colleague

Намджун устал наблюдать каждое утро сквозь склеенные сном глаза сборы Чимина и тихий, практически бесшумный побег. Он аккуратно перелезал через спящего Кима, надевал свои вещи, и, не оглядываясь ни разу, выходил из квартиры с дикой осторожностью. Обычно дверь сильно хлопала, но Чимин умудрялся закрывать её так, что по квартире лишь раскатывался едва слышимый щелчок. Ким Намджун понимал, что Чимин стал таким из-за него. Вся вина целиком и полностью ложилась тяжёлым грузом на его плечи, Ким нёс за это всё ответственность. Но в последнее время, после внезапного переезда Хосока обратно в свою квартиру, Намджун не мог поймать Чимина ни в одном привычном для того месте. Он будто испарился, переехал в другую страну, внезапно распался на атомы и улетучился. Ким понимал, что это началось опять. Намджун привык жить настоящим, жить сегодняшним днём, но этот парень заставлял возвращаться в прошлое, задумываться и строить планы на будущее. И теперешняя, уже недельная пропажа Пак Чимина плохо сказывалась на Намджуне. Он плохо спал, почти не ел и много курил. Его правда заботило, где пропадает Чимин и всё ли с ним хорошо. За окном забрезжил рассвет: холодное зимнее солнце было слишком ярким и светило прямиком в глаза. Намджун резко развернулся набок и залез под одеяло. Сна снова не было, в Намджуне кипели злость и негодование. Вчерашним вечером Юнги прислал сообщение о своём прилёте и попросил навестить Хосока, ибо тот не отвечал на звонки. Ким охотно согласился, решив, что хотя бы это отвлечёт от наплывшего панического страха за Чимина. Завернувшись в одеяло, словно кокон, Намджун отправился на кухню. Варить кофе или готовить себе завтрак было просто лень, потому Ким заварил растворимого кофейного напитка, сделал пару бутербродов с джемом и открыл на кухне окно. Его сразу обдало ледяным воздухом. Намджун невольно отступил и упал на стул, поджимая под себя ноги и глотая горячий напиток. Только когда все мысли разложились по полочкам в хронологическом порядке, Ким Намджун решил выехать пораньше. Вещи, как и всегда, лежали на своих местах. Ким любил порядок — он был блюстителем чистоты, кажется, вообще был ей одержим. Натянув на ноги любимые зауженные брюки и рубашку, Ким второпях чиркнул на заранее купленной пластиковой табличке имя Мин Юнги и вышел из квартиры, не забыв взять с собой и пальто. *** Закинув ненужные вещи на заднее сидение автомобиля, Намджун садится за руль. Только здесь он чувствует себя в своей тарелке, дорога — это его стихия. Кажется, он знает каждый камушек на дороге: он ведёт свободно, плавно разворачиваясь на поворотах. Знакомая высотка напоминает Киму о первом пересечении с другим Чимином, тем, что был несколько лет назад, при первой встрече. Здесь он был намного раскрепощённее, смелее и даже, может быть, наглее. Намджун достаточно хорошо помнит тот поцелуй с Хосоком в прихожей и разбитое состояние Мин Юнги. И, скорее всего, лишь только поэтому он решил не оставлять Юнги одного. В лифте жутко воняет, и Киму приходится приложить руку к носу, вдыхая собственный дорогой одеколон. От пальцев ещё пахнет сигаретами, и Намджун убирает руку от лица. Он против курения, но постоянные стрессы и вообще нервы заставляли идти против себя. Двери кабины лифта с шумом разъезжаются, и Ким спешит выйти из лифта. На лестничной площадке пахнет куда лучше, и он делает вдох полной грудью. По привычке прочистив горло, Намджун кратко жмёт на дверной звонок, но дверь долго не открывают. Он повторяет свою попытку и наконец слышит с той стороны копошение и щелчок замка. Дар речи у Намджуна пропадает окончательно, когда вместо Хосока он видит в дверях миловидную молодую девушку с сонными глазами и растрёпанными волосами. Одета она в рубашку Юнги, которая едва прикрывает её ровные бёдра. — Какого хера? — задаёт он сам себе вслух риторический вопрос и, втолкнув девушку в квартиру, брезгливо вытирает руку о своё пальто. В помещении разит перегаром, сигаретным дымом и много чем ещё, по полу разбросаны чьи-то вещи. Ким морщится: всё это в крайней степени отвратно. Ким Намджун открывает дверь спальни ногой и ни капли не удивляется: Чон Хосок в позе звезды разлёгся на кровати и, кажется, спит. Веки его подрагивают во сне, но Намджуна это ни капли не волнует. Он пересекает комнатку в несколько шагов и, ухватившись за руку Чона, сбрасывает его на пол. Упавший удивительно переводит взгляд с Намджуна на стоящую в дверях девушку и снова на Кима. Сознание медленно возвращается к нему и в глазах уже видна паника и страх, он не понимает, что происходит, но всё же поднимается с пола и кутается в простыню. — Что… Что ты здесь делаешь, Намджун? Но вместо ответа Хосок получает неплохую оплеуху. По квартире разносится женский крик, но и прерывается так же быстро, как и начался. Ким кидает в девушку подушку. — Какого хера, Чон Хосок, здесь происходит? — Но Чон молчит, панически оббегая комнату глазами. Намджун хватает пальцами за подбородок и выплёвывает свои слова с какой-то ядовитой ненавистью: — Я ничего не скажу Юнги, он прилетает уже через час. Я сам заберу его, но чтобы тут всё было чисто и этой дешёвки, — Ким кивает в сторону девушки, — здесь не было. Он не ждёт ответа: просто собирается с мыслями, бросает презрительный взгляд и выходит из квартиры. Он не пользуется лифтом — быстро сбегает по ступеням и садится в машину, заводя мотор. На удивление, дороги оказываются практически пустыми, возникает лишь проблема с парковкой у аэропорта, но и эту проблему Намджун решает достаточно быстро. Уже стоя в зале с табличкой Юнги, Ким невольно улыбается, когда видит Мина с перекрашенными в белый волосами: у юноши глаза горят каким-то азартом, он счастлив. Он всматривается в толпу, когда проходящий рядом мужчина задевает его плечом и Юнги роняет сумку. Намджун готов прийти на помощь в любую секунду, но в этот момент Мин Юнги смотрит прямо на Кима, и огоньки в глазах его гаснут, а счастливое выражение лица заменяет натянутая улыбка. Намджун опускает табличку и ждёт, пока парень поравняется с ним. Почему-то рассказать правду о Хосоке захотелось в несколько раз сильнее, но Ким мысленно даёт себе подзатыльник. Он больше не будет вмешиваться в чужие отношения. Снег хрустит под ногами, падает с небес крупными хлопьями. Намджуну нравится зима. В машине тепло, и Юнги заметно расслабляется, однако смотреть ему в глаза всё равно не хочется. Ким не хочет сделать лишний раз больно этому человеку. — Намджун, — голос Юнги, словно тяжкий приговор настигает Кима. — А почему... — Хосок немного не в себе и попросил меня встретить тебя, — Намджун смотрит на дорогу. — Мы едем ко мне, не против? На мгновение повисает тишина, и Ким в глубине души надеется, что это немое согласие, но Юнги едва дёргает плечом. Он либо раздражён, либо просто замёрз, что маловероятно. — Вези меня домой. — Ким резко давит на тормоз и машина останавливается. Благо, улицы сегодня практически пусты и шанс аварии минимален. Намджун глубоко вздыхает через нос и смотрит на Юнги, глаза в глаза. — Может, заедем, перекусим? — он пытается скрыть свою тревогу, но по растерянному взгляду Мина ясно, что получается плохо. Очень плохо. — Домой, — твёрдо говорит Юнги и отворачивается к окну. — Отвези меня в мою чёртову квартиру! Намджун ничего не говорит и давит на газ. До дома Чона осталось совсем немного, и в глубине души он надеется, что Хосок последовал его совету и уже готовит обед для Юнги, но что-то ему подсказывает, что всё не так радужно. Ким тормозит у самого подъезда и выходит из машины, доставая из кармана пачку сигарет. Юнги выходит следом. Он молча смотрит на массивные двери жилого дома, но в последний момент оборачивается. В его глазах плещется неуверенность. — Я не уезжаю, — говорит Намджун и подносит сигарету к губам. Он ловит широкую улыбку Юнги и думает, что парень совсем дурак. — Юнги, я простою здесь ещё полчаса. Если ты не спустишься, я уеду и сделаю вид, что ничего не случилось. Юнги говорит, что всё будет в порядке, но голос его звучит неуверенно. Да Ким и не слушает его более. Он снова думает о Чимине, почему-то именно сейчас ему кажется, что с Паком что-то не так. На душе кошки скребут. Двадцать минут пролетают очень быстро, Намджун не успевает опомниться, как натыкается на полные разочарования глаза Юнги. Он медленно бредёт от подъезда с наигранной улыбкой, крепко обхватив ноутбук руками. «Всё-таки ты мудак, Чон Хосок», — думает Ким и выбрасывает уже давно погасший окурок на землю. Намджун помогает Юнги сесть в машину и заводит мотор. — Переночуешь сегодня у меня, — Намджуну кажется, что Юнги его слышал, потому не стал повторять дважды. На улице заметно похолодало, а народу прибавилось. Ким хочет поскорее очутиться дома и принять горячий душ — он не любит длительных поездок, пусть даже и на любимой машине. Мин Юнги не реагирует на внешние факторы, и Намджуну приходится чуть ли не волоком вытаскивать его из машины. Он похож на овощ, ни одной эмоции на лице. Лишь какая-то отчаянность во взгляде. Ким Намджун уже видел это. В голове снова всплывает Чимин, он уже одержим им. Квартира встречает своим теплом и уютом, Намджун быстро раздевается и проходит прямиком в спальню. Всё-таки, в костюмах ходить куда труднее. Он пуговка за пуговкой расстёгивает рубашку и оборачивается к Юнги: тот сидит на краю кровати, зарывшись пальцами в волосы, и смотрит в пол. Ким хочет убивать. Да не кого-нибудь, а чёртового Хосока, который попросту не думает о других. - Юнги, — Намджун бросает рубашку на спинку стула, — погоди, не злись сильно. Он ещё перебесится. Ким Намджун надеется, что всё образуется и хотя бы он будет счастлив. Он хочет обнять Юнги или же хотя бы подбодрить. Он даже делает шаг навстречу, но тут же останавливается. — Закрой свой рот, Ким, — Мин выглядит безумцем: в глазах паника и гнев, а на лице улыбка с нотками истерики. — Сначала со своей шлюхой разберись. Намджун смотрит непонимающе: он почти уверен, что ему послышалось. — Ты думаешь, никто не замечает, как ты смотришь на Пака? — Юнги ухмыляется. — Забудь про него. Эта шлюха не достойна и доли твоего внимания. Пак вообще не человек, он приходит, разрушает и уходит. Он и твою жизнь превратит в пыль, — Мин не замечает, как срывается на крик. — Он вообще даже смерти не достоин, а ты слепо гоняешься непонятно за чем! И тут Намджуна накрывает. Пак Чимин — его слепая слабость, которой противиться он не имеет возможности. Он не понимает, что делает, а сознание возвращается лишь тогда, когда он видит на своих ладонях чужую кровь. Намджун пытается понять, что случилось, но паника овладевает им всё сильнее. Он с ужасом смотрит на Мина, трясёт его за плечи, бьёт по щекам и пытается привести в себя. Но всё тщетно, кровь струйкой стекает по лицу Юнги, марая руки Ким Намджуна уже навсегда. *** Намджун не помнит, как оказался в больнице. Он не помнит, как позвонил Хосоку и как приехал Чонгук. Он не помнит ничего, перед глазами всё ещё стоит мертвецки бледное лицо Юнги, кровавые пятна на белых волосах и железный запах крови. Ким не обращает внимания на происходящее вокруг, ему впервые так страшно. Чон Хосок, будто ничего и не случилось, стоит в тени коридора и попивает воду из прозрачной бутылки. Он спокоен, как никогда, и Намджун хочет его если и не прибить, то покалечить точно. Приехавший не так давно Чонгук стоит рядом с черноволосым мужчиной в больничном халате. На груди у него бейдж, имя на котором разглядеть Ким не в силах, а с шеи свисает стетоскоп. Вероятно, он врач и что-то подсказывает, что они говорят о Юнги. Намджун хочет что-то сказать, но его всего трясёт. — Всё будет хорошо, — рука Чонгука ложится на его плечо, и Намджун быстро перемещает взгляд на парня. Его реальность остановилась, он не воспринимает уже ничего. — Сейчас приедет Чимин, и мы решим, что будем делать дальше. От имени Пака Намджуну становится не по себе, он принимает из рук Гука стакан с водой и смачивает горло. Ким чувствует сердцем, что Чимин не будет в восторге от произошедшего. Он до сих пор помнит слова того о Юнги: «Только Мин Юнги сможет помочь мне». И Намджун прав: из размышлений и самобичевания его выводит удар в челюсть, после которого он падает на пол. Подняв глаза, он натыкается на Чимина, которого за руку держит Чонгук. Киму абсолютно плевать на ноющую боль в челюсти, он осматривает парня перед собой: кожа болезненного синеватого оттенка, тёмные круги под глазами и впалые щёки. Парень сильно похудел, и Намджун тянет к нему руку, но тут же её отдёргивает, натыкаясь на холодный взгляд, полный ненависти. Все надежды Ким Намджуна рушатся от сказанных Паком слов: — Я тебя ненавижу, Намджун, — голос его слегка охрипший, Намджун понимает, что это произошло снова. — Уходи. Намджун не имеет права противиться. Здесь виноват лишь он: кое-как поднявшись с пола, на трясущихся ногах Ким шагает к лестнице, не смея обернуться. Он дотрагивается рукой до места удара и смотрит на ладонь, на которой виднеется алая кровь с расшибленной губы. Но Намджун этого не видит: он оседает на пол, ударяясь головой о стену — перед его глазами вновь мертвецки-бледный Мин Юнги и красные пятна на его высветленных волосах, а лёгкие забиты железным запахом крови...