Ничто не кончается

Что будет, если бросить тень на имя, А тени имя дать? Между двоими, Меж именем и тенью есть ли связь? Игры судеб пугающая вязь Мне чудится в понятиях без тела, Без плоти, той, что жизни захотела… …В предчувствии движения племен, Разломов тверди и кончины мира, Пою не то, о чем мечтает лира, А имена теней и тень имен. Олег Ладыженский «Из трагедии «Заря» Томаса Биннори, барда–изгнанника» Сухой жёлтый лист упал в чашу с водой и, прибившись к одной из глиняных стенок, утонул. Несколько минут Шота задумчиво смотрела на него, потом выплеснула воду на густую траву Предела Агаден. - Молодость не может быть вечной, Шота, как не может быть вечным лето, - светловолосый молодой мужчина улыбнулся. Она усмехнулась. - Я сделала это лето вечным, - колдунья обвела рукой свои владения. - Это иллюзия, - спокойно возразил он. – Но всё здесь так же продолжает стареть. Магия не всесильна. Всё зависит не от неё, а от каждого. - Зеддикус, ты ли это? Не ты ли несколько дней назад рассказывал мне о её преимуществах и называл это «преимуществом всесильных над сильными»? Молодой мужчина прищурился, посмотрел на Шоту, но ничего не ответил. Когда последние бордовые лучи упали на землю, отражаясь от стенок серебряных бокалов, висящих в воздухе, и падая, смешались с вином, Зедд сел, выпрямив спину и глядя вдаль. - Я ухожу. Слова упали. Шота тоже села. Зедд не смотрел на неё. - Тебе некуда идти, Зеддикус. - Я нужен. - Нет. Только не Ралам. - Паниз мой друг, Шота, - твёрдо и резко сказал он. - Никогда не был, - отрезала колдунья. – Твоему тщеславию нужны они, эти разинувшие рты зеваки, которые питают твою гордыню. Зедд встал. - Ты ничего не знаешь. Она промолчала. - Я нужен другим людям. Простым людям. - Ты никогда не дойдёшь до них. Твоя сила оборачивается твоей слабостью. И она осядет в богатых покоях Народного Дворца или в одном из борделей. - Я не останусь здесь. И не вернусь никогда. - Не зарекайся, Зеддикус. Быть может, не ради меня ты вернёшься сюда. Но ты это сделаешь. Зедд нахмурился и посмотрел на Шоту. - Это пророчество? - Это предостережение. Молодой мужчина ничего не ответил. Он вгляделся в тёмные глаза колдуньи и прикрыл свои. Где-то далеко его ждала девушка с совершенно другими глазами. Она действительно его ждала. То поняла и Шота. Она молча смотрела за тем, как он уходит, чтобы потом он назвал это «сбежал» и всё-таки вернулся, спасая свою семью, к которой она никогда не имела и не будет иметь отношения. Шота всё это прекрасно знала. Она была хорошей прорицательницей… Женщина слегка улыбнулась и вгляделась в горизонт. Там еле различимой точкой скакал одинокий всадник. И одинок он был не только там, но и в своём желании посетить её обиталище. Когда Зедд подъехал и спешился, то обнаружил, что его давно ждали. Опять был накрыт ужин, разлито вино. Но волшебник слишком спешил, чтобы обратить на это должное внимание. Рядом сидела Шота, пристально и чуть насмешливо смотрящая на него. - Ты продолжаешь свой урок? - Какой урок? - Не притворяйся! - Я не давала никаких уроков никому. Зедд нахмурился. - Что случилось восемь лет назад? - Ты исчез, Зеддикус. Где ты был? - Только не говори, что тебя интересует это, - поморщился волшебник. - Может быть. Ты нашёл то, что искал там? Старик вздёрнул левую бровь. - В библиотеке Рала. - Нет. И ты прекрасно знаешь почему. - Присаживайся. Он сел. - Ты ещё помнишь, как переломить барьер времени? Шота промолчала. - Как ты договорилась с Ралом? Вместо ответа колдунья подняла голову и отвела длинные рыжие волосы. На шее блеснул Рада-Хань. - Великая Шота сдалась на милость магистра? – усомнился Зедд. - Лучше быть временно в Рада-Хане, чем вечность гнить в Подземном мире. - И ты не пыталась снять его? - Ты забыл за эти восемь лет, Зеддикус, что ошейник не прибавляет мне молодости и сил. Ты последний годный на что-то волшебник в этом мире. - Я хочу его изменить. - Мир? – женщина фыркнула. – Это звучит по-юношески тщеславно, но это абсолютно твои слова. Мир все хотят изменить. Кто-то в угоду себе, кто-то прикрывается служением народу, как дом Ралов, но одинаково ищет выгоды себе… - А кто-то действительно служит, - вполголоса сказал старик. - Если ты относишь себя к их числу, то ты глубоко ошибаешься. Разве спасать мир, крестьян Д’Хары, торговцев, придворных, убийц, волшебников ты приехал сюда? О нет! Ты приехал, чтобы спасти себя. И только себя. - Ты ошибаешься, Шота. Если я изменю… - Ты ничего не изменишь. - Мне нужны твои книги. - Рал забрал их. - Но в его библиотеке их нет. - Он их уничтожил. - У тебя были предметы, способные наизнанку вывернуть мир. - Их больше нет, - чем больше спрашивал Зедд, тем спокойнее и равнодушнее становилась колдунья. Наконец он проговорил: - Ты ошиблась. Я умею переступать через гордость. Мне нужна твоя помощь. Она постучала указательным пальцем по Рада-Ханю. - Твои знания. Шота вплотную приблизила своё лицо к лицу волшебника и сказала: - Всё, что ты искал, было уже у тебя в руках, с какой целью это тебе не понадобилось бы. Сюда ты ехал напрасно, ибо только, чтобы узнать об упущенном шансе. Ты не найдёшь здесь ничего, что бы помогло тебе. Мои знания тебе не нужны, Зеддикус. Тебе нужна была уверенность в своих выводах. В погоне за утолением своего тщеславия ты потратил несколько дней, скача сюда. Это было бесполезно. Ты ошибся и ошибся в который раз: ты переступаешь через чужую гордость, но через свою так и не научился. Это погубит тебя, Зеддикус З'ул Зорандер! Старик встал и отошёл от женщины. - Что ты хочешь этим сказать? - Ты не слушаешь меня. Ибо если бы ты слушал, услышал бы всё, что хотел узнать здесь. Зедд посмотрел на свою седельную сумку, достал из неё свёрток и протянул Шоте. Она развернула его. Внутри была книга в чёрной обложке. - Книга Теней. Зачем ты привёз её? - Она поможет мне. Но прочитать её сможет только Истинный Искатель. - Ты ещё помнишь старую легенду. - Чтобы сломать время, мне нужен Искатель, обладающий страшной, простирающейся далеко за границы возможного силой. Я хочу наречь нового Искателя. - Это сказка для детей, Зеддикус, где какой-то великолепный воин побеждает Зло с помощью Меча. В это верят, к чему есть причина. Волшебник молча вновь подошёл к сумке и достал оттуда ещё один свёрток, но не отдал его Шоте, а развернул сам. Блеснула сталь закалённого клинка, рукоять с оттиснутым «Истина». - Меч существует. Колдунья молчала. - Ты же помнишь меня в отличие от других. Ты должна знать о нём! – воскликнул Зедд. – Ричард Сайфер – первый Искатель за последние три тысячи лет! - Зеддикус, в истории не существовало ни одного Искателя. И то, что тебе подсунули очередную ярмарочную подделку, ещё не говорит об истинности всего, что ты представил себе. - Не делай из меня сумасшедшего, Шота! - Нет. Ты забыл о главном. Он вопросительно посмотрел на женщину. - Первое правило волшебника. Ты веришь в то, во что хочешь. - У меня нет другого шанса. Шота усмехнулась. - И кого же Зеддикус З'ул Зорандер наречёт? Не себя ли? - Айзека Рала. Колдунья уронила бокал вина. - Глупость. - Нет. Мальчик обладает силой не только Исповедника, но и волшебника. И сердце его есть истинное сердце Искателя. - Тогда отдай ему эту книгу, - колдунья вернула её Зедду. - Если Айзек сможет её прочитать, он будет обладать неограниченной властью. - Вопрос в другом: сможешь ли ты ограничить его? - Завоёвывать можно не только мечом, магией или страхом, Шота, но и любовью. Хотя тебе это не знакомо. - Мы могли бы вместе много достичь, - задумчиво произнесла женщина. - Это была не любовь. Шота продолжала вспоминать, не обращая внимания на слова старика. - Много лет назад я видела несколько наших развилок. Мир, в котором мы существуем, есть результат одной из них, но не самой лучшей. - Самой лучшей ты признаешь только ту, где власть дарована тебе, - ехидно вставил волшебник. - Власть не даруют, а если даруют, то это всего лишь подачка. Мир мог быть совсем иным, если бы ты послушался меня. - Не хочешь ли ты сказать, что всё зависит от нас? - Всё зависит от каждого. Это твои слова, Зеддикус. - Я не отказываюсь от своих слов. - Ты никогда не хотел применять это к себе. Ты поворачивал каждый урок, закон, даже Правила Волшебника в угоду своим желаниям и прихотям. - Ты не оставалась в стороне, когда я это делал! Шота встала и сложила руки на груди. - Мы оба друг друга стоим, Шота, - тихо сказал Зедд. - Ты прав. В этом ты был прав всегда. - Каждый человек независимо от своей роли творит этот мир. Не будь каждого воевавшего солдата, и войны бы не было. - Их бы заменили другими. В этом они отличаются от нас. Волшебник сложил книгу и Меч Истины обратно в седельную сумку. Внезапно Шота подошла близко к Зедду и взяла его за руки. - Мы незаменимы! Ты не можешь этого отрицать. - Смотря для кого. Если тебя ждут где-то, то ты незаменим. - Но теперь никто не ждёт. Зедд покачал головой и высвободил ладони. На миг старику показалось, что в холодных глазах Шоты мелькнула какое-то странное чувство. Жалость? Горечь? Волшебник покачал головой. - Ты не постарел. Где ты был? - Ты давала мне урок в другом мире. Боюсь, он всё ещё продолжается. Женщина посмотрела в миндальные глаза. - Не будь таким наивным, Зеддикус. Рал не позволит тебе ставить эксперименты над его сыном. - Конечно, нет. Ведь у Даркена Рала нет сына. Но его брат, я думаю, разрешит мне это. Шота молча смотрела, как сумасшедший старик садится на лошадь. Как он стремительно удаляется от неё навстречу горизонту. Как быстро исчезает чёрная точка там, расплываясь с загорающимися созвездиями, которые отражались в стальном блеске Рада-Ханя. А Зедд думал о том, как успеть в Народный Дворец до отправки Айзека в корпус Дракона. - Эрилин, - нежно выдохнул Зедд. Девушка прижалась к плечу мужа и закрыла глаза. Сколько они так путешествовали – никто из двоих не помнил. Просто каждый день они были рядом. И время текло иначе. - Спи. Через несколько минут молодой мужчина уже слышал её ровное дыхание. Каштановые волосы рассыпались по плечам. Когда-нибудь, через много-много лет, они так же будут рядом, но уже в тепле и покое, если только Паниз утолит свою жажду крови. Рал его друг. Зедд осклабился. У Ралов не бывает друзей. Его ведь предупреждали… Волшебник решительно тряхнул головой, отгоняя воспоминания, и пришпорил коня.