Люди Племени-1

- А скажи-ка мне, дружок, - голос Мерседес звучит расслабленно, но сама она необычайно напряжена, - ведь ты же можешь залить себе софт для DEX’а? - Это ты в рамках светской беседы интересуешься? - Может, и так, - врёт и знает, что я вижу, что она врёт, - может, и так. Я осторожно, бесшумно ставлю чашку на край стола. - Что ты задумала? Мерседес глядит исподлобья и всем видом показывает, что, пока я не отвечу, разговора не будет. Воздух каюты весь пропах её стрессом и бессонницей. И эта чашка кофе явно не первая у неё. - Загрузить-то можно, отлично встанет. Но не все функции будут поддерживаться. Имплантов недостаточно, да и специальное оборудование у меня не по этой части. Я так скажу: меня можно будет использовать в качестве боевого киборга, но с настоящим боевым киборгом лучше не сравнивать… и не стравливать. Мерседес подпирает голову кулаком, сопит, жуёт губами. Я словно бы невзначай касаюсь пальцами её щеки, она почти сразу отстраняется, но я успеваю запустить диагностику. Кожные анализаторы подтверждают то, что удалось вычленить обонятельным. Терапия не слишком помогает. Ей хуже. Надо будет загрузить расширенный диагностический модуль. Но тогда боевой, если он ей и правда нужен, будет уже некуда ставить. - Давай, ещё мануал прочесть посоветуй, а то вдруг я не в курсе. Понятно, что если залить, то встанет. А ты можешь сделать это так, чтобы твоя учётка нигде не светилась? Аккуратно добыть себе копию без запроса на скачивание? Мне до такой степени не нравится этот разговор, что я на несколько секунд передаю управление системе, запустив обычную свою имитацию. Повыражает лицом дружелюбную заинтересованность, пока я паникую. И, поскольку у меня ещё нет своего полноценного диагноста, подключаюсь к медицинскому терминалу, заливаю то, что добыл, туда же её температуру, пульс, давление. Пусть пока обрабатывается, а мы продолжаем разговор. Отключить программу имитации личности? Да/нет? Да. - Да я много что могу, ты только объясни, что именно тебе от меня надо. А если скажешь, зачем, будет совсем хорошо. Она колеблется, решаясь. Я не тороплю. Медленно беру чашку, медленно делаю глоток. - Скажем так, мне бы хотелось рассчитывать на твою помощь. А помощь мне понадобится в таком деле, в которое мне бы не хотелось посвящать даже Збы... Вождя нашего, пусть он будет жив и здоров. Но это как бы самоволка. Мне, а если ты согласишься, то нам с тобой, придётся отлучиться с Базы. Незаметно. Ненадолго. И будет лучше, если ты на всякий случай закачаешь себе DEX’а, потому что мне его ставить ещё менее целесообразно. Я не успеваю вернуть управление системе, поэтому какое-то время просто сижу и моргаю на Мерседес, а потом перевожу взгляд на осколки раздавленной чашки у себя в руке. Легко же она хрустнула. Встаю, подставляю вторую ладонь, чтобы не капало, несу все это в утилизатор, возвращаюсь к столу, вытираю кофейную лужу сперва со столешницы, потом и с пола, промокаю салфеткой штанину. Всё это время Мерседес молча ждёт, пока я закончу и усядусь. - Может, ты мне в общих чертах объяснишь, в чем дело? - Мне нужно знать, согласен ты или нет . Если согласен, я расскажу. Если нет… то с моей стороны никаких обид, ты в своём праве, - вот тут она, конечно, лжёт, но ненарочно. Ей бы самой хотелось так думать, но она непременно расстроится и обидится, если я откажусь. Это наблюдение я оставляю при себе, а вслух спрашиваю: - Это в интересах Племени? - Не уверена. Но вроде и не во вред. Если ты так пытаешься выяснить, не переметнулась ли я, то ты придурок, а я не предательница. 68%. Годится. - Тогда у тебя будет один придурок с полным набором боевых программ. Облегчение, вызванное моими словами, проходит у неё в несколько этапов. Изумление, недоверие, радостное возбуждение – и вот напряжение волнами начинает спадать. Мерседес тяжело встаёт. Пальцы и губы у неё дрожат. Я помогаю ей дойти до кровати, осторожно усаживаю. Она приваливается к стене, комкает покрывало. Я закидываю её ноги на кровать – полулёжа ей будет удобнее. Сам устраиваюсь в изножье, жду, пока она уляжется как следует. Даже сквозь толстые носки замечаю, как отекли её ноги – добавляю это к информации для диагноста. Надо было отнести её на руках, заодно бы вес измерил. Откидываюсь назад, закрываю глаза. Заговорит, как будет готова. И она говорит. - Ты ведь заметил, что я у Вождя на особом положении? - Трудно не заметить, - и, предупреждая её вопрос: - расскажешь, почему так? - Расскажу. Но начать придётся издалека. Ты знаешь, с чего у него всё началось? - В общих чертах. Он же был сотрудником DEX-компани? - Именно. Не в меру активным и слишком любопытным сотрудником. Он обнаружил спонтанный синтез… А потом и нескольких синтетов, вроде тебя, только DEX’ов, конечно. Тогда как раз приключилась вся эта история с бракованными «шестерками», повсюду шли проверки… Ему удалось заполучить их себе, расположить их к себе, изучить их… Благо, что служебное положение позволяло. Тогда же стали появляться его материалы под ником «Вождь». Я была одним из самых первых и самых верных подписчиков, - Мерседес смущённо улыбается, - да что там, я была его фанаткой. Ей нужна какая-то поддержка, и я ободряюще мычу. Этого достаточно - она продолжает. - Чтобы понять, почему так, ты должен представить, чем я была тогда. Дело в том, что я давно уже живу сверх срока. Я с Хиса, это убогий терраформ посреди нигде, и атмосфера там такая, что… Я ещё не худшее, что там родилось… до сих пор рождается. В океане выращивают какую-то дорогущую хрень на экспорт, а люди… Многие прилетают вроде как на заработки, и даже местные любят порассуждать о том, что неплохо было бы наконец убраться в более пристойное место. Не спрашивай, за каким чёртом они там ещё и детей плодят. В общем, у мне достался мощный набор врождённой дряни, к пятнадцати годам я почти не могла ходить, а к семнадцати окончательно пересела в кресло. Но у меня были две вещи: мои мозги… и инфранет. Там я не была больным уродом. Там я могла быть всем, чем хотела. - И ты стала хакером. Мерседес важно кивает. - Это был лёгкий путь. Ну, как… для меня - лёгкий. Денег у родителей не было – ни на моё лечение, ни на образование. Но учиться я умела и любила. И я хотела жить. А для этого нужны были деньги. Хорошее гравикресло, операции, лекарства. Всякие мелкие устройства, облегчающие жизнь таким, как я. Так что я разобралась, как присасываться к банкам, как пополнять свой счет и не быть пойманной на горячем. Как заглядывать, куда не приглашали, и продавать то, что нашла. Сначала сама по себе, потом… Оказалось, что мои умения сами по себе стоят денег, и немалых. Меня нанимали разные люди. В том числе и с других планет, перед инфранетом все равны. Те, кому надо, знали меня под ником «Минерва». Никого из своих заказчиков я в глаза не видела. За пять-шесть лет «Минерва» стала значимой величиной… - По части киберпреступности? - Нет, среди филателистов! Ну же, не строй из себя недоумка. Короче говоря, я хорошо устроилась, у меня были лучшие компы, скоростной инфранет, «умная» квартира, где все было автоматизировано и настроено под меня. Наконец, я чувствовала себя лучше. Но это все равно была только отсрочка, меня по-прежнему невозможно было вылечить. А потом заработал канал Вождя. То, что он говорил о «синтезе Гибульского», было интересно. Но когда он обозначил перспективы того, что сейчас зовется «синтезом Ковальского», впервые завёл речь о возможности создания людей-синтетов… Вот тут он получил всю меня с потрохами. Это был не просто шанс для меня. Это было больше, чем я могла мечтать. В то время не было, наверное, такой вещи, которую я не сделала бы, чтобы получить хотя бы шанс стать синтетом. Она замолкает, смотрит куда-то в правый верхний угол каюты: видимо, вспоминает. Никаких следов нервной дрожи: глаза блестят, дыхание ровное, лицо разгладилось. - Я тогда уже немного имела дело с киборгами, а он полностью изменил мой взгляд на них. Когда я - не сказать, чтоб часто - выбиралась из дома, я пялилась на каждого встреченного кибера, ожидая распознать проблески разума. Ну, ничего, конечно, не разглядела, но я хочу, чтобы ты представил, насколько я всем этим горела. - А потом его взяли. - Именно. Я как раз почти решилась ему написать! Для меня это было, как если бы мир рухнул и вся Сеть замолчала. К счастью, ни того, ни другого не произошло. Мир устоял, и в нем по-прежнему была Сеть, а в Сети по-прежнему царила Минерва. И у неё появилась цель. Я начинаю понимать, в чём дело. Придвигаюсь ближе, заглядываю ей в лицо. - Ты решила его спасти? - О да, – она отстраняет меня. - У меня были деньги, я знала самых разных людей, среди хакеров я была легендой … Но жить мне оставалось всего ничего, и терять было нечего. Когда Ким слил информацию об аресте Вождя, вместе с его настоящим именем и всем остальным… - Ким?! То есть наш Ким? - я ошарашено пересылаю ей Кимову «визитку» с фото, званием и кодом. - Какой же ещё? Он самый. Один из тех, кого Збышек приютил у себя. Провёл по документам на утилизацию, что-то там спалил, подходящее по весу, а его забрал домой. У него их было человек шесть, но при штурме уйти сумели только двое, Ким и ещё Раптор, - при произнесении этого имени Мерседес снова напрягается, все показатели выдают скачок. Здесь что-то есть. - Раптор? Не знаю такого. - Такую. Это она, и она не с нами. Я замечаю, что во рту у Мерседес пересохло. Ещё бы, столько говорить. - Подожди, я принесу тебе воды. - Зачем? То есть да, спасибо тебе. Мерседес пьет, а я тем временем осмысляю то, что она рассказала. Мне жаль, что я её не записывал, так что быстро сохраняю основные факты, даты, имена и названия. - На чём я остановилась? Ким и Раптор, они потеряли его след. Я нашла. Его взяли на Шебе, но дело перешло в ведение СГБ, и его перевезли на АТТ-24. - Что это? - Астероид. Полностью принадлежащий Службе Галактической Безопасности. Я нашла его там, но главное – я нашла, кому его можно продать. - Как – продать? - Как проект. Как возможность. Как ослепительную перспективу. К-синтез, синтез Ковальского. У меня был выход на самых разных людей, помнишь? И один… пиратский синдикат, довольно известный в те годы, решил в нас вложиться. Потому что они знали Минерву… И Вождя уже многие знали. Они перевезли ребят с Шебы на Джек-Пот, а я занялась подготовкой. Ясно было, что с АТТ-24 нам его не выгрызть. Мы и не пытались. Но заведение, куда его по окончании следствия должны были переправить, находилось на Азиле. И вот прямо по пути из космопрота в «лечебницу» мы атаковали флайер, в котором его везли. Ну, как – мы. Я всё ещё оставалась на Хисе, меня забрали лишь месяцы спустя. Вот Ким и Раптор, они были там. Я очень хорошо все организовала, нас спонсировали оружием и техникой, дали нам укрытие… Но Ковальский, каким он стал, не мог оправдать ничьих ожиданий, он мог пускать слюни, очень качественно мычать и ещё шарахаться от протянутой руки. Я немного утрирую, у него бывали просветы, и все равно смотреть на него было страшно. Ну, мы – на этот раз именно «мы», я уже была там, вместе со всеми – взялись за него, нашли врачей, нашли всё, что только можно было найти за деньги. И мы его вернули. Меньше, чем через год он снова мог работать. Прямо там, на Джек-Поте, ему организовали лабораторию, благо, что за компонентами далеко ходить не надо, там чем только не торгуют… Синдикат получил своих супер-пилотов, составляющих одно целое с искинами кораблей, я получила отсрочку, процессор в голову и возможность ходить, и мы начали строить Базу – там же, прямо на орбите. Я так и осталась со Збышеком. То есть с Вождём, конечно, я порой зову его так по старой памяти. Ким тоже остался, как видишь. А Раптор… у них вышла размолвка, и она выбрала Джек-Пот. Сказала, что сама о себе позаботится. Для неё было так, что он спас её, она спасла его, они в расчёте, и чего бы им не разойтись. Збышек не удерживал её, хотя его это больно задело. Ким… Ким счёл это предательством и был в ярости. Мне было просто жаль, мы успели подружиться. Вообще-то я была к ней… очень привязана, больше, чем к кому-либо. Нам было легко вместе. Но я хорошо понимала, почему она так решила. - И почему? - Как тебе сказать. Если ты выбираешь быть с Вождем, ты как бы соглашаешься, что все время твоей жизни и даже возможная польза от твоей смерти будут принадлежать делу Племени. Ты, конечно, можешь среди всего этого устраиваться поудобнее, чего-то там хотеть для себя, что-то любить. Ровно настолько, насколько это не мешает тебе быть орудием или оружием в руке Вождя. А она не хотела быть в его руке. Захотела прожить какую-то свою жизнь. Можно понять. Мы все - расходный материал, говорил он, мы мостим собой дорогу, по которой в мир войдёт иное будущее, и это ничего, если нам в нем не жить. Раптор не нужно было никакое иное будущее, её и настоящее на Джек-Поте вполне устраивало. Она была предпоследней, кого Ковальский сумел спасти до ареста, совсем недолго с ним прожила, и он не успел стать для неё… божеством. Для Кима – да, а она… она готова была рисковать, чтобы его спасти, но принять его правду, как свою – это вряд ли. Ну и вообрази: несколько месяцев у Збышека, а потом три года на Джек-Поте среди пиратов. Я бы рад вообразить, вот только данных для работы воображения недостаточно. Джек-Пот, пиратские синдикаты - всего лишь слова, за которыми нет никакой представимой реальности. К счастью, Мерседес и не ждёт, что у меня получится. Сама она сейчас очень ярко представляет то, о чем рассказывает, и взгляд её ушел куда-то сквозь меня и сквозь стену за моей спиной. - Мы с Раптор много общались через инфранет, пока готовили похищение, и, когда Збышека отбили и мы все наконец встретились, вышло так, что со мной она была уже куда ближе, чем с ним. А он ещё долго был не в себе, мы вместе за ним ухаживали, все трое. Ну и с нею мы очень тесно сошлись. Ким видел только Ковальского, не отходил от него, а мы с Раптор почти все время были вместе. Она помогала меня оперировать и очень радовалась, когда получилось. После этого мы могли сообщаться напрямую, обе страшно обрадовались. А вот когда Збышек по-настоящему объявил себя Вождём и развернул перед нами свои идеи, ей это было вообще ни о чём. Так что мы отбыли на Базу, а она осталась. Она шарит рукой у себя над головой, включает подсветку, и долго, пристально разглядывает меня, пытаясь понять, какое впечатление произвёл её рассказ. - Я всегда знал, что ты - лучше всех, - убежденно произношу я. – Если бы не ты, Племени бы просто не было. - Нашел время для грубой лести, - кривится Мерседес. - Грубая лесть всегда вовремя и к месту, - я с той же убежденностью возражаю ей, и сразу, не давая опомниться, задаю свой главный вопрос: - Так куда ты собралась и что затеяла? Мерседес мрачнеет. - Раптор, - говорит она наконец, - вышла на меня. Просит о встрече. Я не могу ей отказать, Солнышко.