№13

       Ночь прошла мгновенно. И съеденный часов этак тринадцать назад сэндвич был очень кстати. Хотя питаться стоило бы и более правильно, но времени на это, к сожалению, почти не было. Мысленно поблагодарив Альфреда, Уэйн отправился наверх в свою комнату с огромным желанием уснуть поскорее. Утреннее солнце рассеивалось в окне и мягким ковром устилало путь мужчине. Это было раннее утро, которое дарило ощущение покоя, счастья, тепла и, конечно же, уюта. Но даже без рыжевато-светлых лучей тут было вполне комфортно. Дорогая эксклюзивная мебель из красного дерева. Потрясающие ткани. Разнообразные, в том числе очень редкие и ценные картины. Скульптуры. Но солнце было вполне частым гостем в этом доме. И, наверно, единственным. За последнее время. Благодаря просторам, что расстилались на много миль, утренним лучам было легко добраться до фасада здания. Ну, а большие окна особняка не оставляли другого выбора, кроме как осветить старый рояль или прокрасться в прекрасный зимний сад. Пройдя через кухню и взяв с собой стакан апельсинового сока, мужчина направился в сторону второго этажа. Дом был и вправду слишком велик для одного Брюса и его верного друга и дворецкого Альфреда. Хотя этот особняк почти никогда не был наполнен людьми с искренним и радостным смехом. Наверное, уже очень и очень давно. Или никогда... Но Брюсу было некогда об этом думать. Сейчас самым важным было остановить ограбления, из-за которых страдали люди. Но в гостиной его ждал сюрприз - небольшая фиолетовая картонная коробочка, примерно десять на двадцать сантиметров, с пестрым бантом на уголке крышки. Брюс усталым, медленным шагом подошел к неожиданно появившемуся предмету. - Этот презент вам прислала мисс Стелла Брукс. Очень мило с ее стороны! - внезапно где то из-за спины Брюса прозвучал голос Альфреда. - Маленькая записка внутри. Приятного вам утра, сэр. - Я только собираюсь спать! И, Альфред, откуда этот подарок? Как он тут оказался? Стелла, что, приходила? - Брюс взял коробочку с большого деревянного стола из красного дерева и повернулся к своему дворецкому лицом. - Нет. Это был высокий, бородатый мужчина с плохими манерами. Его еще называют курьером, сэр! - съязвил Альфред, явно рассерженный предположением Брюса о том, что он мог бы отпустить бедную девушку домой, если бы та принесла подарок лично. Брюс Уэйн ухмыльнулся в ответ на странный, манерный ответ своего дворецкого и еще тщательнее осмотрел милый бант, будто подозревая его в чем-то. Но открыть коробку так и не решился. - Ладно... Открою ее у себя в комнате. Спасибо, Альфред... за информацию, – Уэйн устало улыбнулся. - Хорошего вам сна, сэр, – дворецкий уже было хотел уйти, но тут снова задал вопрос. - А вы добились какого-нибудь прогресса в деле с ожерельем вашей матери? - Нет, Альфред. К сожалению, я никак не могу все это связать. Конечно... Есть подозрение, что в этом замешан сам директор банков, Фрэнк Гиллион! Пока что все связано только с этим именем. Банки, мамино ожерелье, а так же несколько часов назад я засек у его особняка Освальда Кобблпота. Пингвина, Альфред. Но к сожалению, я до сих пор не вижу в этом смысла! Для Гиллиона нет никакой выгоды. Так что я полагаю, что его хотят подставить. И эта рутина отнимает у меня слишком много сил... - тяжело вздохнув, Брюс взглянул на коробочку, а потом - на Альфреда. - Спокойной ночи... - Спокойного утра, сэр! И... я думаю, что все скоро прояснится, – дворецкий деловито развернулся на каблуках и ушел в сторону зимнего сада. Поднимаясь по лестнице, Уэйн непрерывно гадал, что могло быть в этой коробке. На ум приходили лишь часы, которые он оставил Стелле на память. Хотя Брюс и предполагал, что девушка могла не оценить такой «личный» жест... И вернуть их. Но он не думал, что это можно было сделать в такой красивой упаковке. Дедуктивные методы явно его подводили. Видимо, разгадка тайны «странных ограблений» забрала у него слишком много сил. Оставив коробочку нераспакованной и аккуратно водрузив ее на краю кровати, Брюс отправился в душ. Тем временем в старой захолустной тюрьме парочка молодых копов под руководством Джеймса Гордона допрашивала одного из грабителей банка. Обстановка явно не хотела накаляться и была размеренной и удручавшей. Примерно такой же, как и облезлые зеленые стены в комнате допроса. Хотя офицер Пэк и офицер Диаз отчаянно пытались навести страху на этого равнодушного мальца, тот лишь говорил о еде и о том, что у него отняли телефон, когда он уже почти прошел все уровни в "Angry Birds"! - Джон Прайз, вы обвиняетесь в соучастии ограбления банка! При вас был пистолет девятого калибра, нож и одна граната. А также вы взяли в заложники двадцать два человека! Это потянет лет на пятнадцать тюремного заключения, если вы не начнете с нами сотрудничать! – грубым голосом констатировала молодая блондинка - офицер Геил Пэк. - Мэм... - вальяжно развалившись на стуле и скрестив руки на груди, молодой парень склонил голову набок. – Я всего лишь играл в телефон. И да! Я люблю опасные, взрослые игрушки! Но никаких заложников я не брал! Это были те трое накаченных ребят, которых я не знаю! - Джон широко улыбнулся молоденькой офицерше. - Просто играл в телефон. Угу, понятно, - смуглый офицер Крис Диаз сделал несколько пометок в блокноте. - Мы это уже поняли, так как слушаем об этом уже полчаса. Думаю, ты расстроишься, когда узнаешь, что в тюрьме не разрешены сотовые телефоны. А сидеть здесь тебе придется очень и очень долго... Думаю, подольше твоих «здоровых» друзей! Потому что в этот момент они как раз сдают тебя нашим коллегам со всеми потрохами! – Крис улыбнулся своей неотразимой белоснежной улыбкой, покосился на офицера Пэк и снова сделал несколько заметок в блокноте. - Освальд Честерфилд, как сигареты, блин, чувака зовут, какой-то бла-бла-пот... – коверкая слова, начал говорить парень. - Я точно не помню его фамилию! Мне сложно выговорить эту хрень! Хотя, с его физиономией, это имя ему подходит! – парень задорно засмеялся над своей же остроумной шуткой. - Кобблпот?! - уточнила серьезная офицер Пэк. -Точно, мэм! Именно так назвался тот чувак! Зуб даю! – и Прайз показательно постучал по своей челюсти. – Еще он дал мне штуку наличкой и сказал проследить за этими долбаебами! Но они и так сами хорошо справлялись! Не знаю, зачем я вообще понадобился! Но я не особо возражал, деньги-то уже заплачены! А я - человек слова, обещания выполняю! – в конце последней фразы Джон расплылся игривой улыбкой и довольный, как кот, уставился на офицера Пэк. - Отлично, - слегка прикрыв глаза, одними губами выдохнула блондинистая офицерша, записывая что-то в блокнот. - Значит, ты говоришь, что ничего там не делал! Так? - Так, мэм! - Просто стоял и играл в телефон в зале банка, который грабят, и тебе заплатили за это тысячу долларов?! - Ну, да! - Отлично! - уже более инициативно сказала Геил Пэк, приподняв одну бровь, и тяжело выдохнула, снова записав что-то в блокнот. - На кого работает Кобблпот? – серьезно спросил офицер Диаз. - Откуда же я знаю, чувак! Мне просто заплатили, и я это делал! Зачем мне знать всю эту хрень?! Нафиг не надо! - Может, ты видел, как он с кем-то разговаривал? Или еще что-нибудь? Странное? Особенное?.. Необычное? - Ой! Да он много с кем болтал! И не только... Было много симпатичных девочек! Таких размалёванных! Ну, вы понимаете! – в Джоне снова проснулся кот. - Но вообще... - внезапно парень задумался и впервые за долгое время стал серьезным. - А что мне полагается, если я помогу следствию? - Если эти сведения реально помогут, то, возможно, ты отделаешься условным! - офицер Диаз ухмыльнулся. - Только не забудьте это! Ладно? - Прайз скрестил руки на груди. - К этому «Поту» приходила женщина. Правда, я ее видел только один раз. Но она была не такая, как все... Слишком богатая. - Ты можешь ее описать, Джон?! - офицер Пэк уже приготовилась писать. - Да, могу... Невысокая шатенка. Такие длинные волосы, по плечи, с завитушками на концах! Одета была в бежевую юбку и пиджак! Вся в дорогих побрякушка-а-ах... Ох, хорошие штуки были! Лицо такое вытянутое, как лошадиное, знаете? А на щеке родинка. На левой... кажется, – Прайз замолк и явно о чем-то думал, вспоминал, но через пару секунд продолжил. - И еще, знаете, она все время руками размахивала, когда разговаривала. Вообще, богатая и взбалмошная, видать, особа! - А сколько ей лет? – спросил Диаз, на что озадаченный подозреваемый лишь нахмурил брови. - Ну, навскидку! Двадцать, сорок, шестьдесят? - Ну... ей, наверно, лет сорок пять или сорок.... Не меньше. Джон Прайз одобрительно кивал сам себе и переводил взгляд с хмурого офицера Диаза на симпатичную блондинку и обратно, пока те что-то писали в блокнотах. Спустя минуту подозреваемый как ни в чем не бывало спросил: - А телефон можно обратно? - Нет, - отрезала Геил. - Ну, вытащите симкарту! - Нет! - повторила озлобившаяся блондинка-коп. - Ну, я же никому не смогу позвонить! Я только поиграть! - взмолился худощавый Джон Прайз. - Нет, – повторила еще раз Геил. - ЭТО. УЛИКА. Я могу принесу тебе газировки... - Ооо... - тут подозреваемый Прайз снова расплылся в кошачьей улыбке. - Я согласен. Джеймс Гордон ждал офицеров Пэк и Диаза у выхода из комнаты допроса. - Значит, шатенка средних лет... - размеренно кивая, сказал хмурый усач. - Да. Только нам это мало что дает, – расстроенно констатировала Геил. - Нам, может быть, и нет... а вот моему таинственному другу, может, и даст... На этой загадочной фразе детектив Гордон удалился в сторону своего кабинета. Брюс плотно задёрнул шторы. В комнате стало так темно, что возникало такое ощущение, будто на улице и правда была ночь. Включив настенное бра, мужчина сел на кровать и еще раз осмотрел коробочку. Фиолетовая, с пестрым маленьким бантиком. «Подарок от девушки... Так странно». Для Брюса Уэйна это и вправду было неожиданно. Ведь обычно подарки дарил он. Обычно заботится он. А тут... Все наоборот. Странная ситуация. Конечно, такое отношение могло покорить мужчину. Но, наверно, не такого, как он. К сожалению, для счастья одной любви и восхищения ему было мало. Ведь он еще и Бэтмен. И как тут можно было это совместить? Эта мысль терзала его не первые сутки и даже не первый год. С одной стороны, ему на это было плевать, а с другой... Наверно, каждому нужно счастье... хоть когда-нибудь, хоть какое-нибудь. В комнате царила «теплая» и очень интимная обстановка - приглушенный свет обволакивал кровать из красного дерева и впитывался в бежевое узорчатое покрывало. Брюс сидел на кровати и смотрел куда-то в сторону, думая о своем. Для него открыть эту коробку означало открыть путь к чему-то новому! Начало. А готов ли он к такому? Но, в любом случае, что бы там ни лежало, он должен был это сделать. Он должен был узнать, что там было. Так что, тяжело выдохнув, Уэйн с непонятным ощущением где-то в области солнечного сплетения открыл коробку. Это были не часы. А маленькие капкейки с кремом, обсыпанные разноцветными имбирными сердечками. - Записка... - тихо прошептал Брюс, удивленный странным и неожиданным презентом. «Я хотела тебя поблагодарить. Но не знала, как. Поэтому решила испечь тебе пироженки. Надеюсь, ты любишь сладкое. Спасибо тебе, Брюс. За все. P.S. твои часы у меня. Ждут своего хозяина. Не пропадай.

С любовью... Стелла.»

Удивлению мужчины не было предела. Неужели Стелла испекла для него что-то вкусное и сладкое? Неужели она сама это сделала?! Просто дело было в том, что все девушки, с которыми он когда-либо встречался, готовить не умели. У них были слуги, домработницы, кухарки, повара... Ну, или девушка просто не умела готовить, да и не хотела, так как были мужчины, которые водили ее по ресторанам. Откусив кусочек пирожного, Брюс окунулся в забытье. Где-то в глубине души он надеялся, что сладкий десерт окажется слишком сладким или попросту невкусным. Но, увы... Этот маленький кусочек счастья унес его назад, в детство. Туда, где были живы его родители, и ему не приходилось выяснять, кто же украл мамино ожерелье. Шоколадное, воздушное, нежное, с бананово-ванильным кремом и оттенком имбирного праздника. Словно Рождество вернулось в феврале. Уэйн сделал пару глотков апельсинового сока, поставил коробочку с пирожными на прикроватную тумбочку и выключил бра. Комнату затянуло мраком, лишь из-за плотных штор пробивалось что-то теплое и яркое - солнце. Но сейчас в жизни Брюса его не было. Только окутывавшая тьма, завлекавшая и пугавшая. И ее боялся не только Уэйн, но и его враги. И пока он и Бэтмен были единым целым, вряд ли что-то могло бы измениться. Перевернувшись на другой бок и поудобнее укрывшись одеялом, мужчина закрыл глаза. А во рту остался настойчивый привкус имбирных печенек, и в душе внезапно затеплилась надежда, надежда на что-то большее, на что-то лучшее.