...beauty in all she is...

Глава 5 - Финник! – слышу я знакомый голос: через весь зал ко мне летит Джоанна. Горячо обнимаю девушку. Я скучал по ней. Единственный плюс визитов в Капитолий – возможность увидеть друзей. Почти все менторы очень близки. Каждый здесь понимает, что ты чувствуешь – еще бы, все были на твоем месте. Мы делимся новостями из дома, гадаем, что собой представляет Арена на этот раз, обсуждаем Жатву, стилистов, других менторов и трибутов. - Мне понравились твои, - говорит Джоанна. – Как думаешь, у них есть шанс? - Парень очень даже неплох, но вот девушка безнадежна. Не думаю, что она когда-нибудь держала в руках оружие, - я стараюсь говорить безразличным тоном. Мне почему-то не хочется говорить о том впечатлении, которое произвела на меня Энни. – А ваши как? - Девчонка вроде ничего. Ну а второго ты и сам видел на Жатве, - я вспоминаю испуганного мальчишку. – Чума так расстроен. Что ж, надеюсь, он умрет сразу, - жестко добавляет девушка. Вот уж кому хладнокровия не занимать. Через несколько часов мы, наконец, можем пройти к своим трибутам. При виде Энни у меня перехватывает дыхание. Какая она красивая! Команда подготовки практически ничего не изменила – девушка и так прекрасна. Ее лицо сияет, блестящие волосы рассыпались по плечам легкими кудрями. Но главное – платье. Это море. Не знаю, как стилистам это удалось, но цвет платья в точности повторял цвет моря, такой же глубокий и неуловимо меняющийся. И волны на нем – как настоящие. А позади тянется длинный шлейф как будто бы из морской пены. Заметив мое восхищение, Энни лучезарно улыбнулась. Рэй тоже выглядит превосходно, хотя вид у него не такой довольный – над ним команда явно работала дольше. На нем белая туника, такая же, как шлейф платья. В руках трезубец. - Главное, улыбайтесь, и они полюбят вас – без конца твердит Флинн. Рэй, похоже, готов потерять терпение. Энни же восхваляет костюмы, отчего лица стилистов расплываются в самодовольных улыбках. Я желаю ребятам удачи и отправляюсь с остальными менторами на Круглую площадь, где уже собрались все влиятельные лица Капитолия. Наконец заиграла торжественная музыка, и колесницы тронулись в путь. Пока они не прибыли на площадь, их можно увидеть на больших экранах, куда сейчас и обращены все взоры. Внимательно рассматриваю все колесницы. Наверное, я не могу судить объективно, но четвертая колесница кажется мне лучшей. Но Рэю и правда стоит улыбаться, его ненависть к окружающим слишком бросается в глаза. Зато Энни сияет от счастья, машет и посылает толпе воздушные поцелуи. Зрители от нее в восторге, выкрикивают ее имя, кидают цветы. Но первенство все же отдается Дистрикту-1. Я не могу этого понять. Каждый год стилисты сражаются за право работать с ними, и каждый год трибуты на первой колеснице буквально обвешаны мехами, шелками и драгоценными камнями. Во время речи Президента я не отрываю глаз от Энни, пытаясь сдержать поднимающийся внутри гнев. А она ловит мой взгляд и улыбается, так восторженно, что я не могу не улыбнуться в ответ. За ужином Энни и Дэзи наперебой поздравляют стилистов, и даже мне пришлось открыто признать, что их работа потрясающа. Со стороны это должно выглядеть как обычный праздничный ужин – все болтают и смеются, звенят бокалы, и никто бы не сказал, что двум участникам жить осталось считанные дни. А потом официанты приносят десерт. - Спасибо, - радостно говорит им Энни. - Энни, милая, это же безгласые! – встревает Дэзи, и я борюсь с желанием разбить кувшин с соком об ее голову. – К ним можно обращаться только с приказом! - Что значит безгласые? – непонимающе спрашивает Энни. - Ну как же, им отрезали языки за измену Капитолию, - сообщает Дэзи, как нечто очевидное. Вилка Энни со звоном падает на пол, а девушка поворачивается и смотрит на меня, смотрит так растерянно и беспомощно, как заблудившийся ребенок. А я даже не знаю, что сказать ей, как утешить. Лишь ловлю под столом ее ладонь и ободряюще сжимаю. За весь вечер она не произносит больше ни слова. Смотрит отсутствующим взглядом на стол и не отпускает мою руку.