Thirty Shades of Rhack

      — О, наша принцесса уже проснулась? Ты сегодня рано, тыковка, — бархатный, хриплый после сна голос Джека раздался над головой, заставляя довольно зажмуриться и слепо ткнуться носом ему под подбородок. Открывать глаза и окончательно просыпаться Ризу решительно не хотелось, но выработанный за годы режим диктовал свое. Сонно заворчав, Риз потянулся, прогибаясь в спине и улыбаясь, чувствуя, как рука Джека мягко и едва ощутимо скользнула по его боку и ребрам, касаясь затылка и зарываясь в растрепанные волосы. Улыбнувшись шире, Риз вытянул руки из-под одеяла, обнимая Джека за шею и мимолетно коснувшись губами его груди, подался выше, мягко кусая выступ его ключицы, чувствуя, как Джек сильнее сдавил в пальцах его волосы, аккуратно оттягивая голову назад и усмехаясь на раздавшееся со стороны Риза, нелепое, беззлобное рычание.       — Я погляжу у кого-то игривое настроение, а? — у Риза был выходной, у Джека было прекрасное настроение, а утро начиналось на неожиданно приятной ноте, так что, а почему бы и нет? Джек усмехнулся и прикрыл глаза, неторопливо и ленно отвечая на мягкий поцелуй Риза, после приподнимая подбородок, когда Риз подался ниже, неспешно прокладывая дорожку поцелуев от губ Джека к его шее, мазнув по которой кончиком языка, сначала коснулся острого выступа кадыка, а после пульсирующей сбоку жилки. Джек подобрался только тогда, когда Риз медленно проведя ладонью по его груди и животу, сквозь ткань белья коснулся пальцами полу-напряженного члена, шепча Джеку в шею что-то подозрительно похожее на: «очень игривое, босс». Шумно потянув ноздрями воздух, Джек приподнял бедра, толкаясь пахом в ладонь Риза, и выпустив из хватки его волосы, переложил руку ему на спину, мягко надавливая ладонью между острых лопаток, вынуждая теснее прижаться к себе. Джек вяло усмехнулся в тот момент, когда Риз пальцами забрался под ткань белья, не прикасаясь, а лишь дразня, словно проверяя, насколько хватит у Джека терпения. Маленький засранец прекрасно знал, что этого самого терпения очень и очень немного, что почему-то наводило на вполне определенные мысли о зародившемся в Ризе мазохизме. Джек мрачно хмыкнул.       — Не трави душу, тыковка, — с наигранной мольбой в голосе нетерпеливо произнес Джек, вновь покачивая бедрами и целуя Риза в вихрастую макушку. Откинувшись на подушки, Джек приоткрыл рот в беззвучном стоне, когда Риз, смиловавшись, для начала с заминкой помог ему избавиться от белья, а после обхватил пальцами его член, медленно проводя ладонью по всей длине, оттягивая крайнюю плоть и обводя подушечкой большого пальца гладкую головку. — Риззи… — выдохнул Джек, толкаясь бедрами в ладонь Риза, и сильнее сжимая его в своих объятиях и довольно мыча всякий раз, когда Риз двигал рукой. Нет, так просто он теперь от него точно не отвертится.       — Хватит. Иди ко мне, — расслабленно прошептал Джек, мягко оттолкнув руку Риза в сторону и ненавязчиво подталкивая его самого в бок, вынуждая выпутаться из одеяла, перекинуть ногу через бедра Джека и усесться на него сверху, опираясь руками о широкую грудь и зябко поводя плечами, когда прохладный воздух коснулся обнаженных плеч. Временами привычка Риза спать нагим была, как сейчас, очень на руку. Устроив ладони на бедрах Риза, Джек провел ими выше, касаясь пальцами его живота, груди, а после аккуратно обхватил его подбородок, притягивая ближе к себе, целуя и улыбаясь сквозь поцелуй. Попутно дотянувшись другой рукой до тумбочки, Джек дернул ручку верхнего ящика, слепо шарясь в нем и, наконец, находя презерватив.       — Господи, дай сюда, — некоторое время, понаблюдав за безрезультатной сонной возней Джека, Риз отнял у него упаковку, распечатывая контрацептив и раскатывая его по члену недовольно фыркнувшего Джека. Чуть согнув руки в локтях, Риз приподнял бедра, пальцами направляя член, и медленно опустился на него, принимая Джека в себя на всю длину и тихо, удовлетворенно выдыхая. Джек, не теряя контроля над ситуацией, обнял его, не позволяя выпрямиться и прижимая к себе, после чего плавно двинул бедрами, почти полностью выходя из податливого тела и вновь входя в него, с томным полустоном. — Не спеши, — хрипло шепнул Риз ему на ухо, опуская голову и мягко, но ощутимо зацеловывая его шею и плечи, глухо постанывая всякий раз, когда Джек плавно проникал в него, действуя медленно и щадяще, не так, как обычно.       — Ты сегодня само очарование, тыковка, — хмыкнул Джек, в следующее мгновение подминая Риза под себя, подхватывая его под бедра и вынуждая скрестить ноги у себя за спиной. Урвав еще один очаровательно-сладкий, тягучий поцелуй, Джек, нависнув над Ризом, вновь двинул бедрами, чувствуя руки Риза на своих плечах и наблюдая за ним из-под прикрытых век – зардевшийся, трогательно жмурящийся, тяжело дышащий и всякий раз, облизывающий влажно блестящие губы, он действительно был очарователен до невероятного, что делало его еще более желанным. С каждой минутой Джеку становилось все сложнее сдерживаться, да и Риз, судя по тому, как он двигался навстречу, не имел ничего против смены ритма на более агрессивный. Сонливость к этому моменту как рукой сняло, что заставило мимолетно задуматься о том, что было бы очень даже неплохо начинать так же бодро каждое утро.       Риз, застонав в сгиб локтя, кончил первым, пачкая спермой грудь и живот, и крепко сжимая заскрежетавшего зубами Джека внутри себя, которому потребовалось еще несколько минут для того, чтобы достигнуть желанной разрядки. Аккуратно выйдя из Риза, Джек оттолкнулся рукой от койки, тяжело дыша, завалившись на бок рядом с Ризом и явно неодобрительно наблюдая за тем, как он стирает со своей кожи белесые подтеки семени очень вовремя попавшимися ему под руку трусами Джека. Нет, и после этого он еще требует не называть его придурком, как же. Закатив глаза и фыркнув от тщетности бытие (и чужой временами крайне идиотичной смекалки), Джек сгреб не сопротивляющегося, разомлевшего Риза в свои объятия, крепко прижимая спиной к своей груди и, прикрыв глаза, целуя его во взмыленный затылок и плечи.       — Утро начинается не с кофе, да, Риззи?