* * *
Неуклюжий Рокстеди по его указанию притаскивает Эйприл в их убежище, чтобы, как обычно, попытаться заманить в ловушку черепашек. Мутант-носорог сбрасывает журналистку на пол — будто она не человек, а какой-нибудь куль с мукой. Эйприл падает ничком прямо к ногам Саки… Не будь так силен живущий в нем с детства бес-Шредер — он склонился бы, чтобы протянуть ей руку и помочь встать. Но Шредер не дает Саки этого сделать. И ему остается только стоять недвижно и ждать. К счастью, журналистка легко поднимается на ноги сама. Саки мысленно вздыхает с облегчением. Отряхнув пыль с комбинезона, Эйприл, по обыкновению, высказывает ниндзя всё, что о нем думает. А Саки любуется ею. Ему так нравится слушать этот звонкий голос и смотреть в эти всегда горящие задорным огоньком глаза… Так хочется провести рукой по ее мягким рыжим волосам… По уже сложившейся традиции, ниндзя связывает Эйприл руки. Ей не больно: это так, для порядка. Она какое-то время сидит тихо, надувшись, как обиженная птичка. Ох, снова это сравнение… А потом вдруг спрашивает, пряча от него взгляд с хитринкой: «Скажи, Шредер, а не хотел бы ты сняться для моего нового ток-шоу?» Журналистка, подойдя вплотную к Саки, легко убеждает его развязать ей руки, чтобы она смогла взять видеокамеру. Ниндзя мелет какую-то чушь, продолжая любоваться красотой Эйприл. А она, снимая его на видео, не может сдержать обворожительной улыбки…* * *
Между ними протянулась тогда какая-то светлая ниточка… Это был один из тех немногих дней, когда Саки удалось хотя бы немного побороть, загнать вглубь себя Шредера. Это могло бы стать началом чего-то нового. Но Шредер с лихвой отомстил Саки за ту временную победу… Если бы всё началось по-человечески — а не началось и закончилось по-скотски, — у Саки и Эйприл было бы будущее. Но никогда уже не будет она улыбаться ему. И никогда не обнимет, не прижмется к нему головой. Не уймет разрастающуюся в нем боль…