До жизни и после

- Мне кажется, мы попали в зону военных действий, - заметил Торико, отпивая из бокала. Комацу-кун захихикал, глядя на свою тезку, стоящую у стола с закусками. Та, прикрыв глаза, всем своим видом демонстрировала наслаждение от вкусной пищи. - Удивительно, что она сама этого не замечает. Охотник потрепал его по волосам. - Так же, как и ты, она не верит, что ею можно заинтересоваться. Комацу-кун покраснел. Он действительно даже не думал, что у него есть талант, способный заинтересовать охотника уровня Небесного Царя. А уж Торико! Но тот доходчиво, понятно объяснил, что да, есть. И нет, никому он своего Комацу не отдаст, никакому Зебре. Пусть даже не рассчитывает. Повар счастливо вздохнул. А вот и проблемы. Прямым курсом к Комацу двигался Стааджун. Последние дни на лайнере напоминали игру в кошки-мышки. Джун оказывал знаки внимания девушке, а Коко оберегал ее от них, старался, чтобы коллеги не пересекались. И лишь сама Комацу оставалась в блаженном неведении. - Пойду выручу, - Комацу-кун улыбнулся, отставил бокал. - Ага, и помни - мы на стороне Коко! Комацу-кун засмеялся, помахал рукой, что все-все понял. Потрясающее вино. В прошлом ей так и не довелось попробовать угощения на круизном лайнере, так как они с Торико-саном пробыли здесь всего-ничего. А в этой жизни даже не подумала потратить таким образом заработанные деньги. Поэтому сейчас Комацу наслаждалась каждой минутой. Отдых возле бассейна, море или джунгли, раскидывающиеся вокруг... планета восхищала буйством красок. Жизнь не ограничивалась одной лишь кухней, и Комацу не уставала восхищаться окружающим ее миром. Как хорошо, что не придется в этой жизни терять ее. И так больно, что потеряла в той. Иногда, по ночам, стоило закрыть глаза, и она вновь оказывалась в той самой белой комнате с единственной стеклянной стеной. Вновь и вновь видела гибель планеты, чудовище по имени Нео, улетающий корабль Нитро, что без сожалений оставляли после себя развалины и руины жизни миллиардов людей. - Ты грустишь. Что-то случилось? Комацу вздрогнула, очнулась от своих мечтаний. - Что, Джун? Нет-нет, ничего не случилось, - немного натянуто засмеялась. Удержала руку от того, чтобы растрепать волосы на макушке. Не для того столько времени потратила в ванной на прическу и легкий макияж. Какая женщина не пожелает быть красивой? - Тогда разреши пригласить тебя на танец? - С удовольствием. Они кружились под медленную, чарующую мелодию. Из-за роста Комацу, наверное, действо напоминало танец с первоклашкой - Джун не мог положить ей руки на талию, не мог обнять, как обычную партнершу. Все же девушка еле дотягивала до метра шестидесяти, а он превышал два. Но его подавляющую, властную ауру она ощущала. Как зверь, он окружал ее своим присутствием, словно заявлял окружающим, кому принадлежит этот конкретный повар. На них косились. Комацу видела зависть в глазах женщин, понимала причину их чувств: Джун был красавцем, с этим не поспоришь. Весь такой загадочный и молчаливый, как принц из любовных романов. А вот Коко нигде не видно. Неужели не пришел? Но ведь он обещал ей танец.... Отсутствие друга расстраивало, девушка прикусила губу, пожевала ее по привычке. - Он тебе нравится? - нейтральным тоном спросил Джун. И пояснил: - Ты все время ищешь его глазами в толпе, сама того не замечая. Комацу покраснела. - Да, мне нравится Коко, - тихо призналась она, едва шевеля губами. - Почему тогда не скажешь? Не уверена? - допытывался охотник. Руки крепче сжали ладошки девушки, но Комацу не чувствовала боли. Собственные ощущения захлестнули с головой. И грустно, и нежно. Лучше бы она вообще никогда не знала этой стороны жизни. Оставалась бы по-прежнему беспечным поваром, зацикленным только на ингредиентах. Ну зачем, зачем она повзрослела? - Не хочу разрушать нашу дружбу. Глупая причина, да? - жалкий взгляд. - Нет, - Джун наклонился, поцеловал ладошку. - Это всего лишь значит, что у меня есть шанс. Пока ты не уверена в своих чувствах к нему, пока не признаешься, я... еще могу завоевать тебя. Щеки девушки вспыхнули, она захлопала глазами. Теория Коко оказалась верна, но совсем не вписывалась в ее мировоззрение. - Зачем? - выдавила из себя шепотом. - Не понимаю, что ты во мне нашел.... - Ты - чудо, - просто пожал плечами Джун. - Р-разрешите пригласить вашу даму на т-танец, - рядом переминался с ноги на ногу шеф-повар Комацу-кун. Джун послушно освободил ладошку девушки, на прощание еще раз поцеловав. Комацу почти с облегчением положила руки на плечи тезки. Какое же это удовольствие - танцевать с кем-то своего роста. - Что случилось? - с тревогой спросил друг. - Он... он признался мне, - Комацу растерянно взглянула в ответ. - Сказал, что хочет завоевать. - Зато теперь ты знаешь, что нравишься ему, - резонно заметил Комацу-кун. Девушка с легким стоном уткнулась лбом в плечо парня. - Иногда собственная жизнь напоминает мне сериал-мелодраму. Почему все не может оставаться, как прежде? Просто повар и охотник, без всяких увлечений? - Потому что все мы люди. И наши чувства - шанс двигаться дальше. Мы не можем остановиться на месте, замереть. Все пережитые чувства мы изливаем в блюда, отчего они становятся еще вкуснее. Комацу потрясенно подняла голову. Тезка выглядел старше, мудрее, он ласково смотрел на поглощающего вкусности Торико, своего охотника. Словно ему открылся истинный смысл жизни. Любовь.... Одной любви порой достаточно, чтобы спасти мир. Но сколько же с ней хлопот! Казино Гурманов кипело жизнью, богачи всех мастей, игроки, служба охраны, администраторы. Воздух здесь пах азартом и деньгами, большими деньгами. А еще - ингредиентами, самыми редкими, что только могут встречаться на пути человека. Как и в прошлом, они встретили здесь Матча с товарищами. Пока Коко, Торико и Комацу-кун уговаривали доверить игру им, Комацу оглядывалась по сторонам. Сооружение поражало. Столько золота и вкусных ароматов. Сердце сладко кольнуло. Она знала, что будет дальше. И радовалась, что вновь может поучаствовать в приключении с дорогими ей людьми. - Помните, нам надо привлечь внимание и выиграть как можно больше ингредиентов, - инструктировал их Коко. - Тогда появится шанс оказаться в настоящем Казино, с реальными ставками. Новообразованная команда пошла вперед, Комацу утащил тезка, чтобы показать нечто интересное. - Так что вы здесь ищете? - поинтересовался Стааджун у Торико, не отводя взгляда от партнера охотника и своей коллеги. Небесный Царь мрачно на него взглянул. - Меня больше интересует, что ты здесь забыл. - Ну, имею же я право отдыхать, где захочу, - беспечно пожал плечами Стаад. - Тем более, тут есть нечто очень интересное, - глаза его сверкнули при виде улыбки Комацу. - Да-да, - пробурчал Торико. - Знаем мы, что тут такого интересного. Но не думаю, что тебе что-то светит, - он хмыкнул и кивнул вперед. Стаад обернулся, потемнел лицом. Коко стоял перед Комацу и показывал ей монетку в десять миллионов, поднес почти к самому носику девушки. Та сияла, улыбалась, но как-то по особенному, нежно. Торико рядом тоже сиял, но больше смотрел на восторженного Комацу-куна. И ведь даже злиться на него не получалось: он радовался за друга искренне, как ребенок, беззлобно. - Пока он не признался, у меня есть шанс, - упрямо сжал кулаки браконьер. Торико хлопнул его по плечу. - Хороший настрой, нужно уметь добиваться своего. Однако, - он посерьезнел, на секунду, не более, - мы на стороне Коко. - Знаю я! - отмахнулся Стааджун. - Держи, Комацу! Девушка ловко поймала круглый аппетитной пахнущий фрукт. Райская папайя! Ее кожица нежно-золотистая, а внутренняя мякоть - серебристая, сияющая. И волшебная на вкус. Девушка принюхалась. А какой запах! Сливки и мед, хрустальный ручей. - Спасибо, Джун, - подняла глаза на браконьера. Тот тоже слегка улыбнулся. - Но ведь это так дорого.... Я не могу. - Это подарок. Ради нашей общей цели. Комацу кивнула, ей никогда не дарили подарки. Первыми этим озаботились Небесные Цари. И пусть они старались преподнести все так, будто совсем не старались, их ранения и довольные моськи говорили сами за себя. В большинстве случаев приносили они ингредиенты, редкие и опасные, и тогда Комацу готовила для них, собирая всю компанию за столом. Девушка быстро посмотрела по сторонам. Она старалась всегда отдариваться в ответ. - Подожди меня здесь! - впихнула в руки папайю, бросилась бежать. Водослива, ее плоды обладали удивительной мягкостью, идеально подходили к мясу и овощам, имея восхитительно насыщенный вкус, который раскрывался во рту только при взаимодействии с другими ингредиентами. Однако собрать плоды водосливы было крайне нелегко, сорвать можно только уже зрелые, остальные в руки не дадутся. А если сорвешь неправильный - он пропадет. Люди под деревом в кадке гадали, какие можно рвать, а какие нет. Комацу подскочила, заняла очередь, но когда приблизилась, поняла, что слишком маленькая для этого дерева. Его ветки расположены слишком высоко для такой мелкой, как она. - Комацу, тебе помочь? Девушка взвизгнула, когда ее подхватили на руки и посадили на широкое плечо. Тепло и озорно смеялись карие глаза, губы охотника подрагивали в сдерживаемой усмешке. - Ты настолько боишься высоты? Комацу сморщила носик, поерзала, располагаясь удобнее, обхватила голову охотника руками, чтобы удержаться. И обратила все свое внимание на водосливы. Их тонкий, почти незаметный аромат заглушался запахами духов, людского пота, азарта и отчаяния, которыми исходило Казино. Но вместе с тем она улавливала и тонкие нотки созревания. Зрелые плоды всегда пахли чуточку ярче. А еще они буквально кричали сорвать их, никому не хотелось пропадать на дереве. - Вот эту! И вот эту! Комацу показывала пальчиком, а Коко послушно относил ее к нужному месту. И тихо смеялся, когда девушка взвизгивала при резких движениях. - Ничего смешного! - Ты только высоты боишься или?.. - Не люблю, когда под ногами нет опоры. Коко нахмурился. - Но ты же плавала со мной в Бухте, до дна было прилично. Комацу удивленно взглянула на друга. - Ты был там со мной, - пожала плечами. - Ой, мне же надо Джуну отнести. Спусти, пожалуйста. Спасибо за помощь. Выигранные деньги - тебе. Она отдала все сливы растерянном браконьеру. - Вот, это мой подарок тебе. За папайю. - Спасибо, - Джун как-то неловко погладил бочок одной сливы. - Мне очень приятно. - Я рада. - Прекращайте любезничать, - к ним подошел Матч. - Нас пригласили в особый зал. Пока они все шагали коридором-тоннелем, Комацу вспоминала. Игру, карты, предложение Лайвбирера. И ставки.... Ставки! Гурманские боги и демоны, как она могла забыть о ставках! Ногти впились в нежную кожу ладоней, в горле встал комок. Она не видела тайного зала, не заметила, как к ним прошел шеф-повар подпольной кухни. Лишь до последнего надеялась, что он изменит ставки, не произнесет того, чего она боялась больше всего. Нет, он попросил их воспоминания. Огромная машина, высасывающая из разума человека память о когда-либо испробованных вкусах, угощениях и связанных с этим событиях. Она видела, как на экране затягивается тонкой белой пленкой дорогое воспоминание мужчины о дне рождении единственной дочурки. Она слышала, как чуть ли не плакал Комацу-кун, не желающий терять драгоценные минуты с Торико, его признание и любовь, их приключения. Но ведь она... она потеряет гораздо больше. Всю свою прошлую жизнь, своих друзей и близких. В этот раз она рискует гораздо, гораздо большим. Комацу задыхалась, вцепилась руками в ошейник, который стягивался и пульсировал, как будто чувствовал тревогу хозяйки. Ее воспоминания, вся ее прошлая жизнь. Ради того, чтобы не забывать, она отказалась от перерождения. Ее страхи, сомнения, боль. Ее радость, нежность, любовь. Ее трусость, ее слабость. Ее сила, ее отвага. Ее решение пожертвовать собой. Последние возгласы Торико, его заплаканное лицо перед угасающим сознанием. Белая комната и теплые объятия Фрозе и Акации. Она не хочет терять все это, не хочет забывать. По щекам катились слезы, девушка отвернулась, чтобы никто не заметил ее состояния. Комацу-куну и так несладко, не стоит волновать его еще больше. Она задыхалась, потому что не могла отказаться. Если откажется - предаст доверие друзей. Да и сама не сможет простить себе подобного поступка. Но как, как она будет жить дальше, если забудет, как у нее оказалась Золушка. Если забудет, как ею пользоваться. - Комацу? - Коко подошел неслышно, за плечо развернул ее к себе. - Ты... боишься потерять память? Комацу обхватила себя руками, в комнате стало жутко холодно. - Кроме них, у меня нет больше ничего на свете, - она покачала головой. - За свою память я отдала целую жизнь. Они... очень мне дороги. Слова не могли передать и половину всего того, что она чувствовала. - Тогда откажись, никто не заставляет тебя быть участником. Стань, как Стааджун, зрителем. - Нет, - девушка затрясла головой, прижалась к Коко, обхватила его за талию. - Я верю в тебя, Коко, верю, верю, верю... Повторяла, как заведенная, свое маленькое заклинание. Она верит, Коко непременно победит. Охотник опустился перед ней на колено, прижал к себе еще крепче, и посмотрел прямо в глаза, прислонившись лбом ко лбу. - Я обязательно выиграю. Не позволю тебе лишиться памяти. Ты мне доверяешь? - протянул руку ладонью вверх. - Всю свою жизнь! - открыто и честно. Тонкие пальчики коснулись ладони. Охотник улыбнулся и кивнул. Пришло время начать игру. - Целых два повара? - Лайвбирер несказанно удивился. - Да, два охотника и два повара. О, не беспокойтесь, я буду на подхвате, - улыбнулась Комацу. Хотя никакой уверенности не ощущала. Но теплая рука сидящего Коко, его поддержка давали ей силы быть веселой, бодрой и энергичной в то время, как хотелось активировать Клетки и пару раз взмахнуть ножом. Но Комацу-куну необходимо это приключение. Чтобы научиться готовить, научиться верить в своего партнера и друзей, переманить Лайвбирера на свою сторону. И просто ради опыта. - Я не дам потерять тебе воспоминания, - Коко еще раз сжал хрупкие пальчики. Комацу поверила.