Секунда До...

Гарри отправился в Нору уже через три дня после своего дня рождения, ориентируясь, увы, не на приближающийся матч, а на полнолуние. — Увидимся перед матчем, — улыбнулся Джим, обнимая сына. — Квоффл взял? — Ты же потом останешься поиграть со всеми? — требовательно, но не грубо, уточнил Гарри, отстранившись. — Ты бы мог стать отличным тренером. — Должен же кто-то дать стимул команде не расслабляться, после выпуска капитана с ежовыми рукавицами, — улыбнулся Сохатый, вспоминая их небольшие поездки за город, где они еще с Бродягой в свое время находили место для тренировок. — Не скучай. — В особенности по здешней стряпне, — усмехнулся Бродяга, обнимаясь с крестником. — Выше нос! Чемпионат с главной трибуны будем смотреть! Перед самым носом у министра. — Только особо задираться не следует, — слабо улыбнулся Люпин, хлопнув мальчика по плечу. — Мне жаль, Гарри. — Все нормально! — хором возразили ему все присутствующие. — Ну, все, — кивнул Джеймс. — Сову взял, деньги на сувениры взял? Чемодан сложил? — Да, — с готовностью кивнул мальчик, устроивший накануне вечером со сборами целое представление: он впервые столкнулся с выбором что взять, а что оставить! Подняв чемодан и клетку Букли, он вошел в изумрудное пламя. — Нора! Пламя взвилось, скрывая от провожающих фигуру ребенка, и мальчик исчез. — А тем временем у нас освободилась целая неделя, чтобы смотаться в Ирландию, — бодро объявил Бродяга, потирая ладони. — Там сейчас все на ушах стоят в предвкушении матча, — все еще глядя в камин, откликнулся Джеймс и довольно улыбнулся, предвкушая веселье. — Лунь, за день оклемаешься? — Куда я от вас денусь, — усмехнулся он, немного ожив. Остаток дня друзья потратили, сортируя хлам в подвале и вынося потенциально пригодные для использования вещи, готовились к предстоящему полнолунию. — Почему мы не можем выбраться в лес? — мрачно фыркнул Сир, разглядывая картинки на полях своих учебников. — Ха! За этого «Висельника» мы отработку у МакГи получили! Помнишь, Джим? — А все потому, что я проиграл у Арчи во взрыв-карты любимую четвертую парту, и мы, как придурки целый день сидели на первой, — жадно кивнул Джим, вспоминая тот нелепый случай. Так, за просмотром полей старых учебников, незаметно подкрался вечер. Навесив на подвал Заглушающие и Укрепляющие чары, они вытащили из погреба несколько тушек цыплят и заперли дверь. Наутро их разбудил стук. Подняв голову с покореженного старого котла, Джим обернулся к двери. Да, стучали именно в подвал. Только чем? Звук напоминал удар чем-то металлическим. Трость? Потягиваясь и разминая отекшие конечности, Джим пробрался среди развалин к двери и, вытащив из потайной щели палочку Лунатика, отпер дверь. Мимо пронесся, шлепнув его крылом по лицу, большой комок перьев, именуемый совой, и врезался в дрыхнущего посреди подвала пса. Тут же послышалось недовольное тявканье и угрожающий лай. — Тише! — прошипел Джим, подбираясь к ним. — Лунатика разбудишь. — Эта зараза клюется, — прокряхтел Сир, отмахиваясь от птицы и поднимаясь на ноги. — Как она, вообще, в дом пробралась? Отстань! — Ты все дыры на чердаке заделал? — нахмурился Джим, пробираясь к Лунатику. — Да! — И окно в ванной закрыл? — продолжил Поттер, колдуя носилки. — Оно слишком узкое для этого монстра, — возразил Бродяга, воюя с совой. — Да давай уже свое письмо, пернатая скотина! — Да хоть дымоход, — фыркнул, отмахнувшись, Джеймс, когда позади прекратился шелест крыльев, и подвал пролился свет из распахнутой настежь двери. — А вот сажа на конверте есть, — согласился Бродяга. — Откуда же ты такая? Вскоре его бормотание затихло, а Джеймс уложил Римуса на носилки: друг все еще был без сознания. Ему не помешали ни возгласы, ни драка, ни свет… и даже отчаянный вопль, раздавшийся со второго этажа, стоило Джеймсу вывезти друга в прихожую. — Что случилось? — встрепенулся Джим, тут же забегая на лестницу. Крик прервался на весьма нелестные эпитеты. Распахнув дверь кабинета, Джеймс застал несколько ужасающую картину: Бродяга застыл посреди комнаты, перечитывая письмо в дрожащих руках сумасшедшим взором. Лицо брата исказилось так, словно его вновь хотели упрятать в Азкабан! — В Мунго, — прохрипел Сир. — И именно сейчас, когда я занят Ирландией и Чемпионатом… Через три дня в обязательном херовом порядке. — Они мандрагоры перекурили? — вскипел Джим, подлетая к другу и вырывая у него это странное письмо с лимонной ленточкой. — Какого драккла сейчас? Ты ведь сам волен назначить время лечения. — Я у них долго не был, они соскучились, — огрызнулся Сир, отойдя к столу, и схватив чернильницу, со всей силы запустил её в стену, забрызгав чернилами шторы и потолок. — Уроды! — Соплохвосты! — кивнул Джим, дочитывая письмо. — А мы все равно поедем. Чемпионат – это святое! — Поддерживаешь? — требовательно воскликнул Сир, резко обернувшись к Джиму. — О чем вопрос? Абсолютно! — То-то же! — вскричал Сир, обернувшись к сове. — Еще раз сунешься – зажарю! — Ни разу не пробовал совиное жаркое, но это похоже на решение всех проблем, — усмехнулся Джеймс, сминая пергамент. — И не стоило нервов. — Так письмо уже третье, — фыркнул Бродяга и, забрав у Джима смятый лист, стремительным шагом покинул комнату. Но на следующий день совы облепили байк. Их было штук десять, и вчерашняя – самая наглая – насрала на руль. — Испарю в пух! — рыкнул Сириус, сгоняя негодниц со своего любимого мотоцикла, но даже не притронувшись к палочке. — Они ведь за тобой по всей Ирландии летать будут, — предупредил Люпин, глядя на все это безобразие в окно и попивая крепкий чай. — Не начинай! — пригрозил Сир. — Да ладно тебе, один взмах палочкой, и говна нет, — успокоил его Джим, демонстрируя только что сказанное. — Теперь можно ехать. — Со шлейфом из сов, — мрачно пробормотал Бродяга, сползая по борту коляски на землю и пряча лицо в ладонях. — Заклятие Недосягаемости? — предложил Джеймс, усаживаясь рядом. Нужно было что-то придумать, иначе они не они. — Ну, хочешь, я тоже не поеду? — в конце концов, вздохнул он. — Сдурел совсем? — мрачно хмыкнул Бродяга. — Итак по моему билету теперь Лунатик поедет. — Что? — тут же всполошился Люпин. — Нет, я пас! — Езжай, — возразил Сириус. — Не пропадать же билету. Тем более, не мне одному страдать. А по билету Сохатого и вовсе Молли Уизли придется ехать. И она уж мне точно ничего на омнинокль не запишет. — Обязательно запишу, — кивнул Поттер, обнимая друга за плечи. — Еще и Ли Джордана попрошу вести репортаж. — Спасибо, Джеймс, — прошептал Сир, позволяя себя, наконец, обнять нормально. — А потом притащу тебе лучшего игрока на блюдечке, — усмехнулся Джим, все еще решая трудную сложившуюся задачку. — Кстати, Зеркальце до сих пор у тебя и Гарри? В полдень понедельника Сохатый и Лунатик трансгрессировали в лагерь. Их встретил волшебник, одетый как рыжая елка, нацепившая на себя короткий плащ и килт, да на лицо выглядевший похлеще Люпина. — Такими темпами я забуду, что я чистокровный, а не маглорожденный, — усмехнулся Джим, едва они отошли от этого Бэзила и направились в указанную им сторону. Римус усмехнулся. Сейчас он, одетый в любимый поношенный костюм, и Джим в новеньких джинсах, футболке и клетчатой рубашке, купленные «за компанию» во время прогулок по магловским маркетам с Гарри, заметно выделялись из толпы, разодетых во все подряд волшебников. — И почему психическую нестабильность поставили именно Бродяге? — вздохнул Джим, когда мимо прошел старик в платье с явно женскими рюшками. — Они по сторонам на улицах смотреть не пробовали? — Лучше бы надели серые мантии, изобразив слёт монахов, — фыркнул Римус, оглядываясь по сторонам. — Они еще существуют? — удивился Джеймс. — А кто-то пару секунд назад хвастал своими познаниями в мире маглов! — усмехнулся Лунатик. — Для кого сей маскарад? — Для привратников. Джим обернулся на звук, не сразу заметив источник, но вскоре зацепился взглядом за верхушку цилиндра. — Дингл! — радостно воскликнул он, пожимая коротышке руку. — Жив пройдоха! — Да уж не вспыхнул так ярко и героически, как вы с Лили! — восторженно воскликнул бывший соратник по Ордену Феникса, оживленно тряхнув руку Джеймса в рукопожатии. — Привет, Люпин. Кстати, Поттер, я пока за твоим сыном присматривал, заметил, что у Лили сестра не из лучших. — Да, — неохотно кивнул Джеймс. Он терпеть не мог, когда его жене ставили в укор что-либо, тем более, её сестру, хоть та и стерва. — Но не выбирали, как говорится. — К сожалению, — кивнул Дедалус. — Нам пора искать Гарри, — пришел на помощь Люпин, наклоняясь к Джеймсу. — А? Да, нам пора, — закивал Поттер, освобождая ладонь, которую бывший соратник все еще тряс. — Гарри Поттер тоже здесь? — оживился Дингл. — Да. Возможно, свидимся еще, — усмехнулся Джим, а потом наклонился и обнял старого товарища. — Спасибо, что присматривал за ним, Динг. — Не стоит благодарностей, — отмахнулся тот, стоило Поттеру разжать объятия. — Это, скорее, честь. Но Лунатик уже потянул Джеймса дальше, и пришлось спешно прощаться. — Ты же помнишь, что Гарри не любит подобное внимание? — тихо напомнил Римус, стоило им отойти. — Лагерь большой, разминемся, — поморщился Джим. — Хотя я не вижу ни единой причины для Гарри избегать Дингла. — Привет, Док… Это Карадок Дирборн, из Управления по связям с гоблинами, помните?.. — донесся до друзей голос Артура Уизли, и они единодушно свернули на звук. — А это Кирк и Растлин, они тоже невыразимцы… Джеймс отшатнулся на пару шагов назад, едва не врезавшись в одного из них. Ему не понравились взгляды этих джентльменов, да и в целом невыразимцы перестали вызывать у Джеймса доверие. — Всем привет! — радостно улыбнулся Сохатый семейству Уизли и Гарри с Гермионой, присаживаясь к их дружному костру и, приветственно хлопнув сына по плечу, обменялся рукопожатиями с остальными. — Пап, Римус, — поздоровался Гарри, чуть нахмурившись. — А где Сириус? — Вот именно, — тут же оживились близнецы, хотя заметив в руках Джеймса свой пакет, чуть успокоились. — Ему напомнили о необходимой для него реабилитации, — пояснил Поттер-старший. — Есть же в мире справедливость, — пробурчал Перси под огорченные вздохи и высказывания братьев и Гарри. — Будем надеяться, что курс оздоровления все-таки принесет хоть какую-то пользу, — с нажимом произнес Люпин, предупреждая возмущение Джеймса. Сохатый недовольно поджал губы, но спустя пару секунд снова улыбнулся. — И как жизнь в лагере? — поинтересовался он, помогая Джинни с тарелками. — Тотализатор еще не закрыли? Что-нибудь уже купили? Гарри, ты Зеркало взял? — Да, вот, — кивнул мальчик, доставая из рюкзака завернутое в несколько платков стекло. — И пока не ходили. — А чего ждете? — Пара молодых людей отдали все свои сбережения на ставки, — укоряющее взглянул на близнецов Артур. — Стоило ли так рисковать? — улыбнулся Римус, принимая у Гермионы свою тарелку. — Вот и узнаем! — улыбнулся Фред. — Кто еще у кого выиграет. — Вы пришли почти сразу после ухода Людо Бэгмена и Барти Крауча, — сообщил Гарри и чуть улыбнулся. — Бэгмен будет комментатором. — Надеюсь, Бродяга ему не помешает, — усмехнулся Джим. День медленно шел на убыль, но напряжение от предвкушения матча, казалось, уже искрило в воздухе. Или это были первые искры из палочки? Под покровом ночи все волшебники сняли магловкие маски, давая волю своим чувствам. Заодно и дали зеленый свет торговцам с лотками. Пару раз Джеймс пытался наладить связь с Бродягой, но тот, лишь узнав, что матч еще не начался, убирал Зеркало обратно в тумбочку. Гарри, Рон и Гермиона отошли от палатки, догоняя ближайшего торговца. Джим не пошел следом, но то и дело вертелся, не выпуская из виду растрепанную черноволосую макушку сына. — Все нормально? — осторожно поинтересовался Римус, заметив поведение друга. — Гарри взрослый парень. — Которому с той стороны прислан отец для охраны, — мрачно хмыкнул Джим. — Я не знаю, но чувствую… что-то. В конце концов, одуреет на эмоциях и скупит половину лотков, кто его останавливать будет? — Тебе не идет, — тихо засмеялся Лунатик, но тоже стал присматривать за молодежью. — Если я куплю себе транспарант, чтобы перекрыть обзор Краучу, ты запишешь на омнинокль матч? — все-таки не вытерпев, спросил Джим спустя минут пятнадцать. — А Гарри? — вскинул брови Лунатик. — Он себе свой купил. — На мне еще Бродяга. — Чудненько, — хитро усмехнулся Джеймс. Вскочив на ноги, он едва успел остановить уходящего торговца и купил огромный цилиндр с венком из трилистника на полях. А потом из лесу послышался призывный гонг. — Гарри, — подозвал Джим сына поближе к себе, пока они продвигались в толпе к стадиону. — На что это будет похоже? — в предвкушении спросил мальчик, следуя с Гермионой чуть впереди Джеймса и Римуса. — На то, что вы никогда не забудете, — восторженно ответил Джим, привстав на носочки и заметив первый парящий в небе транспарант. И не прогадал. Едва они приблизились к стадиону, у Гарри отвисла челюсть. Джеймс просиял – его маленький чемпион знает толк в прекрасном. В то время как Люпин лишь вежливо улыбался и слегка морщился от царящего вокруг гвалта. — Может, наушники? — предложил Джим, не на шутку обеспокоившись за состояние друга, но Люпин лишь отрицательно покачал головой. — Сто тысяч мест, — сказал мистер Уизли, поймав благоговейный взгляд Гарри. — По заданию Министерства здесь целый год трудились пятьсот человек. Маглоотталкивающие чары тут на каждом дюйме. Весь год, как только маглы оказывались где-то поблизости, они вдруг вспоминали о каком-нибудь неотложном деле, и им приходилось срочно убираться восвояси… благослови их Господь, — добавил он нежно, направляясь к ближайшему входу, уже окружённому шумной толпой колдуний и волшебников. — Первоклассные места! — заметила колдунья из Министерства, проверяя у друзей билеты. — Верхняя ложа! Прямо по лестнице, Артур, и наверх. Они поднялись в маленькую ложу на высшей точке стадиона. Они прошли к передним местам, и Джим рассмеялся от счастья. Это была просто фантастика! — Сириус Блэк, — позвал он, достав Зеркальце, и Бродяга тут же улыбнулся ему во все тридцать два зуба. — Шикарно, — в предвкушении прошептал он, когда Поттер обзорно повел Зеркалом по всему стадиону. — И обалденная шляпа, Джеймс! — Покорнейше благодарю, — почтенно кивнул Сохатый, проходя на места. Но уже готовый сесть рядом с сыном вдруг нахмурился и огляделся. Ложа пока еще наполнялась, но среди уже вошедших было двое незнакомых Джеймсу волшебников, а рядом с ними сидел домовой эльф, к которому Гарри тут же обратился «Добби». Эльф был страшно напуган. — Ты его знаешь? — обратился он к сыну. — Так, парни, садитесь уже! — нетерпеливо воскликнул Бродяга. — Сохатый, к стадиону развернись! — Сэр, вы назвать меня Добби? — с любопытством пискнул эльф между пальцев. — Прошу прощения, — обратился Гарри к эльфу. — Я просто принял вас за одного своего знакомого. — Но я тоже знать Добби, сэр, — пискнул эльф. Она заслоняла лицо, как будто от резких лучей, хотя верхняя ложа и не была ярко освещена. — Меня зовут Винки, сэр, а вы, сэр, вы, должно быть, сам Гарри Поттер! — Да, это я, — согласился Гарри. Что она забыла на матче? К тому же, судя по зашоренности эльфийки, ее хозяева вряд ли были милостивы к ней. — Гарри, не возражаешь, если поменяемся? — предложил Джим, садясь перед этой странной эльфийкой. — Добби постоянно говорить о вас, сэр, — продолжила она разговор с Гарри. — Как он там? — спросил мальчик. — Как ему живётся на свободе? — Ах, сэр! Ах, сэр, не подумайте, что я непочтительна, сэр, но я не уверена, что вы оказать Добби услугу, когда отпустить его на волю. — Почему? — поразился Гарри. — Что с ним случилось? — Свобода ударить Добби в голову, сэр, — печально сказала Винки. — Метить выше своего чина, сэр. Не может нигде больше устроиться, сэр. — Почему? — Он хотеть оплаты за свою работу, сэр, — прошептала эльфийка. — Оплаты? — не понял Гарри. — Ну… А почему бы его работу не оплачивать? — А парень молодец, — тихо воскликнул Бродяга, от нечего делать тоже прислушиваясь к разговору. Джеймс улыбнулся и развернул Зеркальце к Винки, попутно сделав знак другу, что там что-то странное. — Домашние эльфы не брать денег, сэр! — приглушенно пропищала она. — Нет, нет, нет. Я говорить Добби, я говорить ему — иди, найди себе приличную семью и осядь, Добби. А он затевать всевозможные буйные увеселения, сэр, это не подобать домашнему эльфу. Эти гулянки твоя до добра не доведут, Добби, говорить я, твоя запросто кончать так, что угодить Комиссия по регулированию и контролю магических существ, словно какой-нибудь - тьфу! - распоследний гоблин… — Ну как же ему сейчас немного не повеселиться? — удивился Гарри. — Домашний эльф не положено веселиться, Гарри Поттер, — сурово заметила Винки. — Домашний эльф делать то, что им велено. Я совсем не выносить высоты, Гарри Поттер, но мой хозяин послать меня сюда, и я пойти, сэр. Джеймс нахмурился, но Бродяга лишь пожал плечами, хмурясь ничуть не меньше. — Зачем же он вас послал, если знает, что вы не любите высоты? — Хозяин… хозяин хотеть, чтобы я занять ему место, Гарри Поттер, потому что он очень занят. Винки очень бы желать вернуться назад в палатку хозяина, но Винки делать, что ей сказано, Винки хороший домашний эльф. — Гарри, — предупреждающе прошептал Джим, обхватив мальчика за запястье, вынуждая сесть. — На это она все равно не сможет повлиять – надо решать все с её хозяевами. Но я горжусь тобой, сын. — Гордишься чему? — недоуменно, но все же польщено переспросил Гарри. — Менталитету, как у маглорожденного, — вклинился Бродяга. — Потом объясню, как встретимся. Следующие полчаса ложа наполнялась людьми. Еще с порога Фадж начал рекламировать Гарри болгарскому министру, в результате чего сам запутался в языковых барьерах, а Перси в собственных пируэтах, в итоге чего разбил очки. — Поверни меня к этому болвану, — еле слышно попросил Бродяга Джеймса. — Зеркала запрещены, Джеймс, — перегнувшись через Билла и Римуса, предупредил Артур, а Фадж меж тем уже расхваливал подошедших Малфоев. Хотя был ли смысл, если магия Сквозного Зеркала была доступна лишь тем, кто хоть раз по нему вызвонил собеседника? Для остальных оно было обычным. — Передай кузине мое глубочайшее разочарование, — фыркнул Блэк. — А, Фадж! — произнёс мистер Малфой, подходя к министру и протягивая руку. — Как дела? По-моему, ты ещё незнаком с моей женой Нарциссой? И с нашим сыном Драко? — Добрый вечер, добрый вечер! — Фадж улыбнулся и поклонился миссис Малфой. — А мне позвольте представить вам мистера Обланск… Обалонск… мистера… короче, он болгарский министр магии, и не понимает ни слова из того, что я говорю, так что не беспокойтесь. И давайте посмотрим, кто тут у нас ещё? С Артуром Уизли вы знакомы, я полагаю? Судя по взгляду Артура, тот был солидарен с Поттерами касаемо Малфоев. Холодные серые глаза Малфоя скользнули по мистеру Уизли и затем обежали весь ряд. — Боже правый, Артур, — негромко произнёс он, — что же тебе пришлось продать, чтобы достать места в верхней ложе? Уверен, ты за весь свой дом столько бы не выручил. Или у Поттера попросил? — Тебе лучше знать, Луциус! У тебя ведь явный опыт… с мозгами, — с вызовом ухмыльнулся Джеймс под привычный аккомпанемент усмешек. — Кстати, Цисси, Сириус просил меня передать тебе, что глубоко разочарован в твоих ориентирах… и не только жизненных. — Ну, полно вам! — с деланным радушием вмешался Фадж. — Люциус на днях сделал очень щедрое пожертвование больнице святого Мунго. — О чем я и сказал, только не уверен, что щедрое, — между делом произнес Джеймс под очередные смешки Гарри и близко сидящих Уизли, отворачиваясь обратно к трибуне. А в следующий момент в ложу ворвался Людо Бэгмен. — Все готовы? — сияя улыбкой, пророкотал он. — Министр, начинать? — По твоей команде, Людо, — с удовольствием отвечал Фадж. — Леди и джентльмены! Добро пожаловать! Добро пожаловать на финал четыреста двадцать второго Чемпионата мира по квиддичу! Если чем-то Джим и был благодарен судьбе, что с ними поехал не Сириус, а Лунатик, так это тому, что мог абсолютно довериться другу, уместить Сквозное Зеркало с Бродягой на коленях,и погрузиться в созерцание роскоши этого матча. Его мощь, обширность, талисманы… Какого драккла Гарри не заткнул уши? Хотя кого Джеймс спрашивает? — Гарри, вернись! — крикнул он, отнимая одну ладонь от уха, и слух тут же наполнил мелодичный звук этих тварей. — Джеймс, следи за своим сыном и не смей ронять меня! Ах да, еще Рона одерни! — донесся до его ушей крик Бродяги, а в следующую секунду Сохатый почувствовал смачный подзатыльник и руку на коленях – забрали Зеркало. Рядом кричали девочки. — Проклятье! — рыкнул Джеймс и, вскочив с места, схватил сына за руку, резко дернул его на себя, намеренно сильно задев Рона. Чемпион налетел на него и недоуменно заморгал. — Это вейлы. Заткни уши. Гарри послушался, но взглянув на ряды, нахмурился. Да, он изрядно напугал всех. И Малфои тоже все видели. Жаль, уши ладонями закрыты, чтобы хоть как-то приободрить сына. Вскоре музыка стихла, и мальчики позволили себе… сорвать трилистники с одежды. Да и Сохатому уже не так сильно нужна была шляпа – Крауча все равно на трибунах не было. Однако Бродягу ему Лунатик уже не отдал. — Зеркальце побоялся разбить, Поттер, — язвительно усмехнулся Люциус. — Уже хвалишь себя, что не привез сюда свой стандартный будуар? — парировал Джим, даже не оборачиваясь. Ирландцы же подкупили всех лепреконским золотом. Джеймсу оставалось лишь дивиться происходящему: ну ладно болгары, да и Рону золото послужило неплохую службу, но неужели Бэгмен, готовый хоть вылизать весь пол в ложе, настолько тупой? И, наконец, на поле вылетели игроки. Джим всерьез решил, что у него плохо со зрением. Сначала Крам оказался талантливой копией Снейпа на метле и в красной форме, но ирландцы же вовсе были расплывчатыми зелеными пятнами! Давно Джеймсу не приходилось болеть за зеленых. Если у «Молнии» и был минус, то заметный лишь зрителю. Смотреть было просто нереально! Гарри догадался включить замедлитель, но пропустил значительную часть розыгрыша первого мяча! А у Джима не было времени правильно настроить ребенку омнинокль. Но меж тем ирландцы были великолепны! Джеймс готов был сорваться с места и заплясать вместе с лепреконами! Ловкие и стремительные обводки, чередования приемов и плавный выход из них… Болгары готовы были их убить. В прямом смысле слова, хотя юрких наездников «Молний» практически невозможно было поймать! Адреналин зашкаливал. Иванова сделала ирландцев, забив первые десять очков своей команде. Мистер Уизли предусмотрительно велел всем заткнуть уши - снова заплясали вейлы. Борьба за квоффл продолжилась в пользу болгар, вот только ловцы решили свести меж собой счеты. — Где снитч? — недоуменно воскликнул Гарри. — Это нереально крутой прием! — фанатично взвыл Джим, однако, не справился с ним именно ирландец Линч. Сохатый сделал пометку, что с Гарри придется учить этот финт более осторожно. Несмотря на все беспокойства, Линч выжил, но в дальнейшем летал словно сонная муха. У Болгарии появился шанс на победу. Джеймс смеялся в голос: за штрафной пенальти, назначенное судьей болгарам, вейлы отомстили судье! И почему на стадионе наушники надел только Лунатик? Болгары явно не желали играть в квиддич. На кой Мерлин загонщикам группа поддержки, когда бладжер пролетел под таким соблазнительным углом к застывшему в воздухе любопытному Трою? Впрочем, два дополнительных пенальти в пользу этого ирландского ротозея Джима только порадовали. На поле разразилась настоящая битва! Лепреконы и вейлы дрались меж собой, а потом с министерскими работниками. В воздухе Дмитров попытался сшибить Моран с метлы, но девушка чудом удержалась. Вейла подпалила метлу судьи! Мантии игроков были заляпаны кровью. Эта была самая жаркая баталия на стадионе, которую когда-либо видел Джеймс. — Посмотри на Линча! — вдруг во все лёгкие заорал Гарри. — Он еще жив? — охнул Лунатик. — Он увидел Снитч! — изо всех сил кричал Гарри. — Он видит его! Только посмотри, как он летит! — Они разобьются! — взвизгнула Гермиона. — Нет! — прокричал Рон. — Линч может! — воскликнул Гарри. — Кто только пригласил этого клоуна в команду? — рыкнул Джим, глядя, как соперник ирландца - Крам плавной дугой выравнивается над полем и сжимает в руке золотой мяч, хотя счет все равно остался в пользу ирландской сборной, ловец которых вновь впечатал древко метлы в землю, а вейлы решили сплясать на нем степ. — Это не смешно. — Снитч, где снитч? — на всю ложу заорал Чарли. — Он поймал его! Крам его поймал! Всё кончено! — воскликнул Гарри. — ИРЛАНДИЯ ПОБЕДИЛА! — надрывался Бэгмен, который, как и ирландцы, был захвачен врасплох неожиданным окончанием матча. — КРАМ ЛОВИТ СНИТЧ, НО ПОБЕЖДАЕТ ИРЛАНДИЯ! Бог ты мой, кто мог такое ожидать! Джеймс ликовал! Чуть не придушив в объятиях сына, он бросился к Лунатику, Зеркало в руке которого воодушевленно вопило хором голосов: видимо, Бродяга приманил к себе персонал со всего этажа, если не всей больницы. — Да! Да! Да! — кричал Джим, стискивая Римуса в объятиях, отпустив беднягу, только когда Бэгмен объявил круг почета и пригласил сборные на главную трибуну. Победу они праздновали в палатках, одолженных мистером Уизли. Эйфория Джеймса медленно угасала, но сон никак не желал приходить. Когда Артур велел всем ложиться, Джим удивленно вскинул брови. — Мы не хотим вас стеснять, Артур, — начал было Люпин, но мистер Уизли и слышать ничего не хотел, заявляя, что и им стоит остаться и отдохнуть. — Я подежурю, — тревожно улыбнулся Джим, выглядывая на улицу. — Такие добровольные начала мне не понять, — усмехнулся Артур, уходя в спальные отсеки. Джим вышел на улицу и втянул носом прохладный ночной воздух. Что его тревожило? Вокруг был слышен стрекот сверчков и пьяные ирландские песни. Час… два… А потом начался пожар. Огонь вспыхнул в самом центре, вокруг самого высокого шатра, который тем не менее остался нетронутым. С той стороны послышались крики. Нет! Вопли ужаса, которые Джим не слышал так давно. — Подъем! — завопил он, врываясь в палатку, зажег Люмос, тыча палочкой чуть ли не в глаза всем. — Подъем! — Джеймс? — сонно воскликнул Артур. — Старая банда решила устроить вечеринку, — с отвращением выплюнул Джим, но Уизли и сами услышали панику на улице. — Гарри, подъем! Мимо него прошмыгнул Джордж. Сохатый рванул за ним на улицу, но тот лишь нырнул в палатку к девочкам. А пожар тем временем лавиной надвигался в их сторону. Палатки уже не препятствовали обзору – от них остались лишь обгорелые руины. Плотная толпа с поднятыми палочками. Знакомые плащи и маски. — Какого драккла Крауч вас не посадил? Агуаменти! — завопил Джеймс, обливая мощными потоками воды брезентовую палатку. — Они схватили маглов! — Проклятье! — послышался из спальни рык Чарли. — Гарри! — вновь позвал Джим. — Здесь, — откликнулся мальчик, выныривая из палатки одновременно с Люпином. — Мрази! — рыкнул Люпин, по-волчьи скалясь в сторону давних врагов. — Мы поможем министерским дежурным! — закричал, перекрывая гвалт, мистер Уизли, закатывая рукава. — Вы все - давайте в лес и держитесь вместе. Я приду за вами, как только мы с этим разберёмся. — Держитесь рядом! Паникующая толпа не менее опасна, чем Пожиратели Смерти! — крикнул им вслед Джеймс. Билл, Римус, Чарли, Перси и Артур уже мчались навстречу подступившим почти вплотную Пожирателям. Вот только Джеймс не мог отпустить Гарри одного. Не мог… Почему здесь нет Бродяги? Решение созрело с долю секунды. Высмотрев неподалеку здоровенный булыжник, Джеймс взмахнул палочкой, обращая ее в огромного медвежеподобного пса с поводком. — Не выпускай ремешок из рук! — рявкнул он, перебрасывая конец повода сыну. — И живо в лес! Едва близнецы подтолкнули детей в указанном направлении, Сохатый рванул в схватку. Министерские работники уже разбили толпу на три группы, отсекая их друг от друга, но и вклиниваясь не особо умело. Джеймсу оставалось лишь дивиться тому, сколько приспешников Волан-де-Морта отмазались от ареста, и им позволили. Те самые министерские болванчики, которые кружили в сторонке, не решаясь вступить в схватку. «Почему никто не снимает маглов? Либеракорпус!» — Ловите ее! — взревел Джеймс на онемевшего Фаджа, одновременно выставляя щит перед ринувшимися к ним Пожирателями. Женщину поймал предприимчивый Перси, вовремя вырулив из толпы. «Либеракорпус! Аресто моментум» колдовал Джим, по очереди направляя палочку на детей, и впихивая их в руки министерских болванчиков с галерки. Привратник оказался последним. — Неужели никто не знает этого заклинания? — сквозь зубы прошипел Джеймс, раскидывая под ноги пожирателям заклятия-подножки. И прорываясь в гущу. Пожиратели были пьяны. Или слишком самоуверенны для Щитовых чар. — Акцио, маска! Люциус? Серебряная, инкрустированная бриллиантами маска слетела, как пущенная из рогатки, с лица ближайшего Пожирателя, являя разгневанное лицо Малфоя. Вот только стоило Джеймсу приготовиться к схватке, Люциус крутанулся вокруг своей оси и трансгрессировал. — Трус! — рыкнул Джеймс, вновь оборачиваясь к толпе. Когда число Министерских служащих так резко уменьшилось? Сейчас было не до поимки этих уродов. А как прогнать? — Акцио маски! — взревел Джим, вскинув палочку вверх, и послышались первые хлопки. Пожиратели сбегали. — Акцио маски! Акцио! Акцио! Джеймс даже не заметил красные и темно-фиолетовые лучи, пока те не подлетели почти вплотную, ударившись о невидимый щит. — Тебя по сторонам не учили смотреть, придурок? — рыкнул за спиной голос. Джеймс резко обернулся и увидел мракоборца с густой, почти львиной гривой рыжеватых с проседью волос. — Они бегут! — возразил Джим. — Именно! — ответил мракоборец. — И из-за тебя мы их упустим! — Вы их упустили тринадцать лет назад и не искали! — завопил Джим. — Сейчас совесть проснулась? — Ты хоть запоминай их лица, — процедил мужчина, прежде чем скрыться в толпе. — Импедимента максима! — воскликнул Джим, сбивая с ног троих Пожирателей. — Остолбеней! Протего! Остолбеней! Акцио маски! — Акцио маски, — эхом послышался хор голосов работников министерства. Они тоже устали. — Протего, — уже не слыша собственного голоса, кричал Джеймс, отпрыгивая в сторону от горящей балки, которая, приземлившись, взорвалась. — Диффиндо! Шнурок на верхушке шатра лопнул, погребая под собой троих Пожирателей. Джеймс почувствовал на плече знакомую ладонь, отдернувшую его от рухнувшего брезента. — Они отступают! — задыхаясь, крикнул Люпин, опираясь на плечо друга. — Надо немного поднажать, — ответил Джим. — И ни в коем случае не рассказывать Бродяге, что он пропустил! Они засмеялись, становясь плечом к плечу, вновь и вновь сдергивая маски. — Мантия Эванеско, — воскликнул Джеймс, направив палочку на Пожирателя, выскочившего из-за угла. Человек не смог просто так исчезнуть, в отличие от его одежды. До смерти напуганная волшебница из министерства истерично засмеялась, стоило бедолаге сверкнуть своими причиндалами посреди поля боя. Он был весь испещрен шрамами – явно работа Аластора Грюма. Оглушив девушку, нудист был таков. Поле боя озарилось зеленым светом. Оглянувшись, Пожиратели разом исчезли. — Смотри! — хрипло воскликнул Лунатик, указав на небо. На небе воспарила мерзким ужасающим созвездием Черная Метка.