Безумие на троих.

Когда Мацуно встретил Казутору, прошло уже около года, Баджи стал тем самым связующим звеном в этой компании. Теперь это трио было словно не разлей вода, всегда были вместе, поочередно меняя локации ночевок, по перемене, то у одного, то у второго, то у третьего, они редко когда оставались одни, наедине со своими мыслями. И когда выпадали такие моменты, Чифую много думал, думал об их отношениях. Конечно ребята из Токийской свастики даже не подозревали, что связывает этих троих на самом деле, единственное, что было на уме их друзей, так это только крепкая дружба, связующим которой был — Кейске Баджи. Мысли об их отношениях часто лезли в голову Мацуно, ведь это как-то неправильно, что три парня так отчаянно любят друг друга. Когда Чифую состоял в отношениях с Баджи, а Казутора находился в исправительной школе и блондин, не знающий о нем ни черта, даже не задумывался о правильности отношений. Не брал в учет то, что однополые отношения сами по себе неправильные и ненормальные, но почему-то сейчас он думает об этом слишком часто. Откуда в голове такие навязчивые мысли? У них вроде бы все хорошо, нет никаких проблем, да и Мацуно уже спал с Торой, не считал это ошибкой, сам поддался соблазну, а Кейске поддержал это безумие, которое хранил в себе Ханемия. Откинувшись на мягкую подушку, с губ слетает усталый вздох, он проснулся примерно час назад, и единственное, что успел сделать, так это только проводить мать до прихожей. Сегодня у госпожи Мацуно смена, а это значит, Чифую дома остался один на весь день. Взгляд изумрудных глаз, обводит привычный интерьер его комнаты, лениво и медленно, словно в его комнате могли произойти изменения за семь часов, пока он спал. Но вот взгляд цепляется за стеллаж, на котором он хранит свою большую коллекцию манги, одна глянцевая и тонкая книжечка никак не вписывалась во всю его композицию. Между третьим и четвертым томом одного издания, Чифую напрягает свою голову и пытается вспомнить, что он умудрился туда засунуть? Судя по толщине глянцевого изделия, он понимает, что это журнал, но как он туда попал? Коллекция авиажурналов хранилась на его самой нижней полке, и они лежали стопками, но не стояли так, тем более среди манги. Подросток встает с кровати, чтобы удовлетворить свое любопытство, а самое главное убрать журнал на его законное место, чтобы он так яро не бросался в глаза. Сделав пару шагов по мягкому и ворсистому ковру, что так приятно щекочет ступни, он оказывается у нужной цели. Указательным пальцем Чифую берется за корешок журнала, вытягивая его оттуда, и как только печатное изделие оказалось в его руках, он сразу же застыл, смотря на обложку, даже не отрывая от нее взгляда. Щеки моментально вспыхнули, все лицо горело от смущения, ладони максимально вспотели, ему казалось, что девушка с обложки смотрит прямо на него. А вот Мацуно смущает это, длинноволосая брюнетка с аппетитными формами, в самой раскрепощенной позиции, которую он когда-либо видел, смотрит на него игривым взглядом. Тут и к гадалки идти не нужно, владелец данного журнала может быть один и это — Казутора Ханемия. Насколько было известно блондину, то Тора любитель поглазеть на такие вещи в одинокие и холодные вечера, так он называет любую свободную минуту в стенах своей комнаты. Ханемия и не скрывал того, что в силу своего высокого сексуального желания и пубертатного периода жизни юноша часто прибегал к подобному способу расслабиться, но Баджи знал с самого начала, что Тора просто любит передернуть на что-нибудь и вообще он извращенец. Как-то в очередной вечер, когда Ханемия остался дома, Кейске и сболтнул лишнего, провожая Мацуно до его второго этажа. В тот день Чифую узнал, что у Казуторы имеется огромная коллекция таких журналов в его комнате, которую он тщательно прячет под кроватью. То, что Ханемия извращенец, это ни для кого не секрет, в его комнате стены увешаны плакатами с девушками в купальниках, и будь его воля, то, наверное, эти плакаты имели бы весьма другое содержание, а не просто красотки в бикини. Но пока он живет не один, то приходится довольствоваться этим, чтобы лишний раз не доводить своего отца и не смущать бедную маму, которая наверняка заходит в его комнату время от времени. На данный момент самое главное одно: Что этот журнал делает в комнате Мацуно? Блондин не знает ответа на этот вопрос, сам бы он такое себе точно ни купил, да и ему это не нужно, он в юном возрасте познал прелести отношений и секса, спасибо за это капитану первого отряда Токийской Свастики. Из этого следует вывод, смысл покупать такие вещи, если он может обратиться за помощью к своему парню, к тому же теперь их два. Ответ напрашивается сам, эта вещь принадлежит Торе, ведь насколько известно, Кейске тоже не увлекается такими журналами, он, скорее всего, скупит все, что связанно с животными, нежели чем журналы с пометкой 18+. Когда Чифую выяснил, кому принадлежит эта вещь, в голове появилось сразу же два вопроса: Первое, что он тут делает? И второе, почему именно среди манги у него дома? Использовать этот журнал по назначению Ханемия явно не сможет, ведь в квартире всегда будет присутствовать хозяин комнаты, а значит, сбросить стресс дома у Мацуно таким способом явно не получится, хотя и зачем? Ведь парни спокойно могут заняться полноценным сексом, а если времени будет слишком мало для хорошей подготовки, то в ход может пойти совместная дрочка или оральные ласки, и журнал им явно будет не нужен. Мацуно от греха подальше прячет этот журнал под матрас на своей кровати, не дай бог мать еще увидит. Конечно, мама Чифую была понимающая женщина, она бы и слова не сказала, заметь такую вещь в комнате пятнадцатилетнего подростка, да к тому же парня. Но вот только от одной мысли, что собственная мать увидит это, Мацуно краснеет пуще прежнего, ему стало до такой степени неловко и стыдно, что в голову начали лезть ужасные мысли. А что если мама уже видела? Ладно бы в голову Торе влезла идея оставить обычный порно журнал, но яркая обложка, где на девушки из вещей только ремни и портупея, всем своим видом кричит, что это черт возьми бдсм. Как он теперь сможет посмотреть в глаза матери? Что она теперь думает о собственном сыне? Что он явно конченый извращенец, который в свои пятнадцать лет ублажает себя на картинки голых и связанных девушек. Тряхнув своей головой, юноша выходит из спальни, быстрым шагом проходит по гостиной, смотря в пол, словно боится встретиться с кем-то взглядом, хотя дома он совершенно один. Огибает диван и сворачивает в коридор, сразу же запираясь в ванной, холодная вода поможет сбить этот пылающий жар румянца на щеках, а так же отрезвить мысли. Выкрутив барашек чуть ли не до самого конца, толстая струя воды начала литься, брызгая по всей поверхности керамической раковины. Вцепившись двумя руками за бортик, Чифую глянул на себя в зеркало, красное лицо напоминало больше злость, а не смущение. Юноша шумно выдохнул носом и сразу же сунул голову под эту мощную струю воды. За секунды весь его пыл остыл, ледяной поток бил по его затылку, так что парень сразу же почувствовал, как продрог, а голова ужасно замерзла, но этого казалось мало. Подержав голову так еще около минуты, он резко поднял ее, чувствуя, как обжигающие холодом струйки стекают по его шее, затекая за шиворот. Конечно, такой способ помог охладиться, но Мацуно сразу же замерз, а капли воды капали на пол и края раковины с его намокшей челки. Выключив воду, он берет полотенце, что висело на крючке рядом, им он обычно пользовался, когда умывался и чистил зубы, небольшой кусок махровой ткани, сейчас им вытирает лишнею влагу с волос, как слышит звонок. Никаких сомнений, это точно звонок в двери, но кто мог прийти в такой час? Баджи скорее всего еще спит, сегодня выходной, а это значит Кейске проведет время в кровати минимум до одиннадцати часов утра. А сейчас лишь только начало десятого, гостей он к себе точно не ждет. Но звонок повторился, и Мацуно оставалось лишь одно — проверить кто там, вдруг это курьер или почтальон? Но мама обычно предупреждает о таком, если ждет кого-то из почтового отделения, но тут Чифую не припоминает, чтобы мама что-то говорила о доставке. Блондин подходит к двери, взглянув в глазок, обычно он так не делает, просто открывает двери, но сейчас все иначе. Утренний инцидент с находкой на своем стеллаже заставляют действовать осторожнее, словно он какой-то преступник, которого вот-вот поймают, хотя это просто журнал. Почему эта находка его так смущает? Если поразмыслить, то те вещи, которые они творят втроем, когда остаются наедине, и то более смущающие и выходящие за рамки вон, чем этот журнал. Но логику Мацуно порой сложно понять, ведь то, что они творят, остается тайной между тремя людьми, а вот наличие находки на своей полке может означать, что кто-то мог его видеть, мама или же кто-то из друзей, когда заходили за ним. В глазке перед ним возник глаз, расширенный зрачок и медовая радужка, это Тора, словно он тоже пытался заглянуть в квартиру с обратной стороны. Мацуно вздрогнул от этой жуткой картины, даже на секунду испугался, Ханемия выглядел, как чертов маньяк из фильмов ужасов. Как хорошо, что Чифую за год привык к подобным выходкам парня, и теперь это его не так пугает, но что он тут забыл в такую рань? Неужели вспомнил о своей пропаже и решил забрать ее? Ответ на этот вопрос блондин может узнать, если только откроет дверь и спросит лично у Казуторы. Щелчок замка вернул в реальность, вот сейчас Мацуно как следует узнает, почему Ханемия разбрасывает свои личные вещи у него в комнате, которые не дай бог могла увидеть мама. Открывает двери и видит на пороге растрепанного парня, он словно только проснулся и сразу же рванул к нему, ведь на голове творился полный хаос и весь его вид был помятый. — Чиф, ты долго. — Привычная улыбка на лице, а сам парень заходит в квартиру и плотно прикрывает за собой двери, снова щелкая замком. — Я тебе не помешал? Ты принимал ванную? — Указывает пальцами на мокрые волосы. — Д.да… А ты что так рано? — Решает пока начать разговор не о чем, уходя в глубь квартиры, точнее направляется сразу же на кухню, чтобы поставить чайник. — Судя по твоему растрепанному виду, ты встал недавно, завтракать будешь? Ханемия снимает свои кроссовки и ставит на полочку для обуви, это так на него не похоже, обычно он разбрасывает свои вещи, но не у Мацуно дома. Как-то раз ему хорошенько влетело за разбросанную обувь от мамы Чифую, а так же ему прочитали нотации, и теперь, заходя за порог этой квартиры, он ставит обувь на полку, а куртку больше не бросает в гостиной на диван, а вешает на вешалку. Вот и сейчас, раздевшись, как полагается нормальному человеку, Ханемия, не слушая вопрос, сразу же залетел в спальню к своему парню, подлетая к стеллажу с мангой. Блондин выглянул из дверного проема кухни, чтобы посмотреть, чем занят Тора, но его нет на горизонте, но топот ног дал четко понять, что Ханемия ушел совсем не в том направлении. Мацуно стало интересно, и он пошел следом. Как и ожидалось, Казутора взглядом осматривает стеллаж и полки, где могли лежать печатные изделия: книги, журналы, манга, учебники, все то, что напоминает его пропажу. Уголки губ дрогнули в гаденькой улыбке, Чифую решает отомстить Торе и не говорить сразу, что уже нашел эту чудесную находку, пусть помучается. — Эй, Тора, все в порядке? — Пытается выдавить подобие беспокойства, но актер из него никудышный, поэтому выходит как-то жалко. И благо Ханемия сейчас растерян, поэтому не обращает на это никакого внимание. — Всё просто супер. — Поворачивается на пятках, а в глазах плещет безумие, все такое же, как и год назад, когда они встретились в переулке. — У тебя носки разные. — Подметил блондин, видимо тот очень быстро собирался, что в спешки одевал первое попавшиеся под руку, и теперь на правой ноге красуется леопардовый носок, а на левой синий? И где он только берет эти вещи? — Это модный тренд, так по телевизору говорят. — Махнул рукой, чтобы Мацуно не задавал лишних вопросов, а сам присел на корточки к самой нижней полке, беря в руку стопку журналов про самолеты, Чифую ведь летчиком мечтает стать. — Не знал, что ты интересуешься самолетами. — Конечно, он все знал, просто делает вид, перебирая каждый журнал в надежде найти свой. Мацуно ничего не ответил, он теперь понял, что происходит, Казутора и Баджи были здесь в пятницу, они после школы завалились к Чифую, чтобы поиграть в приставку, а заодно сделать домашние задание, а не мучатся в воскресенье, то есть сегодня. И по всей видимости, Ханемия сунул этот журнал к нему на полку, когда Баджи зачем-то полез в соседнюю сумку, тогда Тора и начал возбухать и возникать, скрывая от чужих глаз свои вещи. В тот день Мацуно не особо принял это во внимание, посчитал за очередной заеб Торы, а вот Кейске хотел узнать, что все-таки скрывал Ханемия. Но если это был обычный журнал, то к чему вся эта конспирация? Казутора не из тех людей, что привык прятать очевидные вещи, да и наличие такой коллекции порнухи у него дома, да и плакаты на всех стенах много о чем говорят, скрывать один из сотни журналов кажется слишком бессмысленным и не логичным. Тора судорожно перебрал все журналы, и как обычно перепутал все, хотя Мацуно собирал их от выпуска к выпуску, в такие моменты блондин становился перфекционистом, когда дело касалось его личной коллекции. Сунув стопку на место, Тора встает и понимает, что всё пропало, скорее всего, мама Мацуно или Чифую нашли его журнал и теперь он благополучно покоится на мусорке. Ханемия знал, что блондин не станет хранить у себя такие вещи, не в его это духе, а раз он до сих пор молчит, значит это могла быть его мать. И тут возникает два вопроса, либо она убрала находку к себе, чтобы провести воспитательные разговоры со своим сыном о половом созревании, либо молча выкинула в мусорное ведро. Но факт остается фактом, до Мацуно пока не дошла эта новость, иначе бы он сразу же с порога начал ругаться и возмущаться. — Мне нужно в спальню твоей мамы! — Выпалил Тора, а Чифую не успел и рот открыть, как мимо него пронесся парень и чуть не сшиб с ног. — Тора! Черт возьми, объясни мне, что происходит?! — Рыкнул Мацуно, что-что, а вот ковыряться в вещах своей матери он точно ему не позволит, ведь если мама заметит, то блондину влетит по первое число, возможно даже накажут дома за такие выходки, ведь мало ли какие интимные вещи могут храниться у одинокой женщины, а собственный сын решил в них полазить. — Все прекрасно! — Крикнул только брюнет, но не успел он перешагнуть порог комнаты, как его схватили за руку, не давая этого сделать. — Чиф, пусти, это дело особой срочности. — Стареется выпутать свою руку, чтобы продолжить задуманное и обшарить спальню мамы Чифую. — Тора, я уже понял, что за дело особой срочности. — Серьезно произносит, всё-таки побесить как следует парня не получится, он всегда на своей волне и делает все, что только взбредет в его голову. Конечно он уже стал немного спокойней, не как год назад, адаптация на воле дала о себе знать, но периодически у него бывали заскоки и он мог перегибать палку. Ханемия остановился, когда Мацуно сказал, что уже в курсе, в чем дело, но стоит как следует убедиться, вдруг блондин врет, отвлекая и вынуждая Ханемию отказаться от своего задуманного плана. Расширенные зрачки янтарных глаз внимательно смотрят в изумрудные глаза, словно пытается заглянуть в саму душу, узнать все секреты и правду. Мацуно отпускает руку Казуторы и делает шаг назад, по ушам бьет противный свист чайника, но сейчас Ханемия его не слышит, он ждет ответа от своего парня. — Если ты ищешь свой порножурнал, то он не в этой комнате, дебич, я перепрятал его, чтобы мама не увидела. — Дожидаться ответа от Ханемии не стал, ему нужно срочно выключить плиту, пока этот противный свист не заставил уши кровоточить от неприятного звука. Мацуно выключил чайник под пристальный взгляд Торы. Эта тяжелая атмосфера в кухне просто давила, но никто не решался нарушить тишину, каждый был поглощен своими мыслями, и только тиканье часов на стене нарушали идеальную тишину. Первым сдался Казутора, этот парень с вечным шилом в заднице не мог сидеть спокойно больше пятнадцати минут, даже на уроках умудрялся что-нибудь выкидывать, дабы развеять скуку. — Солнышко ты мое любимое, прелесть неземная. — Делает шаг на встречу и цепляет пальцами подбородок блондина, задрав немного его голову. — Ты же вернешь мне этот журнал прямо сейчас? — Шепчет в самые губы, едва касаясь их своими, дразнит, он часто так делает, когда заигрывает с ним, с Баджи такой номер не прошел бы, тот сразу бы клыком прокусил бы в ответ, не любит, когда с ним играют. — Почему он тебе так важен? — обводит свои губы кончиком языка, переходя тоже на шепот, но узнать правду хотелось, чем именно зацепил Ханемию этот журнал. — Там пятый разворот слишком прекрасный, молоденькая блондинка в чулках в сеточку, ее взгляд опьяненных страстью зеленых глаз смотрит прямо в душу, она такая горячая и напоминает мне тебя, правда ноги тощие, нет крепости этих мышц.- Начинает заигрывать проводя по внешней стороне бедра Мацуно, чувствуя упругость и силу ног, он парень в конце концов, к тому же янки, поэтому быть физически похожем на девушки не может. — Вздымающаяся грудь с розовыми, прям как у тебя, сосками, что торчат и требуют к себе внимания. Казутора носом проводит по скуле, притягивая Чифую к себе, а тот стал смущаться, представляя себе картину этой девушки, конечно, он не ревновал ни одного из своих партнеров к девушкам, тем более с каких-то журналов. Но вот когда его сравнивают с представительницами слабого пола, так еще и в таком контексте, ему становится неловко. За небольшую свою половую жизнь парни не пробовали такого разнообразия, конечно групповой секс это уже разнообразие, а двойное проникновение и оральные ласки явно не включаются в список классического секса. Но для Мацуно это классический секс, в его понимании разнообразия входят только: плетки, наручники, посторонние предметы и всякие аксессуары. — Не заговаривай мне зубы. — Мацуно коротко чмокнул Ханемию в губы и обошел парня, направляясь к себе в комнату. Так и быть, он отдаст этот журнал. Ханемия хвостиком идет за Чифую, внимательно смотрит, когда парень достает из-под матраса журнал, и хочет протянуть руку, чтобы его вернули владельцу. Но в этот момент у Чифую как-то не по-доброму заблестели глаза, и он кинул короткий взгляд на Тору, парень был весь нервный, об этом кричал весь его вид, словно там скрыта какая-то тайна, а не сексуальная блондинка в чулках, о которой так сладко пел Казутора на кухни. От этого в голове Мацуно поселились сомнения, и он решил лично убедиться в правдивости слов, потому что поведение Ханемии никак не вписывается в картину его слов. — Пятый разворот говоришь. — Блондин только хочет открыть журнал, как Ханемия тянет руки, намереваясь отобрать его у Мацуно. Тот ловко поднимает руку вверх, отрезая возможность заполучить издание в свои цепкие пальцы. Но брюнет не останавливается, корпусом подается вперед и валит Чифую на кровать, придавливая его своим весом, продолжая тянуться. Мацуно опешил на секунду, когда земля из-под ног пропала, а он оказался прижат парнем, но быстро собравшись, он ногой, точнее сказать коленом, упирается в чужую грудь и отталкивает Тору от себя, повалив его на пол с узкой койки. Блондин был не хрупкая девушка, а в меру подкаченный парень, поэтому мог легко дать отпор, и так просто его не завалить и зажать. Мацуно подлетает с кровати, чтобы ринуться бежать в ванную комнату, там он закроет дверь на щеколду и спокойно узнает всю правду, что так яростно скрывает Казутора. Но тот тоже не дурак, поэтому хватает Чифую за ногу и дергает, повалив на ковер, парни оба реагируют моментально на любые дейсвия друг друга. Такая полная сосредоточенность, словно они сейчас находятся не дома, а на каком-нибудь забиве, где важно следить за своим оппонентом во время драки, только тут они не наносят тяжких телесных повреждений, а просто борются за журнал. Чифую оттопыривает задницу к верху, вставая на колени, и руками собирается оттолкнуться от пола, продолжая одной рукой крепко держать журнал, и вот он уже готов сорваться с места, как чувствует резкую, обжигающую боль на левой ягодице, и крепкую хватку чужих рук на своих тазовых костях. Глаза Мацуно округлились, его только что укусили за задницу? Конечно, укус был не настолько сильный, ведь плотная ткань боксеров и домашних спортивных штанов смягчили его, но факт остается фактом, Ханемия тяпнул его за ягодицу, наплевав на нормы морали, лишь бы отобрать журнал. Потерявшийся в пространстве на несколько секунд Мацуно дал фору Торе и тот ловко подорвался на ноги, выдирая из ослабшей хватки печатное издание, после чего пулей рванул в прихожую. Блондин тоже поддался вперед, нет, он не позволит просто так свалить, не узнав ответы на свои вопросы, любопытство съедает изнутри, что там мать его такое? Но Ханемия был быстрее по скорости, поэтому, когда в коридоре показалась белая макушка, Тора с кроссовками и курткой в руках, зубами удерживая журнал, открывал дверь, что сам закрыл. Мацуно делает резкий шаг вперед, чтобы схватить за шкирку парня, но тот словно предвидел этот ход, наклонился вперед и толкнул дверь, выбегая на лестничную площадку прямо в носках. Мацуно тоже выскочил следом, плевать он хотел, что босиком, сейчас перед глазами одна только цель: догнать Казутору и отобрать это печатное издание, в которое так вцепился его парень. Но вот только этого не произошло на первом же пролете, показалась соседка, что встала на пути парней и вот момент истины, до цели блондина рукой подать, бабуля с третьего этажа так просто не сдвинется. Но Казутора ловко перепрыгивает через перила, бросаясь в бега, а женщина лишь недовольно вздыхает, окидывая сердитым и осуждающим взглядом Чифую, его она знала хорошо, как и его мать. Поэтому Мацуно не мог пойти в погоню, просто плотно стиснул зубы и вошел в квартиру, игнорируя вопли и нотации соседки сверху. Закрывает за собой дверь и облокачивается на нее, стараясь полностью проанализировать всю сложившуюся ситуацию. Он проснулся, проводил мать до двери, вернулся в свою комнату, там он обнаружил интересную находку, убрал ее и тут пришел Тора, что так страстно хотел ее заполучить, раз был готов даже рыться в вещах матери блондина, значит, он четко знал, что оставил его именно тут. Ведь первой целью как раз и был стеллаж с мангой, только потом начал рыскать везде. В голове полностью вырисовывается картина, как Ханемия в пятницу, когда они были все втроем здесь, сунул журнал на полку с мангой, после того, когда Баджи решил докопаться, что такого прятал в сумке парень. Зная Кейске, то он наверняка бы не обратил внимание, ведь такие вещи его не интересовали, а значит это единственное место, доступное взгляду, могло так не бросаться в глаза и послужить его временным тайником. Но тогда почему он не забрал его сразу в вечер пятницы, когда парни расходились по домам? И тут поток воспоминаний и мыслей того дня стали проноситься перед глазами, Тора специально оставил этот журнал здесь, ведь Кейске поехал с Ханемией к нему в гости на ночевку, а Чифую остался дома помогать своей маме, как и обещал. Чтобы Баджи не докопался до истины, пришлось оставить его тут, понадеясь на Мацуно. Все вышло именно так, как и планировал Казутора, блондин и сам не сразу же заметил лишнюю деталь на своем стеллаже. А также Тора предполагал, что Чифую не станет смотреть такие вещи, ведь жутко стеснялся, помнит реакцию и на обычные плакаты, от которых блондину было некомфортно в комнате Ханемии. Когда логическая цепочка в голове полностью построилась, пришло осознание, что Тора переиграл их всех, а самое главное имеет какую-то тайну. Глубоко вздохнув, парень прошел в свою комнату и упал на кровать, смотря в потолок. Чифую для себя решил, что рано или поздно откроет тайну этого журнала, что так отчаянно старался скрыть Ханемия. Ведь рано или поздно Мацуно точно окажется в гостях Торы, там-то, среди сотен журналов с похабщиной, он обязательно найдет нужный, ведь прекрасно запомнил обложку.