Амарантайн

18 число месяца Облачник 9:32 Дракона Андерс потягивал вино, поглядывая на толпу сквозь бокал, и размышлял о том, как быстро изменилась его судьба. Всего неделю назад он ожидал переправки в Башню для казни, закованный в кандалы и окружённый очень сердитыми храмовниками, которые, арестовывая его, были грубее, чем необходимо: от глубокой раны на грудной клетке даже после магического лечения остался шрам. А что теперь? Теперь храмовники были мертвы, а он стал одним из Серых Стражей, частью почитаемого ордена, только что остановившего Мор; и в их ряды его приняла старая подруга, которую, как он думал, уже никогда не увидит. Он взглянул на Нерию, стоявшую на другом конце зала. Маг выглядела напряжённой и натянуто улыбалась, разговаривая с одним из дворян, приехавших принести присягу. Андерс был немного удивлён, что они делали это без возражений: присяга магу и эльфийке, – то, что большинство из них едва ли восприняло легко. Она подняла голову и заметила его взгляд. Выражение её лица почти не поменялось, фальшивая улыбка осталась на месте, но глаза немного расширились, напоминая ему о взгляде «Святой Создатель, прикончи меня на месте», которым они часто обменивались в Башне. Обычно это означало, что кто-то из Старших Чародеев загнал их в угол, читая нотации, и требовалась спасательная операция. Андерс отсалютовал ей бокалом и прислонился к стене. Рано или поздно он придёт на помощь, но сейчас был слишком занят размышлениями о том, какими таинственными путями выражается воля Создателя. Нерия вернулась к своей беседе, рассеяно теребя серёжку в ухе. Андерс дразнил её из-за этого, обвиняя в подражании его стилю, и вместо того, чтобы что-то отвечать, она краснела. У них с Нерией был одинаковый подход к жизни в Круге: получи как можно больше удовольствия со сколь можно большим количеством людей. Что же ещё делать со своим временем? Он хранил несколько приятных воспоминаний, связанных с ней и одной определённой кладовкой на седьмом этаже Башни. Но, судя по всему, во время своих странствий Сурана кого-то встретила. В зависимости от того, кого спрашивать, этот «кто-то» был либо «развратным-но-всё-же-милым наёмным убийцей из Антивы» (её версия), либо «эльфийской бабой без сисек, которая постоянно врёт» (версия Огрена). Андерс переключил своё внимание на товарищей-Стражей, неловко спрятавшихся в углу. Ну, по крайней мере Натаниэль точно прятался. Огрен тяжело привалился к стене и пил что-то прямо из горла. Они втроём почти не знали друг друга: Андерсу пока ещё не удавалось выдерживать вонь Огрена достаточно времени, чтобы должным образом поболтать с ним, а Натаниэль испытывал к магу какую-то иррациональную неприязнь. Если он не хотел, чтобы люди забавлялись с его именем, то ему стоило бы его сменить. Действительно, как Андерс мог устоять перед этим шоу? Он усмехнулся и сделал ещё один глоток вина. – Рад, что хоть кто-то меня ценит. Например, я сам, – прошептал он. – …этого нельзя позволить, – произнёс какой-то голос так тихо, что Андерс едва расслышал слова. Он медленно повернул голову по направлению звука, исходившего из ниши на другом конце зала. Он тихонько подвинулся поближе и склонил голову набок, прислушиваясь. – …с ней нужно расправиться, – сказал другой голос, – и быстро, иначе мы… Дальше Андерс не расслышал, и поэтому рискнул сделать ещё один шаг. – …единственный способ обеспечить… – опять шёпот. Он нахмурился. Неужели в наши дни люди больше ни капельки не заботятся о тех, кто подслушивает? Это так грубо. – … все согласны. Её нужно… – за этим последовал шипящий звук воздуха, быстро проходящего между зубов. Так. Это нехорошо. Не нужно быть гением, чтобы понять, о чём, а вернее о ком они говорят. Андерс небрежно направился в сторону Нерии, скользя сквозь толпу с рассеянной, вежливой улыбкой, не раз пригодившейся ему в Башне, пока не оказался рядом с эльфийкой. – Прошу прощения, что прерываю, – медленно произнёс он, обнимая Нерию за плечи и широко улыбаясь дворянке, с которой она говорила. – Я украду её на минутку. Она моя давняя подруга, нужно навёрстывать упущенное, сами понимаете, – закончил фразу он уже на ходу, отводя Нерию в сторону и оставляя дворянку в некотором смятении. – Раньше твои спасательные операции были более утончёнными, – сказала Нерия, когда они оказались в тихом закутке. Она сделала шаг назад и приподняла бровь. – Знаю. Но это важно, – он пожал плечами. Она нахмурилась и выпрямилась во весь рост (но и так она доставала Андерсу лишь до груди), прищуривая глаза: – Что случилось? – Я подслушал, как какие-то люди говорят… – он быстро объяснил, что узнал. – Ты случаем не увидел, кто это был? Лица? – Нерия нахмурилась. – Прости, но нет. Кажется, они изо всех сил старались быть незамеченными, – Андерс извинительно пожал плечами. Также ему не хотелось рисковать своей головой, подбираясь поближе. Его смерть никому бы не помогла. – Это едва ли похоже на правду, – сказала она, вздохнув. – Знаю. В моей голове оно звучало более угрожающе, – согласился Андерс. – Это не значит, что я не обеспокоена. Наверняка стоит проверить. После окончания приёма мы поговорим с Варелем. Андерс оглядел сборище слегка скучающих и пьяных лиц: – Да уж, вечеринка идёт полным ходом. Она усмехнулась: – Конечно, я могу распустить собрание, когда захочу, – сказала она. – Это один из плюсов того, чтобы быть эрлессой. – О, пожалуйста, моя дорогая, я молю: злоупотреби своей властью. Нерия осушила бокал и поставила его на низкий каменный столик. – Я попрошу Вареля очистить помещение, – сказала она. – Останься, он захочет с тобой поговорить. – О, – молвил Андерс, взглянув на седого солдата со стальными глазами, мрачно наблюдавшего за происходящим. – Великолепно. Уже пятнадцать минут спустя последние гости покинули зал, подгоняемые спокойной, но в чём-то угрожающей манерой общения Вареля. Нерия схватила Андерса за локоть и подвела к сенешалю. – Расскажи ему всё, что узнал, – приказала она. На секунду Андерс задумался, какая часть путешествий сделала её настолько властной, но в итоге подчинился и поведал историю заново. Варель слушал, кивнул раза два или три, но не перебивал, пока Андерс не закончил. – И вы воспринимаете это как доказательство существования заговора против вас? – спросил он, глядя на Нерию. – Я эльфийка, маг, и я убила предыдущего эрла, – сказала она, поведя плечом. – Это не добавляет мне популярности. Кто-то определённо плетёт против меня заговор – нужно только узнать, кто именно. – Что ж, у нас не такой уж и большой выбор, – вздохнул Варель. – Я могу выделить несколько солдат, чтобы собрать информацию среди дворян. Но они пехота, а не шпионы, я не знаю, насколько это будет эффективно. Вы можете пойти более орлесианским путём и «пригласить» их родственников пожить в Башне Бдения, пока проблема не будет решена. – В качестве заложников, – уточнила Нерия. – Именно. Но это не принесёт вам доброй славы, – вздохнул Варель. – И ещё есть Хоук. Андерс поднял бровь в изумлении: – Мы будем просить помощи у птицы?* – Это его фамилия, – пояснил Варель. – Он уже некоторое время живёт в Амарантайне. Торговец информацией, насколько я слышал, и о каждом знает хоть что-то. – И какой здесь подвох? – спросила Нерия. Варель нахмурился и произнёс после большой паузы: – У него… смешанная репутация. Он не очень разборчив в клиентах. Говорят, что работал с контрабандистами, пиратами, со всеми, у кого есть звонкая монета. Я не знаю, насколько на него можно положиться, и не уверен, что он та личность, с которой вы бы хотели связываться. – Я вроде как замужем за Антиванским Вороном, – возразила она, легонько потерев серьгу. – Скандальная репутация меня не беспокоит. Андерс уставился на неё в изумлении, услышав слово «замужем». Варель и Нерия проигнорировали его. – Это ваше решение, миледи, – ответил Варель, – однако, если вы решите работать с этим Хоуком, будьте осторожны. – Конечно, – сказала она. – Спасибо, Варель. Сенешаль поклонился и ушёл, оставив Стражей наедине. Несколько секунд спустя Андерс вопросил: – Замужем? Нерия лишь закатила глаза. – Натаниэль! Огрен! – крикнула она через весь зал. – Мы отправляемся в Амарантайн завтра рано утром. Вы все поедете со мной! – она указала пальцем на каждого из них. – Встречаемся у ворот на рассвете. Натаниэль кивнул, а Огрен ответил отрыжкой. – На рассвете? – разнылся Андерс. – Это никак не вяжется с моим распорядком дня. – Переживёшь, – сказала она с усмешкой, – я тоже сейчас отправлюсь спать. Она вышла, и Андерс вздохнул. – У меня были такие планы после этой вечеринки, – проворчал он, когда Натаниэль оказался в пределах слышимости. – И какие же? – спросил он, хотя было видно, что не очень-то желает слышать ответ. – Проверить, открыта ли таверна, и найти кого-нибудь симпатичного, кто проводил бы меня до дома, – ответил Андерс. – Хотя эти планы могут быть и скорректированы, – он оглядел Натаниэля с ног до головы и улыбнулся. Тот закатил глаза и сердито вышел из зала. Андерс скривил рот в усмешке и последовал за ним, весело напевая про себя. Несмотря на безбожно раннее время подъёма и нескончаемые отказы Натаниэля, вступление в ряды Стражей – это лучшее, что с ним случилось. 19 число месяца Облачник 9:32 Дракона Андерс никогда особо не любил лошадей и обрадовался, когда было решено идти в Амарантайн пешком. В такой приятный весенний денёк восьмичасовая прогулка была бы отличным способом провести время, если бы не усталость и жуткое чувство голода. Нерия уверила их, что скоро они привыкнут к возросшему аппетиту, и выдала каждому по бутербоду. Вскоре после полудня они достигли Амарантайна. Натаниэль неохотно показывал дорогу к «Короне и Льву». – Вы уверены, что это мудрое решение, командор? – спросил он, поднимаясь по лестнице, ведущей от рынка. – Самое мудрое из возможных, – ответила она. – Если Варель не ошибся насчёт него, то проблем быть не должно. Я работала с такими людьми раньше: их верность продаётся, но если ты купишь её – она твоя. – Ой, посмотрите на неё, такая циничная материалистка, – проворковал Андерс и притворился, что утирает слезу. – А ведь кажется, только вчера она была большеглазой испуганной ученицей, которая воровала у меня неприличные книжки и смущала храмовников. – Насколько я помню, всего одного, – фыркнула Нерия. – О, да. Бедный сэр Каллен, – произнес Андерс с пренебрежением. – Он был не таким уж и плохим, – мягко заметила она в ответ. Он закатил глаза: – Говори за себя, – сделав пару широких шагов, Андерс оказался у двери в таверну и открыл её, с галантным кивком пропуская спутников вперёд. «Корона и лев» была типичнейшей ферелденской забегаловкой: грубо сколоченные столы, в хаотичном порядке расставленные по помещению, угрюмый бармен, наливающий эль в грязные кружки, стойкий запах мокрой псины и пива в воздухе. Андерс удовлетворённо вздохнул. Если к вечеру тут будет людно, то у него будет большой выбор тех, с кем можно провести ночь, – всё, ради чего он раз за разом сбегал. Пока он любовался интерьером, Нерия приблизилась к стойке и уже разговаривала с барменом. Гном что-то пробурчал и ткнул пальцем в дальний угол в задней комнате, скрытой в тени. Нерия направилась в ту сторону, и Андерс поспешил присоединиться к ней. Стол был занят темноволосым человеком в пластинчатом доспехе – и «занят» было самым подходящим словом: мужчина вытянул ноги, свободно развалившись на стуле, а столешница была усеяна кусками пергамента. Сзади, у стены, стояло какое-то странное оружие: как будто к верхней части магического посоха прикрепили широкий двуручный меч. Человек поднял взгляд на Нерию и её спутников. Он оказался довольно молодым и симпатичным, с коротко подстриженной бородой. Нерия остановилась у стола и, сложив руки на груди, спросила: – Хоук? * За те девятнадцать месяцев, что Хоук жил в Амарантайне, он повидал разных работодателей. Но группа, стоявшая перед ним, была самой странной из всех. Тоненькая рыжеволосая эльфийка в тёмно-красной броне, лучник с очень знакомым лицом, гном с секирой в два раза больше него самого и светловолосый маг с ухмылкой на губах. Всё это было очень похоже на начало очень плохого анекдота. – Чем могу помочь? – протянул он, сдвигая бумаги в сторону, подальше от любопытных глаз. – Я полагаю, вы – тот человек, к которому нужно обращаться за информацией, – произнесла эльфийка. – Именно, – осклабился Гаррет. Раньше у него был конкурент, Тёмный Волк, но Хоук безжалостно отбил у него клиентов и был на хорошем счету у знати, так что Волку ничего не оставалось делать, кроме как уехать. Кажется, в Хайевер. Эльфийка подошла ещё на шаг и положила ладонь на стол. – Я – эрлесса Сурана, – тихо произнесла она. – Мы можем поговорить наедине? Он выпрямился, окидывая незнакомцев более внимательным взглядом. Он слышал о ней, Героине Ферелдена, маге и эльфийке – и их новой эрлессе – но ни один из рассказов не был близок к реальности. Рыжие волосы, доспех из драконьей кости, над плечом виднелась рукоять меча, поблескивающая магическим светом. Если верить историям, этот самый меч положил конец Мору, убив Архидемона. – Большая честь встретить вас, миледи, – произнёс он, мгновенно меняя линию поведения. – У меня есть комната наверху – такой вариант вас устроит? Она кивнула, и Гаррет собрал бумаги и подхватил посох, с усмешкой замечая плохо скрываемый интерес в глазах обоих магов. Проходя мимо бара, он бросил взгляд на Гаррифа; бармен кивнул и кинул ему ключ. Гаррет поймал его одной рукой, взглянул на брелок, проверяя номер комнаты, и направился к лестнице на второй этаж. Он распахнул дверь и пропустил всю компанию внутрь. Хорошо, что Гарриф дал ему большой номер, с диваном и столом: Хоука всегда немного напрягало вести дела, когда одна из сторон сидела на постели. Пока все рассаживались, Гаррет облокотился о каминную полку и сложил бумаги, убирая их в карман. Лучник сел за стол, Сурана и второй маг устроились на диване, а гном прислонился к стене у самого выхода. – Итак. Я – Гаррет Хоук, – начал он. – Но, боюсь, имена остальных мне неизвестны. Не будет ли слишком грубо просить вас представиться? – Вовсе нет, – покачала головой Сурана. – Я – Нерия Сурана, как вы уже знаете. Это Андерс, бывший маг Круга, – Андерс улыбнулся и помахал рукой. – Огрен, воин из Орзаммара и – – Натаниэль Хоу, – закончил лучник с ноткой вызова в голосе. Это объясняло, почему он показался Хоуку знакомым. Портреты его отца, предыдущего эрла, в течение нескольких месяцев висели на каждом столбе, пока тот скоропостижно не скончался. – Приятно познакомиться со всеми вами, – Гаррет взглянул на Натаниэля и кивнул. – Не буду лгать, сэр, после инцидента в Башне я немного удивлён увидеть вас здесь. Брови Хоу поползли вверх, а Сурана спросила: – Как вы об этом узнали? Гаррет пожал плечами, еле удерживаясь от улыбки: ему очень нравилось вот так вскользь показывать свою осведомлённость. – Люди говорят, я слушаю, – сказал он. – Тем и живу, – он переключил внимание на Сурану. – Какая именно информация вам необходима? – Я полагаю, что среди знати Амарантайна есть некто – или группа неких лиц – кто хочет моей смерти, – сказала она, складывая пальцы в замок. – Это неудивительно, – ответил он, – без обид, миледи, но у вас здесь немного друзей. – Мне не нужны друзья, – отрезала Сурана. – Мне нужно, чтобы никто не пытался меня убить. Его губы растянулись в усмешке: – Черта, свойственная многим правителям. У вас есть зацепки? Сурана поглядела на Андерса, который пожал плечами. – Прошлым вечером на собрании эрлинга, о котором ты, конечно же, слышал, – начал он с ноткой сарказма, на что Гаррет кивнул, ухмыляясь, – я подслушал один разговор… Они с Сураной рассказали, что знали. Ничтожная зацепка, конечно, но Хоук не собирался говорить эрлессе об этом – ведь она могла уйти, забрав деньги с собой. А ему этого не хотелось. – Если вы предоставите список тех, кто посетил мероприятие, мне будет с чего начать, – сказал Гаррет, когда они закончили. – Мой сенешаль пришлёт его, – кивнула Сурана. – Отлично, – Гаррет хлопнул в ладоши. – Сейчас, боюсь, нам стоит обсудить неловкую тему вознаграждения, – Андерс изогнул бровь, а Сурана лишь выжидающе взглянула. – Учитывая тот факт, что дело касается почти всей амарантайнской знати, за свою работу я попрошу… – он помедлил секунду, прежде чем назвать первую пришедшую на ум сумму, – тридцать золотых. А что, неплохая цифра, чтобы начать переговоры. – Пылающие трусики Андрасте, – пробормотал Андерс. Натаниэль старался сохранить безразличный вид, а Огрен выпрямился в изумлении. Сурана же просто достала кошель и отсчитала монеты. – Десять сейчас, – сказала она, протягивая ему кучку золота, – и двадцать, когда вы найдёте нужную информацию. У Андерса от изумления отвалилась челюсть. Гаррет не смог сдержать улыбки, принимая горку монет, и быстро пересчитал их про себя. – Миледи, – произнёс он, пряча золото в нагрудный карман, – я полагаю, что это замечательное начало наших долгих и плодотворных отношений. Она улыбнулась ему и пожала плечами. – Я надеюсь. И, Хоук, могу я ещё кое-что спросить?.. – Конечно, – ответил Гаррет. – Даже денег не возьму. – Да, хватит уже, – пробормотал Андерс, всё ещё пытаясь оправиться от шока при виде такой суммы, разбазариваемой впустую. – В Амарантайне остановился Серый Страж по имени Кристофф, – начала она. – Вы знаете про него что-нибудь? Гаррет кивнул: – Он остановился в этой таверне, – нахмурился он. – Был довольно неразговорчив. Думаю, считал меня не в меру любопытным и сующим длинный нос в чужие дела. – Как он мог, – хмыкнул Хоу, закатывая глаза. – О, перестань, Нат, если у кого уж и длинный нос… – Андерс замолк и подмигнул Натаниэлю, не обращая внимания на убийственный взгляд, которым тот его одарил. Сурана кашлянула и скрестила руки на груди. – Вы знаете, где Кристофф сейчас? – К сожалению, нет. Не видел его уже некоторое время. Попробуйте поговорить с Гаррифом или Сорчей, они больше общались. – С этого и начну, – Сурана резко встала, Андерс и Натаниэль мгновенно последовали за ней, к вящему удивлению Гаррета. Ни один из них не казался образцом дисциплины, но они все подчинялись ей… ну, не с военной точностью, конечно, но близко к ней. – Спасибо, сэр. Будем на связи. Гаррет выпрямился и отвесил ей полупоклон. – Приятно работать с вами, миледи, – он замешкался на секунду, но затем, когда Натаниэль почти шагнул за порог, спросил: – Собираетесь увидеться с сестрой, пока вы в городе, сэр Хоу? – он опять выпендривался, но ничего не мог с собой поделать. Натаниэль резко остановился. Андерс почти врезался в него, с возмущённым вскриком отскочив в сторону. Гаррету удалось сохранить серьёзную мину, пока лучник прожигал его взглядом. – Собираюсь, – ответил тот наконец. – Но это не ваше дело. Заявление, что это как раз-таки его дело, не помогло бы заработать уважения у Хоу или Сураны, поэтому Гаррет вежливо склонил голову; Натаниэль не сводил с него пристального взгляда пару секунд и удалился из комнаты. Гаррет подождал, пока все спустятся вниз по лестнице, и лишь затем быстро пересёк комнату, закрыл дверь и высыпал монеты на ладонь, широко улыбаясь. Тридцати золотых им хватит, чтобы не работать почти год. Нет, они, конечно, будут продолжать работать. Он купит в дом кое-какую необходимую утварь и несколько вещей, которые просто хотелось купить, а остальное они отложат. Хоук положил золото обратно в кошель и затолкал тот внутрь доспеха. Пора отправиться домой и обрадовать семейных кое-какими хорошими новостями. Он вышел из таверны, не встретив Сурану и её спутников, и направился к дому, срезая путь через рыночную площадь. Три лестничных пролёта наверх – и он в их маленькой и тихой квартирке. Последнее означало, что близнецы сидят в разных комнатах. Он отпер дверь и проскользнул внутрь, улыбаясь от уха до уха и громко вопрошая: – Угадайте, кого я сегодня встретил? Карвер даже не поднял головы от кусочка дерева, над которым корпел, что-то выстругивая: – Героиню Ферелдена. – Как ты узнал? – в недоумении Гаррет опустил плечи. Брат резко перевёл на него взгляд: – Погоди, ты действительно её встретил? Я просто… я слышал, что она прибыла в Башню Бдения, но не думал – ты ВИДЕЛ её? – О, да, – теперь, когда он понял, что Карв просто ткнул пальцем в небо, прежнее настроение быстро вернулось. – И даже больше – она наняла меня. Нас. – На какую работу? – спросила Бетани, выходя из спальни. – Выяснить, кто из старых друзей бывшего эрла Хоу хочет её убить. И лучше бы нам это сделать поскорее. Мне бы очень хотелось сотрудничать с этой женщиной, – с этими словами Гаррет кинул ей мешочек с монетами. Бетани легко его поймала и принялась развязывать тесёмки. – Благословенная Андрасте… – выдохнула она, широко распахивая глаза. – И это только задаток, – сказал Гаррет. – За выполненную работу мы получим втрое больше. Карвер откинулся на стуле и принял кошелёк из рук сестры, в изумлении открывая рот при виде такого количества золота. – …это – треть? – слабым голосом спросил он. Гаррет кивнул, улыбаясь так широко, что начинали болеть щеки. – И чего же мы ждём? – вскинулся Карвер, так резко воткнув нож в столешницу, что Бетани вздрогнула. – Давайте найдём этих убийц! Он направился на выход, и Гаррет остановил его уже у двери, ловя в захват и ероша волосы. – Надо подождать, пока сенешаль пришлёт нам список подозреваемых, – пояснил он, пока Карвер пытался освободиться. – Начнем через пару… А-а-ау! – Хоук согнулся пополам от удачного удара в живот. Карвер высвободился и оттолкнул брата назад, сердито одёргивая одежду. Бетани даже не закатила глаза, просто поглядела на них столь утомлённым и страдальческим взором, что Гаррет на секунду подумал, что их мать восстала из мёртвых, – так сестра была похожа на неё в тот момент. – Чем займёмся в ожидании списка? – спросила она. – Поужинаем? – пожал плечами Гаррет и вытащил из кошелька один золотой, кидая монету Карверу. – Всё, что захотите. Карвер ухмыльнулся и положил золото в карман. – Мы будем есть, как короли, – объявил он. – Вернусь через час! – и выскочил за дверь. Гаррет услышал частую дробь шагов вниз по лестнице. Бетани вытащила нож из столешницы и нахмурилась, увидев оставленный им след. – Тридцать золотых, – покачала она головой. – На эти деньги мы могли бы купить дом. – И у тебя была бы своя комната, – ухмыльнулся Гаррет. – Да, это было бы мило, – сестра откинула волосы за плечи. – Ты ужасно храпишь. Гаррет прижал ладонь к груди с жутко оскорблённым видом. Бетани не обратила на него никакого внимания, за девятнадцать лет привыкнув к поведению старшего брата, и наколдовала лёд в чашку. – Поможешь мне с посудой, пока Карв не вернулся? – спросила Бетани, подогревая чашку пламенем. – Если только ты посильнее нагреешь воду. Не знаю, как у тебя кости не ломит от этого трюка. * Андерсу потребовалась вся сила воли, чтобы не пуститься по улицам Амарантайна вприпрыжку. Поиски пропавшего Стража и болтовня с местными торговцами отняла у них почти весь день, а Натаниэль посоветовал им не шататься ночью по сельской местности, поэтому Нерия сняла для них комнаты на местном постоялом дворе. По комнате на каждого – не надо делить койку с гномом, что весьма радовало Андерса. Нерия сказала, что остаток вечера в их распоряжении, и Андерс и Огрен чуть не столкнулись в дверях, спеша поскорей выйти. Он зашёл в таверну и разулыбался от тепла и шума, накрывших его с головой. Ночные посетители «Короны и Льва» оправдывали его ожидания: уставшие от рутины и скучающие местные, жаждущие чего-нибудь экзотического, новенького в своей жизни. Андерс пересёк комнату небрежной походкой, замечая несколько заинтересованных взглядов в свою сторону. Он заказал пинту эля и облокотился о барную стойку, оглядывая комнату. Днём Нерия то и дело спрашивала о Хоуке, но люди были довольно неразговорчивы. Он, конечно, очень её уважал, но у неё не было и половины его дара очаровывать людей. В конце концов, Хоук был не единственным в этом городе, кто умеет добывать информацию. Следующий час прошёл в приятной, пьяной дымке. Андерс флиртовал с людьми, позволяя им угощать себя выпивкой, и незаметно переводил разговор на Хоука. Много он не узнал: Хоук и его семья оказались в Амарантайне перед самым началом Мора, сражались в ополчении против порождений… а ещё у него была подруга в городской страже. Он ни с кем не сходился близко, не позволяя узнать о себе больше, чем можно было выяснить в разговоре за пинтой-другой. Андерс сидел за третьей кружкой эля и обдумывал свой следующий шаг, когда кто-то позади него небрежно произнес: – Я слышал, ты интересуешься Хоуком, – молодой человек смотрел на него искоса, опираясь о стойку. Андерс стрельнул глазами в ответ. Парень был чисто выбрит, с яркими голубыми глазами и растрепанными тёмными волосами. Довольно мил, эдакий солдатский тип – Андерсу такие нравились. – Предположим, – ответил он. – Если ты не убедишь меня, что более интересен. Парень нахмурился, теряя добрую половину своей привлекательности, и покачал головой: – Ты не в моем вкусе, – сказал он. – Но с Хоуком я когда-то работал. – Неужели? – Андерс развернулся к собеседнику лицом. – Сражались вместе во время Мора, – кивнул он. – И с тех пор поддерживаем связь. Скажу только одно: он талантлив. Вся их семейка, надо признать, хороша. Если хочешь, чтобы они кого-то нашли – они найдут, – парень тряхнул головой. – Проблема в том, что он знает, насколько хорош. Эдакий самовлюбленный хрен. – О, я понял это, когда его встретил, – согласился Андерс. Лицо парня просветлело. – Выпендривался тем, что знает всё про всех? Ненавижу, когда он так делает. Андерс закивал. – И запросил чёртову кучу денег. – О, тут я уверен: его услуги того стоят, – заявил парень. – Хоук… – он вдруг замолк и поглядел куда-то поверх плеча Андерса. – … у меня за спиной, – вздохнул Андерс. – Знаешь, все эти расспросы… Да ты прямо помешался на мне, – произнёс Хоук, ухмыляясь в бороду, когда тот повернулся к нему лицом. Позади Гаррета стояла темноволосая девушка, выглядевшая то ли удивлённой, то ли раздражённой. Андерс повёл плечом: – Что тут поделать, тебя сложно забыть, – быстро смерив Хоука взглядом, ответил он. – Если ты – лучший шпион Сураны, то я не удивлён, что она наняла меня, – хмыкнул Гаррет. – А может быть, ей просто хотелось собрать вокруг себя побольше привлекательных магов, – парировал Андерс. – Я не могу нести это бремя в одиночку, знаешь ли. Хоук недобро прищурился и наклонился ближе, опираясь локтем о стойку бара. – Тебя, может, и защищают Стражи, – тихо сказал он, – но не все из нас столь удачливы. Я был бы очень благодарен, если ты перестанешь трепаться. – А, так значит, ты действительно отступник, – так же тихо ответил Андерс, улыбаясь. – Буду знать. Хоук нахмурился и выпрямился. – Идём, Карв, – он поглядел на молодого парня. – Нам пора. – Я ещё не допил эль! Андерс перевел взгляд с одного на другого. – Твой друг… – начал он, чувствуя, что упускает что-то важное. Хоук хохотнул. – Мой младший брат. И всё, что он тебе наговорил – без сомнения, ложь и провокация, – сказал он. – Ну и, раз мы знакомимся: это моя сестра, Бетани, близнец Карвера. – А, теперь всё стало на свои места, – пробормотал Андерс. Бетани вздохнула и протянула ладошку. – Приятно познакомиться, Андерс. Гаррет рассказал нам о тебе и других Стражах. И… извиняюсь за братьев, что они такие… они. Андерс очаровательно улыбнулся и взял её руку, поцеловав кончики пальцев вместо рукопожатия. – Мне очень приятно, моя дорогая, – сказал он и подмигнул. Девушка немного покраснела и заулыбалась – как раз та реакция, которой он добивался. Вообще-то флирт с девушкой в присутствии двух её братьев был не самым мудрым его решением, но Андерс осознал это лишь позже. – Идём, – хмуро повторил Гаррет. – Завтра будет длинный день. Карвер опустил уже пустую кружку на стойку и сыто вздохнул. – Хорошо-хорошо, – проворчал он. – Увидимся, Андерс, – сказала Бетани. – Жду с нетерпением, – ответил он с самой сладкой улыбкой, на которую был способен. Гаррет сверкнул на него глазами и вместе с младшими вышел из таверны. Андерс вздохнул и обвёл глазами комнату. Две женщины за соседним столиком строили ему глазки и, заметив его ответный взгляд, захихикали. Он ухмыльнулся в предвкушении, подхватил свою кружку и направился к ним. – Тут занято? – спросил он, указывая на свободный стул. – Вами, надеюсь, – сказала одна из них. О, да. Эта ночь действительно обещала быть замечательной. 26 число месяца Облачник 9:32 Дракона Гаррет вскочил вверх по ступеням к казармам городской стражи и остановился перед часовым у двери. – Авелин здесь? Она взглянула на него и улыбнулась. – Это зависит о того, составит ли твой пёс мне компанию, пока ты будешь с ней говорить, – сказала она, протягивая руку к Раскалю. Мабари обнюхал её, а потом уткнулся головой в ладонь. – Не уверен, что это зависит от меня, – ответил Гаррет, когда она начала гладить собаку по спине. Часовой рассмеялась и кивнула в сторону двери. – Она собирается в патруль. Посмотри в оружейной. – Спасибо. Он оставил Раскаля ласкаться со стражницей и пошёл через казармы, приветственно кивая тем стражникам, которых узнавал. Он заглянул в открытую дверь оружейной и постучал по косяку: – Как поживает моя любимая стражница? – Всё было отлично до тех пор, пока не появился ты, Хоук, – ответила Авелин, не отрываясь от заточки своего меча, – что на этот раз? Хоук закатил глаза и вошёл внутрь. Авелин подняла голову, когда он закрыл за собой дверь. – Просто разнюхиваю слухи, – сказал он, – хотелось спросить, не знаешь ли ты чего-нибудь о людях, которым может не нравиться новая эрлесса. – Ты же знаешь, что я не люблю, когда ты расспрашиваешь меня о таком, – сказала она, вздохнув и потерев виски. – Тут нет ничего преступного, – пообещал он. – Вообще-то, законней уже некуда, я работаю… – На эрлессу. Наслышана, – прервала его Авелин. – В тот день добрая половина «Короны» видела, как ты мило с ней беседовал. – Она считает, что кто-то хочет убить её, – ответил Гаррет. – Кто-то среди дворянства, и меня наняли, чтобы… Скорее я даже чувствую себя обязанным предоставить ей как можно более полный отчёт. Авелин на секунду закрыла глаза. – Я слышала только то, что говорят другие стражники, правда, – начала она. – Простые люди не знают о ней почти ничего, и все сплетни вертятся вокруг «нами управляет остроухая». – Так что говорят другие стражники? – Они не говорили ничего особенного, пока эрлесса не посетила казармы пару дней назад, видимо, в тот же день, когда встретилась с тобой, – Авелин пожала плечами. – Она беседовала с капитаном, спрашивала о состоянии стражи, укреплениях города и подобном. Оказалась очень компетентной. Гаррет выждал мгновение. – Но?.. – предположил он. – Большинство стражников не очень рады ей, – ответила она, нахмурившись. – Она эльфийка, маг, Серый Страж, убийца предыдущего эрла. Любой пункт из этого списка мог бы задеть кого-то, а тут оказалось всё вместе. – А ты что думаешь о ней? – Как я уже говорила, она кажется компетентной. Задавала правильные вопросы, выражала искреннюю обеспокоенность безопасностью города, – Авелин побарабанила пальцами по броне. – Просто… Серые Стражи не должны участвовать в политике. Такое уже случалось и закончилось плохо. Они и так ставят себя вне закона, а когда одна из них сама является законом… – она покачала головой. – Я хочу дать ей шанс, но отношусь ко всему этому с подозрением. Гаррет кивнул с отстранённым взглядом, пока обдумывал услышанное. – Кто-нибудь испытывает к ней особенно сильные чувства? – Несколько человек более откровенны в выражениях, но пока нет ничего подозрительного, – ответила она. – Айдан впечатлён ею, поэтому пресекает любые прямые оскорбления. Она перевела дыхание и уже было собралась продолжить дальше, но затем остановилась, настороженно глядя на Гаррета. – Давай, говори уже, Авелин, – начал уговаривать он. – Обещаю, что буду использовать своё влияние только во всеобщее благо. – Это чушь, и ты знаешь это, – ответила она. – Слушай, может, это ничего и не значит, но советую тебе проверить сэра Тамру. Она говорила с Айданом неделю назад, и дело касалось эрлессы. Чем бы это ни было, Айдан решил, что оно не стоит времени его людей. Она была очень зла, когда уходила. – Спасибо тебе, – сказал Хоук и широко улыбнулся. Авелин встала и покачала головой. – Надеюсь, ты не заставишь меня пожалеть об этом, Хоук. – О! Пока ты не ушла, – Гаррет порылся в кошельке, – вот, – он выложил на ладонь три золотых. – Хоук… – Я обещал, что верну тебе долг. – Тебе не обязательно этого делать, – сказала она с полуулыбкой. – Нет, я должен, – настоял он. – Мы бы не пережили зиму без твоей помощи, и я пообещал, что верну тебе долги. И вот он я. Возвращаю. Авелин даже не подвинулась, чтобы забрать деньги. Он протянул руку ещё ближе. – Ну, же, Авелин. Ты должна их взять. Тогда с моей души упадёт камень и всё такое. Она взяла монеты со вздохом. – Только ради того, чтобы ты почувствовал себя лучше, – пояснила она. – Такой вариант мне подходит, – Гаррет улыбнулся и открыл дверь, – приходи сегодня на ужин. Она пошла за ним через казармы. – Карвер готовит? – М-м-м. Кажется, он пообещал жареную курицу. Но нужно ему сообщить, если ты собираешься прийти, чтобы он приготовил побольше твоей любимой картошки. – Я приду, – сказала Авелин, улыбнувшись. – Мне принести чего-нибудь к ужину? – Если достанешь те сахарные булочки из пекарни на западном конце города, близнецы будут в восторге. – Тогда договорились, – сказала она, остановившись рядом с бездельничающими у стены стражниками, очевидно дожидающимися ее. – Увидимся вечером, Хоук. Он помахал рукой и пошёл обратно через казармы. Раскаль ждал его у входа, виляя хвостом. – Ну же, мальчик, – произнёс он, подзывая пса щелчком пальцев, – попрощайся с хорошей стражницей. Женщина засмеялась, когда Раскаль начал лизать её пальцы. – Хорошего вам дня, сэр, – прокричала она вдогонку, когда они с псом уже спускались по ступенькам. – Ага, – ответил шёпотом Гаррет, – очень хороший день. * – Итак, – объявил Андерс, – официально заявляю: я ненавижу Глубинные тропы. Натаниэль посмотрел на него с раздражением. – Мы отлично слышали тебя первые восемнадцать раз, – сказал он, вытаскивая стрелу из тела генлока. Несколько секунд он рассматривал её и в итоге вернул в колчан, видимо, посчитав годной для повторного использования. Андерс сглотнул и опустил взгляд на пол. Это был красивый пол, очень хорошо сделанный, булыжники идеально подогнаны один к одному. Лучше смотреть туда, чем на слишком давящие стены, или слишком низкий потолок, или на темноту, прячущуюся за кругом света факела, которая только и ждала, когда сможет объять его, проглотить его полностью, затащить обратно, туда, где непроглядная тьма, и холод, и крысы, и двести девяносто четыре кирпича в северной стене… – Андерс? Он вздрогнул, когда Нерия прикоснулась к его плечу. Она нахмурилась, поглядев на него, и он снова сглотнул, пытаясь вернуть контроль над дыханием. На лбу выступила испарина, и это странно, ведь ему было холодно и он тратил значительные усилия на то, чтобы не дрожать. – Ты в порядке? Андерс выдавил улыбку и кивнул. – О, всё просто превосходно, – сказал он. – Меня жевал гигантский паук, я слышу пение порождений тьмы у себя в голове, пробираюсь через узкие и тёмные пещеры… так, а я уже упоминал темноту? Чего здесь не любить? Сурана не поверила ему ни на йоту, что было видно по смущённому лицу, и, – смилуйся, Создатель, – по проблеску жалости в её глазах. – Ты справишься? – спросила она голосом достаточно тихим, чтобы их не услышали остальные. – Башня Бдения всё ещё близко… – Я в порядке, – рявкнул Андерс. Он был взрослым мужчиной, магом, а теперь ещё и Серым Стражем. Он сможет справиться с этим, Мор побери. Единственное, что могло быть хуже маленьких и тёмных пещер, – это находиться в маленьких и тёмных пещерах совершенно одному. А он ни за что не станет просить кого-нибудь взять его под ручку и вывести отсюда обратно. Нерия всё ещё не верила ему, но не стала дальше расспрашивать – просто нежно сжала его ладонь перед тем, как вернуться на своё место во главе отряда, пробирающегося через туннели. Переложив посох из руки в руку, он вытер вспотевшие ладони о мантию и попытался сосредоточиться на дыхании. Это было хорошее отвлечение. Самое обычное и простое действие: вдох, выдох, вдох, не думать об ужасном жужжании порождений тьмы внутри его черепа, выдох, и не вспоминать непроглядную тьму, холод, демонов… Он пристально смотрел на свои ботинки, пока отряд шёл вперёд, вытянувшись в цепочку, и сконцентрировался на своих ногах так сильно, что до последнего не замечал, что жужжание перешло в медленный, устойчиво нарастающий звук. Андерс поднял голову как раз тогда, когда остальные повернулись к нему с расширенными глазами и выхватили оружие. Едва он начал разворачиваться, Нерия прокричала его имя. Он успел лишь мельком заметить серую кожу, рога и что-то очень большое, когда огр смёл его рукой со своего пути, впечатав в стену, а затем побежал дальше. Он ударился головой о камень и упал на землю, ошеломлённый. Вдохнул и застонал из-за внезапной колющей боли в груди. Трещины в рёбрах, трещины в черепе, а он, Мор побери, был целителем, но не мог удержаться на ногах дольше пяти секунд. Андерс стиснул зубы и прижал руку к груди, вливая в себя магию исцеления. Боль уменьшилась до терпимой, и он смог встать на ноги и подобрать посох. Огр держал в кулаке Огрена, игнорируя атаки Нерии с Натаниэлем и продолжая дубасить гнома. Каким-то чудом Огрен был не только жив, но и вцепился зубами в кулак чудовища, рыча и изрыгая проклятия. Андерс сотворил другое, более мощное заклинание исцеления, направляя его на Огрена, а затем ударил монстра молнией. Тот взревел и разжал руку. Огрен приземлился на ноги и тут же ударил своим топором чудовищу по щиколоткам. Натаниэль спокойно выпускал в него стрелу за стрелой, и из груди порождения тьмы потекли ручьи чёрной крови. Нерия направляла в огра каменные и ледяные заклинания, нанося удары мечом в промежутках между их сотворением. Андерс упёр посох в землю и навалился на него, используя в качестве поддержки. Он сконцентрировался на товарищах, направляя магию через себя к ним, чтобы дать им преимущество: возможность чуть быстрее уклоняться и чуть сильнее наносить удары. Ежедневные тренировки Нерии принесли свои плоды: они все сражались как команда, каждый исполнял свою роль в её стратегии. Огрен отступил, а затем взмахнул топором над головой и всадил его в грудную клетку огра. Тот зашатался и упал, и земля содрогнулась, когда порождение тьмы испустило последний булькающий вздох. Нерия оглядывалась вокруг, пока не стихли последние отзвуки предсмертного хрипа. – Ты в порядке? – настойчиво спросила она. Андерс кивнул. – Нормально, – надсадно сказал он, – всё хорошо. Он сделал шаг вперёд, но сразу же остановился, почувствовав вызванную чем-то рябь Завесы. Присутствие чего-то тёмного, духа, которого они преследовали через добрую часть этих тоннелей. Тело огра дёрнулось и начало неуклюже вставать. Огрен озвучил мысль за всех, когда одержимое тело поднялось на ноги: – Ты, должно быть, шутишь, гадёныш, – прошептал он и отхаркнул кровь изо рта на пол. Несколько часов спустя, когда путь порождений тьмы был запечатан, а демон побеждён, Андерс сидел на своей кровати, скрестив ноги, и расчёсывал влажные волосы, морщась каждый раз, когда натыкался на узелок. Кровь людей и порождений тьмы было ужасно сложно отстирать, особенно после того, как она успела высохнуть. Он проторчал в ванной так долго, что Натаниэль начал стучать в дверь, пытаясь выяснить, не утонул ли он. По крайней мере, ванную комнату он делил не с Огреном. Андерс едва мог представить, какой запах царил в ней. Он оставил окно открытым и зажёг несколько свечей, и комната наполнилась тёплым ветерком и мерцающим светом. Он закончил расчёсывать волосы и попытался добросить гребень до стола, но промахнулся, и тот приземлился на ковёр. Андерс пожал плечами. Это всё же было достаточно близко. Кто-то постучал в дверь. – Андерс? – позвала Нерия. – Ты одет? – К сожалению, – ответил он, – заходи. Сурана проскользнула в комнату, закрыла за собой дверь и повернула стул так, чтобы сесть к нему лицом. – Нам нужно поговорить, – произнесла она, и Андерсу пришлось побороть инстинкт, призывающий его прямо сейчас сбежать через окно. – Звучит не очень-то весело, – ответил он, стараясь скрыть напряжение в голосе. – Что с тобой случилось сегодня? В туннелях? – Прошу прощения. Я… Я отвлёкся. Такого больше не произойдёт, – вздохнул он. Нерия сдвинула брови. – Что-то я тебе не верю, – сказала она. – Андерс, я беспокоюсь о тебе как друг, но я также ответственна за жизнь каждого, кто находится под моим командованием. Сегодня был ранен только ты, и не слишком сильно, но я не могу рисковать другими людьми, – она покачала головой: – Прости, что выставляю всё именно в таком свете, но… – Ничего страшного, я понимаю, – он посмотрел вниз, убирая выбившуюся из его мантии нитку, – ты права. Он сглотнул и уже было открыл рот, чтобы начать говорить, но слова застряли в горле. Если он скажет ей, то она начнёт жалеть его, думать, что он слабый маленький мальчик, боящийся темноты. Если он скажет ей, да хоть кому-нибудь, то он запомнит, а Андерс не хотел об этом помнить. По крайней мере, не в бодрствующем состоянии, когда с этим ещё можно было справиться. – Андерс, мне нужно, чтобы ты рассказал, в чём дело, – сказала она, при этом в её голосе почти чувствовалось сожаление от того, что ей приходится это делать. – Если объяснишь, то мы сможем справиться с этим, а если нет… Если я не буду знать, что происходит, то не смогу положиться на тебя. Понимаешь? Он печально кивнул. Ему хотелось забраться под одеяла, свернуться калачиком и спрятаться. Или же вынырнуть в окно. Это до сих пор казалось хорошей идеей… но он был нужен им. Каждому нужен целитель, особенно людям, которые живут тем, что постоянно попадают в опасные ситуации. Огр скорей всего убил бы Огрена, не будь Андерса там, не говоря уже о бесчисленных травмах, которые он вылечил в этот же день. Они нуждались в нём. Пусть он отчасти ненавидел, что загнал себя в такую ловушку, но понимал, что не мог просто ежедневно работать в тишине и спокойствии лазарета. Тогда бы он себя не простил. – После моего последнего побега они, храмовники, поместили меня в одиночное заключение, – он сглотнул, – на год. Нерия уставилась на него. – Год, – повторила она, – ведь ты сбежал прямо перед моими Истязаниями… – А когда меня привели обратно, ты уже ушла, – сказал он. – Весь Мор я провёл в темнице. Маленькой, тёмной темнице, с крысами, почти без свечей и с несокращённой версией проклятой Песни Света, потому что храмовники были именно такими ублюдками. Она прижала руку ко рту, а глаза расширились от ужаса. Впервые она выглядела соответственно возрасту. Они так давно не виделись, и она так сильно изменилась, что Андерс и забыл, насколько Сурана юна. – Восстание Ульдреда, – она почти перешла на шёпот. – Ты был?.. Он невольно вздрогнул: – Да. Пять или шесть дней без сна и пищи, лишь ледяные заклинания, чтобы хоть как-то попить. Приходилось отгонять демонов, проникающих сквозь стены. Когда всё закончилось, Ирвинг и Грегор проверили, не стал ли он одержимым, а потом оставили его гнить в тюрьме ещё на девять месяцев. – Ох, Андерс, мне так жаль, – Нерия протянула руку и сжала его колено. На какой-то момент на место Стража-Командора вернулась тихая и верная подруга, какой она была для него в Круге. – Если бы я знала, что ты там, я бы сделала что-то, я бы не оставила тебя. – Я знаю, – он закрыл глаза, – полагаю, самое важное то, что теперь я… э-э… не переношу замкнутых тёмных пространств, – как видно, страх темноты не зависит от возраста. Нерия опечалилась. – Как Глубинные тропы. – Да. К сожалению. Она вздохнула и нервно заёрзала на стуле. – Я… Я могу что-нибудь сделать? – спросила она. – Я бы хотела пообещать, что никогда больше не возьму тебя туда, но ты целитель. Ты нужен нам. Особенно на Глубинных тропах. Андерс покачал головой. – Я справлюсь, – сказал он. – Чем дольше я нахожусь здесь, – он обвёл комнату рукой, но предполагал всё свободное пространство в этом мире, – тем легче мне будет. Это не было хорошим решением проблемы, но пока он больше ничего не мог сделать. Им нужен был целитель, им нужен был именно он, так что ему необходимо было преодолеть свои страхи. Другого выбора нет. – Хорошо, – Нерия опять легонько сжала его колено. – Я завтра отправлюсь в Амарантайн вместе с Вулси. Дай мне знать, если тебе нужны какие-то припасы для лазарета. – Так и сделаю, – он ответил с улыбкой, – спасибо. – Спокойной ночи, Андерс, – она улыбнулась в ответ. – Ночи, Нери. – Нерия. – Я так и сказал! Он подмигнул, завершая их старый шуточный диалог. Сурана угрожающе покачала головой, но захихикала, закрывая дверь. Андерс вздохнул и плюхнулся обратно на кровать. Это был долгий-долгий день, и он был измотан во всех отношениях. Он зарылся под одеяла, не загасив свечи, и уснул. 5 число месяца Волноцвет 9:32 Дракона Как и любой коренной ферелденец, Гаррет принципиально не любил лошадей. Они были очень своенравными животными, пёс не поспевал за их шагом и, к тому же, кони выглядели ужасно по-орлесиански. Но, когда ему нужно было за один день проделать путь из Амарантайна в Башню и обратно, других вариантов особо-то и не оставалось. Ужасно жаль грифонов, подумал Хоук. Если бы они не вымерли, возможно, он попросил бы кого-нибудь из Стражей подбросить его до Башни Бдения. Он спешился, поморщившись, и кивнул часовым у ворот крепости. – Гаррет Хоук. Мне нужно увидеть эрлессу, – сказал он. – Она меня ожидает. Женщина смерила его взглядом и кивнула. – Идите за мной, сэр. Она подала знак одному из стражников, который тут же принял у Гаррета поводья. Хоук не сдержал вздох облегчения и последовал за стражницей во внутренний двор. Несмотря на то, что он часто имел дело со знатью, в Башне Бдения ему бывать ещё не приходилось. Возможно, потому что аристократы, с которыми он работал, были в плохих отношениях с предыдущим эрлом. Гаррет огляделся, запоминая обстановку и зная, что младшие засыплют его вопросами. Работа кипела: стража патрулировала стены, строители восстанавливали здания, а судя по звукам, доносящимся из кузни, кузнец бился в истерике. Зазевавшись, Гаррет чуть не попал под телегу, гружёную брусом, и счёл за лучшее поспешить за своим проводником. Внутри крепости царила ещё большая неразбериха, и вскоре Хоук оставил попытки запомнить все повороты и коридоры, которыми его вели. – Прошу прощения, – заметила стражница. – Обычно в тронный зал попасть гораздо проще, но сейчас… в общем, что не разрушили порождения тьмы, то гномьи бомбы доломали. – Бомбы? Она покачала головой. – Меньше знаете – крепче спите, сэр. Гаррет никогда не любил эту пословицу, но не стал спорить. Они повернули за угол и остановились перед большими деревянными дверьми, охраняемыми двумя стражниками. – Ну, вот и всё, – произнесла его провожатая и повернулась к солдатам: – Он пришёл увидеть эрла. Один из них кивнул и толкнул створку двери, слегка склонив голову в приветствии. Большой зал был по-настоящему ферелденским: скудная меблировка, большой очаг в центре, бочки и высокие книжные шкафы вдоль стен. Сурана стояла в дальнем конце комнаты, беседуя с седовласым мужчиной в сильверитовом доспехе. Оба повернулись к нему. – Хоук, – произнесла Сурана. – Приятно тебя видеть. – Это честь для меня, миледи, – ответил он. Мужчина же был не очень-то ему рад. – Я сенешаль Варель. Мы много слышали о вас, – процедил он, складывая руки на груди. – Надеюсь, вы принесли хорошие вести, – «Иначе ваша голова будет на пике ещё до заката», подразумевал его тон. – Что ж, я не уверен, что имена потенциальных убийц – это хорошие новости… – Почему бы нам не подняться в мой кабинет? – предложила Сурана. – Я могу показаться мнительной, но такие вещи лучше обсуждать лично. Гаррет тонко улыбнулся. – Я бы счёл вас мнительной, если бы за вами никто не охотился. Варель вздохнул. – Я найду вас после разговора с Хоуком, – произнесла Сурана, глядя на сенешаля. Варель поклонился и чеканным шагом вышел из комнаты. Она указала на одну из боковых дверей. – Следуй за мной. Эта часть крепости выглядела почти неповрежденной, и их путь на третий этаж был довольно простым. Сурана отперла дверь, пропуская его в кабинет. – Присаживайся. Из-за не выцветших участков на стене, где раньше висели картины или полки, комната казалась пустой. Гаррет вытащил из-за пояса пачку документов и положил перед севшей за стол Сураной. – Что удалось найти? Гаррет не служил в армии, но был уверен, что именно там она научилась смотреть так жёстко и даже немного пугающе. – Не так много, как хотелось бы, – ответил он, – судя по всему, злоумышленники стали обдумывать заговор ещё до вашего прибытия в Амарантайн, и работают они с куда большей секретностью, чем я ожидал. Но я нашёл письма, – Хоук постучал пальцем по бумагам, – в которых обсуждаются планы смещения власти, и некоторые из них были написаны меньше чем через неделю после вашего назначения. – Как ты их достал? – Сурана сжала губы и кивнула. – Сэр Тамра арестовала карманника, письма нашлись при обыске. Воришка утверждал, что был нанят, чтобы доставить бумаги из одного тайника в другой. Максимум конспирации. – Источнику информации можно доверять? – Я не думаю, что письма поддельные, если вы об этом, – Гаррет откинулся на спинку стула и сложил руки на животе. – Они зашифрованы. Сэр Тамра разобрала достаточно, чтобы обеспокоиться и передать бумаги нам, но большую часть работы мы уже сделали, – Бетани несколько дней просидела за кухонным столом, обложившись клочками пергамента и методом проб и ошибок пытаясь расшифровать код. – Заговорщики использовали однобуквенные инициалы и, да, теперь мы знаем, что их довольно много. Сурана вздохнула. – Замечательно. Сумел найти хоть какие-то имена? – Что ж, я подозреваю кое-кого, но доказать пока не могу, – Гаррет потянулся к стопке бумаг и выудил один листок. – Но его участие в заговоре очевидно. – Лорд Гай, – нахмурилась Сурана. – Как тебе удалось узнать? – Заплатил слуге, и тот выкрал письма, – пожал он плечами. – Мне удалось узнать, что несколько собраний проходило именно в его доме. Она пробежала глазами письмо. – Очень по-логейновски – в каждой тени видеть орлесианских захватчиков. – Как бы то ни было, миледи, он хочет вашей смерти. – С ним разберутся, – Сурана отложила письмо в сторону. – Что-то ещё? – К сожалению, нет, – вздохнул Гаррет. – Судя по тому, что я выяснил, люди в Амарантайне не очень-то рады видеть у власти Серого Стража, эльфа, мага и цареубийцу… Сурана ухмыльнулась. –…но пока что всё тихо – никаких призывов к восстанию. Многие из них больше обеспокоены, будет ли у них что-то на ужин. Капитану стражи вы нравитесь, и он сделает всё возможное, чтобы поддержать мир. Простого люда я бы не боялся – вам следует опасаться знати. Она смотрела на него несколько долгих секунд: – У меня есть предложение. Я не заплачу тебе остаток суммы… вместо этого я хочу нанять тебя на постоянную работу. Гаррет удивлённо моргнул. – Прошу прощения? – Я пока что плохо разбираюсь во всём этом, – Сурана обвела комнату широким жестом. – В том, как править, как решать дела эрлинга, и в рядах Серых, к слову, я тоже новенькая. Я тоже провела небольшое расследование – невзирая на твою странную репутацию, стражники очень хорошо о тебе отзываются. Мне бы пригодились твои умения. – Чтоб меня, – выдохнул он удивлённо. – Андерс всё же сумел раздобыть полезную информацию. – Удачное стечение обстоятельств, – улыбнулась Сурана. – Я, конечно, могла бы полагаться только на Вареля, но и ты был бы очень полезен. – И… что будет входить в мои обязанности? – всё ещё удивляясь, спросил он. – То же, что и сейчас, за исключением одного: работать будешь только на меня. Тайный канцлер, если тебе нужен официальный титул. Чувство лёгкого изумления превратилось в полнейшее ошеломление. – Я… э-э-э… почту за честь, – еле выдавил он, надеясь, что лицо не слишком сильно его выдаёт. – И как это будет происходить – я должен буду присылать еженедельные отчёты или… – Можешь переехать в Башню Бдения со своей семьёй, – сказала Сурана. – Во внутреннем дворе есть дома для офицеров, большая часть из которых пустует. Можете заселиться в любой из них. Тебе будет выплачиваться жалование, – как и близнецам, если они тоже будут работать. Гаррет несколько раз открыл и закрыл рот, пытаясь хоть что-то сказать. У него возникло чувство, что она спланировала всё это заранее. – Когда я могу начать? – наконец-то спросил он. – Как только обустроитесь на новом месте, – произнесла Сурана, вставая, и он последовал её примеру. – Найди Сэмюэла, он покажет тебе дома. Позже мы подробнее обсудим твои обязанности. Не терпится поработать с тобой, Хоук, – она улыбнулась и протянула ладонь для прощания. – Взаимно, – радостно оскалился он и пожал её руку. – Спасибо вам, миледи. К тому времени, как Гаррет добрался до дома, солнце уже давно село. Поднимаясь по лестнице, он услышал приглушённый смех и радостное гавканье. Близнецы были заняты мытьём посуды – вернее, Бетани пыталась обрызгать Карвера ледяной водой из таза с тарелками, когда как Раскаль радостно крутился вокруг них. Стоило Гаррету переступить порог, как пёс кинулся к нему и чуть не сбил с ног: – Угомонись, малыш, – охнул он, отстраняя собаку. – Привет, Гаррет, – с невинным видом произнесла Бетани. – Ну, нам заплатили? – спросил Карвер. Гаррет опустился на стул и покачал головой. – Не-а. В комнате вдруг стало очень тихо. – Что? – тихим голосом сказал Карвер. Бетани обомлела. – Нам не заплатят, – подтвердил он. Создатель, как же он наслаждался происходящим. – Но вместо этого я получил постоянную работу и дом. После долгого молчания младший снова переспросил: – Что? – Сурана предложила мне должность тайного канцлера, – пояснил Гаррет, уже не пытаясь сохранить серьёзную мину и улыбаясь во все тридцать два. – И она хочет, чтобы мы переехали в Башню Бдения. – Святая Андрасте… – выдохнул Карвер, плюхнувшись на стул. – Ты серьёзно? – Ага. Бетани прижала ладошки ко рту. – Ты видел дом? – и после утвердительного кивка Гаррета она спросила с той тревогой, которая может появиться только у человека, всю жизнь делившего комнату с братьями: – Сколько в нём спален? Гаррет показал три пальца, и сестрёнка восторженно пискнула, кидаясь ему в объятья. – Когда переезжаем? – спросил всё ещё ошеломлённый Карвер. – Как только соберём вещи, – ответил Гаррет, и младший рванул в свою комнату, опрокидывая стул. – Но не сегодня. – Завтра? – донеслось из комнаты. Гаррет поглядел на Бетани и вздохнул. – Ты можешь применить свою близнецовую магию, чтобы угомонить его? – Если бы я могла, думаешь, я бы скрывала её все эти годы? – М-да, действительно, – снова вздохнул он. Она бросила быстрый взгляд в сторону спальни. – Когда мы сможем уехать? – Послезавтра, наверное, – сказал Гаррет, потерев лоб ладонью. – Нам надо собраться, нанять повозку до Башни Бдения, поговорить с домовладельцем и Авелин… Бетани наклонилась и поцеловала его в лоб. – Я прослежу за тем, чтобы все вещи были собраны, – пообещала она. – Не беспокойся, – и, похлопав брата по плечу, направилась в спальню. Гаррет улыбнулся, провожая её взглядом. Раскаль положил голову на его колени, и он рассеянно почесал пса за ухом. – Думаю, теперь я по-настоящему смогу о них позаботиться, мама, – пробормотал он. – Прости, что это заняло так много времени. 7 число месяца Волноцвет 9:32 Дракона Андерс был Серым Стражем уже почти месяц, но до сих пор не привык к постоянному чувству сильного голода. В Круге он пропускал приёмы пищи, занимаясь в библиотеке, приготавливая зелья или помогая в клинике. Как-то после Посвящения он попробовал повторить нечто подобное и чуть не упал в обморок. Сегодня вечером Андерс появился за ужином одним из первых, и единственную компанию за столом Стражей ему составлял Варель. Он вежливо кивнул сенешалю и сел со своей тарелкой на дальнем конце стола. Он уже наполовину съел вторую порцию, когда в зал вошла Нерия, окружённая Хоуками. Андерс вздёрнул бровь: он слышал, что она наняла его в качестве своего ручного тайного канцлера, но не ожидал, что они переедут в Башню Бдения. Нерия подвела их к столу и жестом указала на Вареля. – Хоук, ты уже виделся с сенешалем, но… – Капитан Варель?! – вклинился Карвер. Он поднял было руку в воинском приветствии, но осекся. – Сэр, не могу поверить, что вы выжили! На какой-то момент Варель замешкался, но потом его глаза расширились в узнавании: – Рядовой Хоук, – сказал он, – я должен был догадаться. Мне даже в голову не приходило, что вы родня. Я рад, что ты выжил. Ты был в Амарантайне с самого Мора? – Да, сэр. Мы прибыли сюда после того, как Лотеринг пал… Карвер начал возбуждённо и бессвязно бормотать о сражениях с порождениями тьмы, и Андерс отвернулся. Он подумал, что как Страж он, наверное, должен быть более озабочен этой темой… ну, в конце концов, нельзя сказать, что в орден он вступил добровольно. Возможно, чувство самоотверженности и жертвенности придёт позже. Нерия рассмеялась и указала на стол: – Пожалуйста, угощайтесь, – сказала она. – Вам здесь рады в любое время. – Спасибо, – немного смущённо ответила Бетани. Андерс задумчиво поглощал уже третью порцию и наблюдал, как Хоук наполнил тарелку едой и поставил к локтю своего брата. Карвер даже не оглянулся, захваченный беседой с Варелем, лишь вслепую нашарил кусочек хлеба, по-прежнему не отвлекаясь от разговора. Бетани и Хоук сели напротив него. Бетани одарила его мимолётной вежливой улыбкой, и он широко улыбнулся в ответ. – Часто сюда приходите? – спросил Андерс, соблазнительно улыбнувшись. Хоук закатил глаза. – Сурана пригласила нас на ужин, так как мы только что переехали, – объяснил он. – У нас не было времени, чтобы купить что-то на рынке. – А, так вы всё-таки не в Башне Бдения, – сказал Андерс, кивая. – Я поселила их в одном из офицерских домов во дворе, – сказала Нерия, садясь рядом с Бетани. Девушка взглянула несколько испуганно и уткнулась в свою тарелку. – Так-так. Маг и шпион? – спросил Андерс, переключая своё внимание на Хоука. – Ты очень талантливый человек, да? – Я тоже маг, – вставила Бетани, что прозвучало немного оборонительно. Хоук бросил на неё взгляд, и девушка сердито посмотрела в ответ. Её застенчивость моментально испарилась: – Что? Мы за одним столом с двумя другими свободными магами. Если я не могу сказать им, то… – Ты не упомянул об этом, когда представлял нас, – сказал Андерс. Хоук сердито уставился на него: – Тогда ты уже объявил половине таверны, что я маг. Не вижу причин, по которым они должны были узнать и о Бетани. Нерия приподняла бровь. – Да не половина, – ответил ей Андерс. – Может быть, четверть. Максимум. И я бы не сказал, что ты был очень осторожен, повсюду таская с собой посох. – Большинство просто думает, что это странное копьё, – сказал Хоук. – Стоит прикрепить к чему-нибудь лезвие – и все сразу в замешательстве. Нерия укоризненно посмотрела на Андерса и намеренно переключила своё внимание на младшенькую Хоук. – Бетани, какими видами магии ты владеешь? – О! – Бетани выронила вилку из рук. – В основном ледяные и огненные заклинания. – Стихийная магия – моя основная школа! Какие заклинания ты уже знаешь? – Нерия заметно оживилась. Бетани разговорилась о файерболлах и ледяных штормах и заметно расслабилась. Хоук наблюдал за ней с полуулыбкой на лице, лениво ковыряясь в тарелке. Андерс внезапно почувствовал, что тоже улыбается в ответ. – Двое отступников в одной семье? – спросил он. – Это должно быть… – «Весело? Захватывающе? Ужасающе?» – …нечто. – Трое, если точнее, – ответил Хоук, – наш отец тоже был свободным магом. Андерс в изумлении вздёрнул брови. – Ух ты, – сказал он. – Вы когда-нибудь были в Круге? – Отец был, но сбежал, как встретил мать. Она была дворянкой в Киркволле и пожертвовала всем, чтобы быть с ним, – сказал Хоук, уставившись в свою тарелку и деля еду на мельчайшие кусочки. – А мы с Бет всегда были свободны. – Ух ты, – произнёс Андерс, но уже тише. Он подавил нахлынувшую волну зависти, в которой чуть не захлебнулся, потому что Хоук излагал факты так сухо. Тот говорил с таким видом, будто для отступников было обычным делом жениться и заводить детей, а для семей – растить детей-магов в любви и безопасности. – Как вам удавалось избегать храмовников? – спросил он, чуть наклонившись вперёд. – Мы переезжали, – ответил Хоук, не донеся вилку до рта. – Объездили почти весь Ферелден, за исключением Денерима. Я родился в Рейнсфере, потом… – Редклифф, Западные Холмы, Хайевер, Воронье Гнездо, Пик Дракона, Южный Предел, Гринвейл, Гварен, Саузхолд, Лотеринг, – выпалила Бетани на одном дыхании, тут же возвращаясь в их разговор. Хоук указал пальцем на сестру. – Так, как она сказала, – согласно пробурчал он, пережёвывая картошку. Он проглотил еду и пожал плечами. – Каждый раз, когда храмовники начинали что-то подозревать, мы снова переезжали. В конце концов осели в Лотеринге и жили там вплоть до Мора. Потом оказались в Амарантайне. – Хм, – Андерс покачал головой, посмотрев туда, где сидел Карвер. Человек, которого не волнует, что его брат и сестра – маги. Семья, которая готова пожертвовать стольким только ради того, чтобы быть вместе. – А что насчёт тебя? – спросил Хоук. – Как ты оказался здесь? Сурана сказала, что ты был в Ферелденском Круге. Внезапное появление Натаниэля, который сел за обеденный стол рядом с ним, спасло Андерса от необходимости отвечать. – Привет, Натаниэль, – сказал Андерс, – помнишь Хоука? Натаниэль прищурился, посмотрев на Хоука, и кивнул. – Да, – ответил он, – хотя я не знал, что Сурана решила поселить в дом моей семьи ещё людей. – Они обустроились в одном из домиков во дворе, так что технически Сурана пускает новых людей на твою лужайку, – отметил Андерс с весёлой улыбкой. – А ещё технически это больше не твоя лужайка. – Спасибо за напоминание, маг, – огрызнулся Натаниэль. Стол содрогнулся, когда рядом с Натаниэлем плюхнулся Огрен, принеся с собой запах дешёвого пива. Хоук указал на Андерса свободной рукой: – Ты вроде собирался рассказать, как попал сюда из Круга? – напомнил он. – Я сбежал, – ответил Андерс, пожав плечами. – Вообще-то это была уже седьмая попытка. – Ты не очень-то в этом хорош, – отметил Хоук, вздёрнув брови. – Напротив, я очень хорош в побегах, – фыркнул Андерс, – к сожалению, я также очень хорош в том, чтобы быть пойманным. – Я всё время пытаюсь понять, – произнёс Натаниэль, – как храмовники всегда тебя находят? Андерс усмехнулся. – Как находят? Невероятно обозленным. – Тут, верно, есть какой-то фокус, – продолжал настаивать Натаниэль. – Они начали брать на службу женщин, – беспечно ответил Андерс, – храмовник-мужчина в жизни не остановится, чтобы спросить дорогу… – женщин вроде Рилок. Дрянная сука. Он поднял было руку, чтобы почесать шрам на рёбрах, но на полпути опустил её обратно на стол. – С тобой невозможно разговаривать, – закатил глаза Натаниэль. – Стараюсь изо всех сил! – Ты же не всегда носишь мантию, да? – спросил Хоук, потянувшись за ещё одной булочкой из корзины в центре стола. О, это была идеальная возможность. Андерс одарил его шаловливой улыбкой и весьма очевидным взглядом. – Да, когда раздетый, то не ношу, – промурлыкал он. Казалось, что его обаяние никак не подействовало на Хоука. – Я имею в виду, когда удираешь из Круга, – пояснил он. – По мантии тебя легко опознать. – Так же, как по громадному знаку «Я маг!» на шее, – сказал Андерс, показывая на грудь. – Храмовникам ведь если не поможешь – они совсем растеряются. Хоук моргнул, а потом молча уставился на Натаниэля, всем видом выражая необходимость объяснения. – Да, он всегда их носит, – вздохнул Натаниэль. – Буду знать, – пробурчал Хоук. Андерс возвёл глаза к потолку. – Неужели вы двое никогда не слышали о филактериях? То есть, незнание Ната хотя бы можно понять… – Натаниэля, – рявкнул лучник. – …но ты маг! Выращенный другим магом! Твой отец никогда не объяснял тебе, что если храмовники подходят к тебе со стеклянным сосудом и ножом, то надо бежать? – Он не вдавался в такие подробности, – холодно ответил Хоук, – всё сводилось к «если увидишь храмовника – беги». – А, – кивнул Андерс, – полагаю, этот совет тоже неплох. Огрен наклонился вперёд и ткнул вилкой в сторону Хоука. – Ты маг? – спросил он. Хоук повернулся к нему. – Да? – И ты носишь штаны? – Э-э-э, – Хоук опустил взгляд, – да. Он развернул вилку в сторону Андерса, чуть не проткнув Натаниэля в процессе. – Вот видишь, – сказал Огрен, – чудик в юбке. – Я уже говорил тебе, что маги в Круге носят мантии, – раздражённо ответил Андерс, – я не отвечаю за моду среди отступников. – А теперь ты разве не отступник? – сказал Натаниэль. – Да, но у мантий есть много полезных зачарований, – сказал он, нежно поглаживая шёлк на своей груди, – а ещё я люблю перья. – Птицы, – мрачно прошептал Огрен, – им нельзя доверять. Голем знала, о чём говорит. Внимание Хоука вновь переключилось на Огрена. – Голем? Андерс тоже наклонился вперёд с любопытством. Он читал о големах, но знал о них немногое. Уж точно не то, что они могут разговаривать и выражать своё отношение к птицам. Гном рассмеялся. – О, да. Командор встретила этого проклятого голема во время своих приключений. Давайте расскажу… 9 число месяца Волноцвет 9:32 Дракона Гаррет стоял рядом с Андерсом и Натаниэлем, и все трое наблюдали, как Огрен гоняет Карвера по тренировочной площадке. Карв предпочитал скорость защите, полагая, что эффективнее будет убить врага быстро, избегая ударов, и именно поэтому не носил массивный доспех, одеваясь в кольчугу и кожу. Учитывая, что Огрен был в тяжёлой броне и к тому же почти вполовину короче, Гаррета жутко забавляло, что он заставил младшего пуститься наутёк. – И что она надеется тут увидеть? – спросил он, кивая в сторону Сураны. Та стояла чуть поодаль, сложив руки на груди и неотрывно глядя на сражающихся. – Она хочет понять, на что мы способны, – пожал плечами Натаниэль. – На основании наблюдений выстраивает стратегию, в которой у каждого есть своё место. – Она всегда умела играть в шахматы, – добавил Андерс. Тем временем Карвер вскользь отразил удар гнома и с разворота нанёс тому косой удар в голову. – Хорошо, что Огрен в шлеме, – хихикнул целитель. – Иначе травма была бы немного за пределами моих целительских возможностей. – Немного? – повторил Гаррет. – Я очень хорош, – широко улыбнулся Андерс. – Был бы вообще идеален, будь ты чуть поскромнее, – закатил глаза Гаррет. Натаниэль хрюкнул, еле сдерживая смех. Андерс расцвел, заправляя прядь волос за ухо. – Скромность часто переоценивается. Если ты – ох, блин… – он осёкся, глядя, как Огрен сделал подсечку и чуть не разрубил Карвера пополам. – Хорошо, что это не настоящее сражение. Было бы очень обидно портить такое красивое тело… Под очередной смешок Натаниэля Гаррет повернулся к Андерсу: – Ты вообще-то говоришь о моём младшем брате, – рявкнул он. – Предпочитаешь, чтобы я говорил о тебе? – усмехнулся целитель и смерил его оценивающим взглядом. – У тебя тоже очень красивое тело… Гаррет рассерженно зарычал и отвернулся, переключаясь на происходящее на площадке. Карвер и Огрен вновь скрестили оружие. – Кто побеждает? – спросила Бетани, подходя ближе. – Думаю, Огрен, – ответил Гаррет. – Чёрт. – Ага, – он подёргал за ленточку, обвязанную вокруг навершия её посоха. Бетани любила посох отца, но отказывалась носить его без вот этих вот… украшений. – Гаррет! – прошипела она и ударила его по руке. – Просто проверяю крепость узлов, – усмехнулся он. – Я тебя ненавижу. – М-гм. Карвер с гиканьем взмахнул мечом. Огрен блокировал атаку, по площадке разнёсся громкий треск, и обух топора улетел куда-то далеко в сторону. Младший остановился в замешательстве и опустил меч, но гном с размаху ударил его рукоятью топора в висок, и Карв упал, как подкошенный. Гаррет лишь фыркнул, а Бетани в ужасе прижала пальцы ко рту. – О, нет, – произнесла она со смесью ужаса и удивления в голосе. – Хорошо, достаточно, – сказала Сурана. – Андерс, не мог бы ты… – Уже иду, – он подошёл к Карверу, присел рядом и положил ладонь на лоб, игнорируя попытки отстраниться. Тем временем Сурана приблизилась к Гаррету. – Хорошо, Хоук, ты следующий. Поглядим, что ты умеешь. Бетани радостно захлопала в ладоши. Карвер поплёлся с поля прочь, держась за голову и скуля, Андерс и Огрен отправились вслед за ним, причём последний громко сокрушался по поводу поломки любимого топора. Гаррет нахмурился. Если не Огрен, то… – Выбирай сторону, – велела Сурана. Она стояла за его спиной, одну руку уперев в бок и держа меч во второй. – Разрешены любые заклинания, главное, чтобы они не успели убить меня до того, как Андерс сможет вылечить. Он скривил рот и, кивнув, отправился на дальний конец площадки, разминая на ходу плечи. Обычно Гаррет не дрался один-на-один – они с близнецами сражались вместе, прикрывая друг друга и используя слабые и сильные стороны каждого. Всё же у него были шансы победить. А если нет… то даже поражение поставит его в один ряд с Логейном и Архидемоном – неплохая компания, надо признать. Гаррет повращал посохом, вставая в боевую стойку. Сурана также крутнула меч в руке, шагая вперёд-назад по своей части поля. Заклинания или ближний бой? Он решил последовать её примеру, если только ожидание не затянется. – Вы драться-то собираетесь? – выкрикнул Огрен. Андерс и Бетани оживлённо о чём-то беседовали – скорее всего, делали ставки. Гаррет быстро глянул на них, и ровно в тот момент, когда он отвёл взгляд, Сурана атаковала. Этого он не ожидал, всё же он был сантиметров на тридцать выше и примерно на столько же килограммов тяжелее её – но она носила полный доспех, и готовым нужно было быть ко всему. Он рванул с места, прочертив по земле полосу остриём своего посоха. На середине поля они схлестнулись, Гаррет взмахнул посохом, целясь в шею, но Сурана с лёгкостью отразила удар и ушла в пируэт, оказавшись сбоку. Её меч прошёл совсем близко, и он ощутил холодное веяние ледовой магии, кожаный наплечник покрылся инеем. Ей удалось выбить Гаррета из равновесия. Они сошлись снова, скрестив оружие с громким лязгом. Пока без магии, не на таком близком расстоянии. Гаррет толкнул её навершием в грудь, девушка покачнулась, резко выдыхая, и выбросила вперёд ладони. Каменный кулак угодил ему прямо в солнечное сплетение, сбивая с ног и отбрасывая на добрых два метра назад. Он рухнул на бок, едва не выронив оружие из рук. Сурана приближалась, держа меч в обеих руках и очевидно намереваясь в шутку его обезглавить. – Чёрт, – Гаррет сумел встать на колени и взмахнул рукой, насылая парализующее заклятье, и воздух заискрился магией. Он оскалился и поднялся на ноги, занося посох. Один удар в живот и она – Вдруг Сурана вырвалась из-под действия заклинания и послала в его сторону струю огня так стремительно, что он едва успел набросить на себя магический щит – и даже тогда он почувствовал, как жар опаляет кожу. Одновременная попытка наслать паралич друг на друга окончилась небольшим взрывом, заставившим обоих магов пошатнуться. Хоук оправился раньше буквально на долю секунды, но и этого было достаточно, чтобы особым образом исказить Тень и с её помощью вытянуть из Сураны силу. Девушка нахмурилась и выпустила в его сторону пригоршню молний – он выставил посох в защитном заклинании, но это не помогло, и разряд искрами пробежался по коже. Она пригнулась и ударила его плечом в живот, опрокидывая навзничь. Гаррет глянул на облака, тяжело дыша и пытаясь нашарить свой посох, но тут же замер, чувствуя, как острие меча Сураны проходит в дюйме от его шеи. Она улыбнулась и поглядела на него: – Энтропия, – заметила она, глубоко дыша, – и ближний бой. Интересное сочетание. – Основная идея – «замедли и прикончи», – ответил Хоук, привставая на локтях. Она задумчиво кивнула и протянула руку. – Хорошо знаешь эту ветвь? – Достаточно. Тебе предоставить список всех заклинаний или…? Сурана дёрнула его на себя, поднимая на ноги, и Гаррет ощутил слабое искажение Завесы. Значит, он был прав: её силу питает Тень. Интересно. – Позже, – сказала она. – Ещё разок? Он оглянулся на зрителей. Бетани помахала ему рукой, а Андерс подбросил серебряник в воздух и широко улыбнулся. – Конечно. Надо дать Бетани шанс отыграться. Спарринг продолжался ещё два раунда: Гаррет проиграл второй, но сумел выиграть в третьем, наслав за первые тридцать секунд боя все виды порчи, какие знал, и припечатав сверху мощным заклятьем, осушающим ману. – Впечатляет, – сказала Сурана. Она была белее мела, но широко улыбалась. – Хорошо опять иметь в команде специалиста по энтропии. Андерс пересёк поле и положил ладонь Суране на голову, применяя исцеляющее заклинание, – они оба засветились голубоватым сиянием. – Кто-то должен научить твою сестру правилам азартных игр, – произнёс он, поглядев на Гаррета. – В этом она ещё хуже меня, а я последний раз выиграл в «Порочную добродетель» лет шесть назад. – И как тебе это удалось? – спросил Хоук. – Я сжульничал. Гаррет рассмеялся и тут же поморщился от боли в грудной клетке. Возбуждение схватки отступило, и он почувствовал, что на нём и живого места не осталось: как минимум дюжина порезов и небольших ран тотчас дали о себе знать. Он поднял руку, чтобы смахнуть что-то с виска, и поморщился, когда понял, что это его собственная кровь. Андерс взлохматил Суране волосы, за что получил по рукам, и помахал Гаррету: – Идём, дай сестрёнке поиграть. Бетани встала рядом с Сураной с посохом в руке. Эльфийка указала на тренировочные манекены в дальнем конце площадки, и Бет кивнула и встала в боевую стойку. Гаррет тяжело опустился на скамью, морщась от боли, и принялся наблюдать за сестрой. От её огненных заклинаний три чучела разлетелись на куски, а два загорелись. Сурана просияла и возбуждённо замахала руками. – Вот это моя девочка, – пробормотал он с улыбкой. – Это ты её учил? – наклоняясь над ним и аккуратно залечивая порез на лице, спросил Андерс. – Нет, – ответил Гаррет, едва не зашипев от боли, – ей пришлось учиться самой. Мы с отцом не очень-то разбирались в боевой школе. Я могу вспомнить пару ледовых, но на этом всё. – Я знаю немного магии льда и электричества… но в основном моя задача состоит вот в этом… – Андерс взял лицо Гаррета в ладони, и почти в ту же секунду тот облегчённо выдохнул, чувствуя прохладное прикосновение исцеляющей магии. – Вот так, – мурлыкнул Андерс, касаясь пальцами его кожи чуть дольше, чем требовалось. Гаррет искоса посмотрел, как он садится рядом и ощупывает его руку. – Вот бестолковый, – Андерс накладывал очередное исцеляющее. – Сознайся, ты специально дал ей себя побить, чтобы я тебя везде потрогал? Гаррет смерил его, как он надеялся, испепеляющим взглядом. Андерс усмехнулся и провёл ладонью по его груди. – Вообще-то, лапать своих пациентов – жутко непрофессионально, – проворчал Гаррет. – Никого я не лапаю, – парировал Андерс. – Если бы я вздумал тебя лапать, это было бы похоже на… Гаррет схватил его за кисть, не позволив продемонстрировать: – Я понял, спасибо. – Так что, дашь мне тебя долечить? – рассмеялся он в ответ. – Ты можешь не… не флиртовать в процессе? – Мог бы, – сказал Андерс, подмигивая. Гаррет подумал вдруг, не приклеилась ли эта усмешка к его лицу намертво. – Но это вовсе не весело. Хоук поднял на него тяжёлый взгляд, и спустя пару секунд Андерс вздохнул: – Ну хорошо-хорошо, будь по-твоему. Он занялся, наконец, исцелением, и Гаррет поглядел на тренировочную площадку. Большая половина тренировочных манекенов была разрушена полностью, тут и там валялись пылающие пучки соломы и дерева. Бетани и Сурана увлечённо беседовали; эльфийка широко развела руками, очевидно показывая заклинание, – Гаррет почувствовал лёгкое беспокойство, – и обе девушки повернулись к оставшимся чучелам. Стоило Бетани взмахнуть руками, как воздух вокруг неё заискрился оранжевыми сполохами, а в конце площадки что-то взорвалось. Когда дым рассеялся, стало понятно, что ни один манекен не пережил этой атаки, и более того, дальняя стена площадки занялась пламенем. – Ой, – пробормотал Андерс, – как думаешь, им нужна наша помощь? – Они обе знают школу льда, – пожал плечами Гаррет, глядя как девушки хохоча бегут к стене. – Если что – позовут. – Мне нравится ход твоих мыслей, – произнёс Андерс и откинулся на спинку скамьи, вытягивая ноги. Гаррет усмехнулся и продолжил наблюдать, как его сестра помогает эрлессе тушить крепостную стену.