Terra incognita

Штаб-квартирой стало здание Академии Наук Нойе-Рейха в самом центре Феззана. Руководство выделило небольшое помещение и несколько сотрудников в помощь. В начале апреля Багаутдинов и Вален сдали дела по прежним местам работы, и в середине апреля штаб приступил к работе. Уже через час в кабинетике Валена раздался сигнал коммуникатора. Вален даже не успел свои вещи расставить. Профессор вежливо, но настойчиво попросил коллегу зайти к нему как можно скорее. Валена о негласной иерархии экспедиций уже предупредили. Он тогда пожал плечами: так уж точно лучше, чем отставка. И сейчас коротко ответил: «Иду» и отправился к новому начальству. Кабинет профессора был немногим больше адмиральского. Но показался гораздо уютнее. То ли из-за штатского костюма профессора, то ли из-за чистых окон и пары горшков с цветами на подоконнике, то ли из-за доносившегося из магнитолы невероятно красивого женского голоса, певшего на незнакомом языке какую-то песню. - Что, молодой человек, не успели обустроиться? - Да, в общем-то, не успел, - чуть смущенно улыбнулся Вален. - Не беда, сейчас вам помогут, - он куда-то позвонил и распорядился. - Да и ненадолго мы здесь. На кораблях будем обустраиваться. Сейчас у вас там приберут, а мы начнём работать. Присаживайтесь ближе. Вален придвинулся. - Надо же, - как-то необычно улыбнулся профессор. - В интересный день начинаем... Если б ещё и стартовали, ну да это как сложится. О каком необычном дне говорит Багаутдинов, Вален не понял, но уточнять не стал. Тем более, что профессор вытащил из принтера довольно объёмный список и положил перед собой. - Итак, господин адмирал, Вам, как человеку военному и технически грамотному, предстоит заняться подготовкой кораблей, оборудования и персонала к длительному и автономному полёту. Подчёркиваю — ДЛИТЕЛЬНОМУ И АВТОНОМНОМУ. Поэтому вот Вам предварительный список оборудования. Ознакомьтесь. Подчёркиваю — это предварительный перечень. Окончательный будет дополняться и корректироваться по мере формирования списочного состава экспедиции и уточнения её научных и практических задач. Вален взял листы и стал читать. На один понятный термин приходилось пять-шесть совершенно ему неизвестных. Поначалу он оглядывался на профессора, но тот просматривал почту, что-то распечатывал, читал, чиркал читаемое то синими, то красными чернилами, то простым карандашом. Вален решил последовать примеру, и тоже стал отчёркивать карандашом неясное, дабы потом задать все вопросы. Через час Багаутдинов оторвался от работы. - Я удивлён, молодой человек! Вы не задали ни одного вопроса. Не ожидал... Вален покраснел как рак. - Простите, профессор, но их слишком много... Я... я хотел задать их все … вместе. - Очень хорошо, - тот посерьёзнел. - Когда вы будете готовы? - Минут через десять. - Очень хорошо. Я как раз закончу читать этот доклад. Если я увлекусь, не постесняйтесь напомнить о себе, - и профессор углубился в проработку очередного доклада. Однако, когда Вален закончил, профессор уже вопросительно смотрел на него. - Итак, господин Вален, начнём. Для начала хочу сказать, что я ОЧЕНЬ хотел бы, чтобы всё, указанное в этом списке, было заказано для нас не позднее, чем через неделю. И они двинулись по списку. Комментарии профессора были очень разные, начиная от: «Хрень одна для химиков. Позвоните им и просто продиктуйте название. Они знают» и заканчивая развернутыми объяснениями. - Герр профессор, - сказал Вален часа через три, - меня очень удивили некоторые вещи. - Слушаю Вас, - профессор откинулся в кресле и положил ногу на ногу. - Во-первых, в списке нет медицинского оборудования. - Этим занимается моя жена. Она — врач, профессор медицины, и понимает в этом гораздо больше нас двоих, вместе взятых. - Ясно, герр профессор. Тогда следующий вопрос. Почему слишком много образовательного оборудования? - Хм... Тут всё гораздо проще. Я думал, юноша, Вы поймёте, - рассмеялся Багаутдинов. - Мы улетаем на двадцать пять лет. Полетят и мужчины, и женщины. Много молодых сотрудников. Они могут полетететь и с детьми. Я не против такого подхода. И появления детей в полёте я совсем не исключаю. Я подбираю коллектив надолго и не собираюсь навязывать людям монашеский образ жизни. А детей нужно растить и учить. Хотя бы до тех пор, пока их можно будет отправлять в колледжи. И дальше, если этого захотят и дети, и родители. Следующий вопрос? - Пожалуй, пока всё. - Тогда — действуйте. И помните — через неделю. Вален отправился к себе звонить в другие департаменты. К вечеру примерно четверть точных данных была собрана. Вален хотел было задержаться, но сотрудники академии чётко и недвусмысленно дали понять, что работа — это хорошо, но вечером надо отдыхать. Августу ничего не оставалось делать, как тоже собираться домой. Он сообщил об этом Багаутдинову. Тот, не отрываясь от компьютера, сказал: «Да-да, конечно, продолжите завтра».