Лепестки одной дьявольской розы

…Это совершенно иной мир, противоположный миру Юри. Здесь не мрачно, а наоборот: всё пространство озарено белоснежным ослепляющим светом. Впереди никого. Позади никого. Однако пустота та же. Мимо моего взора мимолётно пролетает лепесток. Я пытаюсь за него ухватиться, не получается. Лепесток летит всё дальше и дальше, и уже понижается. И вот он уже лежит на этой бескрайней пустоте, рядом с ним появляется чей-то чёткий образ. Эта фигура берёт лепесток и облизывает его — "Канадэ…" Я поражена. Он назвал моё имя. Мне страшно, я не решаюсь подойти ближе. Фигура становится ещё чётче. Да, это Акатсуки! У него та же маска на лице… Он также одет, как и раньше при первой встрече. Через пару секунд лепесток вянет и падает в бездну. Акатсуки выпрямляется, поникает головой и его мысли начинают уводить меня в его внутренний мир. «Кажется, он увёл меня в свою память. Очень интересно. Одни отрывки постепенно сменяются новыми. Их очень много, но запомнить их очень легко, т.к. почти все кусочки памяти одинаковые. Вот тут он с какой-то девушкой и там… Хмм.. Странно. Кого-то она мне напоминает… О, боже! … Предо мной предстаёт тот самый поцелуй с Акатсуки… Это… Это же я! Почему Акатсуки так помешан на мне? К чему ведут мои бессмысленные сны? Для чего всё это наиграно, как в кукольном театре? Кто отвечает за такие сны? Отрывки перестают сменяться. Меня охватывает ожидание. Я вижу, как Акатсуки, что-то рисует. А может?.. И я начинаю подходить к нему. Я вся дрожу. "Акатсуки", — тянусь к нему сзади с жалким выражением лица. Он молчит и рисует. Я касаюсь его плеча, и рука проходит насквозь, как у привидения. Значит, он меня не слышит и не видит. Ладно. Но, что же он рисует? Я подхожу ещё ближе. Он рисует начертания моего лица. Это выглядит красиво и сразу заметно: Акатсуки умелый художник. Я прижимаю руку к сердцу. Рядом с ним оно бьётся всё чаще и чаще. Что это? Картина сменяется. Всё начинает бледнеть и становиться мрачным. Акатсуки встаёт и роняет лист. — Чёрт! - На его лице показано явное сумасшествие, что и меня очень пугает. Силуэт листа издаёт позолоченное излучение, от которого, как от солнца, так и слепит в глаза. Удивительной силой, без чьей либо помощи лист поднимается в пространстве, затем зависает в воздухе. — Что за фигня? — Недоумевает Акатсуки. То, что происходит дальше настолько меня шокирует, что я падаю с ног и уже передвигаюсь на четвереньках: из листа медленно начинает вылезать оживленная сущность моего рисунка. У Акатсуки просто нет слов. Он стоит как вкопанный. — С ещё одним днём рождением меня! Похожая на меня, как двойная капля дождя, фигура осматривается вокруг. — Глупый человеческий мир… — В её руках резко появляется красная роза.  — Добрый тебе день, — вдыхает аромат цветка и медленно обороняет взор на Акатсуки. - Ты! — Делает вид, что он её весьма заинтересовал и приближается к нему. Та нюхает Акатсуки. Он не двигается с места. — Канадэ… Ты… Ты… Существо замерло в одной позиции — "Что за отвратительное имя? Оно мне почему-то кажется знакомым." Акатсуки крайне удивлён. — Ты не Канадэ! — отходит от существа подальше. — А ты… — Ещё раз принюхивается, только на сей раз уже к одинокому странствующему воздуху. — Падший ангел… От этих слов у неё загораются глаза. — Какая сумасшедшая… — плюёт в сторону. В правой руке Акатсуки появляется меч. Я стою и переношу на себе все эти происходящие события, как настоящий зритель. Меня охватывает глубочайшее волнение за Акатсуки. Только бы с ним, что-нибудь не случилось! Акатсуки! Но меня никто не услышит. Удивительная незнакомка с особой серьёзностью смотрит на Акатсуки. — Не уж то ты думаешь, что способен одолеть меня? Акатсуки молчит и бросает на неё грозный взор. — Глупец! — Спокойным тоном отвечает сущность и принимает другой, свой настоящий истинный облик. Да это же парень! К тому же он ангел! Тогда для чего была вся это демонстрация? Почему такое странное появление? Волосы ангела необычные: они полностью покрыты и сделаны из розовых лепестков сакуры. Глаза янтарные. Одежда старинная, такую в своё время носили только самураи. Сбоку за пояс затянут меч. Акатсуки поражён — Дак, ты ангел, а я-то думал… Ангел выражает презрение — Я думаю, за столько лет, что я спал, это отличный способ размяться. К тому же ты демон и это пойдёт мне только на пользу. — На лице изображается крайняя удовлетворённость. Акатсуки насторожен, он крепко сжимает меч в пальцах. — Нападай. Акатсуки начинает атаковать. Он производит несколько ударов, в результате чего все они проходят мимо, ибо тот умело уклоняется. — Давай же! Покажи мне истинную дьявольскую мощь! — Усмехается. Акатсуки изо всех сил пытается отразить удар, но не получается. — Ты несёшь одно разочарование. Ну же! Давай! Удиви меня! Покажи мне, на что ты действительно способен! Чему тебя учили? Акатсуки продолжает производить удары, однако в этот раз он бьёт с особой мощью. Ангелу это начинает нравиться. — Ещё! Ещё! — Как же ты меня бесишь! — Акатсуки производит сильный взмах мечом в сторону ангела, тот отпрыгивает от него в другую сторону, однако удар всё же проходится по его одежде: сильно разрезан один лоскут. — Неплохо. Акатсуки устал, он тяжело проглатывает воздух. — Буду считать, что твой первый ход сделан, теперь моя очередь. Акатсуки! Будь осторожен! Ангел приподнимает меч чуть выше головы — Анахенум! И на моих глазах этот ничем неприметный меч перевоплощается в гигантский красивый цветок с особым острием на конце. Меч в форме цветка? Как он собирается этим бороться? Я в недоумении и беспокойствии. А вот Акатсуки уже настроен на поединок более решительно. Даже вид оружия ангела его ничуть не смущает, а наоборот скорее предостораживает. — Меч сакуры… — Слегка проводит рукой по мечу. — Лепестки кровавого лезвия! "Лепестки" меча вырастают в длину и образуют особую форму, напоминающую лезвия. Для эффекта ангел делает красивый взмах меча и, собираясь атаковать, подлетает в воздух, затем оттуда целится в Акатсуки — "Весенний призыв!" Все лезвия меча стремительно летят на Акатсуки. — Чёрт! Акатсуки пытается от них уклониться, но не получается. Несколько лезвий впиваются ему в ногу, но он не падает, он всё ещё держится. Ангел идёт по второму кругу и на Акатсуки вновь летят лезвия. Если это продолжится, то Акатсуки умрёт, я должна ему помочь, хоть, как-то, но как? Как, если я в этом мире всего лишь незаметное видение? Акатсуки! Я... Не знаю, что на меня находит в этот момент и о чём я думала, но я подбегаю к Акатсуки и заслоняю его своим телом. Лезвия уже близко. Что я делаю? Они же всё равно меня не коснутся. Но, а что если… Я падаю на колени. Надежда моя оправдалась: лезвия цветка попались по мне, однако я всё также остаюсь незаметной. Акатсуки шокирован — Что это? У ангела такое вызывает интерес — Вот он гадкий аромат! Из меня хлыщет кровь. Я начинаю мерцать и становиться видимой для них. — К…Канадэ?! Я вся дрожу: Акатсуки смотрит на меня. Мне неловко лишь от этого. Ангел опускается на землю и подходит ко мне. — О, моё милое дитя! Я нашёл тебя! — К…кто ты? Что тебе от меня надо? — Мне ничего от тебя не нужно мой дьявольский лепесток. Лишь только, позволь мне… — поглаживает правой рукой мою шею, затем резко сдавливает. Я тяжело проглатываю воздух. У меня мутит в глазах. — Прекрати! — Акатсуки ударяет его мечом. У ангела отнимает рука.  О, это ужасное зрелище скопления крови! У меня кружится голова, я теряю сознание.