Boys Don't Cry // Мальчики не плачут

ты же знаешь, что облажаешься Апрель

— Изабель! — Пронзительно закричал Найл, устремившись к девушке и заключая её в свои объятья; его белые заячьи уши едва не слетели с его растрёпанных светлых волос. — Привет, — с улыбкой произнесла Изабель. — Сто лет тебя не видел! — Проорал он, уже хорошенько надравшись. Изабель взглянула на Лив, которая закатила глаза и нежно потрепала парня по волосам. Изабель оглянула остальных и усмехнулась от того, как сюрреалистически они все выглядели. Зейн облокотился на стенку, зажав во рту сигарету — на нём была шляпа и затёртый блейзер; Кейтлин стояла возле него в красном платье с широким разрезом до бедра; Гарри смотрел на Изабель неистовым взглядом — на лице были неаккуратно нарисованы кошачьи усы. Когда ночью Лив с восторгом писала Изабель о вечеринке, она «тонко» намекнула, что, под её диктаторскими указами, вся группа — включая Изабель — нарядится в персонажей из одной истории. Так Изабель оказалась в голубом коротком платьеце и с чёрной лентой в волосах, как Алиса из Страны Чудес, Найл был Белым Кроликом, Зейн — Шляпником, Лив — Мартовским Зайцем, Кейтлин — Червонной Королевой, а Гарри — Чеширский Котом, веселье которого ни на кого не распространялось. Из всех присутствующим он приложил минимальное количество усилий для создания своего костюма: он надел свои чёрные джинсы с дыркой на колене и красную клетчатую рубашку, а без усов или улыбки он бы даже близко не был похож на Чеширского Кота. Изабель была готова делать ставки на то, что для того, чтобы нанести кривые линии кошачьих усов и нос на лицо Гарри, пришлось применить физическую силу. Тем не менее, выглядело это очень мило. Она невольно заметила, каким высоким он всё же был, возвышаясь над всеми остальными и засунув руки в карманы. Его челюсть напряглась, когда его взгляд упал на Изабель. Он сглотнул, опуская взгляд в пол, и тусклый свет подчеркнул тёмные круги под его светло-зелёными глазами. — Примет, малышка, — поздоровался Зейн, обнимая её одной рукой и целуя в щёку. — Выглядишь как настоящая Алиса. — Спасибо Лив, — улыбнулась Изабель. — Она одолжила мне платье, сделала причёску и всё остальное. — Выглядишь мило, — подтвердил Зейн. — Ты тоже, — она усмехнулась, подавляя смех, когда Зейн скорчил рожицу, явно недовольный своим костюмом. — Да, да, мы все выглядим просто восхитительно, — выпалила Кейтлин. — Может, мы уже просто зайдём внутрь? Вечеринка состоялась в доме одной из студенток школы искусств, Эшли, и как только дверь открылась, пред ними предстала куча тел, цветные огни и настолько громкая музыка, что Изабель едва могла услышать чей-то голос. — Ахренеть! — Закричал Найл. — Головокружительно! Изабель нахмурилась. Это была правда: от яркого света, музыки и танцующих тел, одетых в шикарные костюмы, она будто чувствовала себя под кайфом. — Тут есть наркотики? — Спросила она Зейна, но он покачал головой, не в силах услышать её. Он положил руку ей на поясницу и, нагнувшись, попросил её повторить. Перекрикивая музыку, она повторила свой вопрос, а Зейн улыбнулся и закусил губу. — Конечно, нет. Но мы с Лив кое-что намутили. Если хочешь, можешь присоединиться к нам. Когда она не ответила, парень наклонился ближе к её уху. — Ты не обязана, если не хочешь. Гарри тоже не будет. Он кивнул в сторону Гарри, и когда Изабель перевела на него взгляд, то обнаружила, что он яростно смотрит на неё и Зейна; брови нахмурились, а зубы сжимали нижнюю губу. Заметив её взгляд, он отвернулся, сдержано ударяя себя по бедру. — Зейн! — Выкрикнула Лив, стуча ему по плечу. — Ты сейчас хочешь? — Конечно, — ответил Зейн. — Изабель, ты как? — Ты не обязана, если не хочешь, — отчаянно прозвучал скрипучий голос, и все повернулись к Гарри, который смотрел на Изабель сверху вниз. Выражение его лица было настолько серьёзным, что в сочетании с кошачьими усами это смотрелось довольно абсурдно. Он принял её молчание как хороший знак, и подошёл ближе. — Послушай, Изабель, мне нужно поговорить с тобой, — сказал он. А затем, даже если она и не хотела ничего принимать, она сделала шаг в сторону Зейна, потому что знала — если она останется рядом с Гарри, он продолжит говорить, а она не была уверенна в том, хочет ли слушать его. Глаза Гарри расширились, и он отвёл взгляд, сглатывая и сводя брови. — Ты точно не хочешь, Г? Мы купили с запасом, — спросила Лив. — Нет! — Выпалил Гарри, и стремительно прошмыгнул мимо них, направляясь в толпу людей. Кейтлин вместе с Найлом поспешили за ним, оставляя Изабель, Зейна и Лив в углу. — Что? — Спросила Лив, пожав плечами, когда Зейн уставился на неё. — Я знала, что он откажется. Зейн закатил глаза, пошарив в карманах и вытаскивая небольшую баночку, из которой он достал бумажные свёртки. — Я заранее скрутил, — сказал он Лив, которая с одобрением кивнула. — Что это? — Изабель спросила Лив. — Экстази, — сказала она. — Они свёрнуты. Нужно просто проглотить. — Я не буду, — быстро сказала Изабель. — Просто было интересно. Луи никогда не употреблял то, что продавал, и Изабель всегда сторонилась людей, которые принимали сильнодействующие вещества на вечеринках. Состояние, в котором она видела своего брата, когда он, будучи ещё подростком, возвращался домой с рвотой в волосах, без телефона и карманных денег, плотно засело у Изабель в памяти. — Я пойду, поищу Найла, — сказала Изабель, сжимая руку Зейна и уходя. Она почти сразу нашла его сгорбленным в другом углу комнаты и смешивающим всевозможные напитки, как сумасшедший алхимик. Он усмехнулся ей и впихнул в руку, на вид опасный, коктейль. — Я набухаю тебя, — сказал Найл, указывая на неё. Выглядел он решительно. — Ты никогда не была по-настоящему пьяной, если не пила в стиле Хорана.

~~~

Найл, верный своему слову, действительно знал, как напивать людей. Он набухал её до идеального состояния; состояние, в котором Изабель чувствовала как настоящее, чистое счастье протекало в её венах, под её кожей, в её сердце. Музыка была настолько громкой, что била в такс нервным клеткам в голове и сердцебиению. Они с Найлом дико танцевали, беги вокруг как дети, поддерживали внутри баланс алкоголя и разговаривали со всеми подряд, хотя Изабель даже никого тут не знала. Так она и познакомилась с Брэди. Она никогда раньше не встречала его, но когда она подошла поздороваться, то поняла, что ему удалось задержать её. Он был весёлым и обаятельным; у него были светлые волосы песчаного цвета, зачёсанные назад, и веснушки, и он был одет на Гензель, разве что ему не хватало Гретель. Сперва всё было нормально. Его яркие и весёлые глаза то и дело, что разглядывали её ноги достаточно неловким и нежеланным образом, но Изабель показалось, что ей даже начало нравиться быть желанной. Но когда он спросил, есть ли у неё парень, всё счастье из неё в секунду выветрилось, а во рту пересохло. Она лишь покачала головой, а он улыбнулся и сжал её руку. — Кажется, мы оба одиночки, — Брэди усмехнулся, и Изабель слабо улыбнулась в ответ, открыв рот, чтобы сообщить, что хочет найти Найла, но парень перебил её. — О, здорова, Стайлс, — сказал Брэди, продолжая сжимать руку Изабель. Обернувшись, девушка заметила Гарри. По его лицу ничего нельзя было понять. — Привет, — сухо сказал Гарри, кивая парню. — Ты знаешь Изабель? — Учтиво спросил Брэди, обвивая рукой талию девушки. В этот момент зубы Гарри сжались. — Да, — выпалил он. Брэди изогнул брови. — Ты ищешь чего принять? — Спросил Брэди. — У меня есть кетамин и… — Нет, всё нормально, — быстро ответил Гарри, опуская взгляд. — Я не… Я не… — Не парься, Стайлс, друзьям скидка, как обычно, — Брэди толкнул его в плечо в знак доверия, но кулаки Гарри сжались. — Я ничего не собираюсь покупать, — медленно пробубнил Гарри, облизывая губы. Его взгляд упал на недоумевающую Изабель, а затем он провёл рукой по волосам и отвёл глаза. Брэди ждал, пока Гарри уйдёт, но он продолжал стоять. Между ними образовалась неловкая тишина, и каждый из них ждал, пока кто-то уйдёт. Наконец, Брэди повернулся к Изабель, скривив лицо и показывая в сторону Гарри. Девушка пожала плечами. — Хочешь уединиться? — Спросил он. До того, как Изабель успела произнести хоть слово, Гарри ринулся вперёд и остановился прямо перед парой. — Нет, нет, мне нужно поговорить с тобой, — проговорил он, задыхаясь. Брэди застонал. — Гарри, приятель, поговоришь с ней позже. — Я с тобой разговаривал? — Выпалил Гарри. Хватка Брэди на талии Изабель усилилась. — Всё в порядке, — сказала Изабель. Язык во рту потяжелел, когда она отстранилась от Брэди. Казалось, Гарри на мгновение ошеломил, но затем он взял её за руку и через всю толпу они пробрались в коридор. — Ты пиздецки невероятная, — прошипел Гарри, быстро отпуская её руки и переводя на неё взгляд. — Что это было? — Прости? Он засмеялся и прислонил ладонь к лицу. — Тебя так и тянет на дерьмовых парней, да? Изабель, отвечаю, ты умеешь выбирать хороших пацанов. — Ты, блять, о чём вообще говоришь? — Спросила она. Ей хотелось вернуться к Найлу и алкоголю, и последним, что ей хотелось — разговаривать с Гарри, особенно, если он вёл себя таким образом. — Брэди промышляет наркотиками, — сквозь стиснутые зубы объясним Гарри. — Я пару раз покупал у него для… — Он остановился, перехватив её взгляд, и громко вздохнул. — Ты пиздецки невероятная, Изабель. — Заткнись, — она накинулся на него. — Я ничего не собиралась делать, мы просто разговаривали. — Он хотел подняться с тобой наверх! — Закричал Гарри. — И что? — Она пожала плечами, посмотрев на него. — Я одна, и могу делать всё, что захочу. Какое это отношение имеет к тебе? — Самое что ни наесть прямое, когда он смотрит на твои ноги, будто хочет… — рявкнул Гарри. — Не будь дебилом, Гарри. Он застонал от разочарования, попутно проводя рукой по волосам. — Если бы он был другим, я бы не… Я знаю, о чём он думал, понимаешь? — Откуда ты можешь знать, о чём он думает? Гарри лишь изогнул брови. Изабель не имела ни малейшего представления, что он подразумевает под этим, но она была слишком пьяна, чтобы хотя бы попытаться выяснить это. — Гарри, это не моя проблема, если парень смотрит на ноги девушки и у него возникает желания выебать её. Он вздрогнул и быстро потрусил головой, словно хотел выкинуть оттуда мысль об Изабель и Брэди. — Я просто пытаюсь заботиться о тебе, — громко сказал Гарри. — Я просто… — Я не хочу, чтобы ты заботился обо мне, — огрызнулась она. — Ты не мой брат. И не мой парень. Он молчал, обзывая губы. — Да, я знаю. Изабель вздохнула и бессознательно начала грызть ногти, со страхом взирая на него. — Откуда мне знать, что это не очередная глупая игра, Гарри? — Я же говорил тебе… — И я должна верить тебе? — Спокойно спросила она. — Зейн говорил, что ты разводишь девушек. Желваки на скулах заходили. — Он говорил? — Он снова вцепился в волосы и тяжело выдохнул. — Изабель, я пытался сказать тебе. Я не хотел. Не с тобой, я просто… Я не знаю, я не могу… — Оставь меня в покое. — Она была настолько пьяна, что даже не заметила, как произнесла эти слова и не подумала, как унизительно они звучат со стороны. — Возвращайся к Брионии. Он скрывался. — Что? Её щёки загорелись. — Ничего, — пробубнила она. Но это было не ничего, — это было всё. Её ранило, что Гарри достался Брионии без каких-либо усилий — ей всего лишь потребовалась взмахнуть ресницами и встряхнуть локонами тёмным волос, и он уже был её. Она получила его точно таким же образом, как и Изабель, и, возможно, он нравился ей так же, как Изабель, — потому что так и было, он нравился Изабель; нравился намного больше, чем должен был, — но Изабель всё ещё чувствовала себя обманутой, и ей хотелось быть для кого-то желанной. Гарри мгновение смотрел на неё, а затем сделал шаг ей навстречу. — Изабель, ты ревнуешь? — Медленно спросил он. — Отвали. Я всего лишь считаю тебя омерзительным, ничего более. — Ты странная, — сказал Гарри, подходя ещё ближе, пока их руки наконец не соприкоснулись. — Заткнись. Он сделал ещё один шаг и оказался совсем рядом с ней, опустив голову до уровня Изабель. — Заставь, — тихо пробормотал он. Этого не может быть. От напряжения, нарастающего между ними, Изабель ощутила прилив паники, которая отрезвляла и протекала внутри. Ожидание и волнение были настолько осязаемы, словно статическое электричество пролегло между ними. И хотя ей действительно хотелось поцеловать его, но как бы пьяна она не была, она не сделает этого. Она не может. — Я… я лучше не буду, — заикнулась она, отстраняясь. Он кивнул, засмеявшись неуверенным дребезжащим смехом, и посмотрел в пол. — Я тоже подумал об этом. Она пятилась назад, паника сотрясала всё внутри и, казалось, белый шум гудел у неё в голове. Он протянул руку и схватил её, не давая ей упасть. — Просто… не водись с Брэди, ладно? — Мягко, разочарованно сказал Гарри. Когда она уже уверенно стояла на ногах, он убрал свою руку. Он выглядел настолько несчастным, что Изабель начало это злить, потому что у него не было права разочаровываться. И она снова вспомнила, что Гарри был одним из самых непостижимых людей, которых она когда-либо видела, и что она совершенно не понимала его. — А как же ты, Гарри? — Дерзко спросила она, и он нахмурился. — Купишь ещё кетамина? Друзьями ведь скидка, да? — Закройся. — Вот, что ты принимал во время Пасхи? Или может что-то похуже? Он застыл, в ужасе уставившись на неё. — Откуда… откуда ты знаешь? — Ты оставил мне сообщение. Я подумала… я подумала, что ты точно под кайфом. На несколько секунд он закрыл глаза и сглотнул. — Я не принимаю наркотики, — пробормотал он. — Но, Гарри, ты принимаешь, — спокойно сказала она. — Этим… этим ты и занимаешься. Он отшатнулся, уставившись на неё широко открытыми глазами и краснея от шеи. Он сжал губу между пальцами и несколько секунд молчал. — Этим я и занимаюсь, да? А затем он развернулся и ушёл.

~~~

Изабель с опаской осматривалась вокруг. Она никого не узнавала, но, возможно, это было из-за костюмов, света и её расфокусированного зрения. Она уже в восьмой раз потеряла Найла — последний раз она видела его в саду, когда гладила его по спине во время его «вынужденной» рвоты, а до этого он закрылся в ванной и ей пришлось вызвать команду спасателей, —, но она была слишком пьяна, чтобы тревожиться из-за того, что была одна, учитывая, что она никого не знала. Ей просто хотелось какую-то компанию, а особенно кого-то, кто не будет исчезать, чтобы проблеваться. Она мельком увидела взъерошенные каштановые волосы и тут же начала маниакально преследовать их, едва не валясь с ног от своего внезапного энтузиазма. Гарри был всего в нескольких шагах от неё. Рукава рубашки были подкатаны до локтей, пока сам он откинулся на диване. Рядом с ним бурно сосалась какая-то парочка, которая толкала Гарри каждые две секунду, но ему, кажется, было плевать. Он пил водку из горла, словно это была вода, положа руки на колени и рассеяно смотря в пол. Сердце Изабель на секунду остановилось, а дыхание застыло в горле, когда она увидел, каким грустным и одиноким он выглядел, и внезапно её оделено пьяное желание поцеловать его. Довольно сильное желание. Каждые несколько секунд огни освещали его лицо, словно вспышки фотокамер, и каждый раз, когда они погасали, её дыхание останавливалось. Когда огни снова загорались, она переводила дыхание, но затем они потухли и снова зажглись, и осветили девушку, незаметно подходящую к Гарри, садящуюся на подлокотник дивана и проводящую ногтями по его бицепсу. Её тёмные волосы касались его шеи. Изабель знала, что интоксикация выводит людей на чистоту: когда они трезвые, когда могут управлять собой, они скрывают секреты в самых тёмных уголках себя, и ничто так не выражало чувства Гарри, как его лицо, когда он внезапно понял, что эта девушка сама кидается к нему. И даже если сейчас она была пьяна, Изабель отчётливо ощутила, что, наконец, поняла Гарри, который стремительно пропадал и снова появлялся в поле её зрения, словно она быстро моргала — темнота-свет, темнота-свет, — хотя она вообще не моргала. Дело в том, что Гарри хотел быть желанным. Не то, чтобы это странно, ведь все хотят быть нужными кому-то, но Гарри хотел быть нужным иным способом. Гарри любил выигрывать, ему нравилось осознание того, что он может выбрать любую девушку в любом месте и уже через час она будет отсасывать ему в туалете. Это иная форма желания. Это желание, чтобы человек влюбился в тебя за час знакомства; желание, чтобы они хотели тебя больше, чем кого-либо в своей жизни; желание, чтобы они стонали твоё имя тебе в губы, словно это последнее, что они могут сказать. И тут Изабель с ужасом в сердце осознала, что Гарри был заложником этих чувств. Ему нравилось, когда его хотели ещё больше, когда он оставлял засосы на шеи, которые держались дольше любых порезов. Именно поэтому он встречался с Каро, которую не хотел, и переспал на своё день рождения с девушкой, в которой не был заинтересован, и поцеловал её. Она думала, что вся его игра заключалась в погоне, возбуждении от засосов на чьей-то коже и полной отдачи с противоположной стороны, но теперь она знала, что он хотел оставлять шрамы. Объятья на вечеринках и поцелуи в коридоре на работе напоминали ему, что он всё ещё жив, что он здесь. И единственная причина, по которой Изабель показалось, он вёл себя так заключалась в том, что он считал, что он вообще не должен быть здесь. Огни продолжали мерцать, но мир так и не остановился после этого открытия, хотя Изабель казалось, что он должен был сделать это. И чем больше она не видела его из-за этого дурацкого освещения, тем больше ей хотелось оторвать его от этой девушки, которая уже сидела у него на коленях. Она так волновалась, что голова начала кружиться. Она начала ковылять в их сторону, но неожиданно остановилась, когда Гарри улыбнулся и слегка оттолкнул от себя девушку, ясно качая головой. Гарри хотел быть желанным, но не ею. Кто-то схватил Изабель за талию и, обернувшись, она увидела нависающего над Зейна и его шляпу. — Ты в порядке? — Выкрикнул он, качаясь на пятках. Его зрачки были настолько расширены, что глаза почернели. — Гарри, — выдавила она, словно это всё объясняло. — Нет, я Зейн, — хмуро напомнил он. Она взяла его за руку и вывела из шумной комнаты в сад. Сердце билось как бешеное, а в ушах звенело. Покидая комнату, она в последний раз взглянула на Гарри и увидела, что он наблюдает за ними. Он неожиданно застыл, а его брови насупились. Изабель тут же обернулась, когда они с Зейном оказались в укромном уголке сада, и силой схватила его за руку. — У Гарри проблема с наркотиками? Он нахмурился, медленно заморгав. — Ты имеешь в виду, не зависим ли он? Она кивнула, а он замер, после чего рьяно замотал головой. — Я знаю Гарри почти два года, малышка, и за это он принимал наркотики десять, ну может быть двенадцать раз. Для зависимого это было бы невозможно. Ему не нужно это. — Зачем тогда он принимает наркотики, если ненавидит их? — Спросила она, ощущая нахлынувший к горлу ком. Сейчас было не время для пьяного, истерического плача, но ей было настолько стыдно за то, что она порицала Гарри за наркотики, что сейчас она с лёгкостью могла заплакать. — Но я не говорил, что у него нет проблемы, — сказал Зейн. Он судорожно дёргался каждые две секунды, его нервы шалили, и, возможно, стоило бы забить тревогу, если бы его лицо не было так расслабленно. — У него определённо есть проблема, только она не связана с наркотиками. У него есть проблема, а наркотики он использует изредка, чтобы забыться. Она медленно кивнула, а он улыбнулся ей. — Ты милая, — сказал он. — Он нравится тебе. Она едва не подавилась. — Нет, не нравится! Он изогнул брови. — Всё нормально. Я не скажу ему. — Он не нравится мне! — Выпалила Изабель, и её щёки покраснели. Она споткнулась за свои же ноги — насколько сильным было её возмущение, а он засмеялся. — Знаешь, когда пьяный человек говорит с человеком под кайфом, то вполне уместно сказать правду. — Он усмехнулся. — Знаешь, нужно избавляться от запретов. — Отвали, Зейн. Я давно уже сделало это, и мне не нравится Гарри! — Уверенна? — Да, чертовски уверенна. Зейн снова засмеялся, а затем, не сумела Изабель сообразить, что происходит, он нагнулся и прижался своими губами к уголку её рта. Она молча стояла, словно громом поражённая, а затем отпрянула, скривив лицо и тыльной стороной ладони вытирая рот. — Странный, — сказала она, нахмурившись. Он сознательно засмеялся, вздымая брови. — Да, именно так. Говоришь, избавилась от запретов? — Она кинула на него хмурый взгляд и покраснела от того факта, что он доказал свою правоту. — Могу я рассказать тебе секрет? Мы с Гарри говорили о тебе. Изабель с любопытством перевела на него взгляд, её щёки всё ещё пылали. — Оу, да? И что же вы говорили? — Он сказал, ты не в его вкусе, — объяснил Зейн, и Изабель закатила глаза, услышав знакомые слова, — что на самом деле правда. Ему нравятся брюнетки. Они таинственные и сексуальные, но знаешь, обычно он не такой привередливый. — О, да, из того, что я видела, ему определённо нравятся стеснительные и загадочные, — саркастически подметила Изабель. Зейн рьяно закивал. — Ты права, ты права. Он делает вид, будто у него есть какие-то определённые стандарты, но, в конце концов, трахает какую-то хорошенькую тёлочку. Он сказал мне, что никогда в жизни ничего и ни к кому не чувствовал. Изабель кивнула, не обращая внимание на то, как участилось её сердцебиение, когда она поняла, что узнала это о Гарри ещё раньше, чем его друзья. Он даже пытался рассказать ей о своём брате, но она не стала слушать. — Но это не главное. Главное то, что он сказал мне, что целовался с тобой, и ему очень жаль, что… — Пошли, найдём Гарри, — предложила Изабель. — Подожди, Изабель, я не закончил… — Пошли! — Закричала она, таща его за руку, пока он не подчинился. Они пробрались через толпу в дом, осмотрелись у дивана, где он был в последний раз, в гостиной и в коридоре, наконец пробираясь через небольшую группку в кухню. Гарри стоял один, склонившись над столешницей и повернувшись ко всем спиной. Даже на расстоянии Изабель видела, как перекатываются мускулы под футболкой и как он делает большие глотки из-под той же бутылки водки. Она ринулась вперёд и слегка похлопала его по плечу. — Привет, — уныло сказал Гарри, не разучиваясь. — Гарри! — Закричала Изабель. Он так быстро обернулся, что аж споткнулся; он вслепую ухватился за столешницу и уронил на пол керамическую чашку. Она разбилась и разлетелась на мелкие осколки, коричневая жидкость растеклась по полу. — Дерьмо, — произнёс Гарри. — А ты всё так же продолжаешь бить вещи, да, Г? — Зейн засмеялся. Гарри лишь сглотнул, нервно посмотрев на Изабель. — Упс, — сказал он, издавая смешок. Изабель взглянула на него: на его широкие, налитые кровью глаза; потные, растрёпанные волосы и остаток кошачьих усов. Сердце так бешено билось, что она боялась, он услышит, и прежде, чем совсем ослабеть, она опустила взгляд вниз. — Прости, Гарри. — За что ты извиняешь? — Хмуро спросил Гарри. — Бля, ну началось, — проворчал Зейн и, закатив глаза и взобравшись на столешницу, на которую прежде облокачивался Гарри, начал наблюдать за ними с самодовольным выражением лица. Гарри проигнорировал его, сев на корточки и начав собирать осколки. Изабель буквально кинулась ему на спину. — Нет, Гарри! — Закричала она. — Ты снова порежешься! Он выровнялся и молча уставился на неё. — Оу. — Тебе нужно… эм, найти газету, — сказала Изабель, смущённая морщинкой между его бровей и слегка приоткрытым ртом. Гарри медленно кивнул, увлажняя губы языком, а Изабель, чтобы побороть очередное желание поцеловать его, отвернулась и открыла ближайший шкафчик в поисках совка и веника. — Гарри, ты слышал её! — Закричал Зейн, и с силой пихнул его новой в спину. Гарри фыркнул, но вышел из комнаты без лишнего слова. — Ты хорошенько накидался, да? — Спросила Изабель, беря совок и с любопытством смотря на Зейна. — Не могу сидеть на одном месте, — бордо заявил Зейн. — Чертовски замечательно. — Почему тогда не идёшь наслаждаться вечеринкой? — Спросила она, подметая осколки. Зейн пожал плечами, широко усмехаясь. — Куда веселее наблюдать за тем, как каряжиться Гарри. Как по сигналу, Гарри ввалился в кухню, держа в руках помятый Телегид. Он упал на колени рядом с Изабель и протянул его ей. — Всё, что я смог найти, — тревожно сказал Гарри. — Сойдёт? — Нормально. Спасибо, Гарри, — ответила Изабель, расстилая бумагу и кладя на неё разбитую чашку, которую потом плотно завернула и отдала Гарри. — Выбрось в мусорку. Гарри поднялся и сделал, как было сказано. Нервно закусив губу, он протянул Изабель руку, чтобы помочь ей подняться. — Может оставить деньги за чашку? Или записку? — Ты прикалываешься? — Засмеялся Зейн. — Это же всего лишь чашка, Гарри. Изабель взяла его за руку, сжимая пальцами его запястье, и он аккуратно поднял её на ноги. Она тут же отпустила его, отходя назад и решительно игнорируя часть разума, которая кричала о том, как ещё раз она хочет прикоснуться к нему, хотя это и было тяжело, когда она чувствовала на себя его взгляд не взирая на расстояние. — Кроме того, сколько у тебя денег, Г? Гарри отвёл взгляд от Изабель и уставился на Зейна, а затем на его лице заиграла робкая улыбка. — 80 пенни. Я думал, ты дашь за меня деньги. Зейн изогнул бровь и понимающе улыбнулся, пока Изабель бесстыдно наблюдала за Гарри и думала, как мило он улыбается, и в этот момент уголок её рта подёрнулся в улыбке. — Как проходит твоя первая вечеринка в качестве одиночки, Из? — Спросил Зейн, отводя её внимание от Гарри. Зейн усмехнулся, переводя взгляд на Гарри. — Нам не о чём беспокоиться? Никто не лез к тебе? — Ох, нет… — Брэди лез, — быстро сказал Гарри. — Долбаёб. Зейн пожал плечами, продолжая улыбаться. — Брэди лезет ко всем, у кого есть сиськи. — Но он ничего не делал, — сказала Изабель, скрестив руки на груди. — Мы всего лишь разговаривали. Никто не входил в меня. Не думаю, что парни вынюхивают одиноких девушек и набрасываются на них. Гарри нахмурился, слегка покачиваясь на месте. — Думаю, много кто пытался сделать это, но, возможно, они просто не понимают, как подобрать к тебе подход. Зейн широко усмехнулся. — Что это значит «Г»? — Возможно, то, что срабатывает с другими девушками, не срабатывает с тобой, — медленно сказал Гарри. Он секунду смотрел на неё, а затем отвёл взгляд, шея покрылась красными пятнами. — Возможно. Это моё предположение. Я не знаю. Я бы не знал. — Ох, верно, — произнесла Изабель, наблюдая за тем, как Гарри делает огромный глоток водки. Зейн едва не упал со столешницы, настолько он неожиданно возбудился. — Откуда ты знаешь, Гарри? Гарри пожал плечами, не подымая взгляд. Он сделал ещё один глоток из почти опустевшей бутылки, громко глотнул и вытер рот рукой. — Ты сам выпил это всё? — Спросила Изабель. Он кивнул и протянул ей бутылку. — Хочешь? Глаза Изабель с удивлением округлились, но она взяла бутылку, пока он не успел передумать, сделала глоток и скривилась и высунула язык, когда обжигающая жидкость попала в горло. — Гарри, как ты пьёшь это, как воду? Я едва не блюю от одного глотка. На его лице появилась небольшая улыбка, пока он наблюдал за её реакцией, но когда она заметила, как его взгляд упал на её блестящие губы, он громко сглотнул. — Годы тренировок, наверное. Он продолжал смотреть, а она сделала ещё один глоток. Её губы коснулись бутылки, а он всё ещё смотрел на неё, когда она провела пальцами по губам. Глаза у него остекленели, губы слегка приоткрылись, и Изабель представила, каким горячим и поверхностным было его дыхание, как во время их поцелуя. Она протянула ему бутылку. Сердце забилось сильнее, когда он медленно заморгал, нехотя отводя взгляд с её губ. Она отпустила бутылку ещё до того, как он успел взять её, и та, выскользнув из пальцев, полетела на пол. Изабель взвизгнула, ожидая второй катастрофы за этот вечер, но бутылка мягко приземлилась и покатилась по полу. — Я поймаю! — Громко заявила она, шатко побежав и падая за ней на пол. — Гарри, харэ пялиться, — весело крикнул Зейн. — Ты в узких джинсах, и если не перестанешь таращиться на неё, то будет больно. Изабель встала, щёки пылали. Обернувшись, она увидела, что Гарри тоже покраснел, сверля взглядом Зейна и сжимая столешницу. — Отъебись, Зейн, — выпалил Гарри. — Заёбывай кого-то другого. Он громко икнул, и всё его тело содрогнулась, и в этот момент Изабель поняла, что никогда ещё не видела Гарри таким пьяным. Его веки слегка закрывались, от путался в своих собственных ногах, а речь была совершенно неразборчивой. Он убрал волосы с лица и снова икнул, бросив краткий взгляд на Изабель, а затем, полный огорчения, отвёл его. — Он странно себя ведёт, да? — Изабель спросила Гарри. Её голос звучал на октаву выше, чем обычно. — Он постоянно ухмыляется мне. И когда он поцеловал меня, на его лице тоже была эта глупая ухмылка. Гарри смотрел в пол, но сейчас он поднял голову и медленно заморгал. Его глаза слишком долго закрывались, а затем снова распахивались, тело снова задрожало, когда он икнул. — А? Зейн спрыгнул со столешницы и быстро направился к Гарри, держа руки вверху, словно пытаясь отговорить кого-то прыгать с моста. — Нет, нет, нет, Гарри, приятель, послушай… — Я, эм, — пробубнил Гарри, отходя от Зейна и проводя рукой по волосам. — Пойду, посмотрю, как там Кейтлин… — Нет, Гарри, подожди… Но Гарри уже выскочил из комнаты. Зейн побежал за ним, выкраивая его имя и пытаясь перекричать музыку. Изабель смотрела им вслед, слегка шатаясь на одном месте. Она была ошеломлена, и чувствовала, как неестественно циркулировала по телу кровь, словно была в избытке. Она схватилась за столешницу и сделала глубокий вдох, хватая за бутылку из-под водки и опустошая её в несколько глотков. Она направилась выбросить пустую бутылку, но, обнаружив разбросанные на столе и полу бутылки и банки, она, не задумываясь, начала осторожно отсортировывать стекляшки от банок, выливая их содержимое в раковину и копаясь на кухне в поисках мусорного пакета. Это было на удивление успокаивающе и глупо. Её действия были медленными, неуклюжими и методичными, как и все её спутанные и сумасшедшие мысли о Гарри, выпаряющиеся с остатком алкоголя, тускнеющие и оставляющие её в недоумении. — Изабель, — выкрикнул кто-то, и она настолько быстро выпрыгнула из-под раковины, что желудок содрогнулся. Кейтлин стояла в дверном проёме, смотря на неё. — Мы уходим. Изабель неуверенно встала на ноги. — Который час? — Почти полвторого, — сказала Кейтлин, толкая Изабель в сторону двери. — Пошли, остальные уже на полпути к кебабу. Вероятно, Изабель убиралась значительно дольше, чем она думала, но она без каких-либо возражений пошла за Кейтлин. — Почему они ушли без нас? — Спросила Изабель. Все знали, что не было ничего хуже, чем оставить Кейтлин наедине с Изабель. Кейтлин пожала плечами. — Гарри и Зейн в дурном настроении, я не знаю. Лив заставила их уйти, а Гарри заставил меня забрать тебя. Остальная часть пути прошла в тишине. Изабель на несколько шагов отставала от Кейтлин, но, к счастью, лоток с кебабами находилась недалеко и они без труда добрались туда. Однако встретила их ещё более гробовая тишина. Гарри и Лив облокотились на столешницу в ожидании своего заказа, пока Найл и Зейн сидели друг напротив друга: Найл положил голову на руки, а Зейн уставился Гарри в спину. — Зейн! — Тут же воскликнула Изабель. — Что у тебя с лицом? Зейн нахмурился. Его лицо исказилось и, подчёркивая красноту под глазами, ушиб, под тусклыми огнями лотка, казался фиолетовым. — Спроси у этого чудака, — выругался Зейн, указывая на Гарри. Изабель с широко открытыми глазами посмотрела на Гарри, но он даже не обращала на Зейна внимания. Он смотрел на неё и, поймав её взгляд, он слегка улыбнулся. — Хочешь чего-то? — Спросил он, протягивая руку. — Я, эм… — Даже не взглянув на меню, она засуну руку в карман своего платья и протянула его горсть монет. — Курицу. Он закусил нижнюю губу, воздерживаясь от улыбки. — Хорошо. Она поплелась к будке, упав рядом с Найлом и касаясь его руки. — Ты в порядке? Он кивнул. — Перебрал. Изабель провела рукой по волосам и взглянула на Зейна, которой продолжал смотреть на Гарри, пока Кейтлин пыталась успокоить его. — Гарри и Зейн поссорились? — Прошептала Найлу Изабель. Он, снова кивнув, не поднимая головы. — Эт странно. Они никогда не ссорятся. Я всегда срусь с Зейном, потому что задалбываю его. Найл хрипло рассмеялся, пока Изабель осматривала чёрный глаз Зейна. Она вздохнула, представив, как кулак Гарри со свистом ударяет его лицо. От этой мысли она вздрогнула и опустила взгляд на стол. — Чувак, я в говно, — пробормотал Найл. — Ахуенная туса. — Не умеешь ты пить, — с улыбкой сказала Лив, падая рядом с Изабель и снимая обёртку со своего кебаба. Она кинула пристальный взгляд на Зейна. — А ты не умеешь употреблять экстази. — Заткнись, — с обидой огрызнулся Зейн. Гарри уселся напротив Лив, с улыбкой подталкивая Изабель жёлтый пластиковый контейнер. — Я взял твои куриные наггетсы, верно же? У тебя не хватало на кебаб. Надеюсь, всё нормально. Изабель кивнула, улыбаясь в ответ. — Спасибо. Гарри взглянул на Найла, снимая обёртку со своего кебаба. Он остановился, поднеся кебаб ко рту. — За тебя, Найл. Деньги верну позже. Найл махнул рукой, пробубнив что-то похожее на «не парься», но Зейн громко фыркнул. Лив взглянула на Зейна. — Зейн, не будь козлом. Гарри проигнорировал его, за раз запихивая в рот половину кебаба и счастливо вздыхая. Молча жуя свои наггетсы, Изабель изучала его лицо и руки в поисках следов драки с Зейном, но кроме тяжёлых век и румянца на щеках, в Гарри ничего не изменилось. — Ахриненная туса, — снова сказал Найл, нарушая тишину. — Лично я не могу назвать вечеринку хорошей, после того, как ты обблевал всю гостиную, а Зейну подбили глаз, — сказала Кейтлин, закатив глаза. — Зейн, кто подбил тебе глаз? — Спросил Найл приглушённым голосом, поскольку говорил, не поднимая головы. Зейн скривился в сторону Гарри, который громко проглотил ещё один кусок и вытер рот тыльной стороной руки, пока Зейн ждал от него объяснений. — Ну… У меня была икота, — медленно начал Гарри. — И я был немного взбешён, а Зейн втирал мне какую-то хрень и тыкал в меня бутылкой воды, а потом я… — Потом ты кинул эту бутылку в мой долбанный глаз! — Нет, — быстро ответил Гарри, хмуро смотря на стол. — Я уже сказал, что даже не целился в тебя. Я просто кинул её назад. Затем воцарилась тишина, во время которой все прокручивали сказанное в голове, а затем Лив залилась смехом. — У Зейна фингал от дурацкой бутылки воды! — Закричала она. — Отвали, это не смешно, — выпалил Зейн, но все уже смеялись, и даже Гарри слегка усмехнулся, смущённо смотря в стол и запихивая последний кусок себе в рот. — Довольно смешно, — фыркнула Кейтлин. — Разве это в вашем стиле плохих парней? — Лучше тебе, блять, не смеяться, Гарри, — прорычал Зейн, наклоняясь вперёд, чтобы посмотреть на Кейтлин. — Прости, что задел твоё идеальное лицо, Чейни, — сказал Гарри хриплым из-за его голосом. — Мне правда жаль, если тебе очень больно. — Я пытался помочь тебе! — Выкрикнул Зейн, когда Гарри сглотнул, и сердито взглянув на друга. — Ты идиот, Гарри, я пытался помочь тебе. — Я не просил тебя о помощи! — Неожиданно громко закричал Гарри. — И если так выглядит твоя помощь, то я не принимаю её! — Я запуталась, — нахмурившись, сказала Кейтлин. — Изабель, — внезапно сказал Зейн, и глаза Изабель расширились от удивления, когда она взглянула на него. — Скажи Гарри… — Нет! — Быстро сказал Гарри. — Не важно. — Не ебёт, — прорычал Зейн. — Я извинился, Зейн, — выпалил Гарри, смяв обёртку от кебаба. — А теперь заткнись. — Что происходит? — Медленно спросила Лив. Зейн вздохнул. — Это длилось полсекунды и чтобы доказать свою правоту, я поцело… — Зейн! — Завопил Гарри. — Я сказал, завались! Лив и Кейтлин недоверчиво переводили взгляд с Изабель на Зейна, а затем на Гарри, но она едва заметила это. Она, нахмурившись, посмотрела на Гарри и его румянец, наблюдая за тем, как он обхватывает двумя пальцами губу и беспокойно оглядывается по сторонам. — Почему тебя волнует это? — Медленно спросила она. Он сглотнул, и его взгляд упал на неё. — Меня не волнует. Изабель кивнула, грызя ногти и уставившись в стол. Она знала — идти на эту вечеринку было плохой идеей и, как и предполагалось, она была катастрофой от начала и до конца. На глазах наворачивались слёзы, к горлу подступил ком, нижняя губа дрожала, и ей хотелось лишь убежать от Гарри, забыть о нём. — Я иду домой, — объявила она дрожащим голосом, поднимаясь на ноги и прошмыгивая мимо Лив. Она слегка споткнулась об ногу Лив, и, не успела она упасть, как Гарри вскочил поддержать её. Его руки на секунду задержались на её талии, — он хотел убедиться, что он устояла на ногах, а глаза были широкими и обеспокоенными, брови сдвинулись к переносице. Она отпрянула до того, как заплакать, и попятилась к двери. — Увидимся. Гарри начал мотать головой, но она игнорировала его, разворачиваясь и открывая дверь. Она шла вниз по улице, наслаждаясь обжигающим, холодным ветром, который отвлёк её от подступающих слёз. Она слегка спотыкалась, шаркая ватными ногами по тротуару. Чья-то рука схватила её за оголённую руку и девушка пронзительно закричала. Сердце подпрыгнуло, и она отдёрнула руку, оборачиваясь в сторону нападающего. — Гарри, какого чёрта! — Закричала она, увидев его перед собой. Он нахмурился, а его рот слегка приоткрылся. — Не делай этого! Он удивлённо моргнул. — Прости, я просто… я не позволю тебе идти одной домой! Она покачала головой, отворачиваясь и продолжая путь. — Изабель, постой! — Она слышала, как быстро и тяжело он дышал, побежав за ней. — Ты странная, сейчас же долбанных четыре часа! — Здесь недалеко, — резко возразила она, громко сглатывая и дрожа от холода. Он ещё раз схватил её за руку, на этот раз более аккуратно, и она снова вздрогнула, но скорее от прикосновения его грубой кожи, от его тепла, от того, как забилось в груди её сердце. — Ты чего дрожишь? Ты замёрзла? — Спросил он. Его большой палец так легко касался её кожи, что ей показалось, она всё выдумала, но никакие её выдумки и фантазии не заставили бы её сердце биться так быстро, когда он дотрагивался до неё. — Вот, держи… — Пожалуйста, не надо, — пробормотало она, снова отстраняясь. Он моргнул, и казалось, его веки на минуту замерло прежде, чем снова открыться. — Что? — Хрипло спросил он. — Я так не могу, — тихо произнесла она. — Я больше так не могу, Гарри. Он ничего не сказал, лишь потупил взгляд в асфальт и хлопнул дрожащими ладонями по ногами. — Изабель, я не знаю, сколько ещё раз мне придётся извиниться, чтобы ты поверила мне, — наконец ответил он, громко вздыхая и проводя рукой по волосам. — Я не знаю, что делать. Но он не понимал, что дело теперь было не в извинениях. Дело было в том, что Гарри постоянно утверждал, что ему плевать, что он не хочет её, что она не в его долбанном вкусе в то время, как он нравился ей настолько сильно, что это причиняло боль. Она сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться, посмотрев вниз, пока она ломала голову над ответом; прядь волос упала на лицо. И, как в замедленной съёмке, Гарри поднял трясущуюся руку и аккуратно убрал волосы за ухо, тем самым заставляя её посмотреть на себя. Он провёл большим пальцем по её щеке. Её глаза затрепетали под закрытыми веками, а внутри всё запылало, дыхание застыло в горле, а колени начали с опаской подкашиваться. — Я скучал по тебе, — прошептал он, а она чуть ли не рухнула на пол. — Ага, — сказала она, цепляясь за него, как за якорь, чтобы не упасть в обморок. Она ощущала горячее, в контраст с холодным воздухом, дыхание Гарри на своей щеке, а его трясущиеся пальцы спустились с волос ей на шею, нежно обхватывая её. Если бы Изабель не была пьяна, то разрыдалась бы прямо сейчас. Но вместо этого она нервно засмеялась, не зная, что делать, чтобы спастись до того, как кинуться ему в объятья или провалиться сквозь землю. Она толкнула его в плечо. — Я обгоню тебя! — Закричала она, даже в своём нетрезвом состоянии понимая, насколько сумасшедшей и странной была эта идея, но до того как он успел ответить, она уже неслась вниз по улице. — Изабель, остановись! — Кричал он, но она не слышала. Она бежала дальше, игнорируя боль в боку, тяжёлое дыхание, учащённое сердцебиение и факт, что в любую секунду она могла упасть. Она слышала, как он бежал за ней, а когда она начала смеяться, то, наконец, услышала его смех. Он намерено медленно бежал, чтобы притвориться, что она может обогнать его. Крича ей остановиться, его голос дрожал от смеха и садился. Они бежали всю дорогу до её дома, смеясь и крича в ночной воздух, их ноги отталкивались от асфальта, а волосы разлетались на ветру. Добравшись дома, она обернулась, облокачиваясь на стену и истерически смеясь. Через несколько секунд её нагнал Гарри. Он был весь красный от смеха и бега, а когда он остановился, она услышала, как тяжело он дышал. — Гарри, дыши! — Кричала она ему, хихикая, когда он упёрся руками в колени и наклонился вперёд, кашляя и задыхаясь. Она восстановила дыхание, убирая с лица потные пряди волос, но Гарри всё ещё не мог отдышаться. Она подошла ближе и услышала, как он с трудом дышит, пытаясь набрать в лёгкие воздух. — Ты в порядке? — Нервно спросила она, а он покачал головой, кладя руку на грудь. — О Боже, Гарри, ты умираешь? — Закричала она. Он снова покачал головой и неопределенно махнул на свой карман. Она подскочила ближе, роясь в кармане и, наконец, извлекая маленький голубой пластиковый аппарат. Неистово дрожащими руками он выхватил ингалятор у неё из рук, облокотился на стену и прижал его ко рту, делая большие вдохи. Она обеспокоено переминалась с ноги на ногу, засунуть пальцы в рот. Наконец, он остановился, его дыхание восстановилось, сердцебиение замедлилось и она, совсем не заметив, как задержала дыхание, выдохнула. — Хорошее завершение вечера, Стайлс, — пробубнил он, качая головой. Изабель нервно засмеялась. — Ты в порядке? — Да, всё нормально. Я не размялся, поэтому… в целом, да, я в порядке. — Он поднялся, размял конечности и попрыгал с ноги на ногу. Тепер ещё щёки покраснели от смущения. — Такое бывает. У меня, эм, астма. — Ох, да, — сказала Изабель. — Ладно. Гарри ничего не ответил, осматриваясь по сторонам в поисках моста, чтобы спрыгнуть с него, а Изабель подошла к нему до того, как сумела остановить себя. Она обвила руками его талию и прижалась губами к его щеке. — Это было страшно, — произнесла она в его футболку, закрывая глаза, когда одной рукой он обнял её за плечи, а второй — за талию, прижимая её к себе. — Со мной всё хорошо, — сказал он, опуская голову; его дыхание коснулось её волос. — Раньше такое часто случалось. Он отстранился от неё, продолжая одной рукой держать её перед собой за талию, а другой рукой сжимая нижнюю губу. — Изабель, мне очень, очень жаль. — Он протянул руку, чтобы дотронуться до неё, но, задержав её на несколько секунд в воздухе, решил опустить. — Я пытался рассказать тебе, поверь. Мне очень жаль. Она уставилась на него. — Я знаю, Гарри. — Я сказал что-то очень хреновое, да? — Он неестественно засмеялся, хотя его голос был хриплым и искренним. — Я не могу перестать думать об этом и… и мне даже стыдно за извинения, потому что мне не хотелось бы, потому что… в первую очередь, я очень хотел бы не делать этого. — Зачем ты поцеловал Брионию? — Тут же спросила она. Вероятно, он перецеловал огромное количество девушек в течение Пасхи, но ей не хотелось думать об этом. — Почему тебя волнует это? — Повторил он её слова, но в его голосе чувствовалась некое недоверия и, возможно, даже надежды. — Меня не волнует, — пробубнила она. Он уставился на неё, убирая руку с её талии и вздыхая. — Я сделал это из-за тебя… почему ты не отвечала на мои звонки? — Почему тебя волнует это? — Медленно спросила она, надеясь, что Гарри чувствует тоже, что и она — толчки в сердце, желания, чтобы он сказал, как сильно волновался. — Меня не волнует, — медленно повторил он. Наступило молчание, и она просто смотрели друг на друга. Недосказанность повисла между ними, как застаревший груз, но никто из них не прилагал никаких усилий. — Мне тоже жаль, — тихо сказала она. Ком подкатил к горлу, когда он закрыл глаза и покачал головой. — Нет, правда, жаль. Я тоже наговорила гадостей, и я должна была выслушать тебя, и мне очень жаль. Он открыл глаза и кивнул, его взгляд перепрыгнул с неё на дверь. — Могу я остаться? Мне можно остаться на ночь? Она облизнула губы. От этой мысли ладони вспотели, и она не могла вспомнить, хотела ли чего-то большего в своей жизни. — Я, эм… может, вызовешь такси или… — На какие деньги? — Скептически просил Гарри, на губах появилась смущённая улыбка. — У меня всего 80 пенни. Она засмеялась над его глупой улыбкой, и он усмехнулся ещё шире. — Если, конечно, ты хочешь, чтобы я шёл домой один… — Надувшись, сказал Гарри. — В темноте, один, беззащитный, в четыре утра… — Ты идиот, — засмеялась Изабель, качая головой, но когда его лицо поникло, она едва не толкнула его в сторону дома. — Ты точно не против? — В этом раз серьёзно спросил он. Когда она кивнула, открыв дверь трясущимися руками, он широко улыбнулся. — Я буду хорошим мальчиком. Обещаю. И до того, как она успела ответить — или упасть в обморок, не важно, что случилось бы раньше, — он уже направился в кухню.