До первого проступка

      В какой-то момент репутация начинает работать на тебя. Нейт всего лишь поделился со своими коллегами по заключению в центре, что когда-то был механиком, и те стали пригонять к нему друзей и родственников, чтобы он посмотрел, проверил, починил. В четыре-пять раз дешевле, чем в самом бюджетном салоне, зато мастер работает только один день в неделю или по вечерам.       Конечно Нейт брался только за простые случаи, где надо что-то подтянуть или почистить, чтобы управиться за пару часов. После смены на заводе и ужина до комендантского часа оставалось не так много времени, чтобы вовсю развернуть бизнес. Перед тем, как приняться за любимый вид рабочей деятельности, Нейт убедился, что это не нарушает правила центра. Хотя, вероятно, нарушает законы о предпринимательстве, но Трой закрыл на это глаза. Начальник ему так и сказал: «Если будешь заниматься машинами, оставишь центр в покое?». Нейт утвердительно кивнул.       За две недели Нейт заработал столько же, сколько за все время на заводе. Это не была большая сумма, просто на заводе он вкалывал за минимальную оплату труда, от которой не воротили нос только эмигранты. Ну, у бывших заключенных просто не было выбора — их держали под надзором и указывали где, что и как делать.       Вечера за работой должны были отвлечь Нейта от влечения к мистеру Трою Корделлу и не позволить ему совершить какую-нибудь глупость. Но не отвлекли. Пока Нейт менял масло, он продолжал то и дело думать о Трое. Одно из тех дурацких наваждений, что не отпускает, пока наконец не получишь желаемое, а потом гадаешь, как мог о таком мечтать. Нейт ухмылялся собственным мыслям. Не может же он быть серьезен в отношении Троя? Нет, исключено. Его никогда не интересовали правильные мальчики, с ними скучно, никакого драйва. Сейчас его привлекали вызов и разнообразие, он еще никогда не затаскивал в постель такого педантичного и добропорядочного почти гея. Ничего серьезного с его стороны — в этом Нейт почти убедил себя.              Он ведь хотел не делать глупости? Нейт стоял перед кабинетом Троя и смотрел на часы, он собирался зайти, когда рабочий день закончится, так у его куратора не будет отмазок и они не будут говорить как подчиненный с начальником.       Нейт постучал, дождался усталого разрешения войти и открыл дверь.       — Я заранее знал, кто стучит. Понимаешь, что это значит? — Трой, как и Нейт пару минут назад, бросил взгляд на часы и ослабил галстук.       — Что ты скучаешь по мне и чувствуешь мое присутствие? — с самоубийственной уверенностью улыбнулся Нейт. Он откровенно заигрывал с Троем, и от его реакции теперь очень многое зависело. Нейт практически пошел ва-банк, потому что не был уверен, что его интерес не односторонний.       Прежний Трой холодным деловым голосом указал бы на очередное правило, вещающее о недопустимости такого отношения к своему куратору. Он бы с легкостью нашел, что ответить, не задумываясь ни на секунду, показал бы абсурдность подобного предположения и крайнюю неуместность шутки, если заявление Нейта таковым является.       Однако Трой достаточно долго молчал, а потом усмехнулся собственным мыслям. Видок у него был тот еще, усталость только накапливалась в нем. Он давно не давал себе возможность расслабиться и отдохнуть, он медленно перегорал на работе, которую когда-то очень любил.       — Твое самомнение имеет границы? — улыбнулся Трой. Он позволил увлечь себя легкому флирту, о котором уже давно забыл.       — А должно? Я чудесно выгляжу и умею нравиться людям, — Нейт склонил голову и проникновенно посмотрел на Троя, — а некоторые люди очень нравятся мне.       Трой заерзал на месте, чем выдал свое беспокойство. Когда Нейт говорил так открыто, все начинало казаться еще неправильнее и иррациональнее. Тяжело было представить, как далеко можно зайти, не испытав при этом печальных последствий. Если Нейт захочет предать огласке даже простой диалог, намекающий на сексуальные отношения, у Троя будут крупные неприятности. Ведь Нейт находился в зависимом от него положении, а значит, можно посчитать, что Трой его к чему-то принуждает. Может ли Нейт задумать что-то подобное? Скорее всего, может: люди предают, предают даже те, кто обещал быть рядом в болезни и здравии. Нужно быть осмотрительнее.       — Не сомневаюсь, что ты душа компании. Зачем пожаловал на этот раз? — Трой сделал вид, что не заметил относящиеся к нему слова.       Нейт молча положил на стол конверт и пододвинул его к Трою.       — Процент.       — Какой процент? — недоуменно спросил Трой.       — За мою работу механиком. Мне платят, а я практически арендую у тебя офис, — Нейт улыбнулся.       — Так… — протянул Трой. Он стиснул зубы, а на щеках заходили желваки. — Какого черта? — отчетливо произнес он. — Какого черта ты делаешь?       — Так положено. Я имею деньги с твоей помощи… вернее с твоего невмешательства, что в нашей ситуации одно и то же. Это моя благодарность. Деньги заработаны честным трудом, вот этими вот руками. — Нейт показал свои ладони, которые тщательно отмывал перед сном. Он любил ковыряться в машинах, но неопрятность себе не позволял.       — Забирай и уходи, — мотнул головой Трой.       Меньше всего ему нужны подачки от собственных подопечных. Как… унизительно. У Троя щеки горели от гнева и стыда. Однажды он уже принял помощь от Нейта, но тогда все было по-другому. Это была услуга, не более того, а сейчас на столе лежит конверт с деньгами: милостыня для нищего, взятка для продажного.       — Я делаю все по совести, — запротестовал Нейт.       — К твоим воровским понятиям я отношения не имею. Убирайся, — процедил Трой.       — Почему ты так завелся? Деньги лишними не бывают.       — Пошел вон. Мне твои подачки не нужны. Думаешь, если у меня проблемы с финансами, то я с радостью схвачусь за первую возможность заработать? Может, ты хочешь меня купить? Допустим, снять тебя все-таки с мусорного завода. — Трой поднялся с места и отбросил конверт Нейту: — Или еще что-нибудь от меня хочешь?       — Сколько с тобой проблем, — прошептал Нейт. — Я хотел как лучше. Не бери в голову, я пытался проявить заботу.       Нейт развернулся, забрав конверт. Все вышло во сто крат хуже, чем в его самых печальных прогнозах. Он слишком привык к определенному кругу людей: сначала банды, угоны, бары, потом тюрьма. Иногда Нейт забывал, что обычные добропорядочные люди смотрят на жизнь по-другому. Он больше не собирался совершать преступления и нарушать закон, но породу не изменишь. Они с Троем были совсем разными, но это не мешало Нейту хотеть развязать ненавистный галстук и смять белый воротник.       Выйдя из кабинета, Нейт понял, что очень сильно сглупил. Трой страдал от своей болезненной гордости, которую не стоило лишний раз задевать. Но задним числом все умные, а раньше идея предложить в благодарность деньги казалась ему совершенно уместной: Нейт и правда получал доход из-за молчаливого невмешательства, а Трою нужны были деньги. Разве доллары не лучше банального «спасибо»?       Нейт злился. Его наваждение усиливалось. Два дня он бегал от Троя, совершенно не попадаясь ему на глаза. Думал, что это поможет, но нет. До этого его глупость была непреднамеренной, а новую он собрался совершить абсолютно сознательно.       Он поставил все на то, что Трой к нему неравнодушен. Если Трой будет верен себе-бюрократу, то Нейт вернется в тюрьму. Еще ни разу он так не рисковал из-за другого человека.       Распорядок дня мистера Корделла был таким же четким и выверенным, как и все остальное. Наверное, у него даже досуг расписан по минутам, поэтому Нейту не составило труда подкараулить Троя, когда тот будет один. Совершенно один.              Трой и сам жил по режиму своих подопечных, нарушая его только в одном: он дожидался отбоя, а потом шел в душ, чтобы его никто не беспокоил. У него была отдельная спальня, но личная ванная комната не входила в перечень удобств, ведь мало кто был настолько трудоголиком, чтобы дневать и ночевать в центре. Жизненные обстоятельства, как у Троя, в расчет не брались.       Вечером, после очередного пустого дня в бесполезной и скучной жизни, долгий душ был, есть и будет маленьким приятным событием. Трой оставил свои вещи на скамейке и зашел в душ. Здесь не было предусмотрено кабинок, о личном пространстве бывших зеков не заботились. Трой всегда пользовался самым дальним угловым душем. Вот и сегодня он подошел, открыл оба крана и настроил воду нужной температуры, а потом закрыл глаза и встал под струи.       Вода обнимала его и не давала лишним мыслям отравлять существование. Он становился умиротворенным, спокойным, забывшимся и почти счастливым. Мимолетное чувство отстраненности, погружение в мир без проблем и тягот — терапия для бедных.       Когда Трой открыл глаза, он вздрогнул. Он был не один: у входа стоял Нейт, наблюдающий за ним. На его лице застыло странное выражение, в котором Трой угадывал интерес, желание… Он пытался рассмотреть разочарование или брезгливость, найти агрессию или опасность, заметить скрытые умыслы.       Вода все еще текла, душевая наполнялась паром, на стенах оседали крошечные капли. Нейт стянул футболку и уронил ее на пол. Трой закрыл глаза и отрицательно покачал головой. Нейт сбросил обувь и стал снимать штаны. Трой открыл глаза и не смог покачать головой.       В тюрьме Нейт время даром не терял, его тело выглядело безупречно. И татуировки… Переплетающиеся между собой рисунки, которые до этого скрывала одежда. Трой не мог их рассмотреть, хотя Нейт подходил все ближе. Это позволило ему очнуться. Трой сделал шаг назад и понял, что за спиной лишь стена.       — Что ты здесь делаешь?       Трой должен был бояться, но в противоречивой гамме его чувств абсолютно отсутствовал страх. Нейт был плохим парнем, очень горячим, но однозначно плохим. Его стоило бояться, его нужно было бояться, нельзя было попадать под его очарование.       — Ищу тебя.       Нейт был угрожающе близко, отступать было некуда. Трой поднял руку и уперся ей мужчине в грудь, пальцы скользнули по влажной коже: Нейт был так близко, что теперь они оба стояли под струями воды. Пересилив себя, Трой слегка оттолкнул Нейта. К его удивлению, Нейт сделал шаг назад и остановился, но не дал ему хоть что-то сказать.       — Позволь себе расслабиться. Я ни к чему тебя не принуждаю, просто… почему бы не провести время приятно? — взгляд Нейта упорно держался на лице Троя. Это подкупало.       — В тюрьме ты стал геем? — Трой нервно усмехнулся.       — Нет, в тюрьме я оценил все прелести бисексуальности.       Рука Троя все еще упиралась Нейту в грудь, поэтому тот смог накрыть ее своей ладонью и нежно провести пальцами по костяшкам. Трой вздрогнул всем телом. Он должен был отнять руку, но прикосновение было таким приятным, что он медлил, а Нейт пользовался этим. Его пальцы скользнули чуть дальше, прошлись по внутренней стороне запястья и стали едва уловимо поглаживать кожу над выступающей веной.       Если Трою хватит сил, он оттолкнет Нейта и уйдет, забудет, не будет говорить об этом, не станет ломать ему жизнь. Вот только уйдет он в серую убогую комнатку одинокого человека, которого ждет узкая холодная постель и тонкая подушка. Не самая приятная альтернатива, зато совершенно безопасная. Он ведь не привык рисковать, незачем начинать и сейчас. Но от прикосновения Нейта по телу разливалось тепло, лучше и приятнее, чем после горячего душа.       — Не смей прикасаться к моей… — Трой запнулся, потому что в этот момент Нейт сделал шаг навстречу и слегка привлек его к себе. Теперь они соприкасались не только одной рукой.       — И не собирался.       Нейт подался вперед, и Трой не сразу сообразил, что тот собирается сделать. Он успел отвернуться и подставить щеку вместо губ.       — Никаких поцелуев в губы.       — А вот с этим я не согласен, — Нейт провел большим пальцем по подбородку Троя и мягко повернул его лицо к себе. — Обожаю целовать, а в тюрьме, как понимаешь…       Нейт никогда не узнает, что ему собирался возразить Трой, потому что плюнул на запрет и поцеловал его. Сначала Трой замер как истукан, но Нейт обнял его, прижал к своему телу и стал медленно целовать, пока Трой не разомкнул губы и не принялся робко отвечать. Он раскрыл рот и позволил языку скользнуть между губами, а потом закрыл глаза и полностью утонул в ощущениях. Чужая близость пьянила его, вскоре они страстно целовались, забыв обо всем на свете. Каждый истосковался по поцелуям, по теплу, по ласкам, и теперь щедро брал и дарил.       Свет в душевой был неярким, вода мешала рассматривать татуировки, Трой водил по ним руками, скользя по твердому мускулистому телу. Потрясающее чувство, когда любуешься совершенством, когда прикасаешься к нему, когда хочешь его. Трой с его сидячей работой проигрывал Нейту по всем статьям, но и его тело так же тщательно изучалось.       Нейт первым взял тюбик геля и выдавил себе на ладони мыльную жидкость. Он стал размазывать ее по груди Троя, по плечам и животу, по возбужденному члену, вокруг которого сомкнулась ладонь. Трой застонал и чуть отодвинулся. Его спина прижалась к холодному кафелю, он вздрогнул. Контраст был невероятен: холод за спиной, а впереди жар, растапливающий все на своем пути. Выбор был очевиден.       Трой прижался к Нейту, положил голову ему на плечо и тяжело задышал. Замерев на несколько секунд, он тоже взял гель и выдавил на свои ладони. Вскоре они уже оба были в мыле, которое размазывали друг по другу, от этого невозможно было не возбудиться. Градус в помещении все повышался и повышался… Кто-то локтем задел переключатель, и сверху полился кипяток.       Отскочив в сторону, Нейт поскользнулся, одна нога поехала в сторону, поэтому он, чтобы не упасть совсем, грохнулся на одно колено. Это все немного ускорило развитие событий. Нейт посмотрел на Троя снизу вверх, а потом положил ладонь ему на член и направил его себе в рот. Трой в этот момент протестующе положил руки на плечи Нейту, собираясь оттолкнуть, но замер, а потом все же поднял Нейта с колен.       — Эй, — Нейт быстро поцеловал Троя в губы, — я не потребую обратной услуги.       — Какой же ты все еще зэк, — Трой закатил глаза и рассмеялся. — Подкараулил меня в душевой, от старых привычек сложно избавиться? — он хмыкнул и стал серьезнее. — Я просто хочу больше близости, а не когда ты там внизу.       Нейт молча посмотрел на Троя и не нашел, что сказать. Он завел ладонь ему за спину, положил на шею, притянул к себе и долго не отпускал. Он собирался дать столько близости, на сколько был способен, ему и самому этого хотелось, ведь он был одержим Троем в последнее время.       Все же Трою пришлось облокотиться на холодную стену, но он грелся о Нейта. Нейт просунул руку между их соприкасающимися телами, обхватил ладонью члены и прижал их друг к другу. Его ладонь двигалась медленно, они успевали целоваться и стонать друг другу в губы; потом он ускорился. И первым не сдержался Нейт. Но Трой быстро догнал его.              Вода унесла сперму с ладони Нейта, пену с их тел и смыла остатки безумства. Трой посмотрел на Нейта через плечо и взглядом попросил удалиться. Завтра он сможет дать более разумную оценку всему произошедшему, но сегодня, сейчас, в эту минуту ему слишком хорошо, чтобы портить удовольствие реальностью.