Миллион бумажных звезд

Наутро Келлин просыпается с дичайшей головной болью и затекшими мышцами. Он недовольно морщится лучам солнца, что светят из открытого настежь окна, хотя парень прекрасно помнит, что закрывал его и задирал шторы, когда укладывал Виктора. Виктор. Келлин жмурится от сильной боли в груди и медленно оседает на пол, вспоминая вчерашние события. Словно безумный, он оглядывается по сторонам, ища и надеясь обнаружить Виктора. Он подбегает к кушетке, когда замечает что-то под ней и подняв «это самое», к его глазам подступают слезы и в груди появляется то забытое ощущение, сдавливающее сердце и перекрывающее дыхание. Как он был рад, когда избавился от этого чувства, и вот, оно вспыхивает в нем с двойной силой. Он бережно сжимает белоснежное перо в ладони и прижимает его к груди, словно единственное оставшееся воспоминание от Виктора, который ушел, оставив скверное ощущение одиночества, вновь поселившееся в душе. Одиночество. Он почему-то полностью уверен, что Виктор действительно ушел, и от этого ему еще хуже. Всю дорогу до школы он молча смотрит в окно, чувствуя на себе обеспокоенный взгляд Джозефа. Он кидает водителю вялое «до встречи» и бредет по тропинке, ведущей к зданию. – Хей, Келлс! – Мэтти встречает его с легкой улыбкой, но она тут же меркнет, когда Келлин что-то бурчит в ответ и садится рядом, уставившись на каракулю на парте. – С тобой все хорошо, друг? – В полном, - выдавливая из себя улыбку говорит парень. – Не выспался, вот и все. Маллинз чует неладное, но не успевает сказать что-либо, как в кабинет заходит учитель по истории и в ближайший час ему не представится ни малейшей возможности перекинуться словом с Келлином. Но он дает себе слово, что непременно поможет другу. *** Целый месяц. Целый месяц он разглядывает в толпах людей на улице, в школе, у себя в саду малейший намек на присутствие Виктора и ждет, когда тот наконец улыбнется ему. Он носит под одеждой его перо, что греет сердце и одновременно рвет на кусочки; и поистине бредово то, что он успел привязаться к кареглазому ангелу с теплой улыбкой и большим сердцем. Но он также понимает, что никогда больше не встретит его, и будет вынужден мириться с этими мучениями еще очень долгое время, возможно, всю жизнь. Боли в груди становятся все невыносимее с каждым днем, и Келлин уверен, что это связано с уходом Виктора из его жизни. Он хочет почувствовать его тепло, пусть даже и на пару секунд, но с уверенностью того, что ему станет легче. На протяжении долгого времени он живет в сером мире, угнетенный непонятной тоской. Бывает такое, что человек уходит, забирая с собой воспоминания, запахи и цвета. Все чаще друзья вытаскивают его на прогулку или просто заваливаются к нему домой, целый день играя в приставку, и только тогда он чувствует себя живым. Он впервые за это время улыбается и по-настоящему радуется, когда Мэтти знакомит его со своей девушкой, Бриттани, и заявляет, что она – его первая и единственная любовь. – Каково это – любить? – спрашивает он их однажды. – Мне постоянно не хватает ее улыбки и тепла рядом, - улыбается Маллинз, обнимая покрасневшую Бри. – Я просто чувствую, что она – часть меня, или даже не так… Она – весь мой мир, Келлс, понимаешь? Келлин ошарашенно кивает, потому что, хей, он испытывает это все на протяжении месяца, и на него словно снисходит озарение: он понимает, что влюблен в Виктора.