Из Ночи

Из главы 12: "В связи с давним предубеждением против Темного сообщества только несколько стран в волшебном мире позволили открыто отмечать эти праздники, однако хоть некоторые и более снисходительны чем другие, Британия, к примеру, печально известна своей нетерпимостью. В большинстве подобных стран было достигнуто согласие с нацией гоблинов в конце 1100, что позволяло путешествующим Тёмным волшебникам которым не хватало надёжных мест для проведения достойных церемоний, в безопасности управляемых гоблинами банков бесплатно. Если вы нуждаетесь в подобной услуге список подобных банков предоставлен в конце книги." Конечно же Гарри немедленно пролистал к окончанию книги. Ветвь Гринготтса – Лондон, тут были перечислены почти полдюжины праздников. Одно из них, празднование летнего солнцестояния должно было состоятся через несколько недель. Он прочел о празднике, кажется это было всё очень просто. Вроде бы оно отнюдь не было похоже на те вещи из за которым министерство оказывало повышенное внимание. Оно включало в себя небольшой ритуал где волшебники объединяли свою внутреннею магию с внешней и присягались защищать святость магии. Гарри перечитал клятву несколько раз прежде чем он понял что это такое. Это включало кроме прочего обещание никогда "не примыкать к не магам" и "хранить тайны магии от не магов". На следующий день после вечеринки в честь именин Драко Малфоя Гарри стоял в тени, в своём плаще невидимке снаружи банка Гринготтс ожидая его закрытия для широкой общественности. Он без затруднений пронаблюдал как последние отставшие посетители уходили в наступающую темноту. Глаза Певереллов были воистину восхитительны. Каждый раз, когда кто то проходил мимо его укрытия он сдерживал дыхание и боролся с желанием отправится обратно в Лютный. Это было безумием, но ему было нужно это сделать. Он должен знать как много здесь правды, прежде чем делать какие либо решения. Но как это сделать иначе, он не знал. Эти мысли появились с тех пор как он стал читать Быть Тёмным, но он думал что у него будет больше времени для выбора приемлемого курса действия. Он обсчитался, думая, что Солнцестояние придется на конец Июля, но когда он снова открыл книгу для еженощного пролистывания, он прочитал отрывок снова. И в нём явно заявлялось, что Солнцестояние будет в конце Июня, и не будет других Темных праздников, пока он не вернётся в Хогвартс. Сначала он думал что просто упустил это из виду, затем заметил дополнительную заметку внизу страницы: Учитывая опасность знания не Тёмными волшебниками специальных дат, когда предлагается убежище, банки зачастую предоставляют убежище в течении целой недели. Стоит только подтвердить опасность посещения местного банка в один и тот же день, и вы сможете посетить его в последующие дни. Так что Гарри надо было, решатся сейчас. Пойти в Гринготтс сегодня ночью, спустя несколько дней после Летнего Солнцестояния и надеяться что банк всё ёщё предлагает убежище, или просто не делать этого. Он мог просто сдаться и не выяснять, что это такое, быть Темным волшебником. Было неуютно найти что то казавшиеся столь устойчивыми, на самом деле обвалившимися, и каждый о ком он заботился, был бы пристыжен если бы они знали что он обдумывает подобное. Более того, Дамблдор был Легилементом, и даже если Снейп не раскроет Гарри с его играми с Темной магией (хотя Гарри даже не мог быть в этом уверен) то Директор сможет легко сам узнать. Он был напуган. Когда гоблины закрыли двери позади последних посетителей, Гарри подождал еще несколько минут. Когда не было никого видно на его участке улицы, он потуже обернул плащ вокруг себя и поспешил к двери. Он заколебался, когда достиг её. Услышит хотя бы кто ни будь внутри изобилующего пещерами банка, когда он постучит в неё? Что ж, лучшей идеи у него не было. Он вытянул руку из под плаща и отрывисто постучал в дверь. Секунду ничего не происходило и Гарри прислушивался к эху от его стука, разносившегося в ночном воздухе. Затем бестелесный гоблинский голос казалось прошептал на ухо Гарри – Мы закрыты. Почему ты стремишься войти в Гринготтс? - Мне нужно место совершить ритуал Солнцестояния – сказал Гарри, надеясь, что именно это надо сказать в ответ на вопрос. - А ты с этим припозднился, не так ли? – Спросил голос без следа удивления в нем. Гарри выдохнул с облегчением. Хорошо. Это не было полностью неслыханной просьбой. - Ты можешь войти – сказал голос. - Пожалуйста, следуй за направляющим светом и не отклоняйся в другие секции нашего хозяйства. Комната будет подготовлена. - Благодарю вас – ответил Гарри, но он не был уверен, что голос услышал. Дверь открылась только настолько, что бы протиснутся внутрь, и когда он пересёк порог, он снял свой плащ. Банк был беспросветно темным, но благодаря зрению Певереллов он мог заметить основные очертания огромной главной комнаты. Гоблины всё ёщё суетились за конторками, и работали на счётах, взвешивая и измеряя дневную прибыль. У Гарри было чувство, что темнота по своей природе магическая, потому что она явно сопровождалась заглушающими заклинаниями. Обычный человек мог бы подумать что он один в кромешной тьме. Небольшая сфера желтого света появилась пред ним на полу и ласково толкнула его в ногу. Затем она откатилась на несколько футов и остановилась. Гарри, предполагая что это направляющий свет последовал за ней. Она вела его через банк запутанным путём, мимо офисов и стенок с сейфовыми депозитами и мимо ритуальной комнаты что он видел в свой ранний визит сюда при проверке на наследство. Было ли это меньше чем месяц назад? Наконец направляющий свет остановился в прихожей только с тремя дверьми. Сфера поднялась в воздух выдала один световой импульс и взорвалась, наполнив прихожую тусклым светом. Гарри моргнул в удивлении от внезапных перемен, задумавшись какой сложной должна быть магия направляющего света, затем он вытащил свои очки из кармана мантии так что бы осмотреться в свете. Одна из дверей была открыта, так что Гарри вошел. Комната была очень небольшой, скорее даже маленькая каменная келья без окон, но снабженная всем что ему может понадобится для проведения его первой Тёмной церемонии. Перед приходом Гарри внимательно прочитал, что ему придется сделать. Обе, и Основные Ритуалы и Быть Тёмным содержали указания, хотя книга по ритуалам быстро указывала что церемония была крайне специализированным типом ритуала с в корне отличными целями от большинства других ритуалов. Гарри думал, что он знает что делать, но все равно открыл книги и расположил их на полу рядом с разнообразными вещами, что были приготовлены здесь заранее. Он оглядел предметы и ощутил облегчение, когда опознал их всех. Гарри снял обувь. Это было первым требованием для проведения церемонии Солнцестояния. Другие, более важные иногда требовали почти полной наготы. Затем он с заклинанием надрезал своё правое запястье и позволил крови падать в предоставленный маленький стеклянный кубок. Вскоре другое заклинание запечатало рану, и он взял небольшую кисть, что бы нанести рунный круг на полу своей кровью. Обычно эту церемонию проводят группой с участием каждого члена, но так как Гарри был один, ему приходилось всё делать самому. К счастью правильные руны уже были нанесены на каменный пол, делая его работу намного проще. Он распознал некоторые из них благодаря изучению рунического словаря. Прежде чем закрыть круг он подобрал всё что ему сможет понадобится и перенёс внутрь. Как только он обведёт последнюю руну, он не сможет уйти. Гарри ничего не почувствовал когда поставил окончательную точку в последнеё руне, слабое покалывание в руке было единственным намёком что то что он делал начало использовать магию. На данный момент он был не особо впечатлён, но он намеревался добросовестно постараться, прежде чем выносить окончательное суждение. Он присел, скрестив ноги в центре круга рядом с запачканным кровью кубком и заполнил его из кувшина с чистой водой что был оставлен в комнате. Как только он это сделал, он подумал, что это весьма незаконная кровавая магия. Это был тот тип вещей, за который людей сажали в Азкабан, на пожизненное, но он не видел в этом ничего плохого. Конечно если он принесет кого то в жертву как источник крови, возможно, но какой может быть вред если в кубке его кровь? Следующая часть была самой трудной. Обе книги просто говорили, что волшебник должен соединится ,со своей "внутренней магией", упоминая это как самоочевидную и распространенную вещь в мире. Гарри предположил что это то что Тёмные волшебники изучают на практике, среди подобных себе. Единственный способ соединения со своей магией известный ему это наложение заклинаний, но ему было не разрешено использовать палочку после завершения кровопускания. Он пробовал безпалочковую магию без особого успеха и это была ещё одна причина по которой он едва не сдался перед приходом сюда ночью. Но Гарри заметил что когда ему нужна его магия, она проходит сквозь него, так что он упрямо уставился на тонкую кисть и начал желать что бы она взлетела, пока она вихляя не взмыла над полом, он смог. Он моргнул в удивленном удовольствии на парящую кисть, сделав мысленную пометку повторить этот эксперимент позднее и продолжил. В идеале он должен был произнести церемониальную клятву на Латыни или даже Кельтском, но его уроки Латыни с Зэйтом еще не достаточно продвинулись что бы сделать нечто подобное, не напортачив особенно когда он направил часть своего внимания на удерживании кисти в воздухе. Так что он будет говорить на Английском и надеяться на лучшее. Он чувствовал себя глупо произнося первую часть в одиночку так как по идее её должен декламировать "учитель" всем остальным новичкам, так что бы они могли понять предназначение церемонии. Гарри был один, так что он учил сам себя. Он обращался к пустой комнате, и его слова эхом возвращались к нему. Они объясняли, что магия наполняет тем или иным образом любую жизнь, но было два пути доступа к ней. Первый, это брать её изнутри, контролируемая, сдерживаемая личная магия которой обладают ведьмы и волшебники. Второй путь это взаимодействие с самой магией земли и космоса, направить необузданную магию в себя и умолить её, и отлить её в заклинание, прекрасное и смертоносное в своей неукрощённой мощи. Но следовать второму пути труднее. Принимающий эту магию никогда не сможет полностью её контролировать, сама по себе она почти живая и все ведьмы и волшебники, способные это делать учились работать в гармонии с ней. Гарри прервался на секунду, как и надо было, что бы подумать о том что он сейчас сказал. Это была самая восхитительная из всех существующих идей о природе магии что он когда либо слышал. Прикоснутся к абсолютной нетронутости сырой мощи что пронизывала саму жизнь было почти непредставимо. Ощущая напряженность и твёрдую решимость, он начал произносить клятву. Он обещал никогда не отказываться от своей внутренней магии. (То, что он в любом случае и представить не мог). Он присягал что он будет стремится узнать больше о внешней магии что окружала его, и что он будет пытаться научится соединять свою магию с этой великой мощью. Он также дал слово что не примкнет к не магам и не раскроет секретов магии не магам с целью защиты волшебного мира и самой магии. Он обдумал всё, и решил что это хорошая идея. Здесь не говорилось ничего про людей подобных Гермионе, которая, в конце концов, была очень хорошей ведьмой, а не маглом. Это было защитой обоих миров, волшебные и человеческие рода остающиеся разделенными как можно шире. По мнению Гарри был только один разумный путь. Только гляньте как Дурсли вели себя при столкновении с магией! Что если кто то с большим количеством мозгов и влияния увидит тоже самое? Маглы намного превышают числом волшебников и он не думает что ведьма сжигаемая в старину сможет теперь предложить подержать свечку, если их мир будет открыт в нынешний век. К тому времени как Гарри закончил клятву, он дрожал от подавляемых чувств. Он хотел, что бы это работало. Он так хотел все понять о магии. Это было то что спасало его от ужасов его жизни прежде чем ему исполнилось одиннадцать. И это была единственная неизменная удивительная вещь что когда либо случалась с ним. Он должен знать. И как результат подобного настроения традиционная просьба в конце клятвы была возможно самой искренней что он когда-либо делал, и она слегка отличалась от обычных слов. - Пожалуйста - сказал он. Теперь он определённо чувствовал магию церемонии. Кажется, она дышала в комнате как живое создание. - Пожалуйста, помоги мне понять истинную природу магии. Моя магия может быть соединена со всеобщей магией так что они смогут обе увеличится. Я обещаю, что буду стараться изо всех сил ради знания. Вода в кубке взялась огнём, ярким белым пламенем. Гарри задержал дыхание когда магия в комнате возросла до такой степени, что ничего подобного он никогда прежде не ощущал, объядиняясь и кажется сжимая его тело и душу в своей хватке. Из лекций Северуса Снейпа передающихся среди юных учеников Тёмных убеждений в Хогвартсе и остающихся под их внимательной опекой: Чего мы ищем нашими традициями, церемониями и праздниками? Они повторяются с незапамятных времен, но едва ли это хорошая причина, что либо продолжать. Определённо, мы достигли великого понимания окружающего нас мира, но оно не настолько уж превосходит то что знают Светлые волшебники. У нас есть шанс использовать более первородный, более основополагающий тип магии. Это объединяет нас. Но стоит ли оно преследований, мертвых матерей и отцов, детей и любимых? Стоит ли вечных пряток в тени? Стоят ли они ноши нашего знания, которую с нами никто не посмел разделить? Я не всегда в этом уверен. Но я знаю, зачем нам это. Я знаю окончательную цель. Мы соблюдаем наши церемонии и наши традиции, потому что кто-то давным давно смог дотянутся и коснутся самой материи магии. И что ёщё более необычно, что он, имел непостижимую возможность достичь с ней изумительного единения. Мы не осмеливаемся мечтать о повторении подобного с одним из нас, но мы живём несбыточной надеждой о сне, что когда-либо, какой-то Темный волшебник найдёт это истинное единение что было утеряно так давно. И сделав это, он сможет изменить всё. Гарри Поттер должен был быть Светлым волшебником, по сути даже великим. Если бы прославленная Пророчица Кассандра Трелони была еще жива для чтения будущего, все тысячи нитей, кроме одной, соединенные с нитью жизни Гарри влекли его по этой дороге. Гарри должен был быть Светлым, и несмотря на то повергнет он Волдеморта или нет мир вокруг него будет неизменен достаточно долго. Только одна вела к другому будущему. Но в конце достаточно и одной. Гарри больше не был Гарри. Он не был не кем и нечем. Он был всеми и всем одновременно. Его собственная могущественная магия полностью смешалась с внешней в комнате пока не осталось следов их начала или конца. Это длилось меньше чем секунду. Магия умерилась до своего обычного гудения на заднем фоне мира и Гарри пал на пол рядом со всё ёще горящей водой. На интеллектуальном уровне он знал что с ним случилось. Он просил о соединении своей магии с магией вселенной… и так и произошло. В общем. Но он не мог понять этого даже сейчас, чувствуя, как всё закончилось. Он ощущал, как слезы катятся по его щекам но он не пытался их сдерживать. Это было столь утонченным. Он столько знал. Спустя время, ему пришло на ум, что он должен быть испуган. Что то потрясающее, пришло и ушло и он не знал каковы будут последствия. Книга не говорила, что это будет так. Такого и вовсе не должно было быть. Может он выглядит по другому, чувствует по другому, знает больше? Он всё ещё был Гарри. Просто Гарри как он однажды сказал Хагриду. И такой же, просто Гефест. С уходящими минутами он всё больше и больше возвращался ко старому себе. Он думал о Гермионе, о сокрытии своих тайн, о том как Рон будет реагировать если он когда либо узнает как его лучший друг ходил на вечеринку дня рождения Драко Малфоя. Он хрипло захихикал от последнего, но столь земные мысли дали ему необходимую опору что бы подняться с пола. Он взглянул на себя, он был все тем же, в низкорослой, тонкой личине Гефеста Певерелла. Он не мог припомнить конца церемонии, но он знал что случилось. Он ощущал себя немного тяжелее, как будто нес секрет скрытый глубоко внутри него. Он знал что через день или два весь этот опыт погрузится в глубины его разума и он ненавидел мысли о его утере таким способом, хотя и представлял как оно сможет вернутся к нему когда он будет в нём нуждаться. Кровь и вода выгорели. Комната была просто комнатой. Так как делать здесь, было больше нечего, Гарри собрал свои вещи и открыл дверь. Направляющий свет был снова в своей округлой форме, спокойно пульсируя на высоте в фут. Он последовал за ним сквозь банк до дверей, пересек в тумане Диагон аллею, прошел не глядя на людей всё ещё многолюдный Лютный. Он отправился прямо в свой номер в Шкафу Докси и упал на кровать. Что ж, подумал он, прежде чем уснул. Кажется, я все таки, буду Тёмным волшебником. Он проспал два дня.