Долг или чувства? Ответь, принцесса...

После внушительной тренировки обоим нужно было восстановиться хоть чуть-чуть. Мария встретила их в главном зале замка с неизменно теплой улыбкой. Она приветственно кивнула головой, стоило им появиться в дверях. - Уже закончили? Усуи подозрительно сощурил взгляд. - Закончили что? - Как это что? - изводя графа своим кривляньем, состроила невинные, как у овечки на пастбище, глаза. - Мисаки сказала, что вы на мечах тренируетесь, это ведь так здорово! Усуи перевел взгляд на принцессу, которая стыдливо покраснела. - А что? - смущенно пробормотала она, - Это не такая уж большая тайна, правда ведь? Слабый смешок вырвался у него из горла. Ну да, а эта светловолосая проныра уже небось и проследить за ними успела, она же такая любопытная, как стая кошек! Наивная принцесса. - Мария, помоги Мисаки привести себя в порядок и подбери ей удобную одежду, желательно мужского типажа. Внутри У Мисаки разгорелся волнительный огонек: он впервые назвал ее по имени... Эта мысль так заняла ее, что девушка практически не обратила внимание на его следующие слова про одежду. Зато обратила Мария: удивленно изогнув бровь, блондинка спросила: - Прошу простить, мой юный господин, меня, - не упустила случая съязвить, - но для чего это? Улыбнувшись улыбкой довольного кота и обнажив белую полоску зубов, граф сообщил новость, от которой Мария чуть не подавилась и не грохнулась наземь: - да я вот решил показать гостье наш прекрасный лес, а потому возьму ее на охоту вместе с собой. И это не обсуждается, - добавил он, довольно отметив, что у обеих лица вытянулись от удивления. - Ты что, хочешь только с ней вдвоем поехать, я правильно поняла тебя? - возмущение и гнев переплелись в ее голосе, руки девушка уперла в бока, а глаза опасно сверкнули. - Ты правильно все поняла, дорогая сестра. - подтвердил пират, смотря на принцессу, которая резко сообразила, что это все означает. - Эй, эй! Я ведь не давала своего согласия на это, Усуи! - Будто я буду спрашивать, - раздалось высокомерное фырканье, зеленые глаза насмешливо переливались, - просто смирись. Возмущение ее достигло своего предела, Мисаки становилась все более похожей на котелок, от которого пар так и валит. - Усуи! - Но ты не можешь просто взять и увезти ее! - возразила Мария с растерянностью. - И кто же меня остановит? - несомненно чувствуя веселье, с наглостью поинтересовался он. Да, действительно, кто? В такой напряженной тишине, наступившей столь внезапно, они пожирали друг друга глазами, ничего не произнося в слух. Каждый был в своем маленьком водовороте мыслей и чувств. Мария чувствовала тягучее болезненное чувство в области груди, плавно спускающееся в желудок холодным потоком. Ощущение предательства прочно укреплялось в ее голове. А главное она не могла понять: за что? Разве она поступала с ним также нечестно? За что он причиняет ей столько боли? И пусть даже она любит ту же девушку, что и он. Неужели она в том виновата? Она с грустью посмотрела на Мисаки и вновь на него. Утвердительный кивок. - Хорошо. Все же прекрасно...только вот слезы трудно сдерживать,. Они так и рвутся на волю, душат, однако она не заплачет, особенно при ней. А через два часа с небольшим принцесса и граф, на оседланных лошадях, уехали из замка прочь. Мария смотрела им вслед, как эти двое отдалялись от нее, и словно длинная тонкая игла вонзалась прямо в сердце. Девушка схватилась за него, сцепив зубы от муки. А затем неожиданный приступ кашля скрутил белокурую, Мария согнулась пополам, заходясь в приступе. Несколько капель крови отвратительно растеклись по длинному рукаву платья. Она лишь с грусть улыбнулась, чувствуя непрошенные слезинки, капающие с ресниц. Значит, ее догадки были верными. Не быть же ей во всем такой удачливой. Два месяца назад коварная болезнь не покинула порт просто так, она оставила свой отпечаток на ней. Улыбка перетекла в леденящий душу, совершенно безумный смех, а затем и он сменился безудержными рыданиями и всхлипами. Усуи и Мисаки тем временем выехали на луг. Если сначала Мисаки абсолютно не нравилась затея с охотой, то теперь она даже получала колоссальное удовольствие, а все дело было в том, что ей дали отдельного прекрасного жеребца, и теперь она вкушала удовольствие от верховой поездки. Уж что-что, а верховая езда была ее стихией, точнее, одной из стихий. Пришпорив коня, не скрывая радостной улыбки,она даже осмелилась отдалиться от Усуи, проскакав на несколько метров вперед. Счастливый ее смех был заразителен: Усуи скоро тоже стал улыбаться, глядя на юную девушку с бунтарским духом в глазах. А она смеялась и смеялась себе заливистым смехом, похожим на звон маленьких серебряных колокольчиков. Она мчалась вперед, забыв обо всем на свете: существовал только воздух, небо, зеленый луг и громко фыркающее животное. - Догони меня, пират, если сможешь! - прокричала она, обернувшись секундно и сверкнув ярким золотом глаз. Она бросала ему вызов, и Усуи, не долго думая, усмехнулся в ответ, и мигом позже его конь галопом мчался за ней по пятам. Мисаки чувствовала кожей его приближение и поспешила подогнать своего коня, чтобы не попасться. Граф наблюдал за принцессой, за ее уверенными движениями наездницы и вновь подивился ее разносторонности. Но вскоре смех ее стих: Мисаки остановила коня в нескольких метрах от чащи темного леса и, оглянувшись, вопросительно взглянула на своего спутника, ожидая дальнейших его слов. - Что же ты остановилась? - удивился Усуи. - Жду тебя. - пожала она плечами, - В лесу ведь легко потеряться, а коротать тут пару дней одной мне совершенно не хочется. Для Усуи это было несколько неожиданно, он с удивлением поглядывал на ее как-то резко изменившееся лицо. Да что там лицо! Казалось, даже воздух вокруг нее изменился. - В чем дело? - спросил граф, предчувствуя что-то очень нехорошее. Мисаки прикусила щеку изнутри - не ответила, только руками в поводья вцепилась посильнее. - Ничего. - небрежно бросила она, и в ту же секунду дернула поводья - лошадь пустилась стрелой в темную чащу. Усуи еще несколько секунд смотрел, как она отдаляется прежде, чем позволил лошади тронуться с места. И что-то в тот момент его очень сильно потревожило...Вот только что? - Стоять. - приказал граф, когда они заехали достаточно далеко вглубь. Вопросительный взгляд Мисаки из-за плеча последовал незамедлительно. - Здесь оставим лошадей, пойдем пешком. Черты лица девушки разгладились - она кивнула и легко выскользнула из седла, встав около своей лошади. То же самое проделал Усуи, поводья он привязал к одной из веток. Вытащив из-за спины арбалет, он потянул Мисаки за собой. - А почему у меня нет оружия? - недовольно пробубнила Мисаки, уворачиваясь от веток, которые как назло цеплялись за ее волосы или одежду. - Уж прости, но я бы не хотел, чтобы ты охотилась. К тому же, я не хочу, чтобы ты сбежала. - Но на тренировках ты позволял мне... - А сейчас нет. К тому же, я взял тебя с собой не для того, чтобы ты убивала несчастных зайцев. - А для чего? - искренне изумилась принцесса, дернув его за руку и требуя остановиться. - Скажем так: я бы хотел побыть с тобой наедине. - И для этого ты потащил меня на охоту? - глаза Мисаки чуть не вывалились из орбит. - В замке слишком людно, плюс ко всему, Мария не оставит нас ни на минуту. - А мне кажется, что ты преувеличиваешь, Усуи! - Мисаки испытывала обиду за подругу. Закатив глаза, пират свысока посмотрел на нее. - А ты разве сама не заметила? Стоит нам оказаться вдвоем, как эта маленькая хитрюга оказывается тут как тут, либо подслушивает себе из-за угла. - Как тебе не стыдно такое про нее думать! - на девушку тут же поспешило накатить возмущение. - Она бы так никогда не поступила! - Знаешь, я поражаюсь твоей наивности, Аюдзава. Недовольно глянув из-под бровей, принцесса поджала губы и скрестила руки на груди. - Ты невозможен! Совершенно противный, наглый и невоспитанный пират... - К которому ты что-то испытываешь... - Да, это тоже. - брякнула Мисаки и, поняв что только что сморозила, отчаянно залилась краской. - Нет, я не это имела в виду...Я... Поняв, что оправдаться вряд ли удастся, она закрыла лицо ладонями и сквозь них пробурчала: - Я тебя ненавижу. - Как нехорошо врать. - Усуи улыбнулся, подтянув девушку за рукав поближе. - Подумать только - Будущая правительница, а так неумело лжет. - А я не вру! - Мисаки по-прежнему не отлепляла рук от лица. - Хорошо, если не врешь, то лицо-то свое мне покажи, ваше честнейшество. - Еще чего... Не успела она договорить, как Усуи уже отлепил ее пальцы от лица, а теперь смотрел на ее раскрасневшуюся, не скрывая удовольствия. - Красная, как будто только что из кастрюли достали. - констатировал пират. - Помереть захотел? - завопила девушка и, пытаясь схватить его за шею, запрыгнула на пирата, как кошка. Естественно, что Усуи не смог ее удержать, и, отбросив оружие, упал вместе с ней. - Да уж, с тобой явно на охоту нельзя ходить. - усмехнулся граф, прикоснувшись ладонью к ее волосам. - Молчал бы лучше, похабник. - раздалось в ответ. Мисаки, покраснев еще больше, быстро вскочила с графа и испуганно отвела взгляд. Усуи разлеживаться тоже не стал - поднялся и подобрал арбалет. - Ну же, идем, у нас есть несколько часов до того, как мы отправимся обратно. - Почему это? - Начнет темнеть, да и Мария убьет меня, если я не привезу тебя к ужину. - он загибал пальцы, - Так что...нам лучше поторопиться. - Это ты виноват! Мисаки все не могла успокоиться последние полчаса, да и было из-за чего. Они, черт возьми, заблудились! - Ты же сказал, что знаешь лес, как второй дом! - справедливо возмущалась принцесса. - И что же в итоге? - Если ты будешь так кричать, то на твои вопли скоро сбегутся волки. - спокойно произнес Усуи, и Мисаки тут же захлопнула рот. Но гнев ее никуда не девался. - Как так можно? - уже более тихим, но не менее гневным тоном спрашивала она. - Меня здесь не было несколько месяцев, - пояснил пират, - к тому же, я предпочитаю более море, нежели землю. - Да как угодно! - перебила его Мисаки, - Нам-то что делать? - Я думаю. В ответ - презрительное фырканье. Мисаки смотрела по сторонам, пытаясь вспомнить, откуда же они пришли. Благо, что лошади рядом, Мисаки настояла, чтобы они отвязали их и взяли с собой. Порядком говоря, охота прошла вполне прилично: было наловлено несколько зайцев и штук пять куропаток. На более крупных Усуи не пожелал охотиться. а когда его глаз упал на красивую косулю, спокойно жевавшую траву, Мисаки воспрепятствовала: она перехватила руку графа, отводя назад. - Не надо, прошу. Вопросительно взглянув на принцессу, он, тем менее, арбалет отвел. - Почему? - Сам посмотри... Усуи вновь приковал взгляд к самке оленя и понял, почему Мисаки остановила его: косуля была не одна, рядом с ней скакал задорно детеныш. И такой радостный и счастливый он ластился к матери, не ожидая ничего плохого. - Он ведь погибнет без нее, прошу, не убивай. - прошептала она ему прямо в ухо. Усуи еще смотрел на мать с детенышем, но вскоре утвердительно кивнул и услышал, как принцесса облегченно вздохнула. Но вернемся к их нынешнему положению: они заблудились в лесу, да еще и начал накрапывать дождь. - просто замечательно! - злилась Мисаки, ощущая противные холодные капли на волосах. Солнце же совсем исчезло за серо-кровавыми тучами, а дождь превращался стремительно в сильный ливень. - Идем, живо. - сказал вдруг Усуи и поскакал с поразительной скоростью. Мисаки последовала его примеру. - Куда мы едем? - прокричала она, но ответа не получила, что ее разозлило. Какого черта он ей не отвечает? - Мне знакома эта дорога, здесь недалеко есть место, где мы можем переждать дождь... - А сразу ответить ты не мог? - Мисаки злилась, догоняя его на своем жеребце. - Значит, не мог. - сказал Усуи, хлестнув поводьями посильнее. Мисаки пребывала в задумчивости: куда же он скачет, как ошпаренный. Что это за укрытие такое? Но, конечно же, вслух все это озвучивать она не стала, хотя от любопытства просто умирала. Вода текла по лицу, впитывалась в одежду и неприятно увлажняла кожу, у девушки аж мурашки от холода побежали. Зато теперь она знала, каково приходится вымокшей крысе, ну или отчасти понимала. Неприятно и мерзко. - Долго еще? - прокричала Мисаки, ежась от ледяных капель, стекших на шею. - Почти на месте. - крикнул в ответ Усуи. Несколькими минутами позже, Усуи остановил коня и положил свою руку ему на шею, что-то приговаривая, наклонившись к самому уху вороного жеребца. Скорее всего, как подумала Мисаки, он успокаивал его таким образом. Ничего удивительного она в этом не видела: сама всегда успокаивала лошадей именно таким способом. Ведь лошади - умные животные и все понимают не хуже людей. Принцесса сменила темп и приблизилась к коню Усуи уже не быстрыми скачками, а спокойно. При этом рука ее зарылась жеребцу, такому же черному как тот, что принадлежал пирату, в гриву. Провела вверх-вниз. - Тише-тише, мой хороший. Подняв взгляд, чтобы осмотреться, Мисаки пришла в полное изумление. До нее дошло, где они проведут ближайшее время, пока дождь не прекратится. - Как прелестно-то. - вырвалось у нее слабым саркастическим отголоском. Каменная пещера...