Спасибо, Томми

- Ты, долбаный шенк! Кем себя возомнил? Томас орет и брызжет слюной, а потом толкает обеими руками ошалевшего Галли, который от неожиданности чуть не плюхается на задницу. - Сука, ты ебанулся? Растерянно ведет ладонью по лбу, стирая капельки выступившего пота, и переступает с ноги на ногу. Томас не видит, что он старается не дышать, старается не закипеть, не взорваться. Старается... что? Перестать быть мудаком, быть может? Томас не видит, но замечает Ньют, что дышит рвано где-то за спиной. - Томми, уймись. Его голос мягче виноградной лозы. Голос, что обволакивает так мягко, касается кожи, успокаивая, снимая напряжение. Возможно, на секунду Томас думает о том, чтоб отступить. Галли видит это в глазах цвета древесной коры. Видит, как расслабляются мышцы парня и вздутые вены на шее. Видит и небольшой засос чуть ниже уха. Такой аккуратный, что его можно принять за одну из его придурочных родинок. И это - как жало гривера между глаз, как удар кинжалом под ребра, как выстрел в лоб в упор... - Салага хочет быть главным? - Галли раздвигает губы в улыбке, которая больше напоминает хищный оскал. Шагает вперед. Так, что почти касается Томаса. Так, что чувствует на лице дыхание с привкусом мяты (воняет хлеще, чем кланк в отхожем месте). Так, что почти может почувствовать эти мягкие, подрагивающие губы, от которых до его рта - два дюйма, не больше. - Салага хочет видеть твои мозги размазанные по стенам Лабиринта, кланкоголовый ублюдок, - выплевывает Томас. Откуда-то появляется Минхо. Он поправляет рюкзак на плечах и переводит озадаченный взгляд с одного парня на другого, потом удивленно смотрит на Ньюта, но блондин лишь пожимает плечами. - Томас, что происходит? - Голос главного бегуна отдает тревогой, он будто бы впитывает разлитое в этой части Глэйда напряжение, что как вирус проникает под кожу, растекается по крови, отравляя организм и туманя рассудок. - Дергается, как ужаленный, - фыркает Галли, а перед глазами все еще висит багровая пелена, и почему-то закладывает уши, словно перепонки вот-вот лопнут. - Ты бы проверил своего мальчика, Ньюти. Может, его и правда ужалили, а ты и не заметил в пылу любовных утех. Ньют тихо выдыхает, и в эту же самую минуту кулак Томаса встречается с челюстью Галли. Это почти что нокаут, потому что земля опасно накреняется, и глэйдер летит вниз, через мгновение встречаясь лицом с влажной после дождя травой. - Попробуй хотя бы приблизиться к нему еще хотя бы раз! - Томас кричит и замахивается, чтобы пнуть потерявшего сознание парня. Минхо и Ньют, не сговариваясь, хватают за локти. А потом бегун уходит, тихонько посмеиваясь и пожимая плечами. Ньют запускает свои длинные пальцы во влажные темные волосы и прижимается скулой к усыпанной родинками щеке. - Томми, зачем все это? - Достало, что этот кланкоголовый шенк цепляется к тебе по сто раз на дню. Думаешь, я не вижу? Не вижу, чего он хочет? Хочет, чтобы ты с ним был, не со мной. Ньют смеется от неожиданности, и в глазах его в эту секунду вспыхивают звезды. Будто сверхновые взрываются. - Ревнуешь, что ли?! Томми тянет его к себе, обхватывает руками. - Глупый, глупый Томми. Я же с тобой. Галли все еще лежит без сознания, и Чак пытается привести его в чувство. Галли посмеялся бы от души, услышь он этот разговор.