Долг или чувства? Ответь, принцесса...

- Отпусти меня, черт тебя подери, мерзкий отвратительный пиратишка! - надрывалась Мисаки, вися у капитана на плече, не забывая при этом молотить его по мускулистой спине. По правде говоря, Усуи ударов-то ее не ощущал, куда более раздражало то, что за небольшое количество времени, как он закинул ее, под оглушительный свист и довольные крики своих людей, к себе на плечи и понес в свою каюту, девушка вопила как резанная. Ох, как она надрывалась - перекричала весь ор грубых мужиков одним махом! И сказать, что отребье было удивлено - не сказать ничего. Но, собственно, чего ожидать от той, кто подслушивал частенько разговоры рыцарей, а те отнюдь не брезговали в своей речи крепкими выражениями. А та, отодвинув всю свою интеллигентность и воспитанность(поняла девушка, что тут это бесполезно, куда действеннее встать с ними на одну доску), не могла остановить рвущийся поток брани. И в который раз удивила пирата с рыжими космами. Казалось - куда уж больше! Он принес ее к себе, захлопнув дверь ногой - та сердито и громко хлопнула. - Да ты, смотрю, хочешь, чтобы я тебя наказал. Это сказано было таким голосом, что Мисаки на секунду открыла рот в изумлении, но тут же вновь завопила: - Похотливый хам! Я требую реванша! Я бы обязательно победила! Это не честно! - Ты же сама говорила, что у пирата нет чести. - напомнил Усуи, встряхнув хорошенько ее тело. Мисаки остолбенела снова. Кожей чувствовала, что он сейчас лыбится, но что могла сказать! - Кстати, что за барахло на тебе? - поинтересовался он, пощупав одной рукой край материи ее плаща. - Не твое дело, проклятый душегуб! Вообще, гори в аду! - У тебя слишком острый язык, рабыня! - глазами усмехнулся Усуи, скинув ее со спины и разминая плечи. Та, визгнув, свалилась кулем, больно ударившись об пол. Он тут же был рядом, подхватив пальцами за подбородок, взглянув в возмущенные золотые глаза, в которых плескалась такая сильная злоба, что невольно взглянув на нее, становилось страшно любому живому существу. Кроме него, разумеется. Его это даже позабавило. - Убери от меня свои руки, похабник! Ее возмущения, словно мимо его ушей проходили. Какой-то звон, эхо, которое тут же стиралось под гнетом его собственных мыслей. Зеленые глаза стали необычно темными. Усуи терзал себя мыслями о том, с какой целью он предложил этой глупой принцессе столь резкую сделку. Однако теперь поздно что-то менять - занавес опустился с ее поражением, но... Для чего ему-то предлагать такое ей? «И с чего это я так разбушевался. Прямо чувствую бушующий вулкан в груди. И злость за ранение моих людей - не главная причина, там она меня более удивила, чем вызвала злость...В чем же дело?» - думал он, не отрывая взгляда от ее такого гневно-оживленного лица. Особенно взгляд концентрировался на...губах. Они шевелились, вываливая на него такую тираду, что потом бы ей самой стыдно бы стало. Шевелящиеся безостановочно, они его раздражали. Или нет? Он сам уже ни черта не понимал, притягивает его это или бесит. Возможно, и то и другое. - Замолчи! - грубо заткнул ее граф, приложив свою руку к ее губам, - честное слово, от тебя одни проблемы! Неужели нельзя вести себя чуть сдержаннее?! ОН смеет еще и обвинять ее?! «Ах он...Ну все!» - пронеслось вихрем в голове, раздражая все больше того монстра, живущего у нее глубоко-глубоко в душе. - Ты, сволочь, смеешь упрекать меня в том, что я закатываю истерику?! - прошипела она, после того, как брезгливо скинула его пальцы со своего рта и утеревшись рукой, - Давай-ка выясним, с чего это я себя так веду! - добавила она с вызовом, схватив его за окровавленный рукав некогда белой рубахи. Переведя дыхание, она начала загибать пальцы, смотря на него: - Во-первых: ты меня похитил! Уже этой причины достаточно, чтобы возмущаться. Во-вторых: ты меня запер в какой-то темнице, где холод несусветный! - ее голос все нарастал, становясь все более напряженным, - В третьих: ты - пират, убийца, разбойник! И, наконец, в четвертых: ты наглая хитрая рожа, которая сжульничала в поединке! А теперь скажи - это достойные причины для истерики?! Если нет, я добавлю еще парочку! - Хм...Может, ты и права, - Усуи наклонился к ней, - я действительно пират, разбойник, но ты многого не понимаешь, так что - следи за словами, а то я сделаю кое-что неприятное. - Что же?! - вскинула она голову с отважным блеском, угрожающе зыркнула на капитана корабля. - Ну, например: стяну с тебя эти лохмотья и заставлю ходить голой. - завораживающе улыбнулся он, смотря на то, как её лицо приобретает красный цвет. - Грязный извращенец! - С твоих губ слетает, что ни слово, то комплимент! - уже отойдя от нее к окну, запаясничал рыжий юноша, не прекращая при этом улыбаться. Мисаки промолчала, только брови нахмурила и исподлобья наблюдала за ним. А потом вспомнив, что все еще сидит на полу, вскочила на ноги, ворча под нос. - Так может объяснишь, что произошло там? - Мисаки скрестила руки на груди, на лицо нацепила маску отчужденности. - А что тебе объяснять? - он развернулся к ней вполоборота так, что золотистая челка упала на глаза, - все просто: ты теперь моя собственность, моя миленькая маленькая принцесса. Она от ярости искусала все губы почти до крови, но себя сдержала. - Но зачем тебе это надо? - осевшим голосом просипела она, судорожно гоняя воздух по легким. Он молча смотрел на ее меняющееся лицо, попытки быть спокойной, а потом, лишенным эмоций, мертвым тоном заявил: - Потому что я так хочу. - Вот как...И всегда ты делаешь, что хочешь? Ответ последовал незамедлительно, но она этого, в принципе, и ожидала: - Всегда. Он разорвал рукав, оголив свою раненую руку, Мисаки поплохело. Глубокая неровная царапина шла вдоль, начиная от запястья и заканчивая на локте. Алая жидкость все еще струилась, крупными каплями, стекая, образуя крупные сгустки. Тошнота стремительно поднялась к горлу. Он тем временем разорвал одну из наволочек и, присев на стоявшую посреди комнаты софу, стал, чертыхаясь, перевязывать свои раны. Мисаки, глядя на мученические попытки завязать крепкий узел одной рукой, не вытерпела: - Давай помогу! - О, надо же, ты хочешь мне помочь, несмотря на то, что именно ты мне руку и изрезала, - язвительно уточнил юноша, хотя и понимал, что помощь действительно требуется. - И все же. - настаивала она, сделав осторожный шаг в его направлении. Мисаки получила лишь насмешливый взгляд. Но ведь он ничего не сказал? А значит-не против. А значит - она сейчас подойдет, сделает повязку ЕМУ. Своему врагу, с которым чуть больше пяти минут назад сражалась на клинках за собственную свободу. Такая быстрая трансформация даже выбила ее из колеи. Мысленно вздохнув, девушка быстрым шагом приблизилась к сидящему напротив на софе пирату, присела, взяв своими ладонями его руку и положили себе на колени. Аккуратно, чтобы не причинить боли, она развязала запачканную тряпку. - На корабле есть спирт? - Только ром. С еще одним тяжелым вздохом принцесса взяла другой лоскут белоснежной ткани, которая осталась от разорванной в клочья наволочки. Со вздохом Мисаки бережно обернула руку лентой несколько раз по кругу, забинтовывая полностью до локтя, стараясь делать покрепче, но не слишком, чтобы не онемела его конечность. А он заколдованным взглядом сверлил ее напряженное лицо. Мисаки чувствовала себя полной дурой и катастрофически боялась сделать лишнее движение - засмеет ведь, похабник рыжий. - На что уставился? - не выдержала она, заметив, что он, абсолютно не стесняясь, даже с нахальством следит за ней. - Ни на что. - Усуи отвел взгляд к окну. Стало спокойнее. Принцесса, не спеша, завязала узел. - Все. - выдохнула она. Усуи скучающим, каким-то отсутствующим взглядом скользнул на ее проделанной работе. - Спасибо. Благодарность прозвучала сухо, с ледяными нотками в голосе. Мисаки решила для своего же блага не обращать внимания на грубость, а молча поднялась и отошла к противоположному углу, так там и остановившись, уставившись в пол. - Что же ты так убежала? Или мне нужно стать безногим или безруким, чтобы ты сидела подле меня, а маленькая принцесса? - издал он смешок, и тут же получил резкий гневно-янтарный взгляд из-под нахмурившихся бровей. - Да если бы так было - я бы ни за что к тебе не подошла! - с возмущением воскликнула принцесса, - Я просто чувствовала себя тебе обязанной. Вот и все! - О, значит, не любим в долгу оставаться... - протянул Усуи, и эта хитрая улыбка, вызывающая у Мисаки отнюдь не добрые чувства, растянула его губы. - Даже если и так, то что? - насупилась она тут же. - Ничего, - с секунду помолчал и добавил, - принцесса. Он уже сразу понял, что стоит назвать эту девушку "неженка", "принцесса", "барышня" или как-нибудь в этом духе, ее словно перекореживает. Сделав это изумительное открытие, он не собирался оставить его без внимания. Так, собственно, и случилось. Мисаки, услышав заветное слово, едва дернула рукой. Личико накрыло волной бешенства. - Прекрати уже! - Прекратить что, Ваше Высочество? - закривлялся пират. - Хватит уже! - взвилась Мисаки, сделав несколько шагов вперед, сжимая кулаки, - Чертов пират! Ты даже не можешь представить, какой силы ненависть я к тебе испытываю. - Хорошо, тогда предлагаю сделку: я не буду называть тебя принцессой, а ты меня убийцей, пиратом и так далее. - Согласна, - быстро заявила Мисаки, но тут же поинтересовалась, - Но как мне тебя звать? - Мое имя Усуи Такуми, - представился зеленоглазый. - Значит, Усуи... - А как мне называть тебя, маленькая непослушнница? Могу ли я, простой грешник, называть тебя по имени, или ты предпочитаешь, чтобы я называл тебя Аюдзава? - Пожалуй, Аюдзава сойдет. - задумчиво кивнула она. - Замечательно, Аюдзава. И еще: где ты обучилась делать перевязки? - Из книг. - тихо ответила Мисаки. - Вот как... Усуи поднялся с удобного места и прошелся по комнате. Нервно, что было нехарактерно и странно даже для него. А потом ни с того, ни с сего заговорил прямо: - Можешь успокоиться - я пока не собираюсь трогать тебя... - Ключевое слово "пока". - перебила она графа, который явно шутить не был настроен и говорил всерьез. Это было в его глазах. Она все поняла и виновато отвернула взгляд в сторону. - Ты вернешься к своей семье, мне нет смысла держать тебя, когда король выполнит мои условия, но ты не должна пытаться убегать, - предупредил он, сверкнув ставшим темно-изумрудным безумным взглядом Усуи. Его зеленые огни сверкали ярче звезд. - Не могу, я не хочу сдаваться вот так, но... если я надумаю сбежать, то прежде хочу еще раз сразиться с тобой! - встряхнула она волосами, те взвились каштановыми кольцами на мгновенье и снова опали, закрыв большую часть спины, - А до того момента, когда буду готова, я буду здесь. С ошарашенным лицом он просто уставился на нее, его брови поднялись далеко вверх в изумлении. - Однако, не надейся, что я останусь здесь надолго! - тут же добавила она, и щеки ее все более алыми становились. - Что ж, хорошо. - согласился с ней пират, думая, что скорее всего, она обещания, пусть столь смехотворного, не нарушит. Этой девчонке хотелось верить моментально, умела она настроить так человека. Хотя сама о своих таких способностях мало что подозревала, если подозревала вообще. Внезапно он заметил на ее лбу бархатную зеленую повязку, и на шее болтался лоскут такой же ткани. «Изрезала, вот же чертовка!» - подумал он, до конца не осознавая: нравится ли ему этот поступок или же тот факт, что его дорогая вещь, порезана на тряпочки, вызывает порыв хорошенько наорать на нее?