Boys Don't Cry // Мальчики не плачут

я вижу тебя насквозь Февраль

Она смутно помнила, где живёт Гарри, но её ноги привели её к его дому до того, как она поняла, насколько это глупая идея. Дождь шёл так сильно, что волосы прилипли к её лицу, слёзы смешивались с каплями воды и стекали в открытый рот, а зубы так часто дрожали, что она испугалась, что они выпадут. Небо было настолько чёрным, что не верилось, что тучи когда-нибудь рассеются, и Изабель подумала, что это и есть олицетворение литературного приёма — антропоморфизма. В груди словно всё сжалось и хотело выбраться наружу. Она никогда в жизни не чувствовала этого, ей никогда не хотелось провалиться в дорожную яму и исчезнуть; ей хотелось заползли в центр кровати, которая стояла у её родителей, когда она была маленькая, и накрыться с головой, оставаясь там навсегда. Она долго шла, спотыкаясь о бугорки на асфальте, которые были покрыты лужами, и рыдала так сильно, что начало болеть горло. Одежда промокла до нитки, прилипая к коже, как влажная газетка, которая была выкинута на дорогу и истоптана сотней ног, но всё так же трогательно цеплялась за асфальт. Она наконец добралась до улицы с огромными домами с мансардами, которые охранялись железными решётками и аккуратно подстриженной живой изгородью, возле которых были припаркованы семейные автомобили; и Изабель поняла, что была уже близко. Перед ней прошёл мужчина с чёрным зонтом и портфелем, и, хотя было глупо разговаривать с незнакомым мужчиной, когда время уже ушло за полночь, а телефон был разряжен, но у неё не оказалось другого выхода. Она подбежала и схватила его за руку. Он в недоумении подпрыгнул и громко закричал. — Чёрт возьми! — Закричал он. — Я думал, ты собираешься ограбить меня! Чёрт! — Простите, — хриплым от плача голосом сказала Изабель. — Просто… Простите, мне нужно Саунтдаун авеню. Вы знаете, как добраться туда? — Три улицы вниз, — ответил он, покосившись на неё. — Всё в порядке, милая? — Да. — Неубедительно произнесла она. — Спасибо. И простите, что напугала вас. Оставшийся путь она пробежала, трижды спотыкаясь, но наконец добравшись до улицы, на которой жил Гарри. Номер 17, снова и снова повторяла она, бежав по улице. Наконец она остановилась перед массивной чёрной дверью и, секунду поколебавшись, постучала по дереву. Несколько секунд, и дверь открылась. Она уже была готова упасть в объятья Гарри, и с её губ слетел всхлип, когда она увидела Найла, смотрящего на неё сверху вниз. — Господи, — произнёс он. — Что с тобой стряслось? — Где Гарри? — Тяжело дыша, спросила она. Её грудь вздымалась, пока она пыталась восстановить дыхание после бега. Одну руку она положила на сердце, а второй быстро выжала мокрые волосы. — Мне нужен Гарри. Где Гарри?! — Всё в порядке, детка, успокойся, — сказал Найл, заводя её внутрь и закрывая дверь. Вода капала с её волос и одежды, образуя на деревянном полу лужу. Она сдавленно дышала, оглядываясь вокруг. Найл взволнованно встал перед ней, растерянно махая руками. — Что случилось? В холл вышел Зейн, держа в руках контроллер от Xbox. Он поднял брови. — Изабель, с тобой всё в порядке? — Ну конечно же, с ней не-всё-блять-в-порядке! — Выпалил Найл. — Что с ней стряслось, Зейн? Зейн подошёл ближе, беря её за плечи и смотря ей в глаза, пока Изабель пыталась восстановить дыхание. — Принести воды? Она кивнула, и Зейн повёл её на кухню, крича Найлу, чтобы тот принёс полотенце и сменную одежду. После вечеринки мебель снова была расставлена по местам, и Изабель заметила, что весь первый этаж, кроме холла, был открытой планировки — диваны и ТВ, на котором была остановлена FIFA, были расположены со стороны кухни. Зейн усадил её на столешницу и подал полный стакан воды, который она выпила большими отчаянными глотками. — Успокойся, — тихо произнёс он, утешительно гладя её по руке. — Не делай себе хуже. Найл вбежал в кухню с полотенцем, перекидывая его через её плечи и нервно грызя ногти, ожидая дальнейших указаний Зейна. — Лучше? — С улыбкой спросил Зейн, а она кивнула. — Откуда ты знаешь, что делать? — Прошипел Найл другу, понизив голос с надеждой, что Изабель не услышит. — Сёстры, — коротко ответил Зейн. — Где Гарри? — Робко повторила она, вытирая остатки слёз. Парни переглянулись. — Он занят, — единственное, что сказал Найл. — Он скоро вернётся? — Ох, он здесь. Наверху, — объяснил Зейн, вскидывая брови. — Он занят. Изабель поняла, но от этого лучше ей не стало. Её плечи слегка опустились. — Оу. — Ты можешь сказать нам, что произошло? — Взволнованно спросил Найл, продолжая грызть ногти. — Ты долго шла под этим дождём? Ты вся промокла, — заметил Зейн. Она кивнула. — От дома Луи. Это недалеко от меня. Найл нахмурился. — Это же пиздецки далеко! И ты шла сама? Изабель снова кивнула, а Найл ещё больше нахмурился. — Какого хрена? — Выкрикнул он. — Тебя могли изнасиловать или ещё чего похлеще! — Его лицо поникло. — Подожди, тебя же не… — Нет, Найл, — сказала она, а он серьёзно кивнул, снова грызя ногти. — Проблемы с парнем? — Спросил Зейн. Она колебалась, но затем слегка кивнула. — Я… не могла возвращаться домой, потому что девочки, они мои лучшие подруги, но и его тоже. Они всегда выгораживают его. Я не могла идти домой. Простите, что пришла к вам. Я не хотела испортить вам ночь. — К глазам снова подступили слёзы, и она удивилась, что они ещё вообще были у неё, учитывая, сколько она их уже пролила. — Всё нормально, — улыбнувшись, сказал Зейн, сжимая её колено. — Мы с Найлом только начали играть в FIFA. Ничего особенного. — Ночь и так была испорчена, — добавил Найл, делая глоток со стакана Изабель. — Ага, Гарри заставил нас пойти на какую-то тусовку, хотя нам утром на пары. Кроме него, никто из нас не хотел надираться как скот. Она потёрла лицо, и на её руках остались отпечатки туши. — Оу, у меня потёк макияж? — Ага. Без обид, но выглядишь ужасно, — сказал Найл, а она несмело улыбнулась. — Я принёс тебе одежду. Иди переоденься и умойся. Когда она вышла из ванной с чистым лицом, в футболке и спортивках Найла (которые жали ей в бёдрах, потому что были мужского кроя, но сейчас ей было плевать на это), то мальчики уже играли в FIFA, а на столике её ждала чашка чая. Несмотря на её ужасное настроение, она улыбалась, наблюдая за тем, как парни спорили на тему игры, вытянувшись на диване. В отличие от друзей Луи, которые воспринимали девушек лишь как ходячих и говорящих кукол, то, как вели себя сегодня ночью с ней парни, было спонтанным и настоящим проявлением доброты. Возможно, она была просто эмоционально и физически истощена, но ей было комфортно находиться с ними без макияжа на лице. Это уже о многом говорило. Она села между ними, обеими руками держа чашку с чаем, чтобы согреться, и Зейн тепло улыбнулся ей. Найл взглянул на друга, и тот кивнул. — Если хочешь, можешь остаться. — Спасибо, — тихо сказала она. — Думаю, возвращаться сейчас домой — плохая идея. — А завтра можешь поговорить с Гарри, — добавил Зейн. — Когда он… закончит. Изабель посмотрела на них, дуя на чай, чтобы охладить его. — Почему Гарри всегда цепляет каких-то девочек, а вы оба блуждаете вокруг да около, как братья Чакл? Найл с наигранной обидой открыл рот. — Ты видела меня всего раз! — Ты встречалась с нами тогда, когда нам было запрещено цеплять кого-то, — объяснил Зейн. — Запрещено? Кто запрещает вам? — Девочки. — Сказал Найл, потирая шею, когда его глаза остекленели. — Когда мы собираемся впятером, как сегодня, они не разрешают нам знакомиться с девушками. В прошлом году мы постоянно делали так, и их это достало. — У Кейтлин и Лив, — разъяснил для Изабель Зейн, — очень строгие порядки. — И, к твоему сведению, — неожиданно вставился Найл, указывая на неё пальцем, — мы оба поимели хорошеньких девочек на вечеринке у Гарри, но ты к тому моменту уже ушла со своим парнем. Зейн вздрогнул при упоминании о Луи и посмотрел на Изабель, словно ожидал, что она разрыдается, но она лишь фыркнула. — Значит, Гарри нарушил все правила, да? — Девочки недовольны этим, — проворчал Зейн. — Если честно, то обычно он не делает этого. Но сегодня ночью его… его накрыло. — Ага, — кивнул Найл. — Он обкурился. Ты же знаешь, что обычно он не курит траву? Он вообще против этого. Он читает нам морали каждый долбаный день. Поэтому, когда он обдалбывается, это — катастрофа. — Почему он так ненавидит траву? Зейн пожал плечами. — Просто ненавидит. О некоторых вещах по поводу Гарри лучше не спрашивать. Просто он такой. Спустя один матч FIFA — Найл выиграл со счётом 6:4 — они направились спать, решив, что Изабель будет спать с Найлом. В комнате Зейна повсюду были разбросаны художественные материалы, и он не хотел, чтобы Изабель споткнулась и случайно опрокинула их, а сам он отказывался спать где-либо ещё, кроме как на своём драгоценном матрасе под своим драгоценным пуховым одеялом. На первом этаже было слишком холодно, и поэтому единственное, что осталось, — спать в одной кровати с Найлом. Зейн одолжил Изабель зубную щётку из того запаса, что хранился в ванной — «на случай, когда люди» (читать: девушки) «неожиданно остаются на ночь», — и с улыбкой пожелал спокойной ночи, сжимая её руку. Учитывая, что она видела Найла второй раз в жизни, ей было жутко стыдно снимать узкие спортивные штаны. Она натянула футболку как можно ниже на бёдра, а затем прыгнула в кровать и натянула одеяло до шеи, как ребёнок, боящийся монстров. Найл даже не взглянул на неё; он просматривал что-то в своём телефоне, запрокинув назад руку. — У тебя очень чистая комната, Найл, — заметила она, поворачиваясь к нему спиной. — Ага, — он вздохнул. — Люблю, когда всё лежит на своих местах. Он выключил свет, лёг в кровать и слегка потянул одеяло. Изабель заранее знала, что впереди у неё длинная ночь — Найл определённо любит «воровать» одеяла. — Спокойной ночи, Изабель. — Спокойной ночи, — ответила она, слыша, как он зевает. — Не переживай из-за парня, — сонно произнёс он. — Если вам суждено быть вместе, то вы будете. Она улыбнулась в подушку, услышав его детскую психологию. Его дыхание почти сразу углубилось, и спустя пять секунд он заснул, пока Изабель слушала и считала его вдохи. В этой полной тишине, находясь в тихом незнакомом доме, её глаза закрылись, и впервые за этот вечер она полностью успокоилась. Услышав тихий стук, она открыла глаза. Найл не шевелился, но она снова услышала этот стук. И снова. И снова. А затем знакомый высокий голос застонал, приглушённый кирпичами, штукатуркой и картиной, которая лежала между ней и источником шума. Она вспомнила, что находится за стенкой. Комната Гарри. Ей стало интересно, сколько раз Найл слышал, как Гарри развлекался с девушками, как часто он, лёжа в своей кровати, слышал, как бьётся спинка кровати об стену. Ей стало интересно, каково это — быть девушкой Гарри на одну ночь или, в случае Каро, на несколько ночей; каково это — быть с ним. Ей было интересно, говорил ли он, что любит их, отвечали ли они взаимностью, проявлял ли он свою заботу в поцелуях, любящих взглядах и нежных прикосновениях. Была ли у него девушка, которую он мог назвать своей, а она его — своим. И с мыслями о том, как Гарри с такой теплотой — которой тяжело противиться — в глазах смотрит на кого-то и говорит, что любит её, что она его самый любимый человек на земле, Изабель уснула.

~~~

— Вставай, Изабель. Кто-то резко потряс её за плечо, а когда Изабель слабо открыла глаза, щурясь раннему солнцу, как новорожденное животное, то увидела у кровати уже одетого Найла, который склонился над ней с широко открытыми глазами. — Который час? — 8:13, — весело сказал он. — Мне скоро нужно в универ, и я подумал, что могу подвезти тебя домой. У тебя сегодня есть лекции или какие-то пары? — Ох, да, — хрипло ответила она. — Вот чёрт. Он усмехнулся, отступая назад, чтобы она могла встать с кровати. Она провела рукой по спутанным волосам, пока он взял несколько вещей со стола и закинул их в рюкзак. — Что ты изучаешь, Найл? — Спросила она, зевая. — Компьютерное искусство, — ответил он. — Графика и тому подобное. Прикольная штука. Кстати, твоя одежда в ванной. Зейн повесил её на радиатор, чтобы она высохла. — Он посмотрелся в небольшое зеркало, висящее над столом, и провёл рукой по волосам, чтобы уложить их. — Я уже давно встал. Всегда рано просыпаюсь, если курю накануне марихуану. Но неловкий разговор с потаскушкой Гарри стоил того. До жути весело. — Оу, она уже ушла? — Спросила Изабель, когда они направились к двери. — Да, она ушла ещё около шести часов, когда Гарри проснулся. Бесценное зрелище. Не поверишь, но по утрам он такой грубый. Изабель засмеялась, выходя в проём перед Найлом и с удивлением едва не налетая на Гарри. Она ошалела, когда увидела, как он выглядел. Он был с ног до головы покрыт потом, а его кудри покрывала кепка. В одной руке он сжимал чёрную футболку, а его чёрные спортивные шорты были низко опущены. Её взгляд был бы прикован к его рельефным кубикам нижнего пресса, исчезающими под полоской шортов, если бы она не отвлеклась на его отвратительно неоново-жёлтые кроссовки. — Что ты здесь делаешь? — Грубо спросил он, а она тут же подняла голову. Её щёки порозовели. Он посмотрел на неё и застыл, а реакция его походила на реакцию Изабель несколькими секундами ранее, когда его взгляд скользнул по её растрёпанным волосам, огромной футболке и голым ногам. Найл вышел из комнаты сразу за ней, закрывая дверь своей спальни, и на секунду лицо Гарри скривилось в замешательстве, его глаза округлились, а брови нахмурились. — Вы ебались? — Некорректно спросил он, повышая голос, пока его взгляд прыгал с Найла на Изабель, а ноздри надулись. — Конечно нет, — усмехнулся Найл, но в шутку добавил: — Сегодня учёба, бро, и мы не такие животные, как ты. Лицо Гарри сменилось слегка довольной улыбкой, когда Найл ударил его в грудь и направился к лестнице. — К тому же, — продолжил Найл, — вчерашний вечер предполагался быть семейным. Кейтлин и Лив убьют тебя. Гарри засмеялся, а Изабель наблюдала за тем, как его грудь вздымалась и опускалась; капли пота стекали по двум татуировкам ласточек прямо под ключицами. — В каком я состоянии по шкале от одного до десяти? — Если рассматривать со стороны Лив, то шесть, если Кейтлин — девять. — Гарри снова засмеялся, а Найл легонько пнул носком своей обуви новые кроссовки Гарри. — Сколько пробежал сегодня? — Девятнадцать километров, — сказал Гарри, а Найл изо всех сил постарался не выдать своего впечатления. — Есть шанс пройти. — Чёрт, чувак, конечно! — Найл засвистел. — А теперь, на этой хорошей ноте, я собираюсь покинуть вас и до отвала набить живот шоколадными хлопьями, — оживлённо сказал Найл, ещё раз пиная Гарри в плечо. — Увидимся внизу, Из. Гарри повернул голову и враждебно посмотрел на Изабель — от его весёлого взгляда, которым он смотрел на Найла, не осталось ни следа. Она с трудом отвела взгляд от его груди и попыталась улыбнуться ему. — Привет, Гарри, — начала она. — Всё нормально? — Почему ты здесь, Изабель? — Скучающим тоном спросил он. — Я, эм… уже не важно, — ответила она. — А сейчас прости, но мне нужно собираться. Она попыталась проскочить мимо него, но он схватил её за руку, тем самым удерживая на месте. — А теперь честно, у тебя с Найлом что-то было? — Спросил он, и его ноздри надулись. — Потому что если да, то это плохо, даже для тебя. Изабель заморгала. — Что значит даже для меня? Он закатил глаза. — Пошли, — всё, что он сказал. Дыхание застыло в горле оттого, что она увидела, как плохо он о ней думал в тот момент, когда она считала его своим другом. — Мы с Найлом просто друзья, — тихо произнесла она дрожащим голосом. — Друзья? — Он нахмурился. — У тебя здесь нет друзей! Я вообще до сих пор не могу понять, какого чёрта ты в моём доме! — Ладно, — поражённо и изнурённо сказала она. — Прости, что вторглась без разрешения. Она кинула на него кроткий взгляд, чувствуя, как от бесчисленных отказов за последние двенадцать часов под кожей горячо растекается боль. Он смотрел на неё отстранённо и холодно. — Прости, — снова сказала она, отвернувшись и пошаркав прочь от него в ванную. Уже когда Изабель подумала, что ей удалось скрыться, Гарри зашагал за ней. Он схватил её за руку и притянул к себе, а выражение его лица говорило о том, что он понял, что был неправ. — Что произошло с Луи? — Спросил он, рвано дыша и с яростью смотря на неё. — Ничего, — просто ответила она, но он не пошевельнулся и лишь усилил хватку. — Ты можешь сказать мне. Она с такой свирепостью вырвала свою руку из его крепкой хватки, что её футболка поднялась и выставила напоказ её трусики. Его взгляд упал вниз, а она быстро натянула футболку на бёдра. Щёки покраснели, а во рту пересохло. Он поднял свой тёмный взгляд на её пылающие щёки, одновременно с этим улыбаясь, упираясь обеими руками в стену по обе стороны от её лица и подходя так близко, что ей пришлось вжаться в стену. — Не прячься от меня, детка, — прошептал он, прижимаясь губами к её уху таким образом, что прядь его вьющихся волос выбилась из-под кепки и коснулась её щеки. Она чувствовала его язык на своей мочке, когда он говорил. — Может, я не хочу, чтобы ты меня видел, — произнесла она жалостливым и еле слышным голосом. Её кожа горела со стыда, а стуки сердца отдавали в горло. Его нос коснулся хрящика её уха, и её глаза закрылись, когда он прижался к ней бёдрами. — Но я видел и продолжаю видеть тебя насквозь, — хрипло прошептал он. Она не знала, что он имел в виду, но очень отчётливо поняла, что его зубы кусали её мочку, его горячее дыхание обжигало шею, его бёдра прижимались к её, и, более того, она не хотела, чтобы он отстранялся. — Что бы сказал твой парень, если бы увидел тебя сейчас? Гарри опустил на неё тяжёлый и решительный взгляд, а его глаза загорелись, когда она заморгала, как олень в свете автомобильных фар. Ещё до того, как Изабель поняла, что происходит, он наклонился к ней, коснулся своим кончиком носа её и отклонился назад. Тяжело дыша, она приоткрыла рот, а Гарри открыл свой, держась от неё на расстоянии меньше двух сантиметров, и она чувствовала, как его дыхание щекотало её губы. Изабель могла отстраниться, но ей не хотелось, и когда он не приблизился к ней, то она сделала это сама, сокращая между ними дистанцию. Его губы были так близко, что она чувствовала их тепло, когда… — Я тоже думал об этом, — прошептал он. Его рот растянулся в улыбке, которую она еле могла разглядеть оттого, что он был настолько близко. Он оттолкнулся от стены, посмотрев на неё в последний раз, когда она схватилась за стену, как за спасательный круг. Её сердце бешено билось, а грудь вздымалась. Безразлично усмехнувшись, он не оглядываясь прошёл в свою комнату, закрывая за собой дверь.

~~~

Вечером, когда Изабель вышла с лекции, изнурённая вчерашними событиями и угнетённая после презентации о протестанстве в 1600-х, она никак не ожидала увидеть Кейтлин, которая облокотилась о дерево и хмуро уставилась на неё. Изабель неуверенно помахала ей, а когда Кейтлин помахала в ответ с саркастической улыбкой, Изабель восприняла это как намёк подойти. — Привет, Кейтлин, как ты? — Сойдёт, — ответила Кейтлин, растоптав сигарету и посмотрев на Изабель, сверкая глазами. — Мне нужно поговорить с тобой. — Конечно, — ответила Изабель. — Я, ох, как… как ты узнала, что я тут? — Спросила у кое-кого. Похоже, ты широко известна в кампусе. — От любого другого человека это звучало бы, как комплимент, но Кейтлин вскинула брови и презрительно усмехнулась, отчего Изабель стало стыдно. — Мне жаль, что я пришла сюда, чтобы сказать это, потому что я знаю, что у тебя с парнем наверняка какие-то грандиозные планы. Изабель ошеломлённо уставилась на неё. — С чего бы мне иметь какие-то грандиозные планы с Луи? Кейтлин фыркнула. — Сегодня День Святого Валентина. Разве люди не отмечают его? Когда Изабель ничего не ответила, Кейтлин вздохнула и провела рукой по волосам. — Слушай, я не хочу быть сучкой или нападать на тебя, так что просто скажу это. Скажи своему парню, чтобы остановился. — Что? — Скажи ему, чтобы больше не продавал Гарри наркотики, ладно? — Гарри не принимает наркотики, — сказала Изабель, нахмурившись. Она совершенно растерялась. — Я знаю, — ответила Кейтлин сквозь стиснутые зубы. — Именно поэтому я была повержена в ужас, когда он вернулся вчера домой с пакетиком травы на £50 и заставил нас уйти. — Она сделала глубокий вдох и опустила взгляд, топчась с ноги на ногу. — Иногда он сходит с ума, съезжает с катушек на всю ночь и забивает на все принципы. Затем жалеет неделями, и я не понимаю этого. Мне надоело собирать всё по частям. Ты ведь скажешь своему парню отвалить от него и втюхивать наркоту кому-то другому, верно? — Луи был со мной всё время с того момента, как мы попрощались с Гарри, так что это не он продал ее, — объяснила Изабель, но её ладони вспотели, а во рту пересохло. Зачем Гарри сделал это? — Ладно. — Кейтлин подняла руки вверх. — Конечно, это был не он. В этом замешаны другие, я понимаю. Но если Гарри ещё раз придёт к Луи или к кому-либо, кто как-то связан с ним, я бы хотела знать, что, как его друг, ты остановишь их от того, чтобы они втюхали ему что-либо. — Ты не думаешь, что преувеличиваешь? — Возразила Изабель, и хотя у неё не было особых знаний, но она знала, что связываться с наркодилерами и пытаться отговорить людей от наркотиков было бесполезной тратой времени. — Это ведь просто трава, Кейтлин, некоторые курят её каждый день… — Я не говорю о просто долбаной траве, тупица, — прошипела Кейтлин. — Возможно, в этот раз да, но мы видели худшее. Ты можешь думать, что знаешь его, но это совершенно не так, понятно? Так что хватит задавать вопросы и выёбываться, просто пообещай мне. Изабель словно дали пощёчину. Она покраснела, а челюсть немного отвисла, когда Кейтлин посмотрела на неё. Она открыла рот, чтобы сказать что-то, чтобы убедить её или даже извиниться, она не была уверена, но неожиданно закрыла его, когда поняла, почему Кейтлин делает это. Ответ вдруг показался таким очевидным, что она почувствовала себя идиоткой за то, что не догадалась раньше. Кейтлин была влюблена в Гарри. Это объясняло, почему Гарри так часто упоминал о ней и почему она была такой грубой с Изабель, когда они впервые встретились. Зачем Кейтлин вообще появилась здесь. С незнакомой болью в груди Изабель поняла, что Кейтлин защищала его, желала ему лучшего, любила его, но он её — нет. Изабель лучше всех остальных было известно, что когда люди влюблены, то делают вещи, которыми не могут гордиться. — Окей, я поговорю с ним. — Спасибо, — Кейтлин кивнула, снова проводя рукой по волосам. А затем повисла длительная, неловкая тишина. — Ну, мне пора возвращаться в универ, так что… — Да, вообще-то, мне нужно в библиотеку. Кейтлин снова кивнула, а Изабель неуклюже зашаркала ногой. — С днём Святого Валентина тогда. — Да, и тебя, — ответила Изабель, и Кейтлин усмехнулась. — Увидимся. Кейтлин ушла, шаркая ногами по земле в своих тяжёлых берцах Doc Martens, похожих на берцы Изабель, и всовывая наушники. Было время, когда ей хотелось, чтобы она была из тех девушек, которых Гарри воспринимал как своих друзей, но теперь ей показалось, что они, возможно, не такие уж разные. Когда Кейтлин была вне поле зрения, Изабель развернулась и побрела по траве, прижимая к груди блокнот. У неё ещё было время до собрания в Кино-Обществе, но ей впервые не хотелось идти туда. Это будет неизбежно ужасный и угнетающий вечер в конце третьей аудитории, где они будут смотреть два самых романтических фильма всех времён по версии газеты The Guardian (Касабланка и Короткая встреча), и даже для девушки, которая любила сентиментальные фильмы, Изабель была не в настроении. Она остановилась возле маленького ларька в кампусе, чтобы купить большую шоколадку и подбодрить себя за целый день, а затем зашагала в холл библиотеки. Она могла даже попробовать поработать. Хотя как только Изабель добралась туда, она поняла, что не было никакой надежды на то, что она сможет поработать. Она оказалась совершенно не настроена на гражданскую войну в Испании, а ещё внизу должна была сидеть кучка людей, которых она знала. И она не ошиблась. Когда она спустилась вниз, Скарлетт жестом пригласила её. За столом Скарлетт сидело не много людей, и Изабель удалось проскользнуть на свободное место рядом с ней. Она кинула на стол книжки вместе с шоколадкой и задумалась, с чего начать. Она выбрала батончик «Twix». — Ты в порядке? — Спросила Скарлетт. — Ты не вернулась вчера домой? У Изабель не было никакого желания рассказывать девочкам, что произошло между ней и Луи, поэтому она пожала плечами. — Я была с Луи, — сказала она с полным ртом. У неё ужасно выходило врать, и Скарлетт знала об этом. — Сегодня утром я нашла детские книги на входном коврике, — сказала Скарлетт. — И записку «Ты забыла их вчера в моей машине». Если бы Изабель не выплакалась вчера, то вполне могла разрыдаться сейчас. — Ох, — произнесла она. Скарлетт открыла пакетик «Maltesers» и отодвинула свои записки. — Расскажи всё. Таким образом, ей пришлось поведать всё Скарлетт, начиная от её поездки с Гарри в магазин, где она купила книги для Руби. С каждым словом узел в груди сжимался всё сильнее, пока глаза не запекли, но слёзы так и не выступили. Реакция Скарлетт была именно такой, какой её и предполагала Изабель: она сочувственно улыбнулась и сказала, что он, в конце концов, вернётся и что он глупый. Изабель старалась не разочаровываться, но ей казалось, что все отвернулись от неё, и это было самым грустным. — У тебя телефон звонит, — заметила с полны ртом «Maltesers» Скарлетт, после того, как Изабель закончила свой рассказал. — Может, это Луи? — Нет, — ответила Изабель, но всё равно проверила телефон. От: Гарри Стайлс, 15:36 Зейн и Найл рассказали, какой расстроенной ты была вчера… Мне очень жаль, что я был занят и не смог поговорить с тобой об этом. Изабель хмуро посмотрела на сообщение, игнорируя воспоминания о том, как стояла полуголой, а его губы были в паре сантиметров от её, и быстро написала ответ. Она удивилась, когда ещё одно сообщение выскочило до того, как она успела отправить своё. От: Гарри Стайлс, 15:36 Если хочешь поговорить об этом, то приходи в любое удобное время:) От: Изабель Аллен, 15:37 Окей. Я запомню, спасибо — Это Луи? — Спросила Скарлетт. — Нет, — ответила Изабель. — Гарри. От: Гарри Стайлс, 15:38 Мне ооооочень жаль… От: Изабель Аллен, 15:39 Почему тебе должно быть жаль? Мне не стоило приходить, это было глупо, и теперь мне стыдно за это. Прости — Гарри? — Удивлённо спросила Скарлетт. — Тот Гарри с работы? Тот, которого Милли считает сексуальным? — Да, — подтвердила Изабель, не зная, как объяснить это. Поэтому просто сказала: — Мы иногда переписываемся. — О Боже, — пискнула Скарлетт, так громко хлопая в ладоши, что несколько человек подняли взгляд. — У меня отличная идея! От: Гарри Стайлс, 15:40 Я чувствую себя только хуже от того, что тебе стыдно и ты извиняешься! Если тебя это утешит, то я сегодня работаю, и это будет самый загруженный и дурацкий день. Я не могу понять, как кто-то может привести свою девушку на БОУЛИНГ в день Святого Валентина?! Это правда романтично?! Уголок губ Изабель поднялся, когда она прочитала сообщение, и она тут же набрала ответ. — Изабель! Ты слушаешь? — Да, прости! — Тебе нужно пойти на свидание с Гарри! Она перевела внимание. — Что? — Заставь Луи ревновать! Это работает, без вариантов! — Потише, — шикнула Изабель, нервно оглядываясь по сторонам, а затем рассмеявшись. — И, о Боже мой, нет. От: Изабель Аллен, 15:42 Я в свой день Святого Валентина сижу в библиотеке, переписываюсь с тобой, а в скором времени буду плакать над чикфликами* — думаю, я бы согласилась пойти в боулинг, если бы мне предложили. — Почему нет? Изабель вздохнула, отложила телефон и повернулась к подруге. — Потому что а) Гарри никогда не пойдёт со мной на свидание, б) я не хочу идти с Гарри на свидание, и в) Луи никогда не будет ревновать. Ему плевать. — Не глупи! Все парни ревнуют, это естественно! Они превращаются в хищников, когда речь идёт о девушках! — Я никогда не пойду на свидание с Гарри, Скарлетт, — подвела итог Изабель, снова беря телефон. — Не торопись с выводами. Мы с Луи ещё не расстались. Если подумать, слово «ещё» не являлось хорошим знаком. От: Гарри Стайлс, 15:42 Ауч. Это глубоко ранило меня. Майклу придётся вытирать мои слёзы (кстати, он оператор куда лучше, чем ты) — О мой Бог, он же флиртует с тобой! — Завопила Скарлетт, наклоняясь и заслоняя Изабель весь экран. — Нет, не флиртует! — Прошептала Изабель, отталкивая её. — Он бабник! Каждый раз, когда я вижу его за пределами работы, он с разными бабами, и он никогда не питал ко мне никакого интереса. Я не хочу быть с таким парнем, как он. Возможно, она лишь слегка приукрашивала, потому что ей хотелось бы снова оказаться рядом с голым по пояс и потным Гарри, как этим утром. Вообще-то, она довольно часто думала об этом. От: Изабель Аллен, 15:44 Надеюсь, вы, девочки, не будете заниматься ничем посторонним. Я расскажу Дэну, какой ты лодырь. — Ты была с Луи. Разве он не такой же? Скарлетт была права, это нельзя было отрицать. — Я… Думаю, да. — Он такой же! Он постоянно спал с разными девушками. Он был таким же, но тебя это не смутило. — Ты же подруга Луи, — напомнила Изабель, а Скарлетт закатила глаза. — Ты не должна пытаться свести меня с другим парнем. — Я не пытаюсь ни с кем свести тебя. Я пытаюсь пробудить в Луи какие-то чувства, и для этого мне нужен другой парень. Я потрясающая подруга. — Я больше не буду с тобой говорить об этом, — заявила Изабель, придвигая записки Скарлетт и похлопывая по ним. — Тебе нужно работать. — Отлично, — выпалила Скарлетт. — Но если бы у тебя были хоть какие-то извилины в мозгу и ты не была такой по-дурацки смиренной, то увидела бы, что это отличная идея. Изабель проигнорировала её и вернулась к своему телефону, с нетерпением ожидая сообщения от Гарри. Это была ужасная идея. Этой идеей она бы всё испортила и неизбежно предстала бы идиоткой перед друзьями Гарри. Она не была способной на такое, уже не говоря о том, чтобы осуществить это. Страх отказа, смущения и причинения боли её чувствам и чувствам Гарри был слишком сильным, и она даже не думала о том, чтобы сделать это. Лучше она оставит подобное для девушек из фильма. Но только когда имя Гарри высветилось на экране, тоненький голос в её голове сказал, что даже если она и не хочет делать это, но проводить с ним время, слушать его рассказы о себе, лежать в его кровати и слушать музыку и целоваться, целоваться и целоваться, и, возможно, даже быть девушкой, которую Найл услышит через стену, ради того, чтобы приревновать Луи, — не такая уж и ужасная идея. Совсем нет. От: Гарри Стайлс, 15:45 Окей, я вижу шутку… Покину тебя в этот день Святого Валентина наедине с твоими чикфликами. Надеюсь, тебе будет хорошо с ними. От: Изабель Аллен, 15:46 А я покину тебя в этот день Святого Валентина с Майклом. Надеюсь, тебе будет хорошо с ним… в постели. От: Гарри Стайлс, 15:46 Ты странная.