Ожившая легенда

Мне бы с головой хватило зачистки логова вампиров в тот день. Но дракон – точнее, дракониха, как мы выяснили позже – нашего мнения не спрашивала, а просто прилетела в поисках чего пожрать прежде, чем мы успели убраться от логова Моварта. Я тогда только-только закончила бинтовать голову Бенору после всех швейно-медицинских дел, как услышала громкий шум и рев чуть поодаль за камнями. Не понимая, что происходит, я было схватилась за длинный кинжал, выданный мне Дулием для обороны, но через самое большее полминуты появился и сам легат, буквально таща на себе хватающего ртом воздух Горма. По внешнему виду последнего было понятно, что с помощью можно и не спешить. Конечно же мы бросились в попытке спасти его, но пульс окончательно угас как раз к тому моменту, как мы срезали кожаную броню и рубаху. Установилось растерянное и ошеломительное молчание. Подошедший Валдимар тоже не нашелся, что сказать. Триумф победы был разрушен. Сборы для отбытия обратно в Морфал прошли скомкано. Я буквально чувствовала, как всем была противна мысль возвращаться общей кучей, извещая о славной виктории и неся тело хускарла. Было в этом что-то глубоко неправильное. Так что логично, что мы разделились. Первый отряд, состоящий из легата, стражи, тела Горма и Валдимара, ушел раньше. Мы же остались вчетвером. Я попыталась уговорить Бенора пойти с легатом – но тот уперся и не был согласен ни в какую. -Пойду гляну пещеру, - сказал Сигурд и тут же, не дожидаясь никого из нас, ушел в ветреную темноту. Я подскочила, чтобы последовать за ним, как натолкнулась на ладонь Телдрина. -Там четыре тела Братьев Бури, если не хочешь попасть под горячую руку, то будь здесь, - похоже, наемник умел тонко различать оттенки недовольства своего клиента. Сам он тоже не пошел, предложив осмотреть дракона. К моему крайнему разочарованию, дракон оказался тем, кем и был – какой-то разновидностью птеродактиля, только с хвостом. Ну, в первую минуту от зрелища захватывало дух, но после глаза вычленяли привычные детали и эффект начисто убивался – в детстве, видимо, я слишком часто бывала в Зоологическом музее. Даже размер – на глазок в драконе было метра четыре длины и, наверное, такой же размах крыльев – как-то стушевался. Я подошла к чешуйчатой туше и потрогала ее. На ощупь дракон был точь-в-точь как крокодиловая сумочка. Да и в целом в нем было что-то от крокодила. Пока я осматривалась, Телдрин, негромко ругаясь, срезал с хвоста тяжелые роговые наросты, потом освежевал крылья и, похоже, закончил с тушей. -А желчь? – я почему-то удивилась, рассчитывая, что после всех процедур от дракона останется хорошо если скелет, да и тот разберут на сувениры. -Она чем-то полезна? – в ответ удивился Телдрин. -Ну, думаю да, - я посмотрела на Бенора, опасаясь, что тому станет дурно от травм. Но норд был скорее поглощен драконом, нежели своей болью. Тут он потеснил данмера и решительно попытался вспороть брюхо ящера. Я зашипела и стала ругаться – от усилий свежие швы могли расползтись, так что место у брюха снова перешло к Телдрину. Телдрин некоторое время провозился с ножом, потом решительно вытащил меч. В итоге с трудом, но ему удалось разрезать кожу. Каково же было наше удивление, когда вместо внутренностей или огня из брюха выскользнули словно бы стеклянные золотые шарики. Только взяв в ладонь один из них и вглядевшись внутрь, в полупрозрачный завиток плоти с зачатками лапок и крыльев, я поняла, что это такое. -Да она с икрой, - только и смогла сказать я. Мои спутники точно так же стояли столбом. -Это что же получается… - озадаченно промямлил Бенор, стараясь не двигать раненой стороной лица. – Это всего лишь… ящерица? В тот момент я почувствовала, что что-то изменилось в окружающем мире. Внезапно болото стало очень знакомым, буквально родным. Да и ели вдалеке – они были такими же, как в Карелии. И рядом со мной стояли не два чужака, а странные, но знакомые парни, в человечности которых я уже не могла сомневаться, как бы не пыталась. Пусть здесь солнце было другого цвета, да и гравитация явно барахлила, а по ночам на меня светило две луны вместо одной – но в тот момент я поняла, что я знаю этот мир. -Ее верно привлек запах крови. Если эти ребята из пещеры приносили жертвы, то она могла привыкнуть побираться остатками с ритуала, - я аккуратно положила икринку на землю. -Сигурду говорить не стоит. Он же довакин, - Телдрин усмехнулся каким-то своим мыслям. – Вот уж не ожидал. После этого мы ушли ко входу, дождались Сигурда и потом в молчании проделали путь до Морфала. На следующий день Бенор слег с лихорадкой. Я уговорила Дулия на время перевести его к нам с Агни, поскольку барак стражи был совершенно неподходящим местом для жизни, а уж тем более – для раненного. Дулий как-то странно переглянулся с Валдимаром и согласился. Сигурд с Телдрином ушли через два дня, даже не оставшись на похороны Горма – хотя в целом-то и не были должны этого делать, но осадок все равно остался. Хорошо, что мне удалось вытащить данмера на разговор относительно жетона. -Мы сейчас до Вайтрана, - Телдрин щурился, глядя на огонь в моем очаге. – У Сигурда какие-то дела к ярлу, но как обычно можно рассчитывать, что мы застрянем на недели две. Так что можешь посылать гонца. -А потом куда? – я поняла, что привязалась к своему дому, и если бы сейчас эти двое предложили бы мне путешествие – то я бы отказалась. Данмер пожал плечами в своей привычной манере. -Азура знает. Если Сигурд не найдет очередные неприятности на свою голову, то скорее всего в Солитьюд, ко двору. Будет мозолить глаза талморцам и скрипеть зубами от гнева, - в голосе Телдрина я явственно услышала усталость. Впервые я подумала, что многим в Скайриме куда хуже, чем мне теперь. -Говорить о возвращении на родину, я подозреваю, в твоем случае не стоит, - я, конечно, слышала о проблемах этого народа и решила как-то выразить свою солидарность. -Не стоит, - согласился Телдрин. – Мой отец все еще в ярости от мысли, что я – и он вместе со мной - не стал представителем дома Редоран – как будто в этом есть какой-то смысл сейчас. Если ты не уважаемой фамилии, то так и будешь болтаться стражником ворот Блеклайта. Не сильно прибыльно – и не сильно почетно. Я усмехнулась. -В паршивом ты положении, - честно ответила я. -Да нет, - возразил Телдрин. – У меня есть деньги, прекрасный клинок, хорошие доспехи и внимание женщин – порой. Не думаю, что мне повезет быть наемником дольше, чем моя рука сможет крепко держать оружие, так что вопрос немощной старости тоже вполне решен. -Ну раз так, - я подлила ему настойки. – А то у меня есть мысль. Хочу открыть лавочку – совместно с Лами – со всякими удивительными эликсирами и необычными безделушками. Постараюсь попробовать воспроизвести что-то со своей родины, а что-то мы придумаем с нуля. Собственно, нужен тот, кто будет пересылать ингредиенты и редкости. Наверху тихо скрипнула дверь – видимо, Агни проскользнула к Бенору, чтобы проведать его состояние. Телдрин повернул голову и прислушался. -Честно – я хотел узнать у тебя побольше о твоем народе. Нелот хорошо бы мне заплатил, - данмер перешел на шепот. – Но твое предложение мне нравится. Все равно мы часто залезаем во всякие норы, почему бы не попробовать. Вот ты мне только ответь – как ты думаешь, кем были двемеры? Было видно, что его крайне интересовал этот вопрос. Я задумалась, потом честно высказала свое мнение. -Там, где я жила, не все народы одинаковы. Кто-то живет как фалмеры, кто-то – как норды, кто-то – как двемеры, а кто-то, думаю, и в чем-то получше. Так вот, не так уж давно у нас случилась великая война. И одна из великих стран напала на столь далекую, что вокруг не было никаких земель с разумными людьми. И тогда воины той великой страны перевозили оружие и припасы с помощью специальных механизмов, похожих на железных драконов. Для взлета и посадки этих машин требуются специальные постройки – тем более на войне. Иногда с самолетов – машины так называются – грузы просто сбрасывались. Грузы назывались на языке той страны «карго». И местные жители, они чем-то напоминают орков – ну, по тому, что я о них слышала – они стали считать, что эти железные драконы прилетают к ним. Когда война закончилась, то местные жители стали строить точные копии построек и самолетов, веря, что эти игрушки из соломы и сухих деревьев привлекут настоящие, сверкающие металлом и огнем машины. Но те так и не вернулись. Мы называем это культом карго. Мне кажется, что-то такое случилось и с двемерами. Каким-то непостижимым образом они смогли приоткрыть одну из завес – случайно ли, или кто-то приоткрыл ее по своим нуждам, а они увидели и, ослепленные блеском и величием, стали поклоняться технологиям, логике, разуму, не улавливая самую суть структуры. Слепая, детская вера в собственное всемогущество, - закончила и стала ждать реакции. Телдрин слушал недоверчиво. -Почему ты так думаешь? – он даже не дотронулся до своей кружки. -Жетон метро, который ты мне показал, - я поняла, что меня поразило во всей этой истории. – Метро – это вообще транспорт такой. Просто способ добраться из одного места в городе до другого, не тратя уж очень много времени. Да, московское метро – это очень красивая постройка. Но это не место погребения. И это понятно с первого взгляда. Все равно, что прийти в зал Высокой Луны и назвать его храмом времени. -Какая дурацкая мысль про дом ярла, - Телдрин скривился. -Вот я думаю то же самое про двемеров и метро, - я почувствовала, что это очень точное описание моих ощущений. – Хотя на моей родине места, почитаемые – или желаемые быть почитаемыми – как древние и сакральные, обычно стараются выполнить в этом духе. На том мы и простились. Я уже думала, что никогда не услышу о своем знакомом, как спустя пару месяцев Джонна передала мне свернутое и запечатанное сургучом письмо. В нем Телдрин писал, что послал Сигурда после очередной заварушки ко всем даэдра и в скором времени притащится в нашу глушь с сундуками в обнимку. -Каков храбрец, - Бенор внимательно перечитал письмо, которое я ему передала после рассказа об идее лавочки. – Ну, посмотрим, что он там откопал. Даже спустя два месяца Бенор все еще не оправился от своей раны. И я все чаще задумывалась, что рана у него скорее душевная, нежели физическая. -Бенор, - негромко позвала я. – Я тут решила попробовать один способ лечения, с моей родины. Как такая идея? Он осторожно прикоснулся к напряженной и отекшей щеке. -А толку-то, - он посмотрел на меня. – Бенор-воин, да только даже вшивый серокожий получше будет. Меня эта тирада не убедила. -Телдрин в самом деле выдающийся воин – и не по своей воле, - я решила не уточнять, откуда я это знаю. -О, гляжу, он и тут преуспел, - Бенор усмехнулся. – Да кому я голову морочу. Сам себе. Наслушался сказок про довакина, решил пойти путем меча против Пожирателя мира – а довакин-то прячется за серым. А драконы-то – и вообще твари безмозглые. Зачем они врали? Зачем древние все врали? И что – Буревестник после этого – да выскочка безродный, которому что чужая жизнь, что прошлогодний снег – все едино. Повисла гнетущее молчание. Наверху скрипнула дверь и на лестнице показалась Агни, испугано смотрящая на меня и Бенора. -Фалион, ты же знаешь ответ? – она только сильнее обняла свою новую куклу. Я отрицательно покачала головой. -Не знаю. Ответа на этот вопрос я не знаю, - я хотела вначале соврать, придумать что-то, как когда придумывала для Агни защитную мезенскую роспись, но потом поняла, что отчаянно не хочу врать. – Это не наша легенда, не наш смысл. -Проклятые сказки, - Бенор грохнул кулаком по столу. – И нет сил от них отказаться. Кем я после этого буду? Чьего народа? Чьей крови? Вот ты, Фалион, вот ты же сама живешь среди чужаков – и ведь я не считаю тебя чужаком. Почему, Фалион? Как ты это делаешь, что это за колдовство такое? -Ну, - я прислушалась к себе. – Для меня нет колдовства. -А как же огни на болотах? – Агни испуганно съежилась. – Вампиров нет, а огни есть. -Когда мох гниет в глубине топи, то выделается особое вещество – газ метан – ну как в колбе у Лами, когда она варит разъедающие зелья, вырываясь на поверхность он самовоспламеняется, - я сама удивилась как просто и одновременно удивительно это звучало. -И все в жизни вот так вот можно объяснить, - Бенор вдруг подмигнул Агни. – А что это ни у тебя, ни у дочки твоей ни кулона, ни браслета? Что же это данмер-то зажмотился, а? Агни весело рассмеялась. А я поняла, что завтра или послезавтра у нас будут подарки. Потому что попробуй Бенора отговори, если он что-то задумал. Едва начав ломать голову, как получше отказаться, я поняла, что, в сущности, не хочу отказываться. А почему бы и нет. Ведь действительно – почему бы и нет?