Непокорные

Ужас вязкой смолой проникал в сознание разбойника, замершего перед дверью, что была единственной преградой, отделявшей его от возлюбленной и ребенка. Зацепившись за эту мысль, Робин внезапно пришел в себя и отогнал оцепенение. Брат Тук и малыш Джон, которые стояли всего в паре шагов от друга, сразу заметили, что он вышел из ступора. Робин же, недолго думая, схватился за дверную ручку и дернул ее изо всех сил, разбойники тут же оказались рядом и, подхватив его под руки, оттащили на несколько шагов назад. - Что вы делаете? – возмутился разбойник, - я должен попасть внутрь! Робин попытался вырваться, но Тук и Джон держали его слишком крепко, мужчины понимали панику их друга, им и самим было не по себе от образовавшейся тишины, однако они выполняли наказ бабули Лукас. Робин сдался и посмотрел на брата Тука и малыша Джона: - Я должен попасть в комнату, вы же слышите… Мужчина не успел договорить, как за дверью раздался пронзительный крик младенца. Робин тут же изменился в лице и, если бы не его друзья, он вряд ли бы устоял на ногах, так как внезапно они стали ватными. Брат Тук и малыш Джон в свою очередь облегченно выдохнули, прислушиваясь сквозь плач новорожденного к другим голосам. Комната заполнилась звуками, словно с первым криком ребенка, только что увидевшего этот свет, все в помещении тут же ожили. Робин смотрел на дверь и не мог поверить, что слышит плач его с Реджиной малыша, чуть позже он различил, среди шума, и голос своей жены. Пару минут спустя, дверной замок щелкнул, и дверь распахнулась, перед мужчинами появилась бабуля Лукас, ее лицо было несколько уставшим, но на Робина она смотрела довольным взглядом: - Ну, что, папаша, готов познакомиться со своим ребенком? Робин, растерянно и в то же время счастливо улыбаясь, посмотрел на своих друзей, а после зашагал на дрожащих от переизбытка чувств ногах, за бабулей Лукас, которая улыбалась какой-то по-матерински доброй и теплой улыбкой. - Идем-идем, - мягко сказала она, когда разбойник неуверенно остановился на самом пороге комнаты, - а вы, можете сообщить остальным о рождении малыша, - обратилась старушка к брату Туку и малышу Джону. Когда Робин зашел в комнату, Шапочка и пара помощниц уже успели обмыть и запеленать младенца, и он уже был на руках у Реджины, которую тоже немного привели в порядок. Разбойник замер на несколько мгновений, любуясь, наверное, самым прекрасным моментом в своей жизни: его любимая женщина сидела на кровати, ее темные волосы были собраны в косу, лицо было уставшим, но в то же время таким красивым, что мужчина почувствовал, как его сердце пропустило пару ударов; по щекам Реджины, не переставая, сбегали струйки слез, но весь образ был прекрасен тем, что она держала на руках совсем крохотный сверточек, и улыбалась она такой яркой и счастливой улыбкой, что невозможно было оторвать от нее взгляда. Брюнетка подняла, переполненные слезами радости, глаза и посмотрела на своего мужа: - Робин, - шепотом произнесла она и широко улыбнулась. Ноги разбойника сами зашагали к кровати, в момент он сократил небольшое расстояние и аккуратно сел рядом со своей любимой. - У нас мальчик, - все так же шепотом произнесла брюнетка. Робин смотрел на Реджину с восхищением и безмерной любовью в глазах, а после медленно придвинулся ближе и посмотрел на их малыша. Именно в тот момент, когда разбойник увидел розовенькое личико с огромными тёмными глазками и аккуратными носиком и ротиком, его сердце застучало с неимоверной скоростью, а к глазам подступили слезы. Прямо сейчас он пытался справиться с гаммой эмоций, охвативших его, сейчас он только-только осознавал, что этот самый прекрасный малыш на свете – его сын. Спустя несколько минут Робин снова посмотрел на Реджину – женщину, что подарила ему самое важное в жизни, разбойник улыбнулся и убрал выбившуюся прядку со лба возлюбленной, а после наклонился и оставил на ее губах нежный поцелуй. - Я люблю тебя, - прошептал Робин, аккуратно накрывая руку возлюбленной. - И я люблю тебя, - ответила Реджина сквозь слезы. Тем временем малыш мирно рассматривал своих родителей, бабуля Лукас и ее внучка улыбались, наблюдая за семьей и тем, как новорожденный сразу перестал плакать, стоило ему оказаться на руках своей матери. Реджина со всей аккуратностью и нежностью начала передавать сына в руки счастливому отцу: - Я хотела бы назвать его Генри, - произнесла она. Робин улыбнулся и осторожно взял ребенка на руки, он смотрел на него, такого маленького, такого беззащитного и понимал, что готов ради него и Реджины на все. - Здравствуй, Генри, - прошептал он, не в силах справляться со слезами, что вырвались из плена его голубых глаз. Реджина в свою очередь буквально залюбовалась этой милой картиной, она смотрела, как маленькие ручки потянулись к лицу Робина, смотрела, как ее любимый мужчина плачет от счастья и избытка чувств. Брюнетка и сама не могла сдержать слез, а Робин наклонился к их сыночку ближе и замер, когда крохотные розовые пальчики ухватились за его нос. Добравшись до своей цели, малыш, получивший имя Генри издал звук, который, скорее всего, означал радость. Робин же зачарованно смотрел в карие глаза, которые его сын получил от Реджины и впервые в жизни понял, каково это - ощущать себя настоящим мужчиной. Нет, ты не чувствуешь себя полноценным и состоявшимся мужчиной, когда выигрываешь сложный бой, повергнув самого грозного врага; или когда ты завоевываешь на турнире внимание красавицы, от которой без ума каждый мужчина в королевстве; даже, когда ты достигаешь самых немыслимых высот, ты никогда не испытаешь всех тех чувств, которые заполняют твое сердце и душу, когда на руках оказывается ребенок, - кроха с розовеньким личиком, заключившая в себе любовь двух людей, готовых бороться за свою семью до последнего. Когда маленький сынишка сжимает пальчиками отцовский нос и смотрит огромными глазами, наполненными радостными искорками, а рядом не сдерживает слез счастья любимая женщина, именно в этот самый момент Робин почувствовал себя настоящим мужчиной. Мужчиной, который ни при каких обстоятельствах не даст в обиду двух самых любимых и родных во всем белом свете ему людей, который сделает все, чтобы его сын и любимая были счастливы. Реджина провела рукой по щеке Робина, и он оторвался от малютки-сына: - У него твои глаза, - тихо прошептал разбойник. Женщина счастливо улыбнулась и вытерла слезы с глаз, а после вместе с Робином она склонилась над их сыном. Все это время бабуля Лукас и ее внучка наблюдали за семьей. - Они так счастливы, - констатировала Шапочка. - Еще бы, - улыбнулась ее бабушка. Несколько минут спустя бабуля Лукас подошла к кровати, Робин и Реджина обратили на нее свое внимание. Брюнетка заметила во взгляде старушки смущение и некую нерешительность. - Не хочу нарушать идиллию, - начала Лукас, - но мамочке и малышу следует отдохнуть. Бабуля скрестила пальцы рук и ждала ответа от пары, Робин и Реджина понимающе кивнули и, по очереди поцеловав Генри в розовенький лобик, передали его женщине. Вдова Лукас аккуратно уложила младенца в колыбельку, что поставили рядом с кроватью, Генри сладко зевнул и уснул уже через несколько минут. Робин все еще сидел рядом с Реджиной, наблюдая за действиями бабули Лукас: - Реджина, тебе тоже следует отдохнуть, - прошептала старушка, снова поворачиваясь к счастливым родителям. - Можно Робин останется здесь? – так же шепотом спросила брюнетка. - Конечно, милая, - ласково улыбнулась женщина, - мы с Шапочкой будем в соседней комнате, так что зовите, если что. - Спасибо, - сказал Робин. - За всё, - добавила Реджина и сжала руку бабули в своей. Старушка снова улыбнулась теплой материнской улыбкой, и спустя минуту она тихой поступью подошла к колыбельке с Генри, чтобы напоследок убедиться, что все хорошо, а после вместе со своей внучкой женщина покинула комнату, оставляя молодых родителей и их малыша наедине. Как только девушка и ее бабушка покинули комнату, Робин помог Реджине удобнее устроиться на кровати и лег рядом с ней на бок, не в силах оторвать от своей жены влюбленного и восхищенного взгляда. - Что такое? – с легким удивлением спросила брюнетка. Разбойник счастливо улыбнулся и украл с губ Реджины легкий поцелуй: - Просто люблю тебя, - прошептал он, - и люблю нашего Генри. Реджина улыбнулась и посмотрела на колыбель, где мирно спал малыш, женщина почувствовала, как ее сердце заколотилось с невероятной быстротой, и слезы увлажнили глаза, еще через мгновение она повернулась к Робину и, обняв его, зарылась лицом в его шею: - Люблю тебя, - обжигая горячим дыханием кожу Робина, произнесла Реджина. Разбойник прижал к себе возлюбленную и поцеловал ее в висок, после он прикрыл глаза и начал нежно гладить рукой по спине женщины: - Спи, любимая, тебе нужно отдохнуть, спи. Реджина действительно хотела спать, ведь предыдущие несколько часов вымотали ее и физически, и морально, и эмоционально, поэтому не прошло и десяти минут, как брюнетка, полностью расслабившись в объятьях мужа, погрузилась в сладкий сон. Робин, для которого этот день был тяжелым в эмоциональном плане, мягко прижимая к себе жену, тоже заснул.

***

Несмотря на то, что роды были не самыми легкими, да и отняли достаточно сил, Реджина очень быстро восстановилась, и во многом здесь поспособствовали поддержка ее семьи, магия, а также крепкое здоровье женщины. Уже через пару дней Реджина и Генри вернулись в покои, где Робин довел до конца все приготовления. В этот же день бывшая Королева вписала имя сыночка в книгу, и список пополнился красиво выведенным: «Генри Локсли». Теперь для молодых родителей началась совсем иная жизнь: отныне все их внимание было обращено к их малышу, которого счастливые мама и папа, считали самым красивым ребенком в любом из миров. Робин и Реджина души не чаяли в своем сыночке, и старались запомнить каждое мгновение этого нового этапа в их семейной жизни. Не прошло и недели, как огнедышащая подруга брюнетки поделилась радостной новостью о рождении дочери, которой она дала имя Лили. Реджина была очень счастлива за свою подругу и, отправив Малефисенте поздравления, вписала имя ее новорожденной дочери в отведенную прямо под именем ее матери строчку. Все остальные обитатели замка искренне радовались за Робина и Реджину и с нетерпением ждали, когда супруги познакомят их с Генри, а когда это случилось, даже гном Ворчун расплылся в совсем несвойственной ему улыбке, увидев малыша на руках у Робина. Снежка и Динь-Динь теперь по полдня проводили в комнате Робина и Реджины, и чуть ли не клянчили у мужчины и женщины, подержать Генри на руках, а те неохотно на это соглашались, так как еще и сами боялись нечаянно навредить своему малышу, но почти всегда находившаяся рядом бабуля Лукас, умело развеивала их опасения. Однако всеобщая радость не могла быть не омрачена Георгом, который совершенно лишился рассудка. Все то время, пока Реджина была беременна, разум короля все сильнее и сильнее пропитывался ненавистью и манией отмщения. Георг даже изменился внешне: он не брился, не стригся, порой даже по несколько дней не менял наряд, а о делах в его королевстве лучше вообще промолчать, так как он просто потерял интерес к правлению, теперь его единственной целью был ребенок Реджины и Робина. Подобная одержимость забавляла Потерянных мальчишек и совсем не доставляла радости Джинну. Наоборот, его пугало состояние Георга, и эта его жажда мести Реджине просто заставляла его ужасаться. Когда стало известно, что Реджина родила прекрасного мальчика, глаза короля разгорелись еще более безумным огнем, он хотел было сразу отправиться в замок, чтобы отнять малыша у женщины, которую он ненавидел всем своим нутром. Однако Феликс не дал ему этого сделать так скоро, сославшись на то, что сначала о рождении ребенка должен узнать Питер Пэн, а уже после они перейдут к действиям. Георг огорчился, но не стал спорить с дерзким юнцом, так как в глубине своего обезумевшего сознания понимал, что значит гнев Пэна. Спустя пару недель после радостного известия о появлении на свет сына Робина и Реджины, Питер Пэн дал приказ достать ему этого ценного младенца, тогда-то Георг и возрадовался тому, что он сможет осуществить свою самую великую месть. Он продумал целый план, он был безумен, высказывая свои мысли, а Джинн продолжал ужасаться каждому сказанному безумным королем слову. Потерянные мальчишки тем временем не предпринимали никаких действий, что также удивляло бывшего обитателя волшебной лампы, но Феликс прояснил ему всю ситуацию: - Пэну, да и нам всем нравится безумный настрой короля, - сказал юноша, вальяжно раскинувшись в кресле, - мы хотим дать ему шанс, отнять ребенка у Реджины, а сами подождем его здесь. Кто знает, может, ему удастся сделать это лучше, чем нам. Джин нервно расхаживал по комнате: - А если у него не получится? - Тогда за дело возьмемся мы, но только без такого рьяного упорства, - ответил Феликс, - Пэну очень нужен этот ребенок, так что в любом случае, мы заберем его у бывшей Королевы и разбойника. - Чем так ценен этот малыш? – удивился Джинн. Феликс резко поднялся с кресла и подошел к узнику волшебной лампы: - Ты даже представить не можешь, насколько он важен Пэну. Этот ребенок, в нем заключена немыслимая сила и огромная вера, а все потому, что его родители, да-да, эти двое: Королева и разбойник – они наделили своего ребенка могуществом, благодаря своей любви. Они прошли путь от Тьмы к Свету, а это, ты и сам знаешь, довольно редкое явление. Джинн внимательно выслушал юношу, а когда тот покинул комнату, он понял, что больше не желает Реджине зла, теперь ему захотелось помочь женщине, которую он все еще любил. Мужчина огляделся, убедившись, что в коридоре никого нет, а после достал небольшое зеркало и применил магию, через несколько мгновений, он увидел Реджину, сидевшую за туалетным столиком. - Реджина, - шепотом произнес он. Женщина встрепенулась и посмотрела в зеркало, а в следующую минуту она выронила расческу, так как увидела в отражении лицо Джинна. - Ты, - тихо выпалила она. Робина в комнате не было, но женщина все равно обернулась и посмотрела на дверь, проверяя, что она закрыта, после она снова повернулась к зеркалу. - Реджина, я рад тебя видеть, - взволновано сказал Джинн. - Что тебе нужно? – с опаской спросила брюнетка. - Я должен предупредить тебя об угрозе, - ответил мужчина. - Что? – удивилась Реджина. - Георг – он работает на Пэна и собирается отнять у тебя ребенка, - Джинн говорил тихо, но быстро, - он обезумел, но он сделает это. Завтра Георг проберется в твой замок и попытается похитить малыша. Женщина ошеломленно распахнула глаза, а после посмотрела на кроватку, где сладко спал Генри. - Откуда тебе это известно? – наконец, спросила она. Джинн виновато потупил взгляд: - Я работал на Георга, Реджина, но он сошел с ума от своей ненависти, а я не желаю тебе такого зла. - С чего бы мне тебе верить? – брюнетка отогнала страх, и теперь ее голос стал твердым. - Можешь не верить мне, но я не вру, твой ребенок, ты и твой муж в опасности, - ответил Джинн. Реджина нервно усмехнулась: - То есть, ты помогаешь мне после того, что я сделала с тобой? - Я был зол на тебя, я жаждал мести, но теперь все изменилось, я больше не хочу вредить тебе. Это правда, Реджина. Женщина все еще не могла довериться словам Джинна, хоть его тон и был более чем убедителен. Пока она размышляла, сверля взглядом отражавшееся лицо мужчины, тот услышал шаги, раздававшиеся в коридоре. - Твое дело верить мне или нет, но завтра Георг сделает то, что я сказал, будь осторожна, - Джинн выпалил эти слова на одном дыхании и исчез из зеркала, оставив Реджину наедине с тревожной новостью. Брюнетка так и сидела перед зеркалом, пока дверь за ее спиной не распахнулась, и в комнату не зашел Робин. Он сразу заметил оцепенение своей жены и вмиг оказался рядом с ней, опуская свои руки на ее плечи и тем самым обращая ее внимание на себя. - Реджина, ты в порядке? – встревожено спросил он. Женщина задумчиво покачала головой и снова посмотрела в зеркало: - Георг хочет отнять у нас Генри, - произнесла она, - завтра. - Что? – удивился Робин, - с чего ты это взяла? Реджина поднялась со стула: - Помнишь, я рассказывала тебе о Джинне? - Конечно, - быстро ответил разбойник. Женщина взяла мужчину за руки и подвела его к софе, пара расположилась на мягком сиденье, Робин приготовился внимательно выслушать Реджину, и она не заставила себя ждать, рассказав все, что произошло в комнате четверть часа назад. Как только брюнетка закончила говорить, разбойник встал с софы и начал нервно расхаживать взад-вперед: - Нужно обезопасить замок, сказать моим ребятам и стражникам, надо… Реджина видела, что Робин ужасно разнервничался, поэтому она поднялась следом за ним и обхватила его лицо, не дав ему закончить говорить. - Робин, успокойся. Хотя мужчина и женщина разговаривали шепотом, малютка Генри, видимо, почувствовал напряжение, которое образовалось в комнате, и тихо захныкал в своей кроватке. Реджина быстро подошла к сыну и взяла его на руки, Робин в свою очередь постарался успокоиться и подошел к жене с сыном. Генри, оказавшись на руках матери, сразу перестал плакать и теперь смотрел на своих родителей слишком внимательным для двухнедельного малыша, взглядом. Робин в свою очередь поправил сыну чепчик и задумчиво посмотрел на Реджину. - Нам нужно что-то делать, - серьезно заключил он. Через полчаса все собрались в тронном зале, чтобы обсудить, как предотвратить опасность со стороны Георга. После пары часов обсуждений было решено, что женщины останутся в замке, и Реджина наложит защитные чары на все комнаты, также по всему периметру будут выставлены стражники, а Робин, разбойники и гномы постараются перехватить Георга, тем самым не подпустив его к замку ни на шаг. Когда Реджина и Робин вернулись в комнату, они перекинулись парой фраз с бабулей, которая сидела все это время с Генри. Оставшись наедине, Робин и Реджина какое-то время молчали, но вскоре брюнетка подошла к мужу, что задумчиво стоял перед кроваткой с их сыном, и обняла его, прижимаясь щекой к его спине: - Робин, я не хочу, чтобы ты завтра покидал замок. Мужчина развернулся к жене и взял ее руки в свои: - Но я должен идти. Реджина отрицательно покачала головой. - Нет, ты не должен, - возразила она, - останься с нами. Женщина посмотрела на Генри, а потом перевела полные слез глаза на Робина, тот же тяжело вздохнул и посмотрел в сторону. Мужчина с трудом справлялся с нервами и собственными переживаниями, но он не мог позволить всему выйти из под контроля. - Реджина, послушай меня, - заговорил он твердым голосом, - Георг хочет забрать нашего ребенка, хочет навредить тебе, и я единственный, кто должен остановить его, кто должен защитить свою семью. Брюнетка ничего не ответила и просто обняла мужа, прижимаясь к нему всем телом, Робин нежно гладил ее по спине: - Все будет хорошо, я не позволю Георгу осуществить его план. Реджина уткнулась носом в шею разбойника. - И со мной ничего не случится, - добавил мужчина, опережая вопрос любимой.

***

Следующий день наступил настолько стремительно, что казалось, будто ночи, разделяющей сутки, вовсе не было. Весь замок оживился, стоило только заняться заре, Белоснежка и Дэвид проверили стражников, а также дали им некоторые распоряжения, после мужчины взяли оружие и отправились патрулировать окрестности замка. Реджина в свою очередь наложила защитные чары на все входы и выходы замка, а после вернулась в свою комнату, где ее ждали Генри, бабуля Лукас, Снежка и Динь-Динь. Женщина взяла своего сына на руки и села на софу, она выглядела встревоженной и слишком нервной, однако через огромное усилие Реджина постаралась немного совладать со своими страхами, потому что не хотела, чтобы ее волнение почувствовал Генри. Тем временем Робин, Уилл и Дэвид ехали по одной из проселочных дорог, внимательно проверяя любых встречных, однако среди них Георга не было. Спустя полтора часа патруля Робин предложил разделиться, когда они доехали до развилки, в итоге Дэвид и Уилл поехали по одной тропе, а Робин направился вглубь леса по более узкой и неприметной дороге. Вскоре он встретил повозку, которой правил лишь один человек, - пожилой незнакомец, одетый в обычную потрепанную одежду; сначала он не показался разбойнику подозрительным, но, когда мужчина взбирался обратно на козлы повозки, с его головы упала шляпа, что скрывала тенью его поросшее щетиной лицо, и тогда Робин замер на пару мгновений, узнавая в этом бродяге короля Георга. Разбойник даже удивился переменам, что произошли в мужчине и явно не в лучшую сторону, однако он быстро перекинул свои мысли совсем в другое русло и сжал рукоять меча, готовясь применить его в бою. Георг в свою очередь понял, что Робин узнал его, поэтому в мгновения ока, он выхватил из под мешка заранее подготовленный меч и кинулся на мужчину, при этом издавая какой-то безумный рык. Робин был готов к такому развитию событий, поэтому сразу отразил удар противника, но король Георг был не из слабого десятка, когда-то он славился своей силой и ловкостью и еще не растратил своих навыков, наоборот, его питала такая ненависть, что, казалось, будто его сила увеличилась в разы. Но и Робин был достойным воином, поэтому между обезумевшим королем и разбойником завязалась грандиозная схватка. Георг пытался нанести Робину удары, но тот их ловко отражал, после они менялись ролями, но ни один, ни второй не собирались сдаваться. Мужчины бились на небольшой тропе и, если у этого сражения были бы зрители, то у них бы сложилось мнение, что победителей здесь не будет, разве что, исход битвы могла решить хитрость одного из соперников. И Георг пошел на такую хитрость, когда Робину удалось сбить его с ног: разбойник уже был готов расправиться с безумцем, как тот, набрав дорожную пыль в руку, швырнул ей в лицо своего врага. Робин чертыхнулся и попытался протереть глаза, Георг, воспользовавшись моментом, поднялся с земли и со всего маху ударил разбойника по голове рукояткой своего меча. Удар пришелся почти по виску, его сила была такой, что Робин даже не почувствовав, как кровь теплой струйкой потекла в глаза, пошатнулся и рухнул на землю. Георг посмотрел на разбойника, который пытался подняться с земли, и остервенело оскалился, после он издал безумный смешок и, закинув меч над головой, собирался нанести смертельный удар, как его остановила резкая боль, пронзившая грудь. Король, да и Робин не сразу поняли, в чем дело, однако, когда Георг опустил свой взор вниз, он увидел, как из его тела торчит окровавленная стрела. Разбойник же, вытерев глаза от пыли и крови, прищурился, чтобы разглядеть, почему король вдруг замер и не торопится с расправой. Георг тем временем выронил меч и словно в замедленном действии, опустился сначала на колени, а потом вовсе упал на бок. Робин с трудом сел и уставился на короля, который уже испустил дух, вот теперь разбойник увидел стрелу, что торчала из груди Георга. - Что за чертовщина? – удивился Робин, подбираясь к безжизненному телу короля ближе. Вдруг прямо перед ним раздался хруст веток, и из тени деревьев появились Грэм и Джинн: - Не совсем чертовщина, - усмехнулся охотник и подошел к разбойнику, протягивая ему руку. Робин принял помощь и через секунду уже стоял на ногах, правда, сотрясение напомнило о себе головокружением. - Эй, полегче, дружище, - охотник подхватил мужчину под руку, пытаясь удержать его. - Неслабо он меня, - ответил Робин, вытирая кровь, что продолжала сочиться из раны, - как ты меня нашел? Разбойник не сразу обратил внимание на спутника Грэма, пока тот не указал на него рукой. Робин смерил смуглого мужчину, что стоял от него в паре метров, взглядом: - Дай, угадаю, ты – Джинн? Мужчина кивнул и подошел к охотнику и разбойнику. - Я пытался остановить короля, но он обманом умудрился надеть на меня браслет, лишающий магии, - начал бывший узник лампы, - я попробовал его нагнать, но не знал, какой дорогой он поехал, поэтому мне показалось, что охотника найти легче. Робин уже твердо стоял на ногах и более ясно смотрел на своих спасителей: - Скажу честно, что вы появились здесь очень даже вовремя. И отличный выстрел. Все трое посмотрели на труп Георга, и ни один из них не почувствовал жалости, наоборот, было ощущение, что с их душ сорвался тяжкий груз. - Наверное, нужно убрать тело, - предложил охотник. - Но у нас даже нечем вырыть яму, - пожал плечами Джинн. Робин и Грэм переглянулись. - Значит, оттащим его подальше в лес, - произнес разбойник. Охотник и Джинн одобрительно кивнули и спустя десять минут, тело Георга было отнесено в самую глубь лесной чащи, там, где его найдут разве что звери. - Лучшей участи он не заслужил, - сказал Грэм, когда мужчины вернулись обратно к дороге. - И что будем делать теперь? – поинтересовался Джинн. Робин снова смерил его недоверчивым взглядом, который сразу был понят мужчиной. - Ты все еще мне не доверяешь, не так ли? – поинтересовался бывший обитатель волшебной лампы. - Может, Пэн специально подослал тебя, - предположил разбойник. Тогда Джинн поднял руку, которую «украшал» антимагический браслет: - Разве это не гарантия того, что я ничего не смогу сделать? Разбойник задумчиво вздохнул, он все еще сомневался, но с другой стороны можно просто не подпускать Джинна к ребенку и Реджине, хотя она-то явно захочет поговорить со своим давним знакомым. Неохотно, но Робин все-таки согласился ехать в замок вместе с Джинном.

***

Реджина, конечно же, не ожидала личной встречи с Джинном, однако сейчас ее тревожили совсем не события прошлого, поэтому, оказавшись в кабинете вместе с Робином (который своим видом заставил возлюбленную ужасно разволноваться), Грэмом (которому она теперь была благодарна за спасение ее мужа) и Джинном (который буквально вздрагивал, каждый раз встречаясь с брюнеткой взглядом), женщина первым делом вылечила разбойника, а после выслушала рассказ о событиях, произошедших в лесу. Когда мужчины закончили говорить, Джинн поднялся со своего места и подошел к Робину и Реджине: - Мне очень стыдно, что я помогал Георгу творить зло. Я бы хотел попросить у вас обоих прощения. Бывшая Королева и разбойник переглянулись, ведя безмолвный понятный только им диалог, а после посмотрели на Джинна. - Ты прощен, - мягко произнесла Реджина. Мужчина благодарно поклонился. - Что ты теперь собираешься делать? – поинтересовалась брюнетка. Джинн, изучая, посмотрел на нее: - Я бы хотел вернуться в Аграбу и стать кем-то лучше, нежели я был, - ответил он, - тем более я слышал об одном юноше, которому явно нужно помощь. Реджина одобрительно улыбнулась. - Вот только, - продолжил волшебник, - этот браслет лишил меня магии. - Ты точно не причинишь нам вреда, если я сниму его? – недоверчиво спросила женщина. - Клянусь, Реджина, - ответил Джинн. Реджина посмотрела на Робина, который немного напрягся, так как все еще не мог до конца поверить в чистоту намерений бывшего слуги короля Георга. Поразмыслив еще пару минут, брюнетка все-таки сняла браслет с руки Джинна, он потер руку на том месте, где только что красовалось опасное украшение, и улыбнулся. - Спасибо, - он снова сделал поклон. - Теперь ты волен делать, что захочешь и быть там, где видишь свое место, - ответила женщина. - Прежде чем я покину Зачарованный лес, хочу предупредить всех вас. Реджина, Робин и Грэм сосредоточили все свое внимание на Джинне, а он продолжил: - Георг был лишь пешкой в опасной игре Питера Пэна, поверьте мне, этот мальчишка еще вернется за вашим ребенком, и его ничто и никто не остановит. Он отнимет ваше дитя, чего бы ему этого не стоило. После этих поистине устрашающих слов Джинн взмахнул руками и исчез в клубах красного дыма, оставив троицу в некотором оцепенение, которое, в общем-то, не продлилось слишком долго, так как в комнате появился Румпельштильцхен. - Стоит мне отбыть в небольшое путешествие, как вы тут устраиваете, чуть ли не войны, - возмутился он. - Вообще-то мы мирно себе жили, пока не появился Георг с его безумным стремлением отомстить, - возразила Реджина. - Кстати, этот Джинн был прав на счет Георга и Пэна, - более серьезно произнес Темный, - король был простой проверкой вашей готовности защищать ребенка. Ах, да! – внезапно воскликнул Маг и всплеснул руками, - поздравляю с рождением чудесного малыша, о котором вы даже не подумали мне сообщить. - А надо было? – с сарказмом произнесла Реджина. Румпельщтильцхен закатил глаза, однако ему не хотелось продолжать эту словесную перепалку, он применил магию, и в его руке появилась красивая книга: - Это подарок для вашего сына, - с непривычной мягкостью сказал он, - книга сказок от меня и Белль. Робин, Реджина и даже Грэм удивились неожиданному дару от Темного Мага, однако молодые родители все же поблагодарили его и приняли подарок. - Что ж, - Румпель сцепил пальцы в замок, - я бы хотел поговорить с Реджиной тет-а-тет. Брюнетка озадаченно уставилась на своего бывшего учителя, Робин тоже был немного удивлен, однако он понимал, что Темный наверняка хочет поговорить о заклятье. Разбойник поднялся со стула, следом за ним встал и Грэм, Реджина перевела взгляд на мужа, который мягко улыбнулся и поцеловал жену в щеку: - Все в порядке, поговори с Темным, а мы пока подышим воздухом во дворе. - Хорошо, спасибо, - улыбнулась брюнетка. Проводив мужчин взглядом, Румпель резко повернулся к Реджине: - Итак, дорогуша, поговорим. Брюнетка вопросительно вскинула брови: - О чем же? - О заклятье, конечно, - ответил Маг, - точнее о том, что после его активации ты собираешься разделить свое сердце с Робином. - Фактически, я уже его с ним разделила, - начала Реджина, поднимаясь со стула, - чего мне будет стоить сделать это физически. - Чего это будет тебе стоить, серьезно? – возмутился Румпельштильцхен, - ты, что слушала свою подругу через слово? - Зато ты, я смотрю, выслушал каждое наше слово, - парировала брюнетка. - Не об этом сейчас, - махнул рукой Темный, - а о том, что эта твоя идея с разделением сердца, как минимум неразумная. - Да, что ты об этом знаешь? – не переставала возмущаться Реджина, - что тебе вообще известно о любви? - То, что она в конечном итоге может погубить, - твердо произнес Маг. Женщина замолчала и отвела взгляд в сторону, а Румпель продолжил: - Реджина, возможно, ты больше не на темной стороне, но, держу пари, что в твоем все еще есть Тьма. - Моя магия уже давно светлая, - женщина все еще пыталась возражать. - И у светлых магов бывают темные сердца, - парировал Темный Маг, - проверь сама. Румпель указал пальцем на грудь Реджины, на то самое место, где прямо сейчас волнительно колотилось сердце. Брюнетка сразу поняла, что имеет в виду ее бывший учитель, помедлив пару минут, она запустила свою руку в грудную клетку и, тяжело выдохнув, вынула свое сердце. Женщина замерла, удивленно приоткрыв рот, ведь некогда почти погасший пульсирующий орган, теперь сиял ярким свечением. - Видишь, - сказала она, показывая свое сердце Румпелю. Темный Маг, конечно, тоже не ожидал такого изменения, но он заметил совсем маленькую червоточину, что была в самом центре почти исцелившегося от зла органа. Мужчина развернул руку Реджины так, чтобы и она увидела почти незаметное пятнышко, тут же с ее лица сошла легкая улыбка. - Именно эта темная метка будет в силах уничтожить всю твою семью, Реджина, - твердо объяснил Маг. - Но, я разделю сердце и отдам Робину чистую часть, - сказала брюнетка, - а с Тьмой я смогу бороться. Румпельштильцхен нервно всплеснул руками: - Как же ты не понимаешь, что у тебя не получится бороться с этим? Однажды зло возьмет верх, и ты перестанешь быть собой! Реджина понимала такую бурную реакцию, понимала его возмущение, понимала каждого его слово, но она не хотела вот так просто сдаваться, не хотела однажды потерять Робина. Румпельштильцхен видел борьбу своей бывшей ученицы, поэтому он немного умерил пыл и положил свои руки на ее плечи: - Подумай сама, что будет лучшим вариантом: лишить сына только отца или же оставить его сиротой, так как рано или поздно Тьма сделает свое дело. После этих слов, Румпель убрал руки и отошел на пару шагов назад: - Подумай, Реджина и сделай выбор, надеюсь, он будет правильным, - клубы пурпурного дыма окутали мужчину, и через мгновение в кабинете осталась только брюнетка. Она стояла несколько минут без движения, и все еще держа свое сердце в руке. Когда оцепенение стало спадать, Реджина еще раз взглянула на червоточину и, устало вздохнув, вернула сердце на место. «Сделай выбор!» - пронеслось в ее голове.

***

Робин и Грэм вышли на улицу, вдыхая полной грудью свежий осенний воздух. Пока мужчины шли по небольшой аллее, они молчали, размышляя каждый о своем: разбойник думал о своей семье, а охотник дивился, по крайней мере, внешнему спокойствию своего спутника. Грэма вообще изумляло то, как невозмутимо Робин реагирует на каждое упоминание о заклятье, учитывая, что он не переживет его, но ни один мускул на его лице даже не дрогнул, когда Румпельштильцхен попросил личной аудиенции Реджины. Мужчины дошли до пары деревянных скамеек, что были засыпаны опавшей пожелтевшей листвой, Робин смахнул рукой листья и сел на прохладную и немного сырую поверхность, Грэм расположился напротив разбойника: - Как ты держишься? Робин вопросительно вскинул брови, не до конца понимая суть вопроса охотника. - Я имею виду, как у тебя получается сохранять спокойствие, зная, что однажды ты умрешь, чтобы активировать заклятье? – пояснил Грэм. Разбойник по-доброму усмехнулся и посмотрел на серое октябрьское небо сквозь, уже лишившиеся свое лиственного наряда, ветви деревьев. Он не торопился отвечать и, казалось, думал о чем-то глобальном, спустя минуты, Робин снова посмотрел на своего собеседника, что терпеливо дожидался его ответа. - Видишь ли, Грэм, я смотрю на все немного под другим углом, - начал разбойник, - я знаю, что я умру не ради активации заклятья, а ради моей семьи: ради любимого сына и женщины, которая изменила весь мой мир и меня самого. Грэм мягко улыбнулся, ведь в его памяти еще хранился образ холодной и деспотичной женщины, которая, как ему тогда казалось, была не способна на какие-либо светлые чувства, и даже теперь, когда охотник сам увидел, как изменилась Реджина, ему все еще было трудно принять ее такой – чувственной, любящей и любимой человеком, что готов отдать жизнь ради нее. - Как ты вообще влюбился в Реджину? – полюбопытствовал Грэм. Робина удивил такой вопрос, но он видел живой интерес во взгляде охотника, поэтому решил поделиться с собеседником тем, что у него было на душе: - Наверное, это случилось в самый первый момент, стоило мне только ее увидеть, - вспоминая первую встречу с Королевой, произнес мужчина. - Любовь с первого взгляда? – переспросил Грэм. - Что-то вроде того, - ответил Робин. Охотник не совсем понял такое пояснение. - Это любовь с первого, второго, третьего… с каждого нового взгляда, - улыбаясь, сказал разбойник, - всякий раз, когда я смотрю на Реджину, я влюбляюсь в нее. - Звучит романтично, - закивал в ответ Грэм, - но, ведь Королева тогда была, как бы так сказать, ну… немного не расположенная к любви. Робин слегка рассмеялся, его действительно забавляло то, как его собеседник аккуратно пытался подбирать слова. - Знаешь, это слишком длинная история, - сказал разбойник, - возможно, Реджина тебе сама её поведает, в новом мире. Грусть в голосе Робина прозвучала настолько громко, что ее способен был бы услышать даже глухонемой, Грэм с сочувствием посмотрел на своего собеседника, а тот продолжил: - Когда заклятье перенесет вас в другой мир, присматривай за Реджиной и Генри, - мужчина поднялся со скамьи. - Конечно, друг, - ответил охотник и, встав следом за разбойником, протянул ему руку. Робин улыбнулся и ответил на рукопожатие Грэма: - Спасибо, друг. Мужчины с пониманием посмотрели друг другу в глаза и направились обратно в замок, у самого входа, Грэм задал еще один волнующий его вопрос: - Тебе совсем не страшно? Робин отрицательно покачал головой: - Умереть ради любимых, наверное, самый достойный финал, особенно, для меня, точнее для того, кем я был, пока не встретил Реджину. Грэм больше не нуждался в ответах, Робин в свою очередь предложил ему разместиться в замке вместе с его разбойниками, охотник согласился и отправился в Западную башню, а разбойник быстрым шагом поспешил к своей возлюбленной. Стоило ему войти в кабинет, где он оставил ее для разговора с Темным Магом, как женщина буквально бросилась в его объятья, пряча лицо у него на груди: - Реджина, что случилось? Что этот мелкий чёрт наговорил тебе? Брюнетка положила голову на плечо мужа: - Румпель ничего не сказал, просто я соскучилась. Робин мягко улыбнулся и, немного отстранив жену от себя, посмотрел в ее глаза: - Совсем ничего? Даже о заклятье не говорил? - Только то, что нам его не избежать, - печально ответила Реджина. Взгляд разбойника внезапно потускнел, однако он не хотел еще больше нагнетать обстановку, поэтому притянул свою жену ближе и оставил на ее губах легкий поцелуй: - Так давай просто будем наслаждаться тем временем, что у нас есть. Реджина одобрительно кивнула в ответ и подарила Робину долгий нежный поцелуй, они стояли посреди комнаты, разделяли этот прекрасный момент, понимая, что однажды он станет лишь воспоминанием о днях, когда они были вместе, но мужчина и женщина старались избавиться от подобных мыслей, ведь действительно, почему им не прожить то время, которое у них еще не отняли, не думая о заклятье или Пэне, или еще о каких-либо неприятностях, что встают на их пути.

***

Румпельштильцхен нервным шагом вошел в комнату, где его ждала Белль, девушка тут же отложила книгу и поднялась с кресла: - Ну что, ты поговорил с Реджиной? Маг смерил девушку взглядом, хотя ее нетерпение и любопытство совсем его не раздражало, наоборот, он и сам хотел, как можно скорее поделиться с ней своим недавним разговором со своей бывшей ученицей. - Поговорил, но, чувствую, что она не до конца услышала меня, - ответил он. Красавица вопросительно посмотрела на мужчину: - То есть она собирается разделить свое сердце с мужем? Румпель с огорчением во взгляде кивнул в ответ. - А ты не говорил с ней о своем видении? – не унималась Белль. - Нет, конечно, - ответил Темный, - и вряд ли на Реджину это хоть как-то подействовало бы. Что бы я ей сказал? Реджина, я видел новый мир, вашего с разбойником подростка-сына, а также, вероятно, дочь Белоснежки и Дэвида, которая уж очень похожа на своего отца с точеным подбородком, ах, да в этом видении были все, кроме тебя и твоего мужа! – мужчина нервно взмахнул руками, - Уверен, она бы сказала, что это всего лишь ничем не подтвержденное видение. Белль задумчиво наблюдала за Румпельштильцхеном: - Но ты же сам не всегда уверен в том, что видишь. Возможно, ты видел лишь малую часть того, что будет в новом мире и, не исключено, что Робин и Реджина тоже будут там. Румпель подошел к девушке и посмотрел в ее глаза: - Разве ты не помнишь, что я тебе говорил о том видении? Там были ты, я, Генри, светловолосая девочка - явно дочь Прекрасной четы; мальчишка расспрашивал меня о родителях, а после в том странном месте, напоминающем торговую лавку, появились Белоснежка и Дэвид, но на присутствие Робина и Реджины не было и намека. Красавица о чем-то задумалась: - И ты думаешь, что Реджина все-таки разделит свое сердце с Робином? Румпельштильцхен сел за прялку, таким образом, надеясь снять нервное напряжение: - Я привел весомые доводы, чтобы она отказалась от этой мысли, а также сказал ей сделать выбор, теперь все в ее руках, - мужчина усмехнулся, - в прямом смысле.

***

Жить спокойно и не думать о плохом у Робина и Реджины совсем не получалось, как бы они не старались, и Генри, которому недавно исполнилось уже два месяца, и от которого родители не отходили более чем на час, видимо, чувствовал угнетенное состояние отца и матери, поэтому у малыша были проблемы со сном. Ночи напролет мальчик плакал, кричал, чем вызывал у Робина и Реджины страх, они не знали в чем причина бессонницы их сына, ведь, как сказала бабуля Лукас, он был полностью здоров, но Генри с наступлением темноты начинал плакать, лишая родителей сна и спокойствия. И так продолжалось с того дня, как они избавились от Георга, полтора месяца бессонных ночей и дней вымотали Робина и Реджину в моральном и физическом смысле, однако, когда Динь-Динь или Снежка предлагали им посидеть с Генри, чтобы они смогли немного отдохнуть, мужчина и женщина в один голос утверждали, что вовсе не испытывают усталости. Ответ Робина и Реджины был неизменен до тех пор, пока бабуля Лукас не решила взять дело в свои руки, старушка была настроена серьезно и, зайдя в комнату бывшей Королевы и разбойника, начала говорить уверенно и более чем убедительно. Во-первых, бабуля поняла, в чем причина неспокойного поведения Генри: - Все дело в вас. Робин и Реджина вопросительно уставились на старушку. - Вы двое находитесь на взводе, - пояснила она, - и малыш Генри это чувствует, поэтому он постоянно плачет и не может заснуть. Мужчина и женщина лишь вздохнули в ответ и печально посмотрели на их сыночка, что ворочался в кроватке. - Я знаю, что сейчас не лучшие времена для вас обоих, понимаю, что вы переживаете о том, что у вас слишком мало времени, которое вы можете провести рядом с сыном, - продолжила старушка, - но вам нужно хоть ненадолго отвлекаться от родительского бремени. - И что же нам делать? – поинтересовался Робин. - Понять, что два-три часа в день без Генри пойдут и вам, и ему на пользу, а еще, что вы можете доверить малыша Белоснежке и Динь-Динь, ведь я буду рядом с ними. Робин и Реджина попытались привести аргументы «против», но бабуля Лукас умело смогла перекинуть все их сомнения в нужное русло и, в итоге, пара, поразмыслив, согласилась с тем, что не произойдет ничего ужасного, если они позволят Снежке и фее сидеть с Генри. - Наверное, вы правы, - наконец, согласилась Реджина. - Конечно, милая, - улыбнулась бабуля, - это всем пойдет на пользу и даст вам двоим возможность отдохнуть и побыть вдвоем. Пожилая женщина поднялась с кресла и посмотрела на пару недвусмысленным взглядом, чем заставила их покраснеть. - Ой, да ладно, - усмехнулась старушка, увидев смущенные взгляды и румянец на лицах Реджины и Робина, - все мы взрослые люди, а эта часть семейной жизни, что-то вроде основы здоровых отношений и продолжения рода соответственно, так что не вижу здесь ничего постыдного. Мужчина и женщина все еще смущенно улыбнулись в ответ, и бабуля ответила им улыбкой, а после, предупредив, что с завтрашнего дня она и девушки будут сидеть Генри, покинула комнату.

***

Отпустить от себя Генри, хоть и на два-три часа – это было серьезным шагом для Робина и Реджины, однако они уже через неделю поняли, как благотворно это повлияло и на них самих, и на малыша. Десять дней, как только бабуля забирала Генри, Робин и Реджина чуть ли не бегом добирались до кровати и проваливались в сладкий и такой необходимый им сон. Десять дней бывшая Королева и разбойник не вспоминали о словах Лукас про совершенно непостыдную часть семейной жизни, десять дней они просто пытались выспаться и набраться сил. Но по пришествии почти двух недель Робин и Реджина успели отдохнуть, благодаря нескольким часам блаженного дневного сна, и теперь они чувствовали себя гораздо бодрее, как физически, так и душевно. К тому же уже несколько дней Генри спокойно спал по ночам, тем самым давая возможность отдыхать и своим родителям. И вот, когда в очередной раз Робин и Реджина отнесли своего сыночка в комнату и передали его бабуле Лукас и Динь-Динь, они не собирались уже бежать в свою спальню, чтобы уделить время отдыху. Пара, не торопясь, шла по коридору, когда разбойник вдруг преградил своей возлюбленной дорогу и, лукаво улыбнувшись, расположил свои руки на ее талии: - Итак. - Итак, - повторила женщина. - Спать совсем не хочется, - хитро произнес Робин. - Чем предлагаешь заняться? – Реджина провела руками по плечам своего мужчины. Разбойник улыбнулся еще шире и за пару шагов прижал брюнетку к стене: - Есть одно занятие, уверен сейчас самое время для него. - Да, что ты говоришь, - прошептала бывшая Королева и не в силах больше сопротивляться вцепилась в губы мужа жадным поцелуем. Робин довольно хмыкнул и ответил на жаркий поцелуй с не меньшей жадностью и страстью, мужчина и женщина не могли оторваться друг от друга и, видимо, забыли, что все еще стоят посреди коридора, разбойник хаотично заводил руками по спине, талии, ягодицам своей жены, а она вцепилась пальцами в его стальные мускулы на руках. Они бы так и продолжили эту страстную прелюдию, если бы в коридоре не раздался неловкий кашель, Робин и Реджина разорвали поцелуй и медленно повернули головы, встречаясь взглядами с Белоснежкой и Дэвидом. - О Боже, - выдохнула бывшая Королева, сжимая пальцами плечо своего мужа. - Эм, мы….тут, - нынешняя королева пыталась объяснить, куда они с мужем держали путь. - Мы шли к бабуле Лукас, - смущенно сказал Дэвид, указав рукой в сторону комнаты старушки. - Да, - выдохнула Белоснежка, - к бабуле. Робин выпустил Реджину из объятий, и они вдвоем полностью развернулись к королю и королеве, при этом смущенно опустив головы, словно их застукали не юные парень с девушкой, а парочка чопорных старичков, которые будут припоминать им об этой сцене при любом удобном и неудобном случае. Однако Белоснежка и Дэвид были смущены не меньше бывшей Королевы и разбойника: - Ну, что ж, - неловко почесав затылок, произнес юноша, - пожалуй, мы пойдем. - Точно, бабуля, наверное, заждалась, - согласилась девушка. Робин и Реджина согласились с молодыми людьми, а когда те, видимо, забыв в каком направлении им идти, смущенно замельтешили на месте, они весело, переглянувшись, отвесили королю и королеве поклон: - Ваше Величество, - произнес разбойник. - Ваше Величество, - повторила брюнетка, - вам туда. Реджина указала рукой направление, Дэвид и Белоснежка, которые сейчас мало напоминали величественных особ, тоже сделали поклон и быстро направились в комнату Лукас. - Кажется, мы подаем им дурной пример, - усмехнулся Робин. - Да уж, коридор не самое лучшее место для, - Реджина замялась, - ну, ты понимаешь. Разбойник снова лукаво улыбнулся и закусил нижнюю губу: - Я знаю место, которое нам идеально подойдет. Брюнетка с легким укором посмотрела на мужа, а после, взмахнув руками, перенесла их прямиком в спальню. Робин осмотрелся вокруг и, довольно улыбнувшись, обнял Реджину за талию: - Так, куда лучше. - Согласна, - поддержала женщина. Спустя пару минут мужчина и женщина добрались до кровати и, не тратя много времени, избавились от одежды. Робин заботливо уложил Реджину на прохладную простынь и уже никуда не спеша, навис над ней, утопая в ее темных от желания глазах. - Реджина, - шепотом произнес он и впился в губы возлюбленной страстным поцелуем. Женщина, отвечая на поцелуй, провела руками по лопаткам мужа, призывая сильнее прижаться к ней. Вскоре Робину и Реджине стало недостаточно поцелуев, и страсть, что успела приумножиться за столь долгое время, наконец, получила свой выход, сталкивая в любовном поединке тела и души мужчины и женщины, что были без ума друг от друга. Спустя долгие жаркие минуты любви, Робин и Реджина лежали в объятьях друг друга, на их лицах были довольные улыбки и удовлетворенность. Брюнетка, положив голову на грудь мужа, блажено прикрыла глаза, а разбойник, мечтательно смотря в потолок, выводил пальцами на плече жены незамысловатые узоры. - Как бы это не прозвучало, - начал Робин, - но я скучал по этому. Реджина широко улыбнулась и посмотрела на возлюбленного: - И я скучала. Мужчина крепче обнял свою жену: - Знаешь, у нас есть еще не менее часа, прежде чем бабуля Лукас принесет Генри. Реджина лишь соблазнительно посмотрела на Робина, а после они снова сорвались в эту безумную, полную любви и страсти бездну, что приняла их в свои пучины с распростертыми объятьями. А когда вдова Лукас пришла в комнату, чтобы отдать Генри, она сразу заметила на лицах мужчины и женщины тот самый румянец. Старушка одобрительно подмигнула паре, тем самым вызвав еще более густой румянец на их счастливых лицах.

***

Постепенно жизнь Робина и Реджины стала налаживаться, теперь они успевали многое: растить их сыночка, делить счастливые минуты наедине, помогать Дэвиду и Белоснежке. Говоря о Генри, он все реже будил своих родителей по ночам, лишь изредка малыш просыпался в позднем часу, но это не отнимало у Реджины и Робина много сил. Они были так счастливы и так сильно любили своего ребенка, что старались не упустить каждый миг, проведенный рядом с ним. Мужчина и женщина старались не думать и не говорить о заклятье, к тому же со стороны Пэна не было никаких действий, да и Румпель пока не пугал тревожными новостями, хотя иногда он появлялся в их замке, но лишь для того, чтобы обсудить какие-то новые детали активации заклятья. Однако, как бы бывшая Королева и разбойник не старались не говорить о грядущем печальном будущем, их обоих терзали мысли о неизбежной разлуке. Иногда Робин подолгу не мог заснуть, просто наблюдая за спящей Реджиной или сидя у кроватки с Генри. Несколько раз женщина заставала своего возлюбленного печально склонившимся над их сыном, он мог сидеть так до самого рассвета, подобная картина отдавалась болью в сердце Реджины, но она понимала, что Робин, таким образом, пытается подольше побыть рядом с Генри. Все-таки это было тяжело – мириться с тем, что однажды их счастливой семейной жизни придет конец, и самое ужасное во всем этом, что это самое «однажды» может наступить в любой момент, тем самым, лишив их возможности достойно попрощаться. И, хотя, Реджина ни с кем об этом не говорила, но в голове она постоянно держала мысли о том, как спасти Робина. Бывшая Королева довольно часто проверяла свое сердце, надеясь, что та самая червоточина, на которую указал Темный Маг, наконец, исчезнет. Однако чуда не происходило.

***

Время неумолимо неслось вперед, оставляя позади многие страхи Робина и Реджины. Генри уже исполнилось полгода, и его родители поверить в это не могли, но все же это было правдой. А еще правдой было то, что Питер Пэн и его Потерянные мальчишки совершенно исчезли из их жизни и из Зачарованного Леса. Со дня смерти Георга не произошло ни одного случая, который хоть как-то можно было бы отнести к Реджине, Робину и Генри, а еще через месяц стало известно, что банда мальчишек вернулась в Нетландию. Полгода относительно мирной жизни дополнились радостной новостью, но теперь донесенной королем и королевой: в день, когда Генри исполнилось ровно шесть месяцев, Дэвид и Белоснежка сообщили всем присутствующим на небольшом, можно сказать, семейном ужине о том, что они ждут ребенка. И теперь поздравления принимал не только малыш Генри (который, к слову, уснул в своей переносной колыбельке), но и король с королевой. Разбойники и гномы радостно пожимали руку или хлопали по плечу Дэвида, и почтительно поздравляли Белоснежку, Робин, Реджина, бабуля Лукас с ее внучкой, а также Динь-Динь и Уилл уже знали о беременности девушки, однако рады они были так, словно узнали обо всем вместе с остальными. Но всеобщее веселье и радость внезапно было прервано появлением Румпельштильцхена, державшего на руках Белль, которая на первый взгляд казалась спящей. Однако это было не так, потому что на лице Мага был такой ужас, что все мигом окружили его в ожидании объяснений. Среди всех одна Реджина сразу поняла, что стряслось с девушкой. Румпель же вплотную подошел к ней: - Сонное заклятье, - с дрожью в голосе произнес Маг, - он сделал это, Реджина. Питер Пэн готов осуществить задуманное. Пришло время заклятья. «Пришло время заклятья».