Лунная ночь...

      Я медленно шел на поправку. Отец, который был единственным кто навещал меня, вскоре устал от моих вопросов и посоветовал мне сходить в библиотеку. Где она находится я не знал, и даже если бы знал, то сходить бы не смог: голова начинала кружиться стоило мне только встать на ноги, а потому Трандуил принес мне все необходимое чтиво прямо в мою комнату. Кстати, про себя я звал его просто Транди. И как бы мне не хотелось сказать ему об этом, я все время сдерживал себя. Жить-то как хо-о-очется!       Как по мне, то он не был самовлюблен, хотя порой я видел его именно таким. В первый раз я приписал ему излишний пафос и эксцентричность (это слово само пришло на ум). Но таким он мне показался лишь на первый взгляд. Позже я понял, что он вовсе не такой, каким хочет казаться. Он любил природу, зверей и птиц, но еще больше — свой народ и, кажется, меня. Если бы не любил, то отдал бы на руки лекарю и благополучно забыл. А так нет, лично меня навещает, покушать приносит... Эти его пирожки из каких-то трав ну о-очень-о-очень вкусные! За одно только это я готов был его боготворить! А то от этих изваяний в моей комнате в виде стражи никакой эмоции добиться было невозможно, не то что пирожки! Нередко я видел его в окно блуждающим по округе, задумавшимся о чем-то. В такие моменты он был более чем мил. Особенно когда замечал меня и грозил всеми возможными карами. А еще он был немного недоверчив и закрыт. Порой мне приходилось буквально вытаскивать из него информацию о своей прошлой жизни. Ничего нового я так и узнал, что наводило на вполне определенные мысли. Папочка что-то не договаривает, и мне это капец как не нравилось.       А теперь немного о географии. Наш лесок находился в Рованионе (Средиземье), к востоку от Мглистых Гор, за рекой Андуин. Это остаток первобытного леса, покрывавшего в древнейшие времена значительную часть территории Средиземья. На севере Лихолесье подходил к самым Серым горам, на востоке граничил с Эребором, а от его южной оконечности начинались Бурые Равнины.       От отца я знал, что изначально этот лес населяли лесные эльфы, которыми правил король Орофер — мой дедушка, а впоследствии — его сын Трандуил — мой папенька. Лес называли «Великим Зеленолесьем» и «Великой Пущей» примерно до 1100 года Третьей эпохи, позже его стали называть «Лихолесье». Со временем здесь появлялись злобные твари вроде гигантских пауков, которые, как я понял, чуть не закусили мной. Лес с востока на запад пересекала старая Гномья Дорога Мен-и-Наугрим (как можно было так назвать обычную дорогу ума не приложу!), но из-за её относительной близости к Дол Гулдуру (какое-то проклятое место) дорога была заброшена. Мы использовали тропу севернее — она заканчивалась где-то в болотах к югу от Эсгарота, что на Долгом Озере. Честно, из всего прочитанного мне было сложно что-либо понять. Понадобилось время, терпение и подробная карта Средиземья и Лихолесья, дабы хоть как-то усвоить прочитанное (отец пригрозил, что проверит). Теперь немного о народах. Итак, начнем с нас. Мы — эльфы, бессмертные существа, наделённые врождённым волшебством и вообще очень-очень крутые. Мы делились на народы нолдор, синдар, ваниар, авари и телери. Подробно о них ничего не говорилось, поэтому решив, что всегда могу спросить об этом отца, я с чистой совестью пролистал дальше. Гномы — низкорослый бородатый народ, которые были созданы не демиургом, местным богом, а его учеником... Ну, с ними все ясно. Злые, ворчливые, порой невыносимые и даже немного жадные, но... Но не лишенные чувства благородства, что радует. Однако наши отношения с ними желают знать лучшего. Думаю, что тут приложил руку характер моего отца. Хоббиты — маленький народ ростом чуть больше метра. Ничем особенно не примечателен. Миролюбивые, и явно состоят в отдалённом родстве с людьми. И, наконец, сами люди. Если я правильно понял, то большая часть Средиземья была населена именно людьми, которые, в свою очередь, были достаточно неоднородны по национальному признаку. Говорить про них долго, поэтому я продолжу. Орки и гоблины — жестокий народ, созданный Тёмным Властелином Мелькором (это, как я понял, здешний дьявол), ещё в Эпоху Деревьев с помощью магических экспериментов над пленными эльфами. Стража, которую я хоть и недолюбливал, все же подтвердила слова из книги, что меня немного огорчило. Не приятно осознавать что у тебя имеется хот какое-то родство с этими... Существами. Энты — народ гигантских людей-деревьев, ростом 12-14 футов, стражей леса, населяющих лес Фангорн, (фантазия живых существ неиссякаема) сотворённые Эру по просьбе Валиэ Йаванны в противовес гномам — творениям её супруга Аулэ. Они медлительны, миролюбивы и фанатично преданы природе (поскольку фактически являются частью флоры Средиземья). Тролли — гигантские существа, сотворённые все тем же Мелькором из камня в насмешку над энтами. По росту одинаковы, но внешне значительно отличались друг от друга. Они так же делились на множество подвидов, но… Они мне были не интересны, поэтому я попросту закрыл книгу.       Итог, папа часа два потратил на то, чтобы подробнее рассказать мне о народах, и людям там уделялось отнюдь не последнее место. К вечеру король изъявил желание показать мне наши владения. Я эту его идею поддержал (ибо мне надоело показательно шлепать до окна и всячески намекать папочке, что мне надоело сидеть в четырех стенах!). Решили, что если меня понесут на руках, то от этого мне плохо не станет. Одели меня в коричневые легкие штаны, зеленую рубашку и темные высокие сапоги. После долгих споров решили накинуть плащ из легкой, но теплой шелковистой ткани. Что самое интересное так это то, что материя плащей меняла цвет в зависимости от освещения. Застежка в виде зеленого листа с серебряными прожилками скрепляла плащ у горла. Красиво, легко и не надо бояться что тебя заметят. Вот что значит маскировка!       Отец же как был одет в шикарные, прекрасные одежды, серебренных цветов, так и остался в них. Свое возражения я, как и всегда, оставил при себе. Как по мне, то подол его одеяния был слишком длинным. Удивительно, что на него до сих пор никто не наступил, и что они не цеплялись на ветки. Я бы наверняка себе шею в такой одежде свернул.       Нес меня, естественно, Транди. Доверить мое слабое, и по-прежнему напоминающее суповой набор тело, он кому-либо категорически отказался (чему я был очень рад). У отца были сильные руки, и я был уверен, что тот не уронит меня в самый неподходящий момент. Сам папочка, видимо, был того же мнения.       А теперь немного о моих впечатлениях. Замок являлся центром Лесного Королевства. Он был построен при помощи гномов для того, чтобы эльфы могли переселиться дальше от черной крепости Дол Гулдура (спасибо гномам). Находился он возле реки и, по словам папы, считался неприступным. Он также служил крепостью, где в опасные времена могли скрыться все жители Лихолесья (постоянно тут проживали только Владыки и некоторые высокородные Синдар). Он так же был одновременно сокровищницей и тюрьмой. Замок был огромен. Под высокими сводами его каменных стен шумели водопады и даже словно бы пускали могучие корни огромные деревья, служащие высокими тропками для нашего народа. А в высоких резных арках сияли теплые огни. В общем и в целом, замок меня впечатлил. Очень впечатлил. По крайней мере папе, судя по довольной улыбке, моя реакция понравилась. Сад...       Солнечный мир пронизывал зеленые деревья, которые собрались на склоне горы, будто создавая большую разноцветную семью. Тут были также цветы, от запаха которых приятно кружилась голова. Одни мне особенно понравились. Маленькие, фиолетовые, почти незаметные... Они запали мне в душу. Мне хотелось взглянуть на них поближе, но я решил, что папе все-таки требуется отдых. Отец посадил меня на мягкую скамью в беседке, а сам гулял между деревьев и этих цветов. Будто почувствовав его присутствие, сад ожил. Повсюду послышалось чирикание птиц, некоторые даже осмелились подлететь поближе и, кажется, устроили соревнование кто громче запоет. Отец улыбнулся, и я не смог не улыбнуться в ответ. Сейчас со мной был не король, а Трандуил — мой отец! В этом саду деревья были разных видов и, как я не пытался вспомнить, ни один из них не показался мне даже знакомым. Транди ходил между деревьев, трогал их ладонями, будто чувствуя их тепло и мне казалось будто они рассказывали ему что-то. Перед беседкой раскинулось небольшое круглое озерцо, которое мне не понравилось с перового взгляда. Оно было прозрачным, чистым и, на фоне заката, казалось, приобрела кровавый оттенок. Улыбка сама собой сползла с лица. Отец, кажется, расценил это как ухудшение моего состояния и тут же оказался рядом. Он присел на скамью, я подвинулся, и прижал меня к себе так, чтобы я не мог видеть его. Честно, мне даже стало как-то легче. Мне вообще очень хорошо, когда он рядом. — Если хочешь, то мы можем вернуться обратно в замок, — осторожно сказал он, а я не смог сдержаться и обнял его за шею. — Мне не нравится это озеро, — объяснил я, перебирая пальцами его длинные волосы, — Оно как кровь… — Ты напугал меня, — поглаживая меня по спине, все так же осторожно говорил он, а я чуть не расплакался, настолько хорошо мне было рядом с ним, — Тебе нравится сад? — Как называются те цветы? — не найдя что ответить, спросил я, указывая пальцем на фиолетовые лепестки, — Они мне очень понравились. — Это фиалки, — как неразумному ребенку пояснил он, — Ты хочешь их? Я прикажу принести их в твою комнату... — Не надо. Если их сорвать, тогда они умрут, — я не узнаю себя. — Пусть лучше они останутся здесь.       Отец согласно кивнул и поднял меня на руки. Я чувствовал, что еще немного и я усну. Однако, в тоже время, какая-то невидимая сила наполняла меня. Мне было хорошо, тепло и... Я не знаю как описать это чувство. Было такое ощущение, будто вокруг нет никого кроме меня, этого волшебного сада и отца, на лицо которого вновь была одета маска короля.

***

— Простите, лорд Леголас, — виновато сказала эльфийка, стараясь не встречаться со мной глазами, — Но ваш отец приказал мне помочь вам принять ванну. — Я. СКАЗАЛ. ОТОЙДИ! — последнее слово я, не стесняясь, провизжал, в прямом смысле этого слова. — Но… — Женщина, УЙДИ! — Но ваш отец… — С папой я сам разберусь, — уже не так истерично сказал я, успокаиваясь. — Иди уже отсюда, непонятливая ты моя.       Молодую (или же нет?) эльфийку будто ветром сдуло. Еще бы! За все то время, что она здесь находилась, я не стесняясь демонстрировал такие вокальные данные, что волки от зависти давились, а ее чувствительные острые ушки чуть ли не скручивались. И дело было не в том, что она мне не нравилась. Скорее даже наоборот. Высокая, стройная, с бледной кожей и длинными, вьющимися волосами цвета меди, которые так хорошо сочетались с ее янтарными глазами, она производила неизгладимое впечатление, но… Ну стесняюсь я! Не могу я позволить в здравом уме и трезвой памяти женщине себя голышом увидеть. Даже если там смотреть не на что! Удружил папа, ничего не скажешь. — Леголас, что здесь происходит? — а, вот и он. Вспомни короля - он и появится, — Почему Аллиэль выбежала из твоей комнаты чуть ли не в слезах? — Наверное потому, что я чуть не охрип, доказывая, что с мочалкой управляться умею хорошо, — крикнул я уже из ванной, стягивая со своего скелета ночную рубашку. — Папа, я не настолько беспомощен, чтобы меня охаживали со всех сторон! — Аллиэль присматривала за тобой с самого рождения, — теперь отец стоял прямо возле меня, помогая мне забраться в теплую ванну. — Ты зря прогнал ее. — Я извинюсь, — почувствовав укол совести, сказал я, виновато опустив голову, — Просто я... Я стесняюсь.       Транди с минуту смотрел на меня как умалишенного, а затем улыбнулся, совсем по-мальчишески. Поняв, что убивать меня пока никто не будет, я немного расслабился и наконец прилег. Отец убрал мои волосы так, чтобы они не намокли, и, предупредив меня о скором приходе лекаря, оставил меня наедине с собой. За это я был очень ему благодарен. Отец или нет, но его стеснялся не в пример больше, чем ту же эльфийку. Кстати, надо придумать ее прозвище, а то у меня с памятью на имена совсем беда...       В ванной я бултыхался около получаса. Доставал я себя оттуда буквально за предварительно помытые и теперь благоухающие каким-то цветочным ароматом волосы. Теперь буду принимать ванну три раза на день! А можно и четыре! Я больной ребенок, мне можно все! Все, что не запрещает лекарь... А тот орк, каких только поискать… Узколобый хлебогрыз! Гнома ему в спальню и тролля в тещи! Каждый раз, когда его вижу, зубы до скрежета сжимаю, дабы не выдать какую-нибудь нехорошую фразу. Не хочу отношения с отцом портить. Он у меня единственный родитель!       Ага, вспомнили, называется… — Лорд Леголас, — натянуто улыбаясь, поприветствовал меня эльф, — Вижу, ваше самочувствие улучшилось? — Еще как! — не сдерживаю я своего порыва, — Теперь нам не придется с вами видеться, уважаемый Оронтоэль. Жаль, а ведь я уже привык к вам…       Темноволосый эльф не смог скрыть от меня своей скривившийся физиономии, а я в ответ тоже не стал скрывать гаденькой ухмылки. Ну уж нет, дорогой. Я тебя переживу, уж можешь мне поверить! — В таком случае, позвольте откланяться, — поклонившись, явно нехотя, сказал лекарь, при этом пятясь к двери. — Я вижу, что мое вмешательство тут не понадобится. Вы полны энергии, лорд Леголас, и меня это радует. — Я передам отцу ваши слова, — согласно кивнув, подтвердил я и облегченно выдохнул, когда этот пижон наконец покинул мои покои.       Стоило нам увидеться впервые, как мы тут же невзлюбили друг друга. Я — за его слишком пижонскую манеру одеваться, а он меня - за мой длинный язык. Как мы не убили друг друга, навсегда останется тайной. Хорошо, что больше мы с ним никогда не увидимся.       Поправив перед зеркалом свой обруч, который все почему-то гордо именовали короной, я подмигнул своему отражению. Одет я был, как и всегда, довольно просто. Светло-зеленые штаны, синий кафтан (отец настоял) и как всегда высокие, черные сапоги. Только вот ткань, из которой все это было пошито, стоило как все наше Лихолесье. Папочка не скупился, когда дело доходило до роскоши. Длинные волосы я завязал в высокий хвост, не позволив все той же эльфийке даже прикоснуться к ним. В первое время я хотел их обрезать, чем привел Транди в тихий ужас, но потом передумал. Папе они нравились и уже только ради этого стоило их оставить. Кстати, сколько бы я не ел, дикая худоба у меня все равно не пропадала. Хорошо что хоть одежда удачно это скрывала. Насчет своего тело я сегодня собирался переговорить с отцом. За завтракам, на который я так и приоделся. Во-первых, не столько для себя, сколько для того чтобы порадовать родителя, а во-вторых… Завтракать мы будем не одни, и уж если я что-то и сделаю не так, то хотя бы выглядеть буду хорошо!