Студенты

В этот раз, в честь праздника, первые две пары отменили для того, чтобы все успели друг друга поздравить, чем девушки и воспользовались. Вначале, они прошлись по всему университету (а чтобы сделать всем валентинки – даже окна и двери были ими утыканы в знак благодарности, что они выдержали их пришествие, в особенности, пришествие рыжеволосой особы – пришлось припрячь и товарищей розенкрейцеров, да ещё и ночью часть продолжить), а после, когда со всем этим было закончено, встали около доски, в неловком молчании стоя перед одногруппниками. И первой говорить стала не Бланшетт, как это обычно бывало, а Шара. Смущаясь, бледнея, опуская взгляд в пол, она тихо вздохнула и затем с грустной лаской обвела взглядом всех присутствующих. - Ребята, мне… Нет, нам, было очень приятно учиться вместе с Вами. Лично мне ещё никогда не доводилось учиться в таком дружном и весёлом коллективе, который смог принять не только меня, но и мою подру… Хотя, чего таить, моего телохранителя – Эстер, а так же друга моей семьи – Иона. Я очень рада, что сумела со всеми Вами познакомиться и подружиться, и если бы не обстоятельства, я бы, наверное, никогда бы Вас и не узнала, что делает меня ещё счастливее, ведь мне удалось это сделать. По всем рядам и по аудитории в целом прошлись недоуменные шепотки – сейчас почти никто не понимал, в чём же дело. А те, кто понимали, сразу же приуныли. Им будет не хватать такой красоты. Однако, помимо этого, многие удивились и тому, что их дьяволёнок уже работает, и не абы кем, а телохранителем. Аль-Рахман, выдохнув, продолжила. - Поэтому, я бы хотела Вас попросить о небольшом одолжении… Ты позволишь, Эстер? - Да пожалуйста, главное, без рукоприкладства, а то Сулейман точно мне уши оторвёт. - Говори, что за одолжение??? - И нечего спрашивать дьяволёнка – нас же больше! - Вот-вот.. Хотя нарываться на её кулак мне бы не хотелось. - Та-ак, а ну цыц все, пока не прошлась по челюстям! – ненадолго в аудитории поднялся жуткий шум, но он был недолгим, а всё благодаря короткому, но ясному рявку со стороны «телохранителя». - Спасибо… В общем, ребята, я бы хотела Вас попросить об одном одолжении. Сохраните для нас здесь места, а пока не будет – пишите почаще, сможете выполнить? Аудитория просто взорвалась – разумеется, все были согласны выполнить это небольшое одолжение. При том, взорвалась эта аудитория не только речами, но и движением – вся огромная масса людей, что находилась в помещении, ринулась вниз, обнимать девушку (правда, всей оравой обнять всё равно не получилось – Эстер очень хорошо выполняла свою маленькую миссию. Эмоции эмоциями, а здоровье сохранять надо), после начиная обнимать и Эстер с обещанием вести себя хорошо (а всё от угрозы, что если не дай бог узнает, что тут кто зихерит не по-детски, вернётся и тут же таких люлей отвесит, что мама не горюй!), и Иона. И шум, исходивший от всех этих людей, казалось, проникал в самые сердца. От этого становилось радостно, ведь здесь все искренне тебя любят, искренне тобой дорожат, и одновременно крайне грустно, потому что приходилось расставаться, и все это понимали. Весь университет вскоре огласился этими радостно-грустными криками, говоря, что совсем скоро здесь станет очень тихо и даже одиноко, несмотря на большое количество людей…