I'll be there for you

Утро началось нестандартно. Если бы Джинни не решила повернуться во сне, а Полумна — вытянуть ногу, то Гермиона с грохотом бы не свалилась на пол, и они бы проспали все уроки. А по иронии судьбы будить всех начала именно Гермиона. Книжный червь, зануда, а главное — староста факультета. Не сразу сообразив, что вообще происходит, она бросила взгляд на окно. Из-под плотных занавесок пробивались яркие солнечные лучи. Потом, переведя взгляд на часы и с ужасом поняв, что через тридцать минут им всем — то есть доброй половине факультета — надо быть в Большом зале на завтраке, она, спотыкаясь о тела на полу, подошла к окну и резко раздвинула шторы. Послышалось слабое недовольное кряхтенье, но никто так и не решился продрать глаза. Тогда она начала ходить по всему периметру комнаты, громко хлопая и крича протяжное: «Подъем!» Тела вяло зашевелились, приподнимая головы, жмурясь от солнечного света и кряхтя проклятия. Взлохмаченная Джинни резко поднялась, держась за голову и чуть пошатываясь. — Чтоб я еще раз так назюзюкалась! — громко сказала она, и тут же пожалела: на каждый громкий звук голова начинала раскалываться. — Не ори, Уизлетта! — где-то в дальнем углу очнулся Забини. Пэнси, которая так и провела практически весь вечер рядом с Роном, очухалась и сразу же резко дернулась в сторону. И правда, вид спящего Уизли был далеко не комильфо: глупое выражение лица, снабженное не менее глупой, отчего-то счастливой улыбкой, не вызывало ничего кроме сочувствия и местами отвращения. А Невилл вскочил с засохшим кровавым пятном у виска после вчерашней бомбежки бутылок. Наконец проснулись практически все. Только Полумна и сладкая парочка, которой вчера нарекли быстро спевшихся Малфоя и Поттера, ни на что не реагировали. Вся честная компания окружила их полукругом. Драко и Гарри так и спали в обнимку по среди комнаты и никакие яркие лучи солнца, бьющего прямо в глаза, никакие-либо другие раздражающие факторы не возымели над ними своего эффекта. Тихо посмеиваясь, Блейз с помощью Манящих чар призвал колдограф и вновь пополнил коллекцию сумасбродства. Наконец эти двое соизволили проснуться. Открыв глаза, они увидели с десяток человек, удивленно взирающих на них. Повернувшись к друг другу лицом, они отшатнулись на приличное расстояние. — А вы еще были против нашей пьянки, — прокомментировал Блейз. — У вас отношения пошли на лад после пары часов. — Блейз, будь добр, замолкни, — ответил Малфой, вскакивая на ноги и отдергивая полы неизменно черного пиджака. — Ты потерял сноровку, мой друг. Где едкие ответы, которые я так люблю? Что ты все повторяешься: «Умолкни!», «Замолкни!» — неинтересно. На сей раз Драко посчитал возможным и достаточным лишь одарить друга злобным предупреждающим взглядом. Забини улыбнулся, получив удовлетворение от этого разговора. — Ей-богу, лучше всякого Антипохмельного! — довольно громко оповестил он, и все вновь скривились, зажимая уши. Спустя еще полчаса, они наконец одарили своим присутствием Большой зал. Ввалившись туда этой огромной помятой и немного раздраженной компанией, они немало удивили профессоров и весь стол факультета Когтевран-Пуффендуй. Казалось, весь утренний гомон мгновенно умолк, когда эта странная компания появилась на ступенях. Люди уставились на них с замершими в воздухе ложками, с непрожеванной пищей и незаконченными разговорами, так внезапно оборванными. Профессор МакГонагалл чуть подалась вперед и во все глаза смотрела на своих учеников. Да, само появление учеников Гриффиндора и Слизерина одной гоп-компанией казалось чем-то абсурдным. И несмотря на все старания сплотить факультеты, она не надеялась, что такой день наступит. Однако, судя по всему, такое явное внимание к их персонам прервало и их оживленный разговор между собой. Наконец послышалось неуверенное кряхтенье; все вновь вернулись к своим тарелкам и болтовне, а новоявленные приятели плавно скользнули за свой стол. И тут их словно сглазили. Тишина снова повисла над ними, становясь одной громадной неловкостью. Только Забини, пристроившийся рядом с Грейнджер, которая, кстати, сидела прямо на границе между красными и зелеными, увлеченно просматривал свеженькие колдографии — поэтапный курс воспоминаний для тех, кто страдает амнезией во время похмелья. Тихо посмеиваясь, он легко ткнул Гермиону в бок. Та моментально обернулась в его сторону. Он потряс колдографиями под столом и сказал: — Им это надо видеть! Я хочу посмотреть на их лица! — он уже начал вытаскивать их, но Гермиона с силой надавила на его руку, заставляя спрятать их обратно. — Что? — возмущенно воскликнул Блейз. — Это разрядит обстановку. — Не сейчас. Ты же не знаешь, какие они предпримут меры, чтобы их уничтожить, — ее губы расплылись в улыбке отчасти сродни дьявольской. Взгляд Забини принял заговорщический оттенок. Ему определенно нравилось сотрудничать с Грейнджер. Он не знает, как и когда она получила славу лишь занудного книжного червя, но в ней определенно был огонек, который не лишал ее некой привлекательности. Конечно, вместе с тем она оставалась самой умной волшебницей их поколения и, быть может, книжным червем, но далеко не занудным. Гермиона же преследовала сейчас несколько другие цели. Для нее, как для старосты и организатора, было важно показать этим гордецам, что не такие уж у них и непримиримые разногласия. Она должна заставить их, как минимум ладить и спокойно воспринимать общество друг друга. А максимум… а вот максимума не существует. Если они подружатся — это будет отлично. Ведь они с Забини уже нашли общий язык, значит, и остальные недолго будут кочевряжиться. Завтрак был окончен, и зал опустел. Гермиона оглянулась и увидела лишь одну персону. Драко Малфой с невозмутимым лицом сидел и попивал водичку. Прочистив горло, она решительным шагом подошла к нему и наводяще спросила: — Идти не собираешься? Он медленно поднял на ее взгляд, видимо, ожидая продолжения тирады. — Сейчас у нас Зельеварение. Что-то не вижу бешеного энтузиазма и рвения. — Допью и пойду, — послышалось в ответ спокойное, даже несколько отрешенное заявление. И он знал на что давить, если преследовал цель вывести Грейнджер. Эта вальяжная ленца выводила ее куда больше любых едких замечаний и пререканий. Пыхтя от негодования, она обмозговывала свой следующий заход и старалась сохранить ледяное самообладание. — Времена изменились, Малфой. Теперь ты не протеже нашего многоуважаемого зельевара, а он — не твой крестный, так что будь добр подними задницу и шлепай в сторону подземелий. Малфой поднял бровь, отставил стакан и также невозмутимо поинтересовался, однако слышалась нарастающая злоба и раздражение: — Что, думаешь, один раз станцевали и теперь все? Теперь буду беспрекословно подчиняться словам гриффиндорской зануды? Глубоко дыша, Гермиона сдерживала порывы заорать на весь Хогвартс и вытащить палочку и показать этому снобу где раки зимуют. — Да что ты о себе возо… — но тут же остановилась, еще раз перематывая в голове только что сказанное. — Что ты сказал? — У тебя еще и со слухом проблемы, Грейнджер? — сказал он, вставая и пряча руки в карманы брюк. — Тяжко тебе придется. Он медленно, никуда не спеша направился к выходу. Гермиона же как стояла так и села. Она была прилично обескуражена и единственное, что смогла вымолвить было: — Танцевали? Просидев в некоторой прострации с пять минут, тут же опомнилась, что опаздывает на урок и помчалась прочь из Большого зала. И никто из этих двоих не заметил друга, спрятавшегося за колонной, который, шкодливо хихикая, незаметно ретировался.

***

Гермиона неслась по коридорам школы к подземельям, где как и раньше проходили занятия по Зельеварению. Более того скорость ее достигла той отметки, что она обогнала Малфоя, который покинул ее аудиенцию сравнительно давно. Однако Малфой есть Малфой и он как обычно посчитал, что переходить на быстрый шаг, а уж тем более на бег, ради урока — это выше его понимания. Гермиона же залетела в класс и, оправдываясь и извиняясь всеми возможными способами, наконец уселась. Драко появился через минуту. Сдержанно извинившись и получив в ответ кивок, он прошел на свободное место. Увы, рядом с Гермионой. По правде говоря, сама Грейнджер пришла к выводу, что в сложившейся ситуации это было ей вполне на руку. Она помнила прошлую ночь только до определенного момента, потом — пустота. Малфой же, черт его дери, что-то знал и было необходимо выпытать у него все возможное. Как только профессор Слизнорт утвердил пары и дал задание, ибо Гермиона с Драко пропустили вступительную часть с поздравлениями о новом учебном году и предостережениями о сложности, Грейнджер сразу же приступила к допросу. — Что значит «танцевали», Малфой? — шепотом спросила она. — Ты мне мешаешь толочь листья горячительного дерева, Грейнджер, — с привычной малфоевской ленцой, ответил Драко, даже не смотря на нежеланную собеседницу. — Я серьезно. Как это вообще получилось? Вы же с Гарри все ночь в обнимку проспали. — Как видишь, выходит, что нет, — спокойно, даже не поморщившись, ответил Малфой. — А как ты опять рядом с ним оказался? — недоумевала Гермиона. — Вот это я бы тоже хотел знать. — Даже если так, — продолжала Гермиона, — то как ты такое допустил? Бросив в котел истолченные листья, Драко выпрямился, с грохотом, но резко и четко положил нож и доску на стол, выдохнул и повернулся к Гермионе. — Грейнджер, забудь. Тебе что, легче станет, если ты узнаешь хронологию наших вчерашних похождений? Не было ничего предосудительного или из ряда вон выходящего. Мы были пьяны, и никто тебя не осудит за то, что ты потанцевала с хорьком. Расслабься! — под конец был сильно раздражен и закончил на довольно громкой ноте. Так что Гермиона, чуть отшатнувшись, поджала губы и вернулась к своей работе. Дальше день проходил более или менее спокойно. Все занимались своими делами, не вспоминая о ночной вечеринке. Но это спокойное состояние продолжалось исключительно до вечера. Едва все участники вчерашнего забега тусовщиков факультета Гриффиндор-Слизерин переступили порог гостиной, Блейз Забини, снискавший славу главного заводилы за прошлую ночь, тут же призвал всех подойти поближе и посмотреть на какие-то шедевры. Хлопая глазами, все подошли и слегка ужаснулись. Это были исчерпывающие доказательства того, что они погудели на славу. Невилл и Рон стали пунцовыми после того, как увидели свои бравые похождения. На колдографии Невилл сначала выглядел потерянным, когда Симус крепко приложил ему бутылкой по балде. Он трогал свой висок, на котором выступила кровь, а в следующую секунду, видимо, улыбался и орал, как самый настоящий воин. Рона же застали за более пикантным действием: тот нежно целовал мисс Паркинсон. Сама же Пэнси, увидев этот снимок, судорожно выдохнула и силилась остаться на ногах. Глаз дергался. Тут очередь дошла до Поттера с Малфоем. Каждый из них отреагировал на снимок по-разному. Гарри смотрел на него и беспрерывно шептал: «Мерлин помилуй!», а Драко стоял в весьма серьезной позе, сдвинув брови на переносице, потирая подбородок пальцами, после чего задумчиво протянул: — Да-а, Поттер, после такого ты обязан на мне жениться! Казалось, секунда — и напряжение лопнуло, как мыльный пузырь. Волна смеха прокатилась по их гоп-компании с нарастающим эффектом. Джинни поддержала Драко. — Да, Гарри, измена налицо. Гарри выглядел ошеломленным, но потом расплылся в облегченной улыбке. Гермиона наблюдала за этим действом со стороны. Для нее было странно все: от того, что они вместе смеются и спокойно общаются до того, что обстановку разрядил именно Малфой. Тем временем к ней подлетел Блейз. — Ну что, подруга, у нас получилось, — констатировал факт Забини, смотря, как их друзья берут колдографии в руки и передают по кругу, при этом не переставая смеяться. — К тому же смотри, никто не покушается на эти снимки. Хотя копии я все равно сделал. Гермиона рассмеялась. Она говорила с Блейзом, вновь подмечая, что они действительно быстро сошлись. — Да-а, отличная получилась вечеринка! Общий гомон прекратился. Все разом, почти синхронно посмотрели в сторону Забини с Грейнджер, а те — налево. Это была Полумна, вновь просочившаяся в их гостиную. — О, Луна, ты как здесь оказалась? — спросила Гермиона, чуть подаваясь вперед, дабы увидеть вновь прибывшую подругу через Блейза. — Через портрет, — просто ответила Лавгуд, пожимая плечами. — М-да-а, исчерпывающе, — протянул Драко, следя за тем, как Полумна направляется в самую гущу толпы и, не замечая, что остальные смотрят с повышенным вниманием к ее персоне. — Хорошие снимки, — сказала она своим привычным елейным голосом. — Даже бесценные. Жаль, что я поздновато подошла. — Ты вчера здесь была? — спросил Рон. — Но ведь Гермиона накладывала заклинания. — Да, я просто знаю одно очень неплохое заклинание. И, кстати, даже видела, как… Тут ее взгляд наткнулся на Гермиону. Грейнджер словно заранее знала, какую новость выдаст сейчас и с молящими глазами, медленно замотала головой. — Видела что, Луна? — спросил Гарри. — Я видела, какое рекордное количество мозгошмыгов было у вас вчера. Гермиона выдохнула, все засмеялись. Вновь поймав взгляд Полумны, она благодарно кивнула и та ответила ей улыбкой.

***

Поздним вечером, перед самым отбоем, когда все уже разошлись, Гермиона по воле судьбы столкнулась с Драко. Тот уже хотел пройти мимо, но она помешала. — Малфой! Он обернулся и выжидающе глянул на нее. — То, что ты сегодня говорил про хорька и тому подобное… У меня и в мыслях не было, правда. Гермиона нервничала, но почему-то теперь общение давалось ей куда проще. Драко по-доброму усмехнулся и, воздержавшись от каких-либо колких фраз, сказал: — Спокойной ночи, Грейнджер. Да, все определенно пошло на лад.