая оглушительно завизжала, отчаянно пытаясь зажать трясущимися синими руками хотя бы живот, чтобы остановить обильно льющуюся кровь. Поскуливая как побитая собака, она в отступлении прыгнула в тёмные воды озера, на прощание махнув рыбьим хвостом. Снейп всё ещё стоял у берега Чёрного Озера и, несколько потерянно разглядывая умиротворённую гладь, всё ещё крепко сжимал свою волшебную палочку. Он даже не заметил, как из-за деревьев за ним наблюдал Барти Крауч младший, успешно скрывавшийся под личиной Грозного Глаза Грюма, и, задумчиво нахмурив брови, вдруг растянулся в нехорошей ухмылке.***
До начала второго испытания оставался час. Рон и Гермиона бродили недалеко от устанавливаемых организаторами трибун, активно переговариваясь между собой. Гарри с помощью подсказки Седрика, который пытался быть благодарен за то, что она предупредила его о драконах, разгадала секрет золотого яйца, и теперь ей предстояло решить другую загадку: как дышать под водой в течение часа. К сожалению, во время их поисков профессор Грюм выставил лучших друзей Гарри Поттер, заявив, что той лучше хорошенько выспаться перед испытаниями. Спорить Рон и Гермиона не решились и теперь бесцельно прогуливались недалеко от берега. − И всё-таки мы должны были остаться, − не унималась Грейнджер. − Ты слышала Грюма, − уныло проговорил гриффиндорец. – Мы не должны мешаться. − Да, но она не готова! – воскликнула подруга. – Дышать под водой целый час это же… − Невозможно, − мрачно подсказал Уизли. − Физически да, но магически… − лишь отчасти согласилась Гермиона и раздосадовано взмахнула рукой. – Если бы мы только раньше начали думать над загадкой яйца! − И что мы будем делать? – спросил рыжий. – Гарри нуждается в нашей помощи. − Не знаю, Рон, − устало вздохнула она, печально качая головой. – Я, правда, не знаю. Остаётся только надеяться, что она уже нашла способ. Тот согласно закивал, хмуря брови в задумчивости. Они настолько увлеклись вставшей перед Гарри проблемой, что даже не заметили, что за ними следят. Не ожидавшего нападения Рона оглушили первым, а Гермиона проиграла в неравном бою.***
Это было больно. Жабры прорезались на её шее, словно бритвой. Ступни трансформировались в ласты, между пальцами появились перепонки. Навыки Гарри Поттер в плавании это улучшало в тысячу раз. Она, словно рыба, плыла в воде, проплывая мимо водорослей и остерегаясь подводных обитателей. Жабросли, данные Невиллом, который всё ещё чувствовал себя неловко из-за того, что не пришёл с ней на Святочный Бал, несмотря на все опасения, сработали идеально. Гарри действительно могла дышать под водой. − Ты уверен, Невилл? – принимая от него растение, уточнила перед испытанием она. − Абсолютно. − Целый час? − Скорее всего, − неуверенно ответил Невилл. − Скорее всего? – во все глаза уставилась на него Гарриет. − Ну, − смутившись, протянул он, пытаясь объяснить, − учёные между собой спорят, какие лучше: пресноводные или морские, но… − И ты мне говоришь об этом только сейчас?! – возмутилась гриффиндока. – Ты что, издеваешься? Однако Поттер плыла уже около получаса, но не чувствовала никакого дискомфорта. Участница стремительно плыла к своей цели, отгоняя заклинаниями изредка показывающихся из темноты тритонов. Они нападали пока как-то очень лениво, словно чего-то выжидали. Ищи и знай, что мы сумели то забрать, о чём ты будешь очень сильно горевать… Гарриет плыла на звук доносящейся уже совсем близко песни, которую она, наверное, уже выучила наизусть. Девушка-Которая-Выжила не могла отделаться от мысли, что во всём этом был какой-то подвох. Ну что у неё могли украсть? Её «Молнию»? У Луны Лавгуд часто пропадала одежда. Гриффиндорка даже однажды вместе с ней нашла её кеды, свисающие на шнурках с дверей. «Почему меня всё ещё никто не пытается остановить?» − пронеслась в голове подозрительная мысль. Нет, те робкие потуги тритонов Гарри Поттер даже не считала. После драконов и Святочного Бала волшебница ждала жестокого нападения, ведь, как она уже успела убедиться, у Кубка Огня было крайне «кровавое» расположение духа. Что-то было не так… Седрик Диггори и Виктор Крам не намного отстали от неё. Они тоже пока успешно справлялись с заданием. А вот дела Флёр Делакур шли куда хуже. Её окружили. Маленькие поганцы с щупальцами неожиданно обхватили девушку за лодыжки и с силой дёрнули вниз. Флёр извивалась и сопротивлялась, пытаясь вырваться. Морские существа лезли в лицо. Хватали за руки, обжигая кожу. Они тянули её на дно. Обезумев от страха, волшебница выхватила свою волшебную палочку и отчаянно прокричала какое-то заклинание. Мощная водяная воронка подхватила её и выбросила наружу. Тут же подбежавшие шармабатонцы кое-как вытащили Делакур на деревянный помост у заохавших трибун и после недолгой заминки с боем избавили девушку от намертво вцепившихся в её ноги монстриков. Все знали, что Флёр Делакур чудом выбралась из Чёрного Озера живой. Для этого нужна была воля и сила, однако она всё же выбывала из игры. Где-то глубоко под водой оставались ещё три чемпиона. Гарри проплывала всё глубже и глубже. Воды становились темнее, а пение громче. Вот перед глазами волшебницы вырос настоящий подводный город с лестницами, каменными хижинами, покрытыми тиной колоннами и арками. Самих подводных обитателей нигде не было. Поттер ожидала, что сейчас на неё вот-вот нападут разъярённые фурии-русалки или тритоны со своими копьями, но никто всё ещё не показался. Это затишье заставило её нервничать ещё больше. Проплывая по пустынным русалочьим улочкам, Гарри оказалась на какой-то площади, окружённой огромным количеством хижин. В центре возвышалась огромная, высеченная из скалы статуя тритона, к хвосту которого были привязаны четыре человека. В плохом предчувствии Гарриет часто заработала руками и ногами, подплывая ближе, и чуть не задохнулась от ужаса. Перед ней в глубоком сне предстали Рон Уизли, Гермиона Грейнджер, Чжоу Чанг и восьмилетняя сестра Флёр. Сердце забилось в грудной клетке, словно перепуганная канарейка. Гриффиндорка не знала, что делать. Гарри Поттер дёрнула крепкий водоросль, которым был привязан к статуе Рон, бросила отчаянный взгляд на, к счастью, всё ещё живую Гермиону. Она озиралась по сторонам в поисках чего-нибудь острого, чтобы перерезать верёвки и освободить пленников. Время было на исходе, а ни Флёр, ни Седрик, ни Виктор всё ещё не подоспели. «Должно быть что-то случилось…», − нервно сглотнула Гарри, раздосадовано вглядываясь в тёмные глубины. Девушка покачала головой. Совесть не позволяла ей оставить Гермиону и остальных здесь умирать. Под руку попался зазубристый осколок камня, и Гарри Поттер подплыла к Рону, принявшись спешно резать верёвку. Вдруг к деревне подплыл Седрик. Он выглядел весьма потрёпанным и испуганным. Кажется, ему пришлось выдержать не один поединок с морскими чудищами, прежде чем всё же суметь добраться сюда. − Я заблудился, − утирая льющуюся из разбитого носа кровь, одними губами произнёс Диггори. – Крам тоже скоро будет. Поттер коротко кивнула ему, наконец, сумев развязать лучшего друга, и, вдруг испуганно вскинувшись, обеспокоенно спросила: − А Флёр? − Я не знаю, − отрицательно замотал своей головой, заключённой в большом пузыре воздуха, он. – Я её не видел. Седрик Диггори взмахом волшебной палочки освободил Чжоу, аккуратно придерживая её за талию, и прежде, чем устремиться вместе с ней на поверхность, выразительно постучал пальцем по своим наручным часам, напоминая гриффиндорке, что их время скоро истечёт. Гарриет махнула ему рукой, чтобы плыл дальше, а сама осталась ждать на пустынной площади Крама и Делакур. Невербальным Вингардиум Левиоса она начала поднимать Рона на поверхность озера, попутно судорожно оглядываясь в поисках оставшихся чемпионов. Гарри Поттер уже хотела было ринуться к Гермионе, но тут появившийся из ниоткуда Виктор Крам (по крайней мере, она так думала – приближающееся существо больше походило на акулочеловека) перегрыз верёвку, обхватил Грейнджер и помчался наверх. У Девушки-Которая-Выжила, буквально, камень с души свалился, и её, казалось, даже совершенно не волновал тот факт, что со своим мягкосердечием она вполне могла финишировать последней. Рона уже почти отлевитировало к поверхности, но Флёр всё ещё нигде не было. Решительно сжав зубы, Гарри кинулась спасать уже совсем позеленевшую младшую Делакур. Заподозрив что-то неладное, словно по команде, из глубин озера толпой на неё наплыли разгневанные тритоны и русалки. Волшебница закрыла своей спиной девочку и выхватила волшебную палочку в самозащите. Вооружённые, но не имеющие дара магии тритоны наступали, опасливо косясь на волшебную палочку, и направили на девушку свои копья. − С дороги! – в предупреждении выкрикнула Поттер, вместо слов вновь выпустив энное количество пузырей. Но подводные обитатели её, похоже, прекрасно поняли, и стоящие позади тритонов русалки разъярённо прошипели: − Ты уже забрала своего друга! Девчонка останется с нами! − Я так не думаю, − с вызовом отозвалась она. − Тогда ты останешься здесь навсегда вместе с ней! Тритоны стремительно атаковали. Гарриет среагировала вовремя – похоже, в своё время Дуэльный клуб Локхарта всё же сумел научить её хоть чему-то. Из палочки во все стороны разлетелись потоки красных искр. Часть нападающих разлетелись в стороны, сбивая собой остальных тритонов и русалок. Одно заклятие отскочило от статуи и, срезав верёвку, освободило маленькую Делакур. Воспользовавшись моментом, девушка схватила последнюю пленницу и спешно поплыла вместе с ней наверх. Это было очень тяжело. Гарри Поттер старалась плыть как можно быстрее, но лишний груз выматывал её силы. Позади слышались шипение и проклятия. Вдруг куда более прыткие, чем тритоны, русалки нагнали их. Они бросались на уплывающую вместе с их добычей чемпионку, щёлкая клыками и размахивая руками с длинными острыми когтями. Гарри отбивалась отчаянно, отказываясь выпускать девочку из рук. Гриффиндорка вскрикнула. Острый коготь слегка задел лицо, оставив царапину на щеке. Она снова дёрнулась, прогнувшись всем телом. Когти рассекли спину и оцарапали руку. Боль на какое-то мгновение придала сил. − Ступефай! Ступупефай! – выкрикивала Поттер, направо и налево размахивая волшебной палочкой. – Инсендио!!! Послышался оглушительный визг. Прозрачная вода окрасилась кровью. Кажется, колдунья кого-то серьёзно ранила или даже убила. Гарриет спешно поплыла дальше. Вылетевшая из кровавого переполоха русалка схватила её за ногу. До боли сжав зубы, Гарри старалась не обращать на это внимания и изо всех сил заработала ластами. Так близко… Уже совсем светло. Гарри Поттер снова закричала. Чьи-то щупальца намертво вцепились в её лодыжку, оставив на коже дымящийся ожог. Это была адская боль. Сил сопротивляться уже почти не осталось. И вот на ноге повисла ещё одна русалка. И ещё. Третья обхватила талию и потянула на дно. Грести Гарри больше не могла. Она выпустила из рук девочку, на исходе сил вытолкнув ту вперёд. Гриффиндорке даже на секунду показалось, что она коснулась кончиками пальцев поверхности воды. Но нет. Русалки тащили её вниз за собой.***
− Габриэль! – закричала Флёр, пробиваясь к внезапно вынырнувшей из воды девочке. – Моя сестрёнка… Габриэль! Давай руку. Скорее! Чемпионка из Шармбатона вытащила свою закашлявшуюся сестру из воды и, обернув вокруг неё полотенце, прижала к себе. Сквозь слёзы радости можно было слышать, как она бормотала в сырые волосы девочки успокаивающее «всё хорошо… всё уже закончилось». Вокруг царила гробовая тишина. Зрители на трибунах испуганно переглядывались и перешёптывались, указывая пальцами на озеро. Габриэль Делакур была спасена. Минутой ранее на поверхность вытащили бесчувственного Рона Уизли, над которым сейчас хлопотала, пытаясь привести в сознание, испереживавшаяся Гермиона Грейнджер. Три чемпиона, включая выбывшую из игры Флёр Делакур, уже вернулись. И всё же четвёртой всё ещё не было. Рон вдруг закашлялся, выплюнул воду и, очнувшись, замигал от яркого света. − Рон, − облегчённо выдохнула Гермиона. – Ты очнулся! − Гермиона… − простонал он, глупо улыбаясь, и тут же скривился. – Как же сыро… Ненавижу этот Турнир! А… − Парень нахмурился, неуверенно оглядевшись. – Где Гарри? Только сейчас младший Уизли заметил, что подруга чуть ли не плакала. Его лицо помрачнело, и он, притянув Грейнджер к себе, обнял её, а она уткнулась носом в его плечо, тут же жалостливо всхлипнув. − Гарри… − не отрывая печального взгляда от воды, тихо произнёс Дамблдор. – О, Мерлин… дитя… Профессор МакГонагалл, казалось, едва стояла на ногах, а её округлившиеся взволнованные глаза увлажнялись. Гриффиндорцы ещё никогда в жизни не видели своего всегда собранного декана в таком состоянии. Северус Снейп слегка качнул головой и остановился по правое плечо от директора. «Проклятие»,− сжал губы в плотную линию он. – «Ну же, Поттер. Ну же!»***
Ноги Гарри отказывались служить. В голове шумело. Волшебница ничего не могла сделать. Она едва могла пошевелить разламывающейся пополам от боли рукой! Поттер обмякла в руках русалок и, казалось, была готова позволить им утащить себя на дно. Шея вдруг снова заболела. Пропали жабры, на руках и ногах исчезли перепонки. Из приоткрытого рта бежали пузыри с драгоценным кислородом. Дышать стало тяжело. С ужасом Девушка-Которая-Выжила осознала, что действие жаброслей закончилось. А ещё она вдруг поняла, что не хочет умирать. Скривившись от боли, Гарриет выпустила руку с волшебной палочкой вперёд и произнесла: − Ассендио! Уже не ожидавшие сопротивления русалки выпустили её и в ужасе отплыли назад. Неведомой силой Гарри Поттер, словно катапультой, выбросило из Чёрного Озера на деревянный помост прямо у ног директора Хогвартса и старшего Крауча. Трибуны радостно завопили! Со всех сторон послышался свист и смех. Попытавшаяся встать самостоятельно девушка без сил рухнула на деревянный пол, выплевав воду, и вымученно улыбнулась, судорожно глотая воздух и наслаждаясь его прохладой и свежестью. − Гарри! Встревоженный Дамблдор коснулся плеча Гарри, помогая ей сесть, и, что-то одобрительно причитая, похлопал её по спине. Минерва МакГонагалл с тёплой улыбкой взъерошила её волосы. Волшебники обступили её, с любопытством рассматривая чудесно спасшуюся последнюю участницу Турнира. − О, Боже, Гарри! – Заплаканная Гермиона упала перед подругой на колени, спешно укутывая её в тёплое полотенце. – Мы так переживали… Ты жива! − От меня… не так-то просто… избавиться… − слабо проговорила Девушка-Которая-Снова-Выжила и широко улыбнулась. Стоящий рядом Рон облегчённо рассмеялся. Грейнджер вернула Поттер улыбку и с усердием продолжила заваливать её полотенцами, пытаясь согреть. Наконец, к ним пробилась мадам Помфри и, приподняв голову чемпионки за подбородок, придирчиво осмотрела её. Глубокие порезы на лице, спине и руках, покрытые синяками ноги и ожоги на шее и лодыжке − состояние Гарри колдоведьму в восторг не привело. − Гарри, ты ужасно выглядишь, − причитала Поппи Помфри и строго взмахнула перед её носом указательным пальцем. – Вы сейчас же отправитесь со мной в больничное крыло, юная леди! Гарриет слегка усмехнулась и с болезненным шипением коснулась царапины на щеке. Всё было не так уж и плохо. По крайне мере, она не захлебнулась в этом дурацком Чёрном Озере. Однако нигде не было видно человека, чьё присутствие каким-то волшебным образом всегда успокаивало её. Озираясь по сторонам, Гарри Поттер пыталась отыскать взглядом среди толпы Северуса Снейпа. Тот стоял чуть поодаль от судей, что-то активно обсуждающих, и, даже не взглянув в сторону всеобщего переполоха, вызванного чудесным спасением Поттер, отошёл в сторону вместе с Каркаровым. Это почему-то было обидно и очень задевало. «Перестань», − злясь на саму себя, мысленно одёрнула себя гиффиндорка. – «Он всего лишь твой профессор по Зельям». И всё равно Гарри никак не могла избавиться от своего чувства. Месяцами! Даже несмотря на то, что после одного случая её доверие к Снейпу стало более зыбким. Это случилось несколько ночей назад. Разгадав секрет золотого яйца, участница Турнира Трёх Волшебников под мантией-невидимкой возвращалась из ванной комнаты старост в гостиную Гриффиндора, но, провалившись ногой в вечно исчезающую ступеньку, едва не оказалась поймана Филчем и профессором Снейпом. Нарушительницу бы непременно обнаружили, если бы Аластор Грюм, который своим волшебным глазом прекрасно видел студентку даже под мантией-невидимкой, не умолчал о её присутствии. Однако небольшая оговорка аврора едва не выдала Гарриет с потрохами. Декан Слизерина переводил взгляд от пергамента в руке Грюма к золотому яйцу на руках Филча, и его тут же осенило. − Поттер! – рыкнул Северус Снейп. – Это яйцо Поттер. Я узнал и пергамент. Он тоже принадлежит Поттер. Она где-то здесь, рядом. В матии-невидимке. − Никого здесь нет, Снейп! – крикнул Грозный Глаз. – Но я с удовольствием сообщу директору, что первой Вам на ум пришла именно Гарриет Поттер. − И что? − А то, что Дамблдору не вредно знать, кто на Поттер точит зуб. Последняя фраза профессора Грюма до сих пор эхом звучала в голове волшебницы, навевая нехорошие мысли, от которых начинало подташнивать. Северус Снейп подстроил её участие в Турнире? Да нет, бред какой-то… Зачем же он тогда спасал её? Гарри Поттер пыталась избавить себя от дальнейших размышлений на эту тему и непринуждённо заговорила с Роном и Гермионой. Флёр Делакур искренне поблагодарила Гарри за спасение сестры и быстро чмокнула её в щеку. Рон вроде как тоже помогал, так что благодарность прелестной вейлы досталась и ему. Судьи тоже оценили героизм Гарриет и даже присудили ей второе место за это испытание к крайнему недовольству директора Дурмстранга и уважению самого Виктора Крама. Когда мадам Помфри чуть ли не под конвоем повела Гарри Поттер в больничное крыло, Фред и Джордж Уизли, провожающие её вместе с Роном и Гермионой, не переставали, смеясь, об этом говорить. − За высокие моральные качества! – с широкими улыбками хором процитировали близнецы. – Иногда хорошо быть героем-идиотом, да, Гарри?
