12 лет в аду

Проверка звука и настройка инструментов проходит из рук вон плохо. Половина аппаратуры не работает, Рэй перепирается с Мэтом, а Джерард не появлялся на площадке с момента нашего приезда. На часах почти шесть вечера и саундчек давно должен был закончится. За ограждением начинает собираться толпа, на лицах ребят из персонала смесь паники и отчаяния. Мрачно усмехаюсь своим мыслям, — столько шума из-за пары часов. Воспоминания уносят меня в те дни, когда мы и сами нервничали перед выступлением, — не спали ночами и репетировали до изнеможения; музыка была для нас всем. Сейчас же выйти на сцену без подготовки — обычное дело. Заученные партии и движения, я могу с точностью до секунды сказать, в какой момент Джерард начнет обращаться к толпе и что именно он скажет. Вся эта атмосфера по прежнему рвет крышу, мы все также отдаемся игре, но в какой-то момент процесс поворачивает в обратную сторону и начинает высасывать из нас последнее, вместо того, чтобы наполнять силами идти дальше. Возможно, не стоит говорить за всех, но глядя на друзей, под завязку заливающихся спиртным после каждого шоу, невольно задумываешься о происходящем. Откуда-то сверху перед моим лицом возникает банка пива, протягиваемая чьей-то рукой. Оглядываюсь и вижу Джерарда, на нем большие темные очки и совершенно нелепая куртка со вставками из облезлого меха. Удивительно, как даже в таком прикиде он сохраняет вид особо важной персоны. — Не хочешь проверить звук? — вяло интересуюсь у него. — Полагаю, с ним все в порядке. — Джерард устраивается на полу у тумбы, с которой я наблюдаю картину «Я-убью-тебя-и-засуну-палочки-в-твою-задницу», исполняемую Торо, он явно не настроен присоединятся к общей суете. Открываю пиво и делаю глоток. Присутствие Джерарда делает происходящее более реальным, вопреки отстойному настроению я ощущаю прилив бодрости и желание играть. Он трется головой о мое колено, и я машинально запускаю ладонь в его волосы, — слегка сжимаю у корней, пробегаюсь пальцами к вискам и шее. Звуки со стороны сцены стихают, я погружаюсь в мысли о предстоящем концерте. К моменту, когда Джерард совсем расслабляется и едва не роняет свое пиво на пол, к нам подлетает раздраженный Уэй-младший и оповещает, что до начала десять минут. На сцене Джерард наконец снимает очки, и мне кажется, синяки вокруг его глаз просвечивают даже через слой кое-как наложенного макияжа. Он вгашенный хуже обычного, носится из одного конца в другой и не попадает ни в одну ноту. Но это не имеет значения, толпа охвачена его безумной энергетикой, в воздух поднимаются сотни рук, голоса сливаются воедино, скандируя наши песни от начала до конца. Пот стекает крупными каплями по лицу, не вижу ничего, что происходит вокруг, — вселенная сужается до размеров концертной площадки. Чувство эйфории охватывает целиком. На первый строках «You Know What They Do to Guys» не замечаю, как оказываюсь вплотную рядом с Джерардом, прижимаясь к его мокрой спине. Его бьет крупная дрожь, голос хрипит и срывается, а я чувствую себя гребаным извращенцем, возбуждающимся от его мертвенно-бледной кожи и напрягающегося горла. Джерард допевает последние строки и прощается с толпой. Как в тумане следую за ним быстрым шагом, догоняя по пути в служебное помещение. — Закрой дверь, — Джерард откидывает мокрые волосы с лица и сползает на пол по стене. В его руках заметно опустевший утренний пакет, содержимое которого он разом закидывает в себя. — Блядь, чувак… — опускаюсь рядом с ним, встречая его стеклянный взгляд. — Заткнись, Фрэнк. Заткнись или проваливай, — после этих слов его губы растягиваются в кривой ухмылке, — но ты же не уйдешь? Ты не уйдешь. — Джерард притягивает меня к себе, оставляя влажный отпечаток губ в районе подбородка. Хочется врезать ему посильнее, так, чтобы и следа не осталось от его надменного вида. Но вместо этого я беру инициативу на себя и сажусь на его бедра, перекидывая одну ногу через него. Несколько быстрых мокрых поцелуев в шею, мои пальцы у него во рту. Дыхание, едва восстановившееся после концерта, сбивается снова, сердце заходится в бешеном ритме. Хочу так, что ломит тело, в голове только — быстрее, быстрее, быстрее. Джерард не хуже меня знает, что у нас времени в обрез, так что его пальцы одним движением справляются с моим ремнем и он кивком показывает мне встать. Упираюсь руками в шершавую стену, чувствуя его тяжелое дыхание в шею. Через пол часа я буду сгорать изнутри за заднем сидении фургона, но пока все, что я чувствую — неконтролируемое желание и влажные пальцы внутри себя. На улице холодно и промозгло. Джерард курит, взглядом выискивая машину. Ничего похожего на наш фургон у входа мы не находим, оставаясь стоять как два идиота посреди дороги. Не могли же они уехать без нас? Не так уж и долго он трахал меня, прикладывая многострадальной скулой к стене со всего размаха. Черт бы его побрал, кожа саднит и горит огнем, — хочется приложить что-нибудь холодное, а лучше просто отключится на несколько суток. — Айеро, мать твою! Джерард! Вы долбоебы или да? Мы ждем вас уже пол часа, какого хрена? — со стороны второго входа к нам подходит Мэт, он выглядит уставшим и раздраженным. — Чувак мы вас тоже искали, между прочим. — Джерард так нагло врет, что я могу только удивляться, как ему это удается. — Долбоебы, — Весомо заключает Мэт. — Ладно, пошли уже. Брайан ждет в машине. — А он здесь зачем? — тупо спрашиваю я. Джерард и Мэт оставляют мой вопрос без ответа, в темпе шагая к трем машинам в конце улицы. Кажется, мы снова едем в дом к Шехтерам. Кое-как сложив инструменты, мы расселись по трем повидавшим виды машинам, и сейчас на моем плече мирно посапывает Торо. Я не до конца понимаю, что происходит, но очевидно, на разговор не настроен не только я. Плевать. Уже завтра мы будем дома, до Джерси отсюда — рукой подать. Парни вваливаются в гостиную шумной толпой, нескольких присутствующих среди нее я вижу впервые. Кто-то притащил с собой ящик пива, все настроены на привычную послеконцертную попойку. Пытаюсь найти Брайана, чтобы узнать, когда мы выезжаем. От громких голосов и пьяных приступов смеха раскалывается голова, спрашиваю первого встречного о месте нахождения менеджера. Им оказывается Майки, и он тоже порядком нажрался, так что внятного ответа я так и не получаю. Торо, Мэт, какой-то чувак с татуировкой в пол лица — все смотрят на меня как на идиота, ну да, — как на мелкого, вечно чем-то обеспокоенного идиота-подростка Фрэнка. Решаю забить на поиски Брайана, и в эту же секунду вижу его на верхних ступенях лестницы, ведущей на второй этаж. Открываю рот, чтобы наконец поговорить с ним, но между нами возникает фигура Джерарда. — О, Фрэнк, отличные новости! Ты еще не знаешь? Сегодня на шоу были ребята из The Used, через два дня мы едем в совместный тур. — Улыбка Джерарда становится еще шире и отвратительнее, когда он замечает мою реакцию. — Да ладно, отдохнешь в гробу, малышка! — Джерард смеется своей шутке и возвращается к парням, распивающим какую-то дрянь по очереди из горла. Брайан пожимает плечами с извиняющимся видом и уходит наверх. У меня не остается сил даже на злость, кажется все внутри меня занимает одна большая ебаная пустота, съедающая все эмоции без разбора.