Секунда До...

Поттеры возвращаются из библиотеки в крайне подавленном состоянии. Полученные от Регулуса знания о некромантии не дают вздохнуть спокойно: магия, связанная со смертью ведет к суициду. И Гарри должен собрать их все. Такой план придумал про него Дамблдор. – А мы? – озвучивает мысли Лили, теряя всякую надежду попасть на день рождение к собственному сыну: Гарри стоит оставаться среди живых. Вздыхая, Джеймс обнимает любимую за плечи, так же погруженный в свои мысли. Сколько он находился рядом с сыном? Чемпион чаще был рад, нежели подавлен. Да и как оставить его сейчас, когда Гарри ждет! – Мы прибудем к нему на праздник, – твердо заявляет он, чуть встряхивая жену и доставая из кармана припасенные пропуски вниз. – Но… – Если ошибка уже совершена, то один пропущенный визит уже ничего не исправит, но точно испортит настроение Гарри в его день совершеннолетия, – резонно напомнил он, заглядывая в окно, где все еще был виден праздничный стол и гости, ломающие голову над загадкой снитча. Мог ли Джеймс себе представить, что этот золотой мячик может так раздражать? Впрочем, заметив, что родная сильно нервничает, Поттер машет рукой на чертов снитч, крепко обнимает Лили. – Мы слишком чужие на этом празднике жизни, – тихо шепчет она. – Ты просто привыкла смотреть не него издали. Лили готова возразить, ведь Джеймс должен понимать, что Лили там больше нет места: теперь на ее месте была Молли Уизли. Однако Джеймс обнимает ее так уверенно, что девушка попросту не может продолжать раскисать, когда она с ним, в безопасности. За столом царила увлеченная беседа: Гермиона вспомнила, что многие магловские сказки изначально отличались явной жестокостью, в отличие от более популярных версий от братьев Гримм. В то время, как Рон и Джинни, на радость Молли, упорно защищали свое детство: – Ну не может быть Зайчиха-шутиха жестокой! Какой бы руной ее ни описали, а там дело в простой анимагии. Верно, Сириус? – воскликнул Рон, попутно вновь отбирая свой Деллюминатор из рук Фреда. Вот только Блэк их разговор даже не слушал, сосредоточенно рассматривая снитч, постукивая по нему палочкой и бормоча все известные ему формулы Ревелио. И вот когда снитч начал потрескивать, готовый сдаться, маленький крылатый мячик накрыла ладонь Джеймса, помешав Сириусу вытащить опасную штуку из золотистой оболочки. – Но разве в этой сказке не упоминалась охота на ведьм? – взволнованно поправив волосы, вступила в разговор Лили, подходя к сыну. – Вмешательство маглов в магию? – опасаясь потерять роль хотя бы простого собеседника, продолжила, обняв в ответ отчаянно схватившего ее в объятия сына. Погладив ребенка, давно ставшего юношей и почти мужчиной, по загривку, Лили прикрыла глаза, позволив себе насладиться долгожданной встречей. – Мы больше не позволим случиться чему-то плохому, – прошептала она, и Гарри согласно затряс головой, не в состоянии ответить вслух. Было ли это тем, о чем предупреждал Регулус? – Тогда не обязательно читать сказки о магловских фокусах прямо сейчас, – добродушно отозвался Сириус, прерывая невербальную перепалку с Джеймсом из-за снитча. Смутившись, Гарри отстранился, чтобы взглянуть на крестного, и именинника затопило возмущение: Сириус сиял счастливой улыбкой предвкушения, распахнув объятия. И едва место в долгожданных объятиях освободилось, хохоча, кинулся к Лили, и присев, заграбастал подругу в объятия, отрывая ее от земли: – С возвращением! – Сириус! – возмущенно воскликнула Лили одновременно с Молли, и миссис Уизли продолжила, вперившись взглядом в Сохатого. – Джеймс, я думала, что связанных с этой секретной миссией дел невпроворот именно у вас. – Да, пожалуй, вопросы о завещании Дамблдора стоит оставить на потом, – отчетливо и с нажимом пробормотала Гермиона. – Точно! Мистер Поттер, а сам Дамблдор что сказал о завещании? – поддержал ее в смене темы Рон. – И в эту подсказку Министерство уже нос не сунет! – довольно усмехнулась Джинни. – К сожалению, с Дамблдором встретиться нам еще не посчастливилось, – пожал плечами Джеймс, стискивая спинку стула. – Мы пришли поздравить тебя, – мягко улыбнулась Лили сыну, присаживаясь рядом с Гарри и любуясь гигантским кремовым снитчем. – Молли, ваш торт — само совершенство! – Спасибо, – добродушно кивнула та, принимаясь, наконец, его резать. За десертом время тянулось потрясающе сладко. Занятые, в основном едой, они только и отвлекались на поздравительные тосты и комплименты в сторону кулинарных талантов Молли, да поддерживать повседневный разговор о гоблинах. У Лили была куча времени освоиться в новом положении, наслаждаясь тишиной, не требующей слов, но все летит в трубу из-за банального любопытства. – Вы же знаете, что в снитче, мистер Поттер? – начал Фред, показывая на злосчастный мячик. – Я не смог обсудить это с Дамблдором, – напрягшись, сухо отозвался Джеймс. – Знаете, же! Иначе бы не помешали Сириусу его вскрыть. – Пап? – заинтересовался чемпион, присоединяясь к вопросу. Гарри поймал мячик и вновь начал ковырять ногтями. Джим промолчал. На него уставились с любопытством чуть ли не все гости, а ему просто хотелось молча схватить этот проклятый мяч и закинуть подальше. Куда-нибудь в океан! Он уже сжал челюсти и начал подниматься со стула, когда его взгляд упал на Молли Уизли. Не требовалось много времени, чтобы вспомнить все ее попытки держать детей в неведении. Порой, этот путь лежал на криках и ударах по самому деликатному в душе противника. Нет! Джеймс не станет таким отцом. Даже если краем глаза заметил, что Лили солидарна с приемами Молли. Вдохнув, Джим опустился обратно на стул и виновато взглянул на Гарри. – Прости меня. Там написано "Открываюсь под конец?" Значит, сейчас открывать опасно. Завещанная вещь затребует непомерную цену. И мне бы не хотелось видеть, как ты ее платишь. – Дамблдор не завещал бы Гарри плохую вещь, – нахмурился Хагрид, недобро сверкнув глазами под опасливые вздохи Молли и Джинни. – Приоритет необходимости сейчас куда важнее опасности предмета, – поспешил успокоить гостя Билл. – Это то, о чем я думаю? – осторожно подбирая слова, уточнил Гарри. – Нет. Вовсе нет. Но не менее значимая. Будет. В конце. Потом. – Ну вот, а сейчас пог’а вспомнить о пг’азднику, – весело воскликнул мсье Делакур, до этого тихо наблюдавшего прибытие молодой четы Поттер с нескрываемым изумлением. – Мы начали пг’аздновать день Ождения вашего… гм... г’одственника, когда нам помешал ваш Миг’истг’. Прикрыв лицо ладонью, Сириус обуздал улыбку. – Ох уж эти родственные узы, – кивнул он, весело посматривая на Лили. – Чем их больше, тем лучше! – охотно провозгласила мадам Делакур, поднимая тост уже за свадьбу своей дочери. Миссис Уизли была крайне довольна, что все разговоры об опасностях и походах утонули в свадебном предвкушении и всячески поддерживала тему, радуясь, что нашла союзников в лице Лили и Джеймса. На радостях позвала их и на свадьбу. – Приглашение будет, – незримо объявившись около плеча Джеймса, шепчет Фабиан, глядя на запястье Гарри, где теперь красовались подаренные часы. Подготовка к свадьбе неимоверно веселит Джеймса, и немного раздражает Лили. Они решают сменить облик, дабы не быть узнанными. Лили предлагает прибавить обоим возраста, дабы соответствовать статусу родителей своего сына, а их сын на свадьбе будет рыжим. Лили кажется, что проходит целая вечность прежде, чем ей удается отговорить Джеймса соорудить себе щедрую залысину. – Ты видел подобное убожество у Сириуса? – возмущается она, напоминая мужу о шикарной шевелюре Бродяги, добрая зависть и восхищение которой ещё и передалась от Джеймса Гарри. – А ведь он Азкабан пережил. А Римус? Седой, но все равно… – Мои мохнатые друзья! – радостно восхищается Джеймс, возвращая на голову его вечно растрепанную, но теперь рыжую шевелюру и пытается отрастить густые усы, за что получает подзатыльник от Лили и оставляет короткую аккуратную щетину над верхней губой и по подбородку, хотя без привычного темного окраса она совершенно никуда не годиться. Когда Джеймс, наконец, освобождает место у зеркала, Лили попросту копирует облик своей матери, столь похожий на лицо Петуньи, что в какой-то миг решает все переделать. Ровно до той мысли, что для Гарри будет комфортнее увидеть родное лицо, оставляет все как получилось. На свадьбу они прибыли почти к концу длинной очереди. Гарри смотрел на новый облик Лили с нескрываемым удивлением. Лукаво сверкнув глазами, Джеймс протянул сыну приглашение, где ровным почерком было выведено: «Проверяй-проверяй, На праздник скуку не пускай». Закатив глаза и усмехнувшись, Гарри отвел родителей на места рядом с Сириусом и четой Люпинов. – Здорово, Джеймс, – едва отвернувшись от Тонкс, усмехнулся Сириус, прежде чем оценить новую внешность. Сохатый был крайне обескуражен столь скорым разоблачением, и это весьма рассмешило Тонкс, которая сегодня просто сияла от счастья,в то время, как ее муж был крайне подавлен. – Полумна Лавгуд тоже быстро вычислила меня по выражению лица. Мы опять похожи, – усмехнулся Гарри, оценивая маскировку отца, прежде чем вернуться к своим обязанностям. – Вы можете поздравить своего друга! – весело прощебетала Тонкс. – Мы скоро станем родителями! – Это же прекрасно, дорогая! – восхитилась Лили, кидаясь обнимать девушку. Джеймс просиял радостной улыбкой, готовясь к теплому рукопожатию, но Лунатик едва не проигнорировал его протянутую руку. Но стоило паузе чуть затянуться, слабо пожал в ответ. – Молодой папа в шоке, – житейски прокомментировал Сириус, хлопнув этого бедолагу по спине. – Прекрасно понимаю, – горячо заверил Римуса Поттер, но и без того невеселый друг стал еще несчастнее. Нахмурившись, Джеймс взглянул на Бродягу, но тот лишь махнул рукой, предлагая не обращать внимания. Гости поспешили занять свои места, и церемония венчания началась. Обеспокоившись состоянием Люпина, Джим решил воспользоваться рассадкой на полную катушку: Поттеры сидели аккурат перед Сириусом и молодоженами, и Джеймс заботливо обнял растроганную церемонией Лили за плечи, целуя жену в макушку. И, судя по тому, как энергично пнули спинку его стула, Блэк попытался подтолкнуть Лунатика сделать то же самое. Крепче прижав жену к себе, Джим скосился назад: Римус скептично смотрел в ответ, но тоже обнимал Тонкс, перевел убитый взгляд на мага, скрепляющего церемонию Билла и Флер. Положение было патовым. Когда клятвы в центре шатра были произнесены, гости поднялись, и их стулья исчезли. Шатер плавно изменился в танцпол. Джеймс выждал положенные две третьи танца молодой четы Уизли, выход их родителей и первым из гостей повел любимую вальсировать. В любом другом случае Лили возмутилась бы подобному демонстративному поведению мужа, но сейчас поддерживала каждый его жест, то и дело стреляя глазами в толпу. Джеймс смотрел только на любимую, вглядываясь в знакомые черты, замысловато скрытые чарами. Пару раз оглянувшись на Лунатика, он заметил, что тот все же пересилил себя и теперь танцевал с женой. Подмигнув Лили, Джим закружил их в сторону друзей. – Свадебная музыка пьянит счастьем, не правда ли? – радостно воскликнул он, кивая другу обратно на танцпол. Закатив глаза, Римус отвернулся к жене, с каждым тактом расслабляясь и даже позволяя себе попытки насладиться моментом. Засмотревшись на них, Джим сам чуть не забылся, да любимая вовремя наступила на ногу, и Поттер смущенно ей улыбнулся. Облик Лили, столь напоминающий сейчас свою сестру-тираншу немало смущал его, и ему стоило некоторых усилий напомнить себе, что это его родная жена, воображая его теплый настоящий взгляд. – Как будто мы и сами вчера поженились, – шепотом поделился Джим, и Лили согласно кивнула, вновь отводя взгляд: – Наш сын все еще не пригласил Джинни на танец, – поделилась она, и Поттер мысленно хлопнул себя по лбу. – Надо что-то делать. – Потанцуешь с ним? – предложил Джим, заметив, что Гарри раздраженно удалялся от Сириуса, мельком поглядывая на свою подругу, и злясь все сильнее. – И избавить его от необходимости пригласить на танец Джинни? – Родная, он обещание Рону дал, – напомнил Джеймс. – Лучшему другу, с которым ему предстоит отправиться… Ты же знаешь. – Важно другое! – Тогда давай подождем хотя бы первых успехов, когда напряжение от неизвестности ослабнет? И основные опасения улягутся. Фыркнув, Лили закончила танец и ушла к сыну, а Джеймс поспешил к Сириусу. – Римус? – Боится факта рождения ребенка как огня. Потому вчера от Скримджера и бежали, – скривил губы Бродяга, глядя на танцующую чету Люпинов. – Министерство активно помогает ему затоптать уверенность в себе, и это достойно понимания. – Значит, надо вернуть и склеить осколки его самолюбия! – А Гарри? Он еще больше важен. – А ты вызвался в команду вовсе не для того, чтобы предоставить ему столь хлипкую защиту, что и секунды без тебя не продержатся. Ты все успеешь — я помогу! – заверил Джеймс, оглядывая зал. Станцевав положенный вальс с мамой, Гарри вновь улизнул с танцпола, отдав предпочтение беседе с Элфиасам Дожем, а Лили отправилась к Тонкс. Улучив момент, Люпин подошел к друзьям, крепко обняв Джеймса. – Возраст тебе к лицу, – довольно кивнул он. – Ага! Жаль только лицо не мое, – живо отозвался Поттер первому комплименту о своих стараниях. – Ты тоже молодец. Кого больше хочешь: девочку или мальчика? – Без ликантропии, – еле слышно выдохнул несчастный Римус. – Не наговаривай на карапуза раньше времени, – подмигнул Сириус, встряхивая раскисшего друга за плечо. – Прорвемся. – Особенно ты, – огрызнулся Люпин. – Как в старые добрые времена, – довольно подтвердил Блэк, вызвав у друзей усмешку. – Мы ведь так и не устроили мальчишник в твою честь, Лунатик. – Ради такого даже я с работы вырвусь! – закивал Джеймс, хватая с ближайшего подноса три фужера шампанского и раздавая друзьям, отсалютовал своим. – За нас! Все произошло очень быстро. Предупрежденный Джеймс первым выхватил палочку, едва заметил серебристую рысь. Лили промедлила всего на миллисекунду, а за ними последовали Сириус, Римус и Тонкс, вооружаясь, пока остальные слушали сообщение Кигсли. Дослушав сообщение, Римус кинулся к Тонкс, Джеймс переглянулся с Лили и бросился к Гарри, заметив на полпути, что сын вместе с Гермионой уже вооружились и рвались сквозь толпу, взывая к Рону. Толпа изрядно мешала и Джеймсу с Сириусом пришлось подвинуть заклятием минимум четверых, освобождая Рональду дорогу к друзьям, пока Лили блокировала посланный в Гарри оглушающий луч. Оттолкнув пятого, Джеймс заметил, что Сириус унесся в направлении троих приземлившихся группой Пожирателей. Дождавшись, когда Гермиона трасгрессирует обоих парней прочь из заварушки, Джеймс кинулся вслед за Бродягой и боковым зрением наблюдая, как Лили прикрывает гостей, отчаянно пытающихся найти своих родственников и покинуть чертов шатер. Он уже поднял палочку, готовый атаковать, как один из троицы незваных гостей обернулся в их сторону. Поттер только и успел перехватить руку Сириуса, указав на мужчину с отсутствующим взглядом и без маски. – Они из Министерства! – Проклятье! – рыкнул Блэк, опуская палочку, ведь из шатра уже эвакуировались все желающие. – Если ужесточат допрос, не мешай мне. – Если бы они согласились потратить всю сегодняшнюю порцию Круциатусов только на тебя, не найдя лишнего для других, я бы согласился, – усмехнулся Джеймс, пряча палочку. – А так помалкивай и не провоцируй. – Ты мне это говоришь? Сдаться для допроса оказалось нереально трудно. Уизли, Тонкс и Сириус клокотали от ярости. Лили же была крайне задумчива, и мысли витали далеко вокруг Гарри. Зато Римус собрался ради них всех, обсуждая с Артуром и Биллом начальные фразы, связки общих фраз на случай потери самообладания. Джеймс же углубился в размышления. Осознание смерти Дамблдора настигло его именно сейчас, в момент беспомощности перед этими клоунами. Как и весь магический мир. Беспомощности Ордена даже сейчас, когда «Министерство» вломилось и испортило мирную свадьбу, так что же будет дальше? Сириус иронизировал. Во время его допроса дверь в кухню была закрыта, но его желчные повторения фраз о чистокровности на мероприятии, устроенном чистокровными для свадьбы чистокровных, слышали все ожидающие. Когда Сириус предложил позвать вампира для экспертизы, Римус раздраженно замычал жмурясь и сминая в руках подушку. Но надо было отдать Бродяге должное — после своего допроса он светился самодовольной улыбкой. Чего нельзя было сказать про его допрашивающих, едва не дымившихся от возмущения. – Лунатик, ты следующий, – весело провозгласил Блэк, хлопнув друга по плечу. Подождав, когда друг скроется за дверью, Сир подошел к ожидающим своей очереди. – Эти салаги максимум из отдела Магического Правопорядка, – фыркнул он, сдув прядь со лба. – Стоит услышать верный аргумент, как забывают свои претензии. – Я тоже не припомню их среди мракоборцев, – нахмурилась Тонкс. – Но все равно ты не должен был подсовывать им Римуса, Сириус! – Он справится, – заверил Джеймс. – Избежать допроса ему все равно бы не получилось, – резонно заметил Сириус, серьезно глядя на племянницу. – Был бы шанс. Так чего тянуть? Пусть стряхнут свои последние козыри и предубеждения, а потом ты или Джеймс поставите их на место. – Так вот, чем на допросе заниматься надо! – весело воскликнул Фред, игнорируя укоряющий взгляд матери. – Да, – заверил Блэк. – Выбьешь противника из колеи и управляй ситуацией как хочешь! Римус вышел к ним крайне сердитым. Тонкс хотела было пойти следующей, но Джеймс ее опередил, оставляя на нее и Сириуса выведенного из себя Лунатика. Оставалось гадать, что же ему сказали на допросе. Ну или самому допросить гостей. Сириус оказался прав: ни о какой сохранности информации о Гарри беспокоиться не пришлось: кадрами Пожиратели распорядились довольно скверно. Стоило лишь задать тон, и все последующие допросы резко сокращались по времени, признав правомерность прошедшей свадьбы. После допроса близнецов Уизли, министерские проверяющие поднимались в комнату Рона на трясущихся ногах, дабы засвидетельствовать упыря, игравшего роль младшего сына семейства. Выпроводив, наконец, незваную проверку, друзья с чувством выполненного долга оставили семейство Уизли. Бродяга решил сопроводить Люпинов. Поттеры же отправились к детям, которые, по словам Фабиана, уже добрались до площади Гриммо. – Северус Снейп? – прогрохотало пыльное облако, встречая Поттеров на входе. – Так меня еще никто не оскорблял! – взвился Джеймс, перекрикивая вопли миссис Блэк. – Напомни мне сказать Грюму спасибо! Со стороны лестницы послышался неуверенный смех. Прищурившись, Лили распознала среди тьмы и облака пыли троих, направивших на них палочки. Свист дерева в воздухе, и всколыхнувшиеся портьеры тяжелым взмахом захлопнулись поверх неугомонного портрета. На кончике палочки Гарри засветился огонек. – Кто? – Это мы. Притвориться нами уже никто не сможет, дорогой, – мягко оповестила Лили, наблюдая, как Рон и Гермиона опустили палочки. – Ингредиентов для Оборотного Зелья уже не достать. – Вы... – Джеймс и Лили Поттеры, – добродушно дополнил Джеймс. – Вчера ты помог мне вернуть Лили с помощью сапфира, Гарри. А я вернулся в твою жизнь зимой четыре года назад. Тогда же стало ясно, что я не в состоянии касаться всего, что связано с нашим убийцей. – Так это из-за убийства или потому что ты коснулся крестража? – полюбопытствовал Чемпион, опустил палочку, направился навстречу матери. – Это ведь был тот самый медальон? Самая темная магия. Лили за пару шагов преодолела коридор, сжав сына в крепких объятиях. – Хороший вопрос, Гарри, – кивнул Джеймс, в свою очередь пожимая сыну руку. – Но тогда я сам получил лишь полудогадку от Дамблдора. – С твоей семьей, Рон, все хорошо. Подмена с упырем удалась, – улыбнулась Лили, обнимая их с Гермионой. – И за твоими родителями тоже приглядывают, милая. – Неужели все так просто? – неверяще прошептала Гермиона, выпуская Лили из объятий. – Вся эта миссия. – Вы не останетесь одни, – заверила миссис Поттер. – Но чего простого? – пожал плечами Гарри. – Медальон был обнаружен благодаря Кикимеру. Дневник Малфой подкинул собственноручно. Кольцо уничтожил Дамблдор. А дальше? – Погоди, – поднял ладонь Джеймс. – Вы только прибыли сюда? Осмотрелись? – Да, – кивнул Рон. – Мы прибыли сразу как разделались с напавшими на нас в кафе Пожирателями Смерти. – Что? – ахнула Лили, а Джеймс внимательно посмотрел на юношей: – Пожиратели успели вас обнаружить за те пару часов, что Сириус воспитывал их напавших собратьев? – Именно, – кивнул Рон. – Я даже палочку не успел из кармана вынуть, как они напали! – Учись успевать, – прищурился Джеймс. – А потом мы трансгрессировали сюда. Но дом мы не осматривали. Постелили в одной комнате. Где Сириус? – уточнила Гермиона. – Он же хотел присоединиться. – И он прибудет, – кивнул Джеймс, заходя в столовую первого этажа и выглядывая в окно. – О, а вот и самая беспалевная слежка в мире! – фыркнул он, глядя на пару приятелей Волан-де-Морта, прибывших в патруль площади. Переглянувшись с женой, он отправил несколько Патронусов-предупреждений. С адресованным Грюму, Поттер также передал огромную благодарность за столь подлое чучело. – Ладно, это был длинный день, – вновь обернувшись к детям, улыбнулся Джеймс. – Вам стоит отдохнуть, а мы дождемся хозяина дома, восстановим защиту и уже тогда все обсудим. Предстоит еще много работы.