Секунда До...

Ла-Манш они пересекли ближе к вечеру, но на меньшее, чем Париж, Бродяга был не согласен, хотя Джеймс с удовольствием бы остановился в каком-нибудь ближайшем пригороде. Но Мохнатый готов был лететь хоть до посинения, чтобы приземлиться именно в столице. Приземлившись у ближайшего мотеля, Сириус негнущимися задубевшими пальцами заглушил мотор. А дальше только утром. Установив Маглооталкивающие чары на байк и Согревающие на Сириуса, друзья двинулись покорять Париж. До ближайшего в центральной части города приличного кафе, где они решили перекусить. Сириус лениво осматривался по сторонам, курлыкая себе под нос какую-то песенку, услышанную парой кварталов ранее. Джеймс же попросту не желал ничего слышать. Слишком много попсы и любовной классики. Да и вечер сегодня принадлежал Сириусу. У Поттера же был выбор: остаться сторожить мотоцикл или прятаться от романтики. Хотя, возможно, Лили бы здесь понравилось. Она любила французские песни, и Джим даже выучил перевод некоторых. Возможно, и он когда-то находил этот язык прекрасным. Не сейчас. Этот медленный скучный мотив гармоники, волнующие с придыханием тенора, воспевающие любовь нагоняли лишь тоску. И воспетая потерянная любовь отдавала фальшью. Лили здесь не было. И загадочный вокал Эдит Пиаф сейчас звучал, как трели воробья, катающегося на стиральной доске. — Какой на этот раз таракан тебе лицевой нерв пережал? — отвлек его насмешливый вопрос Бродяги. Джеймс растерянно моргнул и отвел взгляд от свечи. Он и забыл, что они еще в кафе. За окном виднелась Эйфелева Башня, вокруг ходили люди, напротив сидел Сириус, а в руках бокал вина. Хотя нет, последние два пункта были для него отчетливы и до этого. Смочив горло, он внимательно посмотрел на друга. — Прости, что? — чуть нахмурился он. — Жаль, у меня нет зеркала, продемонстрировать тебе твою кислую мину, mоn amie! И снова этот чертов акцент! — Включил ловеласа, — буркнул Джим отворачиваясь. Возможно, не играй тут музыка, он бы услышал, что говорят за соседним столиком. И то не факт, что о повседневности. — Я сказал «мой друг», — пожал плечами Сир. — Я не знаю этот язык, — отмахнулся Сохатый. — И как на нем общаться, кроме как de l'amour, я даже не представляю. — Общаются, — пожал плечами Сириус. — Меня родители ему научили. Chaque aristocrate doit avoir dans l'âme un petit morceau de la France*. И обсуждают на французском все то же, что и на английском. — Не представляю, как Грозный Глаз бы нам приказы отдавал со всеми этими картавыми па, — невесело усмехнулся Джеймс, заметив на них заинтересованный взгляд миловидной мулатки. — Хотя воркующего тебя с ней, вполне. Сириус даже не обернулся. Меж его нахмуренных бровей пролегла морщинка. — Иными словами, ты сейчас не прочь, чтобы я ушел, — сердито констатировал Блэк. — Кто тебя укусил, пока мы летели? — Каникулы. Иди хоть ты повеселись, — буркнул Джим, отвернувшись от осуждающего взгляда, не обращая внимания на пошатнувшийся стол, когда Бродяга поднялся. И вновь сменили музыку. Джеймс её помнил, только от этого не легче! И они кружили по гостиной в танце, пытались вальсировать на лестнице. Глупые и счастливые. А теперь его любимой нет. Есть песня, есть Джеймс. Но не Лили. Рука непроизвольно сжала салфетку. Стол снова покачнулся – Сириус сел обратно, еще и оперся на столешницу. — О чем он поет? — «Не покидай меня», — недоуменно ответил Сириус. — Ну да, редко песни посвящены чему-то кроме человеческих чувств. — И как, он полагает, она его покинет? — помрачнел Джим, допивая вино. — Уедет, — предположил Бродяга. — Ты чего к этому звуковому фону прицепился? Это всего лишь атмосфера! Все для туристов. Проникнетесь городом!. — Она всего лишь уедет, а он уже страдает до потери пульса, — процедил Джим. — Он распускает нюни, девушка всего-навсего от него уехала! Живая. И это одна из любимых песен Лили? — Вот оно что, — понимающе кивнул Сир, откидываясь на спинку дивана. — Ты скучаешь по ней. — Да, — подтвердил Джим, оглядывая кафе. — Идем отсюда. — Что? — переспросил Джим, отвлекаясь от грустных мыслей, и протестующее тряхнул головой. — Нет, я справлюсь. Извини. — Нервируя себя этими песенками? Джеймс разозлился. Он еще перед отъездом дал себе обещание не портить брату первый за двенадцать лет отдых. И что теперь? — В мотеле сидеть не лучше, — упрямо возразил Джеймс. — Хотя ладно, я уйду, а ты, будь другом, оттянись от души. — В одиночку? — скептично изогнул бровь Сир. — Скучно. — С девушкой. — Девушку на пляже найду, не беспокойся. Джеймс вздохнул, деланно расслабляясь. — Тогда остаемся тут, — уверенно улыбнулся он одними губами. — Я справлюсь. — Думаешь, замаскировался, и мне весело будет? — фыркнул Бродяга. — Я же насквозь тебя вижу, Олень. И раз плохо, то пойдем отсюда. — Проблемы мои, но поездка твоя, — продолжил упрямиться Джеймс. — Все будет, как раньше. — Слишком много проблем для беззаботного прошлого, — развел руками Блэк. — Тем более у тебя сейчас аллергия на все, что хоть как-то напоминает Лили. — А я не хочу забывать! — воскликнул Джим, ткнув пальцев в столешницу, и замолчал, успокаиваясь. — И я хочу забыть хоть на какое-то время о проблемах. Хочу, чтобы ты забыл. А в результате мои проблемы портят первый день отдыха. — Франция – всего лишь остановка. Хоть я и планировал отвлечься… — А мне важно, чтобы ты отвлекся! — заявил Джеймс, подавшись к нему через стол. — От всего дерьма, через что мы прошли, а большую часть ты прошел один. Потому что, ты мне важен! — А с чего ты взял, что мне это кафе важнее тебя? Я двенадцать лет тебя ждал, не Францию! — горячо возразил Сириус, пристально глядя другу в глаза. — Мерлин с ней. — Voudriez vous louer la chambre**? — деловито поинтересовался подоспевший официант. — Non! — резко дернувшись, оскорблено гавкнул Сириус, перепугав несчастную обслугу. — Уже поговорить по душам нормально не дадут. — Идем отсюда, — хором решили друзья, и Сир полез за кошельком. Отсчитав в ступочку для денег нужную сумму, они покинули кафе вместе с их проклятой музыкой. Прохладный вечерний воздух слегка привел в чувство и приятно холодил кожу. Джим прикрыл глаза, подставляя лицо ветру. В принципе, прогуляться было не такой уж плохой идей. — Надеюсь, Сиртаки Лили не танцевала? — озабоченно уточнил Сириус. Но ответить Джим не успел. Позади распахнулась дверь кафешки, и на пороге возник тот самый официант с деньгами в руках и что-то крикнул им вслед. Обернувшись, друзья подошли ближе, напряженно вслушиваясь. — Les livres n'acceptent pas isi***! — наконец разобрали они. — La bibliothèque se trouve après le tournant****! — отозвался Бродяга, хватая Джеймса под локоть. — Сматываемся. Громко хохоча, они ринулись прочь по улице, постепенно переходя на быстрый шаг, едва смолкли возмущенные крики официанта. — Livres?— озадачено пробормотал Сириус, сбавляя шаг. — При чем тут книги? — Какие книги? — не понял Джим. — Он сказал «Мы книги не принимаем», — пояснил Блэк. — Но он показывал нам деньги, — напомнил Джеймс. — Про деньги он ничего не говорил, — отрицательно махнул головой Бродяга. — Мы ему заплатили магловскими деньгами? — уточнил Поттер. — Да. В Гринготтсе обменяли, сказали, что магловская английская валюта, — подтвердил Бродяга, нахмурившись. — Думаешь, во Франции есть магловская французская валюта? И она отличается? — Вполне вероятно, — подтвердил Джеймс. — Идем в Гринготтс? — Зачем? — Поменять. — Но мы завтра уезжаем в Грецию. Вдруг у них тоже есть своя магловская греческая валюта, отличная от магловской французской валюты? — А еду на дорогу во Франции ты на что купишь? — Убедил! Найдя на карте местное отделение Гринготтса, друзья трансгрессировали на порог, направившись прямо к разменному пункту. — Книги – это у них магловские английские деньги, — озвучил Блэк, отыскав глазами стенд, и нахмурился. — Что-то не так? — настороженно осведомился Джеймс, разглядывая местных волшебников. — Кажется, я отвалил тому парню внушительные чаевые, — впечатлено скривил губы Сир, указав пальцем в нужную строку на таблице конвертера. Банковский холл затопил взрыв хохота. В магазине проблем не возникло. И в мотеле тоже. Без портала путешествие оказалось весьма веселым. Решив не размениваться на магловские деньги во время остановки в Италии, они кое-как заказали себе в местном «Три метлы» у местного трактирщика Джованно, который почему-то отзывался даже на имя Розмерты, плотный обед из пиццы и спагетти без подливки. Обед был так себе, но проклятый звуковой барьер помешал им заказать еду. Однако, Верона оказалась просто восхитительным городом! Джеймс даже умудрился вспомнить несколько стихов из магловского Шекспира, где упоминалась Верона. Они провели среди каменных замков весь остаток дня, и лишь утром они перелетели Ионическое море. Это было так красиво! В тысячи раз круче Ла Манша! Морские просторы так и манили. Джеймс пожалел, что был одет в куртку для полетов, Сириус – о том, что за рулем не Джеймс. Греция оказалась идеальной страной. Здесь зародилось большее количество магических наук, включая Анимагию. К тому же добрая половина событий учебника по Истории Магии за I курс происходила на этом полуострове, и как итог, все эти преимущества вылились в огромную магическую диаспору, один из крупнейших филиалов банка Гринготтс, а также возможность аренды домиков среди скал за нормальные деньги. И маглы не могли добраться через скалистую местность до места отдыха, и платили галлеонами за съем. Восьмиярусная сделанная из белого камня и выложенная песочной мозаикой с цветными вставками вилла, которую посчастливилось снять Джеймсу и Сириусу, была расположена с южной стороны, где ничто не мешало солнцу освещать главные террасы днями напролет. С моря дул легкий бриз. Первых два дня они ее даже не покидали, развлекаясь прыжками в воду с шестого яруса, подстрахованные заклятием Замедленного Падения. Сириус подолгу спал, развалившись в шезлонге на верхней террасе. Джим с радостью подметил, что брат все меньше содрогается во сне: кошмарам здесь не было места. Да и в целом Бродяга окреп и загорел, чего Джеймсу, к удивлению обоих, не посчастливилось. Даже подрумяниться на солнце не выходило. Время для него действительно застыло — в этой тишине и спокойствии это было очевидно как никогда. Друзья не обсуждали это, а Джеймс старался даже не вспоминать, но зачастую он ощущал на себе заинтересованный взгляд Бродяги. « Да, феномен! Ничего не скажешь» Понежившись в тепле и покое, друзья стали выбираться на экскурсии по историческим местам или же в поселения магов. Туда и почта доходила быстрее. От писем сына Джеймс был, мягко говоря, в шоке. — Он ловец! — недоуменно воскликнул он, ударив ладонями по столу прибрежного кафе. — Звезда команды с крутой метлой! — Джеймс, ему всего тринадцать, в то время как капитану слизней девятнадцать минуло, — попытался успокоить Бродяга. Последнее письмо от мальчика пришло всего спустя три дня после начала семестра. Букля была воистину скоростной и талантливой совой! Вот только Джеймса удивило именно письмо. Гарри жаловался на то, что опаздывает на уроки из-за толпы телохранителей. Оказывается, обитатели слизеринского общежития были не прочь подкараулить мальчика с попыткой вывести его из строя накануне матча. — Мой сын не может быть мальчиком для битья! — тоном, не понимающим возражений даже от рассерженных полярных сов, заявил Джим, доставая палочку. «Лунатик, единорог тебя побери, срочно научи моего сына какой-нибудь эффективной порче, чтоб обидчикам неповадно было!» — Экспекто Патронум! Из палочки вырвался огромный серебристый олень и умчался вперед, компонуясь в белый шар света. Доставит максимум за час. — Толпа телохранителей, блин, — возвел глаза к потолку. — Даже у меня только один был. И то ты втравливал нас в переделки не реже меня самого! — И тогда кто кого охранял! — довольно воскликнул Блэк, доедая виноград. — Почему он позволяет к себе так относиться? — недоумевающее покачал головой Джим. — Распоряжение Вуда, написано же, — пожал плечами Сир, ткнув пальцем в строку письма. — Включая распоряжение Вуда! Нашел от кого прятаться! — Дурсли. — Что? — Ты не замечал? — усмехнулся Блэк. — Во всех письмах, где Малфой, там и два его дружка с успеваемостью «Тролль». Но описаны устрашающе… по меркам людей, которые дерутся кулаками, а не магией. Дурсли воспитали его иначе, Джеймс, смирись. И вопреки всему Гарри гриффиндорец. — А тут исправить же всего ничего: пара поджопников зачинщиками, и уже не для Гарри будут нанимать охрану под правила слизеринцев, а обидчики от него шарахаться, — пожал плечами Поттер. — Поразительно! Львята бегают стайкой от змей. Мечта Нюнчика воплощенная в реальность. — Выдрессировал, — кивнул Блэк. — А потом дудочку с чалмой сбагрил в секонд-хенд. Но пойми, твой сын другой. Вполне может оказаться тем, кто не будет насылать проклятие, чтобы показать соперникам где книззлы зимуют. — Достаточно того, чтобы он научился распознавать подножки раньше, чем их на себе опробуют его охранники, и сумеет отразить нападение не только Патронусом. — Осталось только Лунатика уговорить, — прагматично отметил Сир. — Он же преподаватель, не может одобрять потенциальные стычки учеников. — Пусть не одобряет, а учит, — возразил Джим. — Ну два простых заклятья же! — Чую, нам пора возвращаться, — театрально вздохнул Блэк, выкидывая пустую ветку. — Нет. Дамблдор поручил найти здесь одного мага, — покачал головой. — Вот найдем и вернемся.