Студенты

В таком темпе прошла почти половина семестра – Авель с Эстер частенько ругались, и это вскоре даже стало их своеобразным приветствием, спокойно и без язвительности они никогда не общались, по крайней мере, этого никто не видел. Шахразада и Пётр довольно часто оставались наедине, так что тот факт, что они стали встречаться и назывались официально парнем и девушкой, никого не удивил. Конечно, многие ещё пытались заполучить внимание «девушки мечты», но рубеж, выставленный Эстер, никто не мог пройти за исключением Петра, и потому все мысли о встречах и прогулках оставались лишь в мечтах. И вот, начались рождественские каникулы, потому многие разъехались по домам. Но только не эти четверо. Даже больше, к ним ещё присоединился старший брат Авеля, который учился уже на втором курсе, да и жил отдельно, приезжая каждый праздник сюда, дабы понервировать младшего братишку, и зовут брата Авеля Каином. По традиции уже, он явился в канун рождества, никак не ожидая подвоха, и ровно в четыре часа утра, когда все мирно досыпали свои последние минуты спокойного сна, раздался звонок в дверь. Вначале он был один и как бы скромный, затем второй и более настойчивый вместе с пинанием двери, и потом уже, подобно самой звучной, красочной и громкой симфонии Бетховена, всё это смешалось в один ужасающий шум. Казалось, дверь сейчас сорвётся с петель, такой был на нее натиск. Первой не выдержала Эстер. Поднявшись с кровати и широко зевнув, она сонно направилась к источнику шума, не задумываясь о своем внешнем виде – шёлковая майка, у которой одна лямка вечно оказывалась ниже положенного места, коротенькие шёлковые шортики, всё это приятного небесно-голубого оттенка, растрёпанные огненно-рыжие волосы, полуоткрытые глаза, прикрытые пушистыми ресницами и приоткрытые припухшие губы. Как эта «сонная муха» дошла до двери и при этом ни обо что не споткнулась и ни что не сбила, учёные не знают и до сих пор ломают голову над этим. В общем, она выглядела просто милой, очаровательной девушкой, напоминающей ангелочка… до поры до времени. Открыв дверь, девушка подозрительно уставилась на полностью офигевшего от увиденного Каина. Это еще что за чудо?? Я что, дверью ошибся??? И потому старший Найтроуд задал самый идиотский вопрос, который только можно было задать. - Эм-м, простите… А вы кто? - Не поняла юмора, это ты у меня спрашиваешь? А не наоборот ли должно быть? И вообще, какого чёрта ты звонишь в дверь с утра пораньше?? Энергии выше крыши, а девать некуда??? И вообще, что-то мне твоя рожа больно знакома, где-то я её уже видела… Эстер лишь ненадолго задумалась, как из другой комнаты «выползло» нечто длинное с серебристыми волосами, убранными в прическу а-ля «взрыв на макаронной фабрике», с обнажённым торсом и в длинных спальных штанах, на носу уже было что-то похожее на очки, а выражение лица было несколько помятым, сонным и несколько недовольным. - Дай-ка угадаю, братец, это ты снова решил нас всех «обрадовать» лицезрением твоей персоны? – кое-как выпрямившись, это «нечто» оперлось плечом на стену и полу-спящими глазами уставилось на «обожаемого» старшего братца, после уже фокусируя взгляд на ещё одной фигурке, чуть ли не открывая для себя заново девушку, над которой он насмехался и с которой они частенько перекидывались не самыми приятными фразочками – а ведь и правда, она действительно была весьма и весьма мила и красива по-своему. У неё были красивые, прямые, стройные ножки, фигурка, напоминающая чем-то песочные часики, довольно крепкие ручки, которые так же не были лишены женственности, очаровательное личико… Правда все эти приятные мысли о данной рыжеволосой персоне были мгновенно уничтожены, как только та скривилась в ухмылке, оглядывая Авеля. - О, не прошло и полугода, как произошло явление Христа народу. Долго выбирались из теплой кроватки? И что вас так сильно задержало на пути к развитию и очеловечиванию в этот раз? –изначально говорить это в планах Эстер не было, и она собиралась просто пинком под зад выслать разбудившего, наверное, весь дом, и затем отправиться досыпать дальше, часиков до 14 или даже 15, если удалось бы, но тут всплыло это «чудо в перьях» и все её планы накрылись ванной… Чугунной!! Хотя и не могла не сомневаться, что выглядит это «чудо» весьма и весьма привлекательно – не перекачанный, но и не хилый торс, подкачанные руки, хоть и сонное, но тоже довольно привлекательное лицо. Каин всё это время переваривал образ Эстер и её речь, однако услышав, а затем и увидев братца, сумел-таки прийти в себя. В отличие от этих двоих, сам Каин был свеж, бодр, одет в белые брюки, белую рубашку, белую куртку и поверх всего этого был перекинут белый шарф. Хотя даже через одежду легко можно было понять, что парень крепкого телосложения, и шутить с ним всё же не стоит. И только Каин собрался ответить на вопрос Авеля, как его тут же почти опередила Эстер, а от её ответа старший Найтроуд и вовсе пришёл в полный восторг. Поняв, что ожидать приглашения не стоит, Каин сам себе разрешил зайти (что и сделал) и даже самому занести спортивную сумку, после закрывая за собой дверь и пару раз сомкнув ладони в скромных аплодисментах ответу девушки. - Кто бы мог подумать, что не только я, но и ещё кто-то умеет поставить на место моего непутёвого братца? Я просто в восхищении и восторге! Нет, правда, я в восторге! И тут своё слово вставило «чудо в перьях», но без перьев. - А я-то думал, чего это у меня уши заложило и кто там всё пищит… Что, нежные ушки не выдержали чужого трещания, а голосок почуял конкуренцию? – коротко фыркнув, Авель с усмешкой пронаблюдал за «вторжением» брата, в кои-то веки даже немного радуясь его приходу, правда до определённого момента. – Кстати, рыжая, это мой брат, Каин… - Да ладно? А то я не поняла, что у тебя, очкарик, есть брателло с такой же рожей. В этом плане ты уже не одинок, пару пластических операций и уже будет все норм. К тому же… - Вы так мило выгляди… - Каин попытался вставить слово, но вот договорить ему не дал вначале резкий удар в челюсть, довольно сильный, несмотря на то, что била в первый раз Эстер, а затем последовал удар в челюсть уже со стороны Авеля, куда сильнее. А ведь они ещё сонные О_о - …те… - и несчастный ушёл в мир грёз, он же астрал. Отряхнув руки и коротко зевнув, Бланшетт несильно потянулась, после сладко причмокивая. - Не знаю как ты, а я, пожалуй, пойду и ещё немного посплю. Авель, ухмыльнувшись, тоже коротко зевнул, немного зажмурившись и затем внимательно разглядывая брата. - А его куда…? - Да пусть тут и лежит пока, не мешает же никому? Не мешает, вот и всё! ^^ - довольно улыбнувшись, Эстер перешагнула через «спящего красавца» и направилась к своей комнате, вскоре уже вполне мирно посапывая на своей кроватке. Авель, чуть задержавшись в коридоре, после тоже направился в свою комнату. Устроившись на кровати, он почти мгновенно уснул, хотя последняя мысль сумела зацепиться в его мозгу. А ведь она и правда очень даже ничего, если бы только не характер. Был бы у неё другой характер, и цены бы ей не было... Интересно, какой костюм у неё будет на рождественском балу? На этом мысли были окончены, потому что Авель так же, как и его брат, и Эстер, был принят в объятия Морфея. В квартире вновь воцарилась приятная тишина и тепло сновидений, нарушаемые лишь дыханием спящих и не совсем спящих. Обычно эта четверка просыпалась по своеобразному расписанию. Первой просыпалась Эстер и готовила завтрак, следом Пётр, помогающий в готовке, Авель, накрывающий на стол, и самой последней просыпалась Шахразада. Но это обычно, а в этот раз всё было по-другому – ведь у них в квартире находился ещё и Каин, которому было интересно узнать, кто же ещё проживает в этой квартире. И потому, сразу после «прихода в себя» (а это было в 10 утра), старший Найтроуд поднялся, отряхнулся, снял верхнюю одежду, разулся и направился в первую попавшуюся комнату, в которой мирно спала Шара. Чуть нагнувшись, Каин принялся внимательно изучать и разглядывать спящую, и все было бы хорошо, если бы аль-Рахман не приоткрыла глаза. Заметив незнакомца, Шахразада села, подтянув к подбородку одеяло, и громко закричала, отчего у старшего Найтроуда даже уши заложило. И откуда только у девчонок столько силы берётся, чтобы так громко кричать??? На крик Шары первым прибежал мгновенно проснувшийся Пётр, затем Авель, и самой последней зашла уже отоспавшаяся Эстер, боковым зрением замечая «причину» крика. - Шара, ты чего кричишь-то? Из-за этого «памятника искусству» что ли? Так он в квартире уже с утра. - Да? – успокоившись немного, Шахразада всё же несколько недоверчиво посматривала на незнакомца. – А кто он? - Это Каин, Каин Найтроуд, он учится на втором курсе… - начал говорить Пётр, осматривая нечто похожее на синяки возле челюсти Каина. Один синяк был побольше, другой поменьше. Интересно, где чей синяк на его лице? - …и он мой старший брат… - начал оканчивать Авель, с довольной улыбкой осматривая «творение рук своих» в лице синяка слева на челюсти брата. - …который припёрся ни свет ни заря, за что и получил. – подвела итог Эстер, слабо улыбаясь подруге, а также иногда посматривая на синяк справа на челюсти Каина. Старший Найтроуд был слегка шокирован подобным заявлением, потому что точно помнил истинную причину подарков, и это было не утреннее «явление народу». Однако, придя в себя, он всё же чуть поклонился в сторону Шахразады, а затем и в сторону Эстер. - Прошу прощения за то, что напугал вас, но я думал, мой брат и его друг предупредили о моих прибытиях почти на каждый праздник… - Эм-м-м… - Шара наконец полностью проснулась, осознала, как одета она и как одеты все остальные, отчего покраснела ещё сильнее. Пётр с беспокойством посмотрел на девушку, не зная, что предпринять, и потому бразды правления, в который раз, в свои руки взяла Эстер, уперев руки в бока. - Так, мальчики, освободили помещение. Не видите что ли, что вы её смущаете?? Если нет, то я сейчас всем это покажу фингалом под глаз и последующим пинком под зад отправлю из комнаты с дальнейшей воспитательной беседой на эту тему! - Какая вы суровая однако. Но так и быть, считайте, что вы меня убедили. Авель, Пётр, на выход, вы будете готовить завтрак, а я тем временем буду располагаться в своей комнате. Все довольны? Я доволен, значит за дело! И, не дав никому очухаться, Каин вышел из комнаты со своей коронной улыбочкой чеширского кота под изумленные взгляды Эстер и Шахразады и под недовольные взгляды Авеля и Петра.