Абаддон

      - Путешествовать на машине действительно здорово, - улыбается Кенсу, смотря на парня за рулем, - только из-за меня мы выехали очень поздно.       - Даже не переживай об этом. Это был классный день, - качает головой Минсок, выкручивая руль и выезжая на почти пустую дорогу. Час довольно поздний, шоссе слишком длинное, чтобы успеть в Йосу, куда собрались путники до темна. Более того, решив поездить по Тэджону, вместе посмотреть достопримечательности, поискать местные деликатесы и даже посмотреть вместе кино, увлеклись друг другом на долгих шесть с лишним часов, в итоге, выехав из города слишком поздно. Настолько, что солнце уже медленно двигалось к линии горизонта, грозя погрузить Сеул во тьму.       - Знаешь, в крайнем случае мы может остановиться в небольшом отеле по дороге. Если верить карте, их будет два или три на нашем пути, - успокаивающе произносит Минсок, рассматривая собеседника на пассажирском кресле, - меня никто не ждет завтра раньше трех. Но я всегда могу перенести встречу часов так на пятнадцать, - смеется парень.       - У, хорошо быть начальником, - явно подначивая собеседника, произносит До, а потом облизывает пересохшие губы.       - Вполне неплохо, - словно заигрывая, поддакивает Сюмин и в который раз лучезарно улыбается своему спутнику. Но тот только корчит смешную мордочку и принимается крутить настройки радио, пытаясь найти музыку себе по вкусу. Водитель с интересом наблюдает за его действиями, а потом одной рукой лезет под руль, вытаскивая оттуда шнур.       - Ты можешь подключить телефон и поставить свою музыку.       - Одобряешь? Может, я адовый треш слушаю? Или такую розовую попсу, что у тебя жопа слипнется? – спрашивает Су, склонив голову на бок. Но Минсок только пожимает плечами, мельком глянув на попутчика. Кенсу не кажется ему опасным или неинтересным. Иначе бы Мин не посадил его в машину. До определенно интересный. Такой, казалось бы, обыкновенный, если не брать в расчет эти космические глаза и милую мордашку. Одет просто, в самые скучные и серые цвета, болтает немного, и все равно привлекает. Чем-то неуловимым, загадочным. Кенсу красивый, Кенсу изящный, Кенсу привлекательный, Кенсу очень хорошо пахнет.       - Пусть. Мне интересно, что ты любишь, - честно говорит Сюмин, наблюдая за тем, как Дио подсоединяет свой телефон к магнитоле и выбирает, чем бы порадовать водителя. Таким, чтобы на сто процентов пожалел, что разрешил незнакомцу руководить выбором музыки в машине. И парень не придумывает ничего умнее, чем включить Crossfait, которые с первых же нот начинают дико вопить, надрывая глотки. Только Минсок, вопреки ожиданиям младшего, даже бровью не ведет. Лишь поворачивает регулятор звука, врубая ее так, что салон начинает сотрясаться от диких вибраций колонок.       Кенсу смеется, сползая вниз, играет на воображаемой бас гитаре и во всю силу своего голоса подпевает солисту. Сюмин улыбается, сначала просто наблюдая за своим пассажиром, а затем подпевая слова песен, которые ему удается угадать или запомнить. Потому что Кенсу слушает довольно своеобразную музыку. Малоизвестные корейские рок и инди банды, классическую музыку, старый добрый американский рок и даже рок-оперы. Зоркий глаз Кима замечает в выражении глаз, губ, в движении пальцев удивительную точность и красоту. Но больше всего молодой человек поражает водителя, когда неожиданно, закрыв глаза, начинает подпевать партии Сольери «Больно от совершенства» на очень хорошем французском.       - C'est le bien qui fait mal Quand tu aimes Tout ? fait normal Ta haine Prend le plaisir C'est si bon de souffrir Succombe au charme Donne tes larmes       Минсок слушает, приоткрыв рот от удивления. А его спутник, кажется, даже забыл кто он, где он и что он не один. Голос Кенсу словно толкает его с обрыва без парашюта, режет без ножа, заполняет легкие водой. До – Гамельнский крысолов, и звучание его инструмента, голос идет прямо из глубины темной загадочной души. Сюмин заглядывает куда-то в темноту и стремительно падает. Но ему нравится.       - Мог ли я слышать твой голос раньше? – зачарованно вздыхает парень, когда песня заканчивается. - Может, ты участвуешь в постановках или выступаешь в какой-нибудь мальчуковой группе?       - Группе? – До хрипло, бархатно смеется, запрокидывая голову. - Куда мне. Пару раз исполнял саундтреки, если можно так назвать, к глупым рекламам. Вроде средства от поноса. Если ты желудку не господин – принимайте плюс один, - явно издеваясь поет Кенсу, даже исполняя какой-то простенький, странный танец из рекламы.       - С ума сойти! С твоим талантом – ездить по миру! – искренне негодует и восхищается водитель, но Дио только качает головой, улыбаясь.       - Ты же знаешь, в Корее нужно быть талантливым и красивым, чтобы стать успешным и нормально зарабатывать.       - Ты красивый! Очень красивый! – с жаром восклицает Минсок, вцепляясь в руль, и стремительно краснеет, уставившись на дорогу, залитую лучами закатного солнца. В машине повисает молчание. И даже музыка как-то немного не к месту, так что попутчик убирает громкость колонок, отворачиваясь к окну       - Ты тоже ничего, - тихо говорит парень, на что Мин только улыбается.       Парни продолжают свой путь, когда уже темнеет, в полной тишине. Такой спокойной и размеренной. Минсок сосредоточен на дороге, Кенсу на своих мыслях. На какое-то время даже кажется, что между ними вырастает огромная толстая невидимая стена, которую возводит До. Он кажется таким далеким и недостижимым. Даже протянув зачем-то руку, Сюмин чувствует холод и невидимую преграду, мешающую прикоснуться к пребывающему в своем мире спутнику.       - Через двадцать минут подъедем к небольшой деревне. Как насчет остановиться в ближайшем возможном месте и выспаться, а завтра с утра снова в путь? – предлагает Мин, сверяясь с навигатором. - Ночью я плохой водитель. Если верить карте, прямо на въезде стоит какой-то мотель, а если проехать дальше…       - Зачем? В мотеле тоже бывают хорошие номера, - с улыбкой кивает До. - Может, тогда заедем по пути в магазин? Купим чего-нибудь и перекусим прямо в номере?       - Ну, тогда… - смущенно бормочет Сюмин, - снимем два разных номера? Просто… подумают чего…       - Да ладно тебе, - смеется, отмахиваясь, Дио, - даже если подумают, какая разница? Проснемся и уедем. Вряд ли мы снова увидим этих людей.

***

Кенсу, кажется, ужасно скучно в комнате допроса, потому что пока вылетевший из комнаты Донхэ, доведенный до ручки, рвет и мечет. Парень неожиданно отключается от реальности и пялится куда-то в сторону, поверх головы прилипшего к стулу Чонина, чем пугает смуглого стажера до усрачки. Неожиданно для последнего парень начинает тихо петь:       - Je ressens De violentes pulsions J'ai l'impression De glisser vers le fond Si j'ignore – голос негромкий, но приятный и мягкий, заставляющий прислушаться. И неожиданно по ту сторону экрана Дживон делает звук погромче.       - Это что? – удивленно спрашивает парень, а потом под удивленные взгляды своей команды переводит: - Я испытываю безудержные порывы. Кажется, что я скачусь на самое дно, если проигнорирую.       - D'où vient ce fléau, J'adore L'avoir dans la peau. Envoûté par des idées folles. Soudain Mes envies s'envolent. Le désir devient ma prison. A en perdre la raison       - Откуда взялось это бедствие. Я обожаю чувствовать его у себя под кожей. Я очарован безумными идеями. Внезапно мои желания ускользают. Влечение становится моей тюрьмой. До потери рассудка, – стихами за певцом повторяет полицейский, а затем, заметив искреннее недоумение в глазах присутствующих: - Не такой уж я и тупой!       - Но все равно тупой? – выгибает бровь Минхо, а потом фыркает: - Это просто песня. Так что нехуй раздувать из этого тайну мадридского двора. Иди займись чем-нибудь полезным. Сехуна выгони.       - Уберите его с глаз моих, - вздыхает Донхэ, падая в кресло, - допрос все равно ничего не даст. Он только Чонина до нервного тика доведет. Нам нужно еще раз просмотреть материалы дела. Должно же быть хоть что-то, за что мы могли бы зацепиться. Этого ужа голыми руками не возьмешь. Да и пластмассовая рожа уже в пути. Если мы и в этот раз проиграем, в следующий раз снова встретимся через пару месяцев далеко не за чашкой кофе.

***

      Когда уже стемнело, Кенсу и Минсок вместе заходят в небольшой, но очень чистый и опрятный мотель, снимают одну комнату на двоих на третьем этаже, расплачиваются с женщиной за регистрационной стойкой и, сдерживая смешки, уходят к себе. Какая новость для такого маленького городка–деревни. Геи пожаловали! Почти что RM на съемки приехали. Только еще более захватывающе! Смущавшийся до этого Минсок заметно расслабляется, позволяя себе шутить по поводу культурного шока у администраторши.       - Пойдешь в душ первым или я? – спрашивает Су, ставя пакеты с купленной едой на небольшой столик, неподалеку от роскошной двуспальной кровати. Минсок заметно нервничает (как будто До мог не заметить, что он купил упаковку презервативов).       - Иди первым, - чуть улыбается Ким, мягко отбирая из бледных ладоней ручки пакетов. Дио в который раз облизывает пересохшие губы, словно нарочно дразнясь, а потом чуть кивает, соглашаясь. Сюмин сам не замечает, как, пытаясь не дать младшему залезть в покупки, оказывается в опасной интимной близости от своего спутника. Но тот, кажется, не смущен или даже не заметил этого. До чуть вздыхает, и Мин физически чувствует его дыхание на своих губах, отчего низ живота начинает приятно тянуть. В это же время тонкие бледные пальцы подцепляют края светло-серой футболки, обнажая молочный подтянутый живот и узкие прямые плечи с выпирающими ключицами. И Минсок придумывает способ дотронуться до парня, мягко отодвигая его в сторону, чтобы пройти к телевизору и взять со стоящей под ним тумбочки полотенце, чтобы протянуть младшему.       - Спасибо, - тихо благодарит Су, забирая из чужих рук махровый кусок ткани и чуть соприкасаясь пальцами. Электрический разряд бьет прямо под кожу, поражая сосуды. И в этот момент почему-то Мин слышит голос своего преподавателя по японскому языку, который тихо по слогам произносит слово «А-ку-ма». Демон. И не то чтобы Сюмин был примерным, старательным учеником, но это слово въелось под корку и навсегда приобрело облик парня с темными глазами – выходами в открытый космос и вишневыми губами. Кенсу уходит в ванную, словно растворяясь в воздухе, и неслышно прикрывает за собой дверь.       До поет в душе, и это не просто дикие вопли мартовского кота. Дио поет так, что Мин ненадолго замирает у двери, чтобы послушать, и нервно сглатывает, когда Кенсу выходит из ванной. На парне нет ничего, кроме полотенца, держащегося на узких бедрах благодаря голому энтузиазму. Младший сушит волосы феном, когда старший уходит освежиться после дороги.       В комнате царит полумрак. Су ограничивается только светом экрана телевизора, расставляя на маленьком столике две упаковки запаренного рамена, раскладывая палочки и кое-какие нехитрые закуски, купленные в местном супермаркете. Оба парня, так и не одевшись, ужинают, смотря телевизор, но даже вдвоем не съедают и половины. Смешная школьная игра. Они знают, зачем пришли сюда на самом деле, но соблюдают этикет. Даже немного выпивают. Хотя оба воздерживаются от большого количества алкоголя. Словно снова дань этикету и, как вариант, сказать наутро, что были пьяны.       Кенсу лениво щелкает каналы, пока затаивший дыхание Минсок рядом решает придвинуться. Он совершенно не разбирает происходящего по ТВ, думая только о вишневых губах и чистой молочной коже. До рядом с ним раскрывается, как бы приглашая придвинуться еще немного.       Неожиданно его брови вопросительно ползут вверх.       - Смотри, порно канал. Не слишком ли шикарно для такого отеля?       - О, и правда! – искренне удивляется Сюмин, на секунду отвлекаясь, чтобы посмотреть. Как холодная узкая ладонь ложится на подтянутое бедро. Ведет вверх, под белое махровое полотенце. Вишневые губы не выходящие у него из головы оказываются совсем близко и парень рад, что, наконец, может их поцеловать. Он вообще оказывается щедрым и умелым, когда дело доходит до ласки. А еще очень терпеливым. С особым удовольствием Ким стаскивает с него единственную деталь гардероба. Собственное полотенце падает само. Затем Мин притягивает своего дьявольского попутчика, ложась вместе с ним на кровать, крепко обнимает, переплетаясь ногами, и с удовольствием снова припадает к губам. Целовать Кенсу приятно и сладко.       Минсок изучает пальцами бледную кожу, обрисовывает плечи и предплечья, длинную шею, пересчитывает ребра, гладит чужие бедра. Языком очень тактично проникает в чужой рот, проводит по верхнему ряду зубов. До не может описать, нравится ему или нет происходящее. Давно никто с ним не был так ласков. Поэтому Дио решает подстроиться под предпочтения партнера.       Пухлые губы касаются основания подбородка, опускаются медленно вниз по шее, прихватывая кожу и оставляя неяркие розовые пятна, которые обязательно сойдут утром. Сюмин спортивный, подтянутый. Твердый. Везде. А еще он немного пахнет чистотой, стерильностью, мылом и его собственным неповторимым запахом. Сюмин тихо стонет, когда Кенсу прихватывает губами розовый аккуратный сосок, чуть прикусывает, обводит языком, отстраняется и припадает к другому. Твердый напряженный ствол Минсока упирается куда-то в районе живота. И, когда парень начинает двигаться, приятно трется о кожу.       Облизнувшись, Кенсу спускается вниз, устраиваясь между ног партнера, и заглатывает головку. Ким замирает, наблюдая за случайным попутчиком сверху вниз. До сосредотачивается только на части у себя во рту, лаская языком, посасывая, позволяя крупным каплям слюны сползать вниз. Сюмин старше, но хлюпающие звуки и собственные тихие стоны, заставляют его смутиться. До размазывает слюну по всей длине члена и начинает медленно сосать. Он явно давно этого не делал, но тем не менее, прекрасно знает, что партнеру нужно. Минсок расслабляется, позволяя младшему взять ситуацию в свои руки.       Кенсу вспоминает, почему любит делать минеты. Приятное ощущение растягивающихся уголков, покалывающее напряжение в губах и небольшие ранки, которые становятся чуть шире, болезненно ноя. Стекающая вниз по языку слюна и солоноватый привкус кожи, примешивающийся к нему далеко не всегда приятный, но все равно возбуждающий привкус кожи. Для Кенсу минет – искусство. Как опера. Поэтому парень сохраняет темп, двигаясь размеренно, но вбирая глубоко, почти во всю длину. Ким готов кончить, встречаясь с парнем взглядами. Никому на его памяти так не шел член во рту. Никто не сосал с таким удовольствием.       Минсок упирается ступнями в постель, кладет ладони на чужие плечи и тяжело дышит. Кенсу ускоряется и замедляется, двигает головой по кругу, втягивает щеки, мягко массирует мошонку. Парень ненадолго отстраняется, перевести дыхание, тяжело вздыхает, обдавая член горячим дыханием, а затем чуть приподнимается, целуя выпирающие косточки. Чуть прикусывает их, одной рукой продолжая надрачивать Мину. Вверх вниз, пачкая спермой чужой живот и собственную руку. И снова вбирает член, чувствуя по сжимающим волосы пальцам, что партнер почти готов кончить. До специально доводит минет до кульминации, не отстраняясь и позволяя Сюмину с громким благодарным стоном кончить в рот.       Минсок убирает прилипшие волосы к вспотевшему лбу. Кенсу по-кошачьи облизывается, лижет пальчики на руке и походит на кота, который секунду назад лакал сметану, а теперь умывался.       - Малыш, ты проглотил? – спрашивает Сюмин, а затем тянет Кенсу на себя, подминая. - Можно?       - Позаботься обо мне хён, - тихо просит Дио, обнимая парня за шею.       Секс с Минсоком тоже выходит размеренным и сладким, тягучим, как патока. У него просто потрясающий член, что До ощутил еще своим ртом. Довольно крупный и длинный, не безболезненно входит, доставляя партнеру почти какое-то мазохистское удовольствие. Кенсу откидывается на подушке, закидывает ноги на поясницу Минсоку, максимально открываясь для проникновения, ведет ладонями по сильной спине, изучая.       Сюмин растягивает и заполняет партнера полностью. Его широкое крепкое тело значительно шире тела Кенсу, что позволяет почувствовать ему свою принадлежность Минсоку на эту ночь. Его ласки, этот размеренный секс даже чем-то похож на истинную любовь в понимании Су. Ту, что, словно пламя, горит долго, но греет только тех, кому она предназначена. Ким надежный, приятно тяжелый и ласковый. Дио с ним как домашний ласковый, но игривый кот, позволяющий себе поддразнивать и даже царапать хозяина.       А еще Минсок может много и долго, сильно выматывая партнера к глубокой ночи. Поэтому Су еще приходится постараться.       - Ты поставил мне засос, - смеется До, рассматривая себя в зеркале.       - Мог бы и мне поставить, - пожимает плечами Сюмин, дожидающийся своего красивого любовника в постели.       - Побоялся, что твоя невеста заметит, - насмешливо бросает Кенсу. И Сюмин ловит его тяжелый пугающий ехидный взгляд в отражении. Отчего сердце предательски екает.       - Откуда… почему…       - Случайно, хён, случайно, - качает головой До, а потом потягивается, - не переживай. Мы оба понимаем как, почему и зачем. Не маленькие.

***

      - Погибший Ким Минсок. Прокурор. 29 лет. Женат. Жертву нашли в 14.30, 24 апреля, задохнувшимся угарным газом в собственной машине, на трассе. Недалеко от города Йосу, куда он возвращался из Сеула, - говорит Исин, вышагивая туда-сюда возле доски, где висят четыре фотографии. Среди которых есть Минсок и Кенсу.       - Смерть наступила где-то между шестью и семью утра, - вставляет свои пять копеек сидящий в чужом кресле с ногами, прямо в новых брендовых кроссовках, Сехун, - в крови были обнаружены следы алкоголя. А если проще, скорее всего, перед смертью Минсок хорошенько принял на грудь. И потрахался.       - Подозрения на Кенсу упали после того, как один из охранников в билетных касса ТэДжона припомнил, что видел этих двоих вместе, обедающих в одном из маленьких ресторанчиков, - продолжает Исин.       - Однако у моего клиента есть не только билет до Кимхэ. Кассир его вспомнила как скромного айдола. Так же водитель автобуса подтвердил, что запомнил в автобусе парня, похожего по описанию на Кенсу. В точно такой же одежде, такого же роста. Вежливого и тихого. Он запомнился тем, что совершенно случайно наступил на ногу 21–летнему Ким Ювону, который так же запомнил моего подзащитного как «слепого осла». Напомню, что у До проблемы со зрением, - раздался до боли знакомый голос. Позади полицейских оказался никто иной, как Чунмен, загибающий пальцы.       - К сожалению, это подтвержденная информация, - кивает Минхо, - только хотел вам ее сообщить.       - К сожалению? – передразнил Сухо. - Мне кажется, вы просто пытаетесь повесить все незакрытые дела на До Кенсу. Так что будьте готовы доказать, что это не так. И… ах да. Четвертое – у моего клиента нет никаких причин убивать Минсока. Они даже не были знакомы до случайной встречи в Тэджоне. Где и познакомились только благодаря тому, что погибший обратил внимание на парня с легким недомоганием. Но самое главное – это не ваша юрисдикция. Этим занимается Йосу. И у местных следователей До Кенсу нет в списках подозреваемых. Кроме того, по документам это никакое не убийство. Так что я, пожалуй, заберу его из участка. И вы не можете меня остановить

***

      - А поехали в Йосу, прямо сейчас? – предложил хлебающий прямо из горла шампанское Кенсу, плотнее прижимаясь к Минсоку.       - Зачем? – непонимающе похлопал глазами парень, отбирая алкоголь и вливая в себя добрую половину.       - Всегда хотел потрахаться в машине, на открытом воздухе, - наигранно-пьяно смеется До, пытаясь поцеловать своего любовника. Но выходит хреново. Вместо щеки Кенсу встречается губами с обнаженным плечом Кима, обводит его языком, поднимается вверх до шеи. Коротко целует скулу, обводит языком ушную раковину и проникает глубже, заставляя парня рядом вспыхнуть и тихонько застонать. Мин обвивает рукой узкую хрупкую талию, мягко приподнимает лицо парня за подбородок и снова целует.       - Блять, если бы я встретил тебя раньше, никогда бы не женился.       - Тш…. – улыбается До, прикладывая палец к губами Кима, - давай останемся обез… обезличенными. Ладно?       - Не хочу, - пьяно машет головой Мин. Так интенсивно, что кажется, она у него оторвется. Дио смеется сквозь сомкнутые губы, а затем, набросившись на Сюмина, принимается его одевать.       - Поехали, поехали. Хочу тебя в машине, - смешно канючит Кенсу. И, конечно, получает желаемое. Парни, словно воры, прошмыгивают мимо стойки дрыхнущего администратора, оставляя ключи на столе, и выходят на улицу. Минсок настолько пьян, что не может попасть ключом в зажигание. Однако ему на помощь приходит чуть более трезвый Су, который оказывается совсем неплохим водителем. Парень выруливает на трассу, уверенно держит руль в руках, пока совсем плохенький Сюмин пытается собрать все свои силы в кулак и дать попутчику то, что обещал. Выходит, правда, плохо.       До наигранно смеется, подговаривая старшего выпить еще глоточек шампанского, и прибавляет скорость, ненавязчиво подъезжая все ближе и ближе к обочине. Кажется, что алкоголь, если он вообще в нем был, выветрился почти без остатка. Взгляд темных глаз сосредоточенный и спокойный. Пугающе стеклянный. Дио то и дело бросает взгляды в зеркало заднего вида, внимательно смотрит на навигатор. Но Мин, к своему несчастью, этого не замечает. Ему ужасно весело. Парень бодр и готов к приключениям. По крайней мере, ему так кажется.       Наконец, машина останавливается. До полуложится на руль, смотря на своего спутника, и лучезарно улыбается, продемонстрировав свою фирменную улыбку-сердечко.       - Чем займемся?       - Иди ко мне, - требует буйный пассажир, отбрасывая бутылку с недопитым шампанским на заднее сиденье автомобиля. На секунду на лице Кенсу появляется плохо скрытое раздражение. Он не рассчитывал, что клевавший носом всю дорогу Ким вдруг оживет.       - Может, выпьем?       - Не-е-ет, тогда я усну, - хихикает Сюмин, снова шлепает себя по коленкам. До фыркает, но послушно перелезает на пассажирское сиденье, позволяя парню откинуться на сиденье. «Как прозаично» - проносится в голове Су, когда он расстегивает сначала чужую ширинку, а потом свою и медленно опускается на член. Бледные пальцы сжимают чужие плечи, когда До полностью садится, принимая в себя Минсока во всю длину, и от самых кончиков пальцев разливается тепло и удовольствие. Если бы Сюмину не нужно было скорее умереть, Дио бы с удовольствием пробыл в таком положении. Он никогда не мог объяснить природу этого странного чувства. Любви к наполненности. Несмотря на то, что он мог спать и с женщинами.       Но нельзя затягивать. Время только до рассвета. Поэтому Кенсу начинает двигаться, Мин вскидывает бедра навстречу в пьяном благородном порыве сделать До хорошо. И выходит у него вполне неплохо. Дио, привыкнув к своему положению, движется быстрее, приближая партнера к разрядке и не отводя своих гипнотических глаз. Спустя какое-то время Су добивается своего, выматывая партнера до такого состояния, что алкоголь просто вырубает его прямо на сиденье. Со спущенными штанами и скачущим на нем До. Парень бы рад остановиться, но немного оттягивает момент, наслаждаясь даже невменяемым партнером. Кенсу падает на чужую грудь, стискивает пальцами подбородок, проникая в рот спящего языком, глубоко целует, приподнимая и опуская бедра.       Наконец, когда он почти готов кончить, парень останавливается, слезая. Кенсу застегивает чужую ширинку, а затем облизывает пальцы и высовывает руку наружу, проверяя ветер. Потом перелезает на пассажирское сиденье, заводит мотор и немного перестраивает автомобиль, чтобы не помешал его планам. До мог бы быть механиком. Но его профессия никак не связана с машинами или готовкой, как он наврет потом Чонину.       Переставив машину, До выкручивает крышку у стоящей в багажнике внедорожника канистры с бензином, включает печку на полную мощность, плотно закрывает окна и двери и уходит. Ему нужно как можно быстрее добраться до ближайшего населенного пункта пешком и переждать в какой-нибудь самой захудалой гостинице.

***

      - Теперь, когда Минсок мертв, скажешь мне, чем он тебе не угодил? – спрашивает сидящий на пассажирском сидении симпатичного голубого порше До.       - Он под меня копал, - пожимает плечами Сухо, выруливая на главную трассу и перестраиваясь в нужный ему поток машин, - у него было достаточно документов, чтобы вскрыть мои старые дела с депутатом N, и, возможно, твои.       - Вот оно что. Он пронюхал, что ты грешен как черт и мог тебя самого посадить? – фыркает До. - Точно никто не догадается, что в Кимхэ вместо меня прибыл ты, а не я?       - Кенсу-я, ты, конечно, гений. Но я тоже не идиот. Поверь. У меня была с собой даже Айди карта с моим фото и твоими данными. Я светил ей как мог. Так что кого не спроси в Кимхэ - До Кенсу прибыл вечером, зарегистрировался в хорошем отеле, а утром следующего дня ходил в краеведческий музей, в традиционную деревню. Теперь ты можешь мне доверять, как никому. Мы в одной лодке.       Кенсу глухо расхохотался. В одной лодке? Весьма наивное заявление. Оба прекрасно понимали, в лодке находился только Чунмен, несмотря на деньги и связи. У Кенсу был как минимум хороший катер. Выпасть из него сложно, как бы До ни старался.