Hitchups

      Иккинг знал, что рано или поздно у него начнутся проблемы. Слишком уж гладко все шло.       Медленно, но уверенно, перелетая от острова к острову, часто останавливаясь, чтобы пополнить запасы воды, еды, да и просто лишний раз отдохнуть, они с Беззубиком двигались по направлению к материку. В целом, последние две недели, когда Иккингу можно было не бояться быть пойманным и не надо было придумывать повод, чтобы сбежать из родной деревни, претендовали на звание лучших двух недель в его жизни. Наконец-то никаких невнятных племенных законов, которым надо безропотно подчиняться, и никаких требований, которым во что бы то ни стало надо соответствовать. Наконец-то Иккинг мог расслабиться и быть собой.       Первый раз судьба решила показать ему зубы дня четыре назад, когда внезапный порыв ветра подхватил карту и унёс куда-то далеко в океан. С тех пор Иккинг прокладывал курс по памяти и представление о том, где находятся, имел довольно смутное. Что ему очень сильно не нравилось.       Во время очередной стоянки Беззубик, по своему обыкновению, примостился на скале, подставляя лоснящиеся бока полуденному солнцу. На поиски пищи он отпускал Иккинга одного, каждый раз урча предостерегающие напутствия. Во время таких привалов Иккинг учился заботиться о себе сам.       В целом, бояться было нечего: верный кинжал он всегда носил при себе, а если и сталкивался с непредвиденными опасностями, Беззубик всегда был готов помочь.       Однако, даже в страшном сне Иккинг не мог себе представить, с кем ему доведётся столкнуться на этом острове.       — Иккинг!       В этот самый миг две прекрасные недели душевного спокойствия подошли к концу.       Зачем при встрече с другом орать не своим голосом и брызгать слюной ему в лицо, Иккинг не понимал. Хотя, он вроде слышал краем уха, что среди Викингов это считается хорошим тоном.       — Аа, ээ... Камикадза? — выдавил Иккинг со смесью ужаса и разочарования.       Откуда она здесь взялась?! Секунду назад Иккинг спокойно прогуливался по опушке леса в поисках ужина, наслаждаясь последними лучами летнего солнца, а рядом не было ни души. И вдруг она – юное дарование с легкой склонностью к клептомании – выскакивает из кустов и, надрывая глотку, орет его имя.       — Ч-что ты тут делаешь?       Иккинг поморщился: этот же вопрос он задал Астрид, когда вот так же наткнулся на неё в овраге. В конечном итоге все обернулось их с Беззубиком бегством.       Тихо бряцнув ножнами, Камикадза уперла руки в бока. Иккинг не видел ее около двух лет, и за это время она почти не изменилась: все те же длинные светлые волосы, все так же увешана кинжалами всех форм и размеров, и все такая же кроха.       — Мы возвращаемся из Восточной Англии, — она ткнула большим пальцем себе за спину. Там, у побережья, раскачивались десятки и десятки драккаров, каждый из которых, несомненно, был полон вооруженных и опасных Бой-Баб. Иккинг отвесил себе мысленный подзатыльник: ну как, как их можно было не заметить?       Бой-Баб можно было с полной уверенностью называть заклятыми друзьями Лохматых Хулиганов. Они относились к тем немногим племенам, которые торговали с Олухом вот уже много лет, раз в год наведываясь в гости. И каждый их приезд сопровождался какими-нибудь безобидными соревнованиями: гонками, драками, схватками на мечах и, конечно же, спорами, кто кого перепьет. Будучи большими любителями погорланить, Стоик Обширный и Большегрудая Берта придумали забаву меряться голосами. Их громкостью, если точнее. Поэтому находиться с ними в одном помещении и не оглохнуть было довольно сложно.       Камикадза была дочерью Большегрудой Берты, и, как следствие, будущей предводительницей Бой-Баб. С ней, как ни странно, Иккингу удалось найти общий язык. Более-менее. С самого детства их, по возможности, сводили вместе. Наверное, чтобы в будущем сыграть свадьбу или, на крайний случай, для закрепления племенной дружбы и поддержки торговых отношений. Было непросто, но в конце концов, после пары не очень приятных эпизодов, между вечно жаждущей приключений Камикадзой и более уравновешенным Иккингом установилось взаимопонимание, и даже завязалось некое подобие дружбы.       — В этом году меня взяли с собой, — гордо сообщила Камикадза. — Мама наконец решила, что я достаточно взрослая, и что меня пора учить торговаться и воевать. Не то чтобы у меня были проблемы с последним... Но все равно, какое-никакое, а разнообразие. Заходили по пути в Ханстантон, но там ловить было практически нечего. Зато на Линдисфарне... Ох, честно говоря, я до сих пор не понимаю, как наш флот до сих пор держится на плаву и не тонет под весом добычи. Жаль только, что местные почти не сопротивлялись. Когда все достается легко, пропадает весь азарт.       Иккинг ради приличия кивнул, обдумывая тем временем план побега.       — В общем. — Она когда-нибудь замолчит? — Сейчас мы плывем домой и, похоже, неслабо заработаем на продаже всего этого хлама. Жаль, в этой части Оркнеев почти никто не живет, но нам все равно нужно пополнять запасы еды с водой, так что...       Иккинг тут же оторвался от своих размышлений.       — Погоди... Мы на Оркнейских островах?       Камикадза поджала губы, недовольная тем, что ее перебили.       — Ну, вообще-то, да. Оглядись, это же Корнхолм!       Смутившись, Иккинг кивнул. Было трудно определять направление по памяти: он, конечно, узнал Шотландские острова, когда пролетал мимо, но сейчас без карты было туговато.       — А, ну да. Как же я сразу не догадался... — В первом же попавшемся селении нужно раздобыть карту. Иначе, в один прекрасный момент, он рискует оказаться на острие саксонского копья.       — А где остальные Хулиганы? — неожиданно спросила Камикадза, картинно заглядывая ему за спину. — Вы пристали на другой стороне острова? Тогда почему мы не заметили ваших кораблей?       Единственный, кто сейчас находится на другой стороне острова, это Беззубик.       — Нет-нет. Я один, — затараторил Иккинг, и судя по подозрительному прищуру Камикадзы, его ответ показался ей слишком поспешным, и оттого подозрительным.       — Один?       — Ага. Один. Совсем один. В гордом одиночестве.       И никаких драконов, да-да.       — И что ты тут забыл в «гордом одиночестве»?       — Ну, я просто... — Иккинг замялся. — Путешествую?       Камикадза расплылась в широкой улыбке.       — Ааа! У тебя задание от отца, да? Он решил проверить насколько ты достойный наследник и воин? Я, наверно, тоже так сделаю, если мама разрешит. А то она меня буквально на поводке держит – даже подраться толком не дает!       Теперь Иккинг вспомнил, что больше чем болтать Камикадза любит только драться.       — А где твоя лодка? — она оглядела побережье в поисках возможного транспорта.       — Эээ, на другой стороне острова, скорее всего... Я тут просто местность изучал, хотел поохотиться немного...       — Ты охотишься? Один? — Камикадза снова окинула его недоверчивым взглядом. Ну да, Иккинг Хэддок – последний человек, которого ожидаешь увидеть на охоте, тем более одиночной. Да ещё и вооруженного каким-то невнятным кинжалом.       — Я прекрасно справляюсь, спасибо! — ответил он раздраженно. Постоянное общение с Беззубиком явно подняло его самооценку на новый уровень. Старания, которые прикладывал дракон, чтобы искоренить дурацкую склонность Иккинга к самоуничижению, не прошли даром.       Девушка подняла руки в примирительном жесте:       — Тихо, тихо, я не хотела тебя обидеть. Но согласись, несколько странно видеть тебя бредущим по лесу с ножом наперевес.       Иккинг смолчал, но одарил её красноречивым надменным взглядом.       Камикадза в ответ оскалилась.       — КАМИКАДЗА!       Иккинг чуть не поседел. Он уже слышал этот голос раньше, но именно сейчас он вселил в него неподдельный ужас.       — О, похоже, мне пора, — буднично произнесла Камикадза, развернувшись в сторону кораблей.       — КАМИ! ТАЩИ СЮДА СВОЮ ТОЩУЮ ЗАДНИЦУ!       Из-за скал показалась широченная фигура ее матери – Большегрудой Берты. С такого расстояния она была едва видна, но все равно впечатление производила неизгладимое.       — Кстати! Тебе нужно поздороваться с мамой! — Камикадза снова улыбнулась, ухватила его за руку и потащила к кораблям. — Она говорила, что дальше мы пойдем на север. Твоему отцу придутся по нраву товары, что мы захватили на Линдисфарне. Особенно мед! Ох, ты не представляешь, насколько он хорош – только не смей говорить маме, что я его пробовала! А еще нам надо купить новых плащей из драконьей кожи, а лучших плащей, что у вас на Олухе, не делают нигде, это все знают – этого я тебе тоже не говорила, если что!       Иккингу пришлось приложить немало усилий, чтобы вырваться из стальной хватки Камикадзы. Освободившись, он отшатнулся на пару шагов.       — Не, не... нет! Мне нельзя. Я бы с радостью, но мне нужно спешить. У меня еще много дел – важных дел! – и совсем нет времени. Занят по самое никуда! Представляешь!? Может быть, в другой раз, когда я буду не так занят...       ...очередным побегом.       — Кто это там с тобой?! — крикнула Берта, двигаясь в их сторону.       В панике Иккинг отпрыгнул на несколько метров в сторону. Камикадза с любопытством посмотрела ему вслед, но попыток остановить его бегство не предприняла.       — Лучше вообще не говори маме, что видела меня, — добавил Иккинг, отступая в ближайшие кусты.       — Но...       — Скажи, что ей показалось! – крикнул он, скрываясь среди деревьев.       Иккинг всегда казался Камикадзе не от мира сего, отчасти потому, что часто делал что-то одному ему понятное, ничего никому не объясняя. Но сейчас он превзошел самого себя.       А еще, опыт подсказывал ей, что если уж Иккинг Хэддок что-то задумал, то не стоит вставать у него на пути.       Камикадза простояла еще пару минут, пытаясь понять, что только что произошло. В себя она пришла, только когда тяжелая рука матери опустилась ей на плечо.       — КАМИКАДЗА! — рявкнула Берта на ухо дочери, от чего та едва не подпрыгнула. — Ты что не слышала, как я тебя зову? Чего ты тут стоишь? И кто это тут был?       — Знаешь, что-то мне подсказывает, что нам нужно внимательнее перебирать малину, прежде чем ее есть... — начала Камикадза издалека. Затем улыбнулась и с беззаботным видом посмотрела на мать. — Не было тут никого. Тебе показалось.

########

      Иккинг бежал сквозь лес, стараясь как можно меньше шуметь. Не то чтобы он опасался погони – в конце концов, с такими габаритами, какими природа наделила Большегрудую Берту, носиться по лесу было проблематично. Сильнее всего парень переживал за своего дракона. Иккинг не знал, как давно Бой-Бабы высадились на остров и насколько сильно по нему разбрелись, так что ему оставалось только молиться всем богам, что Беззубик в случае чего найдет, где спрятаться.       Бой-Бабы не были такими искусными драконоборцами, как Лохматые Хулиганы, чей опыт объяснялся близостью Олуха к Гнезду. При необходимости, Хулиган вполне может одолеть дракона в одиночку. Бой-Бабы же в своих странствиях больше сражались с другими племенами, нежели с драконами.       Но почему-то Иккинг не сомневался, что их отряд легко справится с одинокой Ночной Фурией, которая к тому же не может летать.       — Беззубик! — позвал он, добравшись наконец, до грота, где они разбили лагерь и облегченно вздохнул: его друг наслаждался солнцем там же, где и несколько часов назад.       Дракон, услышав свое имя, открыл глаза и приподнял голову.       — Я вернулся, братец, — подойдя ближе, Иккинг положил ладонь на чешуйчатый нос дракона.       Беззубик мягко фыркнул и обеспокоенно посмотрел на запыхавшегося друга.       — Все нормально, — успокоил его Иккинг. — Просто на другой стороне острова внезапно обнаружилась небольшая компания Викингов. Думаю, нам лучше улететь подальше, на юг.       Беззубик вопросительно склонил голову и глянул на солнце. Обычно они путешествовали под покровом ночи, а днем спали. Черный дракон в небе посреди бела дня точно привлечет нежелательное внимание нежелательных людей.       — Пойдем на малой высоте, отлетим подальше в море и скроемся в облаках, — Иккинг уже все успел обдумать. Прикрыв глаза от солнца, он осмотрел горизонт. — На востоке они достаточно плотные. Будем надеяться, что если нас и заметят, то примут за какую-нибудь большую птицу.       Выгнув спину и заскрежетав когтями по камню, Беззубик по-кошачьи потянулся и теперь ждал, пока его всадник закрепит седло, соберет вещи и осмотрит протез.       Иккинг чуть подергал изрядно потрепанный тросик, соединяющий педаль с искусственным элероном, и недовольно цокнул языком.       — Надо бы найти, чем его заменить, — размышлял он вслух. — Этот пока еще держится, но я не уверен, что это надолго...       Закончив осмотр, Иккинг, несмотря на тяжелую сумку за спиной, с легкостью вскочил в седло.       Гармонично дополняя действия друг друга, они взмыли ввысь и начали набирать скорость, бесшумно рассекая воздух над самой водой. Убедившись, что остров достаточно далеко позади, Иккинг щелкнул педалями, переводя протез в третью позицию, и позволив дракону начать вертикальный взлет.       Ощутив прохладную влагу облаков на лице, Иккинг испытал уже привычное чувство защищенности. Здесь их ни один викинг не достанет.       — Итак, у меня есть хорошая новость: мы не так уж далеко от Шотландии, — Иккинг с трудом перекрикивал ветер. — Там мы можем достать карту и материалы для элерона. Если будем держаться побережья...       Его размышления были бесцеремонно прерваны заурчавшим животом, который решил громко заявить о своих правах.       — А, проклятье. Я совсем забыл поесть.       Беззубик фыркнул.       Ты съел целого кролика, перед тем как пошел бродить по острову.       Иккинг буквально чувствовал на себе осуждающий взгляд дракона.       — Я не наелся! — протянул он, указав на свой живот. — Слышишь? Вот тебе доказательство!       Если растолстеешь, путешествовать будем пешком.       — Вот только не надо жаловаться на мой вес! На Фельтаре ты, помимо меня, ещё и тушу лося тащил, так что не прибедняйся!       Двух лосей я не утащу.       — Сколько бы я не ел, я не буду весить как лось.       Отца своего вспомни. Полнота у тебя в крови, смирись.       — Эй!