Its always Snape

       Прошло несколько месяцев со времени первого испытания Турнира Трёх Волшебников. Наступили холода. Приближался Святочный Бал. В его преддверии все вокруг как будто бы с ума посходили. Девушки ходили группами, мечтательно обсуждая предстоящий бал, и расспрашивали друг дружку, кто с кем пойдёт. Юноши были менее воодушевлены этим «знаменательным» событием. Особенно наглядно это было продемонстрировано на уроке танцев с профессором МакГонагалл.        − Как представители принимающей школы, − говорила тогда она, − вы обязаны не ударить в грязь лицом и показать себя с самой лучшей стороны. Прошу отнестись к этому серьёзно, потому что Святочный Бал – это, конечно, прежде всего, танцы.        Все девочки принялись возбуждённо перешёптываться и смеяться – им это идея явно пришлась по душе. Кардинально противоположное мнение было у мальчиков. С их стороны послышались горы возмущения.        − Что? Какие ещё танцы?! – недовольно восклицал Рон. – Мерлин, зачем?!        Уныло подперев голову кулаком, Гарри вяло кивнула лучшему другу, как никогда разделяя его мнение. Она, наверное, была единственной девушкой, воспринявшей новость о бале убеждённо отрицательно. Во-первых, давал о себе знать её мальчишеский характер – гриффиндорка подумала, что с гораздо большим удовольствием сыграла бы в квиддич. Хотя бы со Слизерином. Во-вторых, Поттер была участницей Турнира и должна была открывать бал показательным танцем наравне с Седриком, Крамом и Делакур – мысль о том, что на неё будет смотреть весь Большой Зал, убивала её. Ну и, в-третьих, что-то подсказывало ей, что Святочный Бал не пройдёт так гладко, как большинство девочек себе уже напредставляло.        После разговора с Дамблдором её опасения только усилились. Директор рассказал Гарриет о том, почему когда-то был запрещён Турнир Трёх Волшебников, о наложенной на Кубок Огня тёмной магии и чем это могло обернуться для чемпионов.        − Боюсь, Святочный Бал может оказаться не простым развлечением, Гарри. Ты должна быть очень осторожна, − наказывал он. – Что бы ни случилось, не оглядывайся назад и ни в коем случае не переставай танцевать. Позволь своему партнёру вести тебя, потому что он может оказаться твоей единственной связью между миром духов и миром живых.        Конечно же, после таких предупреждений желание танцевать ушло просто в минуса. Тем не менее, Девушка-Которая-Выжила старалась об этом не думать. Сейчас пока были и другие вещи для серьёзного обмозгования. Например, очередной проверочный тест по Зельям.        Все уже закончили, и её курс начал расходиться. Гарри Поттер тоже поднялась с места и подошла к профессору Снейпу, протягивая ему свой решённый тест.        − Последняя, Поттер, − хмыкнув, прокомментировал он. – Вы удивитесь, но если Вы начнёте внимательно слушать меня на лекциях, то сможете успешно пользоваться своей головой, а не пытаться в последний момент списать всё у мисс Грейнджер.        − Неправда, − оскорблено пробормотала гриффиндорка.        Северус Снейп невозмутимо скрестил руки на груди и, приподняв бровь, выжидающе посмотрел на студентку.        − Ну, хорошо. Возможно, я и пыталась что-то спросить у Гермионы. Но, сами видите, у меня ничего не вышло, − сдалась Гарри и слегка усмехнулась. – Ну, а если Вы действительно хотели, чтобы я воспользовалась своей головой, Вам не следовало так сильно бить по ней книгой, сэр.        Уголок его губ дёрнулся в едва заметной усмешке, но профессор успешно продолжал держать привычный хладнокровный вид. И всё же это не укрылось от взгляда волшебницы, которая по совету директора продолжала его изучать, успев сделать некоторые выводы. По крайней мере, если научиться не замечать его любви к ядовитым остротам, можно было заметить, что Снейп в принципе был хоть и сложным, но неплохим человеком. Во всяком случае, так ей начинало казаться, но чего отрицать было точно нельзя – зельевар иногда был крайне нетерпелив и люто ненавидел постороннюю болтовню в своём классе.        − Кошмар какой-то! Такими темпами я один останусь без девчонки, – возмущался посреди теста Рон Уизли и насмешливо подтолкнул сидящую рядом Гарри локтём. – Ну, ещё, конечно, Невилл.        − А, по-моему, Невиллу и одному хорошо, − тихонько посмеялась вместе с лучшим другом она. – Хотя, знаешь, на самом деле я иду с ним.        Рыжий резко поднял голову и обиженно произнёс: − Тоже мне друг! Могла бы и меня позвать.        Поттер на это только рассмеялась и, поджав губы, просто развела руками.        − У меня началась депрессия, − продолжал ворчать он.        Так, серьёзный тест проходил довольно забавно. Ровно до того момента, пока во время попытки Рона пригласить разозлившуюся Гермиону на бал, она с ним за компанию не получила книгой по голове в качестве предупреждения.        − Зато вы хоть на секунду перестали болтать об этом идиотском бале, − отозвался в ответ на её заявление Северус Снейп.        Возможно, он бил не так уж и сильно, как утверждала Гарриет, но всё же сам профессор этого факта отрицать не стал. Гриффиндорка вдруг подметила про себя, что Снейп, уже начинал проклинать этот Святочный Бал, на котором помешалась практически вся школа, не меньше, чем она.

***

       Вечер перед Рождеством, казалось, наступил быстрее, чем можно было бы предположить. У входа в Большой Зал собирались смеющиеся девушки, одетые в красивые платья, в компании молодых людей, традиционно приодевшиеся для такого случая в костюмы. Здесь были и хогвартцы, дурмстрангцы и гостьи из Шармбатона. Привычно бегал Колин Криви со своей фотокамерой, к тому времени уже выписавшийся из больничного крыла. Несмотря на недавнее недовольство мужской половины танцами, вокруг царило веселье и атмосфера праздника. Все находились в хорошем расположении духа, и просто невозможно было подумать, что что-то, вероятно, могло пойти не так из-за жаждавшего хлеба и зрелищ Кубка Огня.        И вот Гарри Поттер спустилась по лестнице, как и требовала декан её факультета от всех девочек, с достоинством леди, попутно ища взглядом своих друзей. Наконец, она увидела среди толпы унылое лицо Рона Уизли, всё-таки облачившегося в «лохмотья бабули», и поспешила к нему. Впервые в жизни нарядившаяся в платье Гарри – естественно у Дурслей, донашивая одежду кузена, она не могла к такому привыкнуть – чувствовала себя в таком обличии очень неловко и ужасно глупо, несмотря на то, что собственное отражение в зеркале ей в этот вечер даже нравилось. Тем не менее, это не мешало ей ждать от людей насмешек.        − Ты отлично выглядишь, Гарри! − широко улыбнувшись, воскликнул Рон и уныло добавил. – Не то что я.        − Ты бы предпочёл платье? – насмешливо отозвалась Гарриет. – Брось, Рон. Нет, ничего в этом костюме такого ужасного. Ты одет традиционно.        − Да, традиционно, − нервно усмехнулся он. – Традиционно как моя бабушка Тесси.        Гриффиндока не знала, как успокоить друга, но уже хотела было открыть рот, чтобы сказать что-то подбадривающее, как перед ними выпорхнула его младшая сестра Джинни в миловидном розово-голубом платье, улыбаясь.        − Привет, Гарри, − помахала ей рукой она. – Ты очень красивая. Все смотрят на тебя.        − Потому что я – Девочка-Которая-Выжила. Ещё бы! – криво улыбнулась Поттер своему прозвищу.        Джинни, казалось, улыбнулась ещё шире и с мягкой снисходительностью покачала головой: − Нет, Гарри. Они смотрят вовсе не поэтому.        Девушка нервно огляделась и, поймав на себе несколько восхищённых взглядов, тут же отвернулась, почувствовав, как краснеют её щёки. Она действительно была красивая в этот вечер. Исчезли излишне круглые очки, открывая миловидное лицо и красивые, как у матери, глаза, с наложенным на них косметическим заклинанием зрячести. Изумрудно-зелёное платье было достаточно простым, но, казалось, шилось специально для неё. И как же оно подходило к глазам. Обычно торчащие во все стороны чёрные волосы были аккуратно собраны в причёску и спадали на плечи.        − Как ты с ними справляешься? – ворчала Парвати, пытаясь сделать с её головой что-то приличное. – Хуже, чем у Гермионы!        Короткое воспоминание заставило Гарри Поттер слабо усмехнуться и поднять уже не такой неуверенный взгляд на Джинни Уизли. Та ободряюще подмигнула – каких только привычек можно ни перенять у близнецов – и направилась в другую сторону холла в поисках Дина Томаса.        − Держу пари, Гермиона, намного красивее, − восторженно глядя на появившуюся в холле лучшую подругу, улыбнулась чемпион Турнира.        И это было действительно так. Гермиона Грейнджер выглядела просто неописуемо красивой. В сопровождении Виктора Крама она прошагала мимо них, приветливо помахав рукой. Рон после этого весь остаток времени до начала бала ворчал и ходил мрачнее тучи. Даже собственный костюм его уже так не раздражал.        − Серьёзно? С этим тупым спортсменом? – не унимался он. – Да что она в нём нашла?!        − Ты тоже спортсмен, − пожав плечами, просто напомнила Гарри. – Вратарь команды по квиддичу, помнишь? И потом разве ты не был фанатом Крама?        − Не ёрничай, − исподлобья обиженно зыркнул на подругу Рон Уизли. – Я просто беспокоюсь за Гермиону. Крам старше неё. Видел я таких знаменитостей. Поверь, у таких как он на уме не только дружба.        Гриффиндорка не стала напоминать, что старше Виктор их всего на год, и устало вздохнула: − Почему ты сам её не пригласил? Я была уверена, что вы пойдёте вместе.        − Я приглашал, − тупо посмотрел на неё лучший друг. – При тебе, в классе Снейпа. И она меня чуть не убила!        − Я имела в виду заранее, − неодобрительно покачала головой Гарриет. – А не в последнюю секунду и не от отчаяния, как с Флёр.        Рон густо покраснел, слившись со своими огненно-рыжими волосами, и заметно замялся. Девушка видела, он хотел бы пойти с Гермионой, но ему и в голову не могло прийти, что ту запросто мог пригласить кто-то ещё, кроме него. Поттер дружески похлопала его по плечу, когда в коридоре возникла взволнованная профессор МакГонагалл и велела всем пройти в Большой Зал, а чемпионам со своими партнёрами выстроиться в линию.        Ровно в восемь двери Большого Зала резко распахнулись от мощного порыва ветра и с грохотом врезались стены. Все присутствующие испуганно охнули, поднимая головы к волшебному потолку, который, буквально, заволокло грозовыми тучами. И снова появилось ощущение струящейся в воздухе тёмной магии.        Вдруг в Кубок ударила кроваво-красная молния! Собравшиеся в Большом Зале студенты и преподаватели отшатнулись назад. От Кубка Огня до входа в Зал стремительно вырос полупрозрачный проход, окутанный Тьмой. Почувствовался замогильный холодок, пробежавшийся по спинам. Из Тьмы доносились крики и стоны обитателей Мира Мёртвых. Они звали, манили пальцами чемпионов к себе, которые, как предупреждал сурово сидящий на своём месте Дамблдор, должны были пройти по открывшемуся туннелю.        Гарри нервно переступала с ноги на ногу, обхватывая руками замёрзшие плечи. Она знала, что тысячу раз пожалеет о том, что пришла на этот дурацкий Святочный Бал, и пока его начало её совершенно не радовало. И рядом всё ещё не было Невилла. Боже, где же он?        Похоже, Гарриет произнесла этот вопрос вслух, потому что Флёр Делакур повернулась к ней и дрожащим голосом уточнила: − Невилл? Это тот мальчик с лягушкой по имени Тревор?        − Да-да, это он, − тут же закивала гриффиндорка. – Ты его видела?        − Роджер помог отвести его в больничное крыло, − ответила она, пытаясь справиться со своим страхом перед смертоносным танцем. – Он сломал себе ногу.        Услышав такой ответ, Поттер мученически застонала. Ох, Невилл-Невилл! Сколько раз ему говорили быть осторожнее. Слава Мерлину, хоть не убился. Но что теперь делать ей самой, Девушка-Которая-Выжила просто не представляла.        Вдруг послышался чей-то громкий крик. Скрипач в ужасе уставился на свою руку, которая внезапно начала двигаться по своей воле, водя смычком по струнам. То же самое незримые тёмные силы повторили с остальными музыкантами. Заиграла мрачная, едва ли не похоронная музыка. Святочный Бал начался. Чемпионам пришло время танцевать.        Делакур нервно сглотнула и нерешительно сделала шаг вперёд, позволяя Роджеру Дэвису из Рэйвенкло закружить её в традиционном танце чемпионов. Следом за ними исчезли во Тьме и Виктор Крам с Гермионой. Выждав несколько мгновений, начали танцевать Седрик и Чжоу Чанг. Гарри Поттер же стояла на пороге, дрожа всем телом, как ягнёнок. Становилось всё холоднее. Она не замечала на себе испуганных взглядов. Взяв себя в руки, Та, что победила Лорда Волдеморта, гордо приподняла подбородок и решительно взглянула в завывающую Тьму.        «Это всего лишь дурацкий Святочный Бал», − убеждала саму себя Гарри. – «Кому какое дело, если я войду одна? Ничего со мной не случится».        Участница Турнира на секунду прикрыла глаза и, глубоко вдохнув, сделала шаг вперёд. Профессоры за общим столом зашептались, испуганно округлив глаза. Альбус Дамблдор подскочил со своего трона, не отводя сурового грозного взгляда от своей «Золотой Девочки». Нужно было срочно что-то делать.        Северус! – мысленно воззвал к своему шпиону великий волшебник.        Всё это время следящий за порядком профессор Зельеварения стремительно возник из холла и поймал Поттер за запястье, когда та уже сделала решительный шаг во Тьму. Он с силой потянул её на себя и как раз вовремя. Из заволоченного чёрным туманом прохода выскочило когтистое чудовище с торчащими рёбрами и вываливающимися из глазниц глазными яблоками. Рыча, словно хищник, существо, отдалённо напоминающее дементора, прыгнуло на Гарриет, пытаясь достигнуть её и утащить за собой в мир мертвецов. Гриффиндорка схватилась за волшебную палочку, но Снейп её опередил.        − Накарнум инфламаре! – с раздражением прокричал он, и существо тут же оказалось охвачено живым огнём.        Оно оглушительно завизжало, ополоумев, и, раскачиваясь взад вперёд, метнулось обратно в портал, спасаясь бегством. Медленно опустив палочку, Северус Снейп коротко оглядел разгорячённую несостоявшимся боем Поттер и сжал её ладонь, притягивая к себе в танцевальной позиции.        − Профессор? – оторопело посмотрела на него Гарри. – Ч-что Вы…?        − Пытаюсь сделать так, чтобы Вы не совершили очередную глупость и не убили себя на глазах у всего замка, − перебив её, ворчливо отозвался декан Слизерина и покосился на тёмный туннель за своей спиной. – Разве профессор Дамблдор не предупреждал Вас об опасностях, таящихся там?        Гарри утвердительно кивнула, мрачно погружаясь в свои мысли. Она словно слышала в голове отеческий голос Дамблдора.        Позволь своему партнёру вести тебя, потому что он может оказаться твоей единственной связью между миром духов и миром живых.        Яркие зелёные глаза встретились с пронзительными чёрными. Девушка положила руку на плечо своему профессору, и тот, сделав шаг назад, утянул её во Тьму.       Они кружились в традиционном чемпионском танце, видя где-то вдалеке тени остальных участников. Играла музыка, завывала скрипка, однако даже она была не в силах заглушить стоны и зовущие танцоров шепотки потусторонних мертвецов.       Было холодно. Казалось, кожа вот-вот покроется инеем, а из чуть приоткрытых ртов вырывалось морозное облако. Редкие порывы северного ветра пробирали до костей.       Здесь так темно. Едва можно было различить в этой кромешной Тьме фигуры людей. Здесь таились уродливые демоны и призраки, выпрыгивающие, буквально, из ниоткуда. Пытающиеся убедить тебя уйти с ними. Здесь животный страх и отчаяние возникали сами, живя своей жизнью, и оказывались совершенно неуправляемыми. Гарри Поттер задрожала.       − Поттер, − холодно позвал её Снейп.       Она резко дёрнулась, пытаясь вырваться из его рук. Каждая клеточка её тела кричала, что нужно бежать отсюда. Голоса мертвецов проникали в голову. Они оглушительно звенели в ушах. Они сводили с ума.       − Поттер! – уже рассерженно повторил он, тщетно пытаясь отвлечь её внимание на себя.       Послышался пронзительный крик мисс Делакур, и Гарриет словно обезумела от ужаса. Девушка с отчаянием крутила головой. Гриффиндорская кровь кипела рвущимся наружу безрассудством. В голове стальным молоточком билась только одна взбесившаяся мысль: выхватить волшебную палочку и с боем выбить себе путь назад, разбрасываясь всеми заклинаниями, которые она только знала.       Завидев её загнанное выражение лица, Северус смягчился: − Поттер. Посмотрите на меня.       Неожиданно мягкий бархатный голос заставил Избранную вздрогнуть и поднять отчаянные глаза на него. Лицо желчного профессора не было таким каменным, как обычно, или раздражённым. Гарри действительно не знала, как это правильно описать, но её сердце вдруг забилось чаще.       − Тише, − всё ещё чувствуя под своей ладонью, как она дрожит, успокаивающе погладил её талию мужчина. – Контролируйте свой страх. Позвольте голове работать. Духи Вас не достанут, если Вы просто будете их игнорировать. Всё скоро закончится, даю слово.       Что бы ни случилось, не оглядывайся назад и ни в коем случае не переставай танцевать.       В голове участницы Турнира внезапно щёлкнула мысль, что она может верить Снейпу. Поттер глубоко вдохнула, старательно пытаясь следовать совету профессора, и позволила всему идти на самотёк.       Четыре чемпиона танцевали от силы всего-то пять минут. Но стрелки часов в туннеле Тьмы, казалось, двигались вечность да так, что от страха можно было поседеть. Гарри хваталась за Северуса, как за единственную спасительную ниточку. Ни на секунду не отрывала взгляда от его лица, боясь увидеть таившихся в темноте демонов и снова подвергнуть себя Древнему Проклятию Страха. К её немалому удивлению, присутствие профессора Зельеварения начало постепенно успокаивать.       И вот музыка оборвалась, и тёмный портал исчез, оставляя после себя только стойкое ощущение мороза по коже у всех присутствующих. Снейп провёл Гарриет к другим вымотанным и, казалось, всё ещё напуганным трём чемпионам.       Директор Хогвартса снова проговорил какую-то очередную короткую речь, пытаясь всех успокоить, и объявил Святочный Бал открытым. Заиграла весёлая музыка, каким-то волшебным образом (а скорее всего так и было) внушая расслабление и умиротворение. Студенты оживились и, смеясь, принялись кто танцевать, а кто-то ломанулся к столу за сливочным пивом, чтобы успокоить расшалившиеся нервы. Рон и Гермиона же подбежали к Гарри, чтобы выяснить в порядке ли она. Та только слабо отмахивалась, будучи всё ещё немного выбитой из колеи.        Когда все оказались охвачены весельем, декан Слизерина горделиво одёрнул свой сюртук, возвращаясь в свою истинную шкуру.       − В следующий раз, Поттер, окажите всем любезность и сначала подумайте головой, прежде чем прославлять уже ставшую легендарной гриффиндорскую тупость, − прошипел Северус Снейп и, будто что-то вспомнив, язвительно добавил. – Ах, да! Вы и думать… Полагаю, я требую от Вас невозможного.       С этими словами он развернулся и стремительно зашагал к преподавательскому столу, попутно смерив рассерженным взглядом Дамблдора, который после того, как увидел всех чемпионов невредимыми, облегчённо выдохнул, устало откинувшись в директорском кресле.       − Я только начал было думать, что он не так уж и плох, − враждебно глядя вслед ненавистному профессору, буркнул Рон Уизли. – Ни дня прожить не может, не наговорив кому-нибудь гадостей!       − Да уж. – Гарри Поттер со вздохом уселась рядом с Гермионой, успокаивающе поглаживающей её по волосам, и, криво улыбнувшись, вдруг монотонно добавила. – И всё-таки он снова спас мне жизнь.

***

      Минули рождественские каникулы, и Хогвартс снова оказался полон студентов. Второе испытание Турнира Трёх Волшебников было назначено на весну, так что пока Гарри Поттер не утруждала себя загадкой золотого яйца, а как обычно весело проводила время с друзьями, иногда переписываясь с Сириусом, и ходила на занятия.       Сегодня первым уроком были Прорицания. Самый горячо любимый предмет Золотого Трио. В переносном, конечно же, смысле. Гермиона считала Прорицания полнейшей глупостью и перестала на них ходить ещё в прошлом году, демонстративно скинув со столика магический шар для гаданий. Гарри и Рон же относились к этому куда проще.       На уроке они, что называется, халявничали, на ходу придумывая друг другу предсказания потрагичнее, за что получали хорошие отметки и лишние баллы от Трелони. Со временем Девушку-Которая-Выжила, конечно, стало изрядно подбешивать привычка профессора предсказывать ей смерть и мучения, однако это был, на её взгляд, всё ещё самый лёгкий предмет в программе, так что она продолжала на него ходить вместе с лучшим другом, позволяя себе немного расслабиться.       Наконец, из дымовой завесы каких-то жжёных трав в класс вошла сама Сивилла Трелони и с видом перевозбуждённой стрекозы оглядела собравшихся шестикурсников с Гриффиндора и Слизерина воодушевлённым взглядом из-под своих огромных толстых очков.       − Сегодня мы с вами, дорогие мои, вновь приоткроем завесу Провидения, − пропела она, загадочно взмахнув своей вязаной шалью. – Все ваши судьбы передо мной как на ладони. Я вижу… Ах! – Трелони глупо хихикнула, хлопнув в ладоши. − Какое замечательное чувство – любовь, не правда ли? Я покажу вам, как с помощью предсказательного порошка прочитать ваши сердца.       − Она после Святочного Бала что-то стала совсем на любовь ужаленная, − слегка наклонившись, доверительно сообщил Рон Уизли лучшей подруге, которая тут же выпустила одобрительный смешок.       Позади Драко Малфой, услышав их, фыркнул: − Да она на голову ужаленная.       Поттер пришлось закрыть рот рукой, чтобы не рассмеяться в голос над выражениями лиц Малфоя – презрительное, и Уизли – ошалевшее. Всё же когда даже твой заклятый враг с тобой соглашается, значит, ты ещё не совсем сошёл с ума.       Лица остальных тоже были более чем унылыми. Воодушевились только, казалось, близняшки Патил, Лаванда Браун и Панси Паркинсон.       − Мы будем гадать на суженного? – глупо улыбаясь, воскликнула Лаванда.       Драко совсем неаристократично засунул два пальца в рот и демонстративно изобразил, что его сейчас стошнит. Большая часть класса хором рассмеялась, включая гриффиндорцев.       Сивилла Трелони как-то обиженно топнула ногой и, когда смешки прекратились, ответила на заданный вопрос: − Нет, дорогая, это не какое-то там гадание. Вовсе нет. При правильном использовании этот порошок должен показать, чего желает ваше сердце. Это может быть любовь (что вероятнее всего), слава, успех, некоторая суицидальная наклонность.       Профессор неловко скрипнула зубами, покосившись на сидящего недалеко от неё Симуса, лицо которого опять было перепачкано в копоти, после того, как он в очередной раз, тренируя домашнее задание по Чарам, поджёг свою мантию. Студенты, не сговариваясь, недоумённо скривились и выразительно приподняли брови в лучших традициях профессора Зельеварения, определённо глядя на женщину как на чокнутую.       − О чём это я? – рассеянно пролепетала она. – Ах да!       Трелони вынесла огромную чашу, наполненную каким-то лиловым порошком, и стремительно приблизилась к столикам.       − Прошу обращаться с этим осторожнее, − предупреждающе затараторила провидица. – Его запах крайне токсичен.       Заболтавшись, Сивилла споткнулась об свою длинную нелепую юбку и упала на пол, случайно опрокинув всё содержимое чаши на Гарри. Все, кто сидел поблизости, включая Рона, Драко и Симуса отскочили прочь, словно на них напала мантикора. Закрыв рты и носы руками, все закашлялись, в то время как их профессор охала и ахала, причитая.       − Все срочно выйдите из кабинета, − визгливо скомандовала профессор Трелони. – Живо!       Дважды никому повторять ничего не пришлось. Шестой курс Гриффиндора и Слизерина полным составом вывалился из задурманенной комнаты неуклюжей сумасшедшей, толкаясь и требуя воздуха. Задыхаясь от кашля, Гарри Поттер вывалилась из комнаты едва живая и, устало прикрыв глаза, соскользнула спиной по стене на пол.       − Гарри! – испуганно воскликнул Рон, тормоша её за плечи. – О, Мерлин, что с тобой? Гарри!       Голос был таким глухим, словно доносился из колодца. Перед глазами потемнело, и Гарри потеряла сознание.

***

      Вечером Гарри Поттер сидела в Башне Гриффиндора на своей кровати и игралась с золотым снитчем, подаренным Гермионой на Рождество. Она скучающе подбрасывала его вверх, и тот, зависнув в воздухе, на мгновение раскрывал свои трепещущие тоненькие крылья, а затем вновь падал в её открытую ладонь. Гарри с улыбкой наблюдала, как красиво переливается его золотая поверхность на свету, и в этот миг казалась умиротворённой и счастливой.       − Так вот как живут Избранные, − послышался в тишине мужской бархатный голос.       − Профессор? – встрепенувшись, соскочила на пол гриффиндорка, выронив свою игрушку.       Северус Снейп стоял посреди комнаты, задумчиво поглаживая деревянный столбец кровати Патил. Поттер во все глаза уставилась на своего профессора, удивляясь тому, что он тут делает, и как она вообще не заметила его присутствия раньше. Со стуком прокатившийся по полу золотой снитч отвлёк его внимание, и Снейп, коротко оглядевшись, перевёл взгляд на студентку.       − Слишком много красного, − констатировал он. – Это раздражает. Как Вы здесь спите?       − Что Вы здесь делаете, сэр? – нахмурившись, наконец, задала интересующий её вопрос Девушка-Которая-Выжила. − Поймите меня правильно. Я не хочу показаться невежливой. Я просто удивлена.       Северус молчаливо прошествовал мимо неё, придирчиво проводя длинным пальцем по пыльной столешнице.       − Что-то случилось? – обеспокоенно спросила Гарриет. – Что-то насчёт Турнира? Или профессора Дамблдора?       − Нет, − поспешно покачал головой декан Слизерина. – Профессор Дамблдор в полном здравии и передаёт Вам своё почтение. Просит, чтобы Вы не беспокоились насчёт второго испытания. Первое Вы прошли блестяще, и директор полагает, что точно также будет и со следующими. И, вынужден признать, я его мнение полностью разделяю.       − О, − немного оторопев, кивнула она. – Я… я рада это слышать. Я очень благодарна ему и…       Гарри Поттер запнулась. Внезапно до неё дошёл смысл его слов.       − Стоп. Вы? – недоверчиво переспросила гриффиндорка.       Северус Снейп круто развернулся и вопросительно приподнял брови.       − Не ожидала услышать похвалу от Вас, − не сумела сдержать рвущийся наружу удивлённый смешок Гарри, неловко меряя шагами комнату.       Профессор Зельеварения понимающе хмыкнул и, с интересом подхватив лежащий на её кровати открытый учебник по Трансфигурации, усмехнулся: − Книги, Поттер? Вы даже что-то читаете? Я поражён.       − Вы, кажется, жаловались на то, что я совсем не умею думать головой, − не оценив его развлечения, невозмутимо скрестила руки на груди девушка. – Вот Вам и доказательство, что это не так.       − Вы сидели и, как ребёнок, игрались со снитчем. Кого Вы пытаетесь обмануть? – смерил её тёмным взглядом исподлобья Снейп. – Вы, так же как и Ваш отец, любите покрасоваться.       − И перед кем же я, по-вашему, должна красоваться? – начиная раздражаться, с усталым вздохом посмотрела на него Поттер. – До Вашего прихода здесь не было никого, кроме меня. Рон был прав. Вам просто нравится говорить людям гадости.       − Я никогда не пытался Вас задеть.       Гарри остановилась, устремив свой взгляд на него. Он просто стоял напротив неё привычно хладнокровный, убрав руки за спину. Всё тот же не в меру язвительный профессор Зельеварения, что учил её уже шестой год. И всё же что-то было в его тёмных глазах такое, что мгновенно остудило её гнев. Гарриет нравились эти глаза.       Северус протянул руку и легонько приподнял её подбородок, поглаживая большим пальцем нежную щеку.       − Профессор…? – тихо позвала его гриффиндорка.       Мужчина не отвечал. Гарри Поттер медленно опустила взгляд на его тонкие губы. Те растянулись в слабой усмешке и мягко поцеловали её.       Волшебнице казалось, будто бы у неё закружилась голова. Левая рука неосознанно обвила его шею. Чуть помедлив, Гарри ответила на его поцелуй, тихонько застонав ему в губы. Профессор положил свободную руку на её талию и притянул ближе к себе, задирая её белоснежную блузку и лаская молочную кожу. Ловкие женские пальцы принялись расстёгивать пуговицы на его мантии.       − Северус…       С громким выдохом Поттер подскочила на койке в больничном крыле замка, тяжело и часто дыша. Её глаза растерянно бегали, не зная, за что зацепиться, а утомлённый разум никак не мог понять, что происходит.       Внезапно сердце пропустило удар, и, наконец, пришло осознание.       − Нет… − ошарашено прошептала девушка, отчаянно замотав головой. – Нет, только не это. Пожалуйста… Нет.       Гарриет со стоном уткнулась лицом в подушку, не зная смеяться или плакать. Это было до ужаса нелепо. Умудриться влюбиться в собственного профессора.        «Будь проклята Трелони со своими дурацкими предсказаниями!»